zhavnerovich (zhavnerovich_) wrote,
zhavnerovich
zhavnerovich_

Categories:

Картина недели. «Петр I при Красной Горке...» Айвазовского

В Третьяковской галерее на Крымском валу открылась выставка, посвященная 200-летию со дня рождения Айвазовского. За первую неделю на неё было продано более 45 тысяч билетов, и каждый день экспозицию осматривает до 5 тысяч человек. В новом выпуске рубрики — одна из ста двадцати участвующих в выставке картин удачливого коммерческого художника и щедрого мецената.

Описывать творческое наследие русского живописца армянского происхождения Ованнеса Айвазяна в цифрах получается наиболее красноречиво, ведь это история большого успеха и благоденствия. Он создал больше 6 тысяч полотен, став сверхпопулярным и богатым при жизни. Айвазовский был почётным членом доброго десятка мировых художественных академий и почётным гражданином своей родной Феодосии. Он мог позволить себе заниматься меценатством и влиять на политические решения, касающиеся, например, строительства порта Феодосии. А ещё он мог копать местные крымские курганы с золотом: получалась внушительная прибавка к гонорарам.

Айвазовский — настоящий бизнесмен от искусства, прямо таки анти-герой и заноза для поборников идеи голодного и полусумасшедшего художника как единственно возможного проводника истины и красоты. К его работам и профессионалы и потребители искусства относятся с тем же трепетом, что и к фотообоям, уж слишком он продуктивен и популярен. Для критиков весь XX век его вообще не существовало: ну, добротные фотообои и что?

Почему вам будет легко понять Айвазовского

Организаторы выставки в Третьяковке решили показать художника не только в известном всем салонном и коммерческом изводе. Для более глубокого погружения в метод и психологию творчества Айвазовского экспозиция снабжена личными вещами, артефактами флотского быта, архивными материалами. В 20016-ом его снова стоит воспринимать всерьёз. А еще отменили очередь. Айвазовскому уже не затмить Серова как самого упоминаемого и ненавистного художника года, которого таковым сделала диковатая толкучка на входе в Галерею.

Теперь посетители выбирают время посещения выставки заранее, во время покупки электронного билета на определённый сеанс на сайте Третьяковской галереи. Зайти на выставку можно строго по указанному в электронном билете времени — в течение 30 минут. Толкучки нет, а есть свободный доступ к четырём ключевым полотнам, каковыми считаются «Девятый вал» (1850), «Радуга» (1873), «Черное море» (1881) и «Волна» (1889) и к полотну со сдожносочинённым названием «Петр I при Красной Горке, зажигающий костер на берегу для подачи сигнала гибнущим судам своим», которое даже целиком не влезло в заголовок материала.

«Петр I при Красной Горке, зажигающий костер на берегу для подачи сигнала гибнущим судам своим», Русский музей, 1846

А что горит и причем здесь Красная Горка?

Айвазовский даже не писал с натуры. Как-то это не буржуазно мёрзнуть с этюдником часами. На пленере он проводил сосем не много времени, делал полтора наброска и удалялся чтобы в спокойной и комфортной обстановке дофантазировать пейзаж и сымпровизировать бурю по памяти. «Пётр I при Красной Горке…» — одна из редких работ фанатика-мариниста, где сюжет не просто повод всласть повыписывать морские волны в ассортименте. Айвазовский любил воду любовью эротомана, и исторические фигуры вроде Наполеона или лорда Байрона для этой страсти — фоновая мелюзга. Но с Петром случай особый, и не только потому, что это редкая для художник а батальная сцена, на которой, к тому же, огню, а не воде, позволено стать центральной стихией.

Итак, перед нами тот самый сакральный момент, когда что-то пошло не так. Красная Горка — это берег Финского залива, современный запад Ленинградской области, теперь называется Большой Ижорой, в честь финно-угрского народа, которого, впрочем, давно след простыл. Сейчас там остался один худо-бедно внушительный артефакт — старинный шведский королевский тракт.

Событие на полотне происходит во вполне конкретный день 31 августа 1714 года. Тогда Красная Горка была пристанищем русской армии — предстояло забрать себе город Выборг. Шторм представляет для русского флота большую неприятность, под его натиском ориентиры были потеряны и до берега вот так просто не доберёшься: «великое несчастье случилось, провиантские суда и галеры едва не все отнесло льдом в большое море гораздо далёко». Пётр I разжигает по истине царский костёр. Прямо ну очень большой. Если присмотреться, можно увидеть фигуру матроса, чьими руками орудует государь–родоночальник отечественного флота.

Всё закончилось благополучно: корабли видят огненный маяк и спасаются, а провиант, который они перевозили, попадает к солдатам, оккупировавшим шведский Выборг. Этот импровизированный маяк стал первым на берегу Финского залива, через год по приказу Петра установили уже множество стационарных. Картина была заказана Айвазовскому Главным штабом. Он и предоставил чертежи кораблей для исторической точности. Хотя «Пётр I при Красной Горке…» и не является в полном смысле батальной сценой — тут не люди против других людей, а люди против стихии, а враг их вообще сидит себе в осаждённой крепости — но она динамичнее и «батальнее» полотен, где Айвазовский изображал боевые действия. Из-за необходимости писать человеческие фигуры и орудия он частенько выступал как никудышный рисовальщик. В общем, от людей у художника были одни неприятности, а вода — лучше людей.

Законом не запрещено: Петр I при Красной Горке и атака вейперов, 2016

Предыдущие выпуски «Картины недели» можно найти по ссылкам:

«Обезглавливание Иоанна Крестителя» Караваджо

«Днём в таверне» Луиса Рикардо Фалеро

«Ночной кошмар» Генри Фюссли

«Ловля душ» Ван де Венне

«Суд Париса» Клингера

«Искушения святого Антония» Яна Мандейна

«Русалки» Маковского

«Великий архитектор» Блейка

«Мистерия XX века» Глазунова

«Откуда мы пришли? Кто мы? Куда мы идём?» Гогена

«Урок анатомии» Рембрандта

Subscribe
Comments for this post were disabled by the author