Category: мода

Category was added automatically. Read all entries about "мода".

ой

злодей

На вещеринке мне достался крышесносный совершенно пиджак — весь целиком из этих, знаете, модных нынче среди детей младшего школьного возраста и меня пайеток-трансформеров. Серебристый, но если погладить против шерсти — становится чернее ночи. Можно зайца пальцем на спине нарисовать или написать неприличное слово (приличных мы не знаем). Сияет, как диско-шар, под лампой отбрасывает на стену целое звездное небо. Хочу в нем на Хеллоуин красоваться. А теперь, внимание, вопрос.
Тема Хеллоуина, на который я в этом году стремлюсь, — злодеи.
Не знаете ли вы каких-нибудь сверкающих злодея или злодейки?
ой

Смотритель фасадов

Несколько лет назад у нас в Таврическом саду, в отреставрированном здании бывшего Императорского выставочного зала, а в советские времена — кинотеатра «Ленинград», открылся новый «Ленинград-центр». Он сразу привлек к себе внимание будоражащими воображение афишами: там устраивали разного вида кабаре и собирали на них элитную публику. В ее ряды мне попасть не грозило и не грозит — тем любопытнее было сунуть туда нос!
А вчера там играли спектакль «Смотритель фасадов» по книге «Филиал» Довлатова, и это стало отличным поводом ознакомиться заодно с интерьерами переоборудованного здания и с выставкой А. Плотникова «Преломление» в галерее на втором этаже (фото молодых людей с обложек, и к каждой — цитата великих людей).

Ленинград-центр — вселенское царство гламура! Даже чтобы просто посмотреть там спектакль, необходимо соблюсти дресс-код (строгий кэжуал или вечерний туалет). С удовольствием расфуфырились. Внутри — простор, величие и блеск. Все вокруг сверкает, а что не сверкает — то элегантно затемнено; персонал обходителен, приветлив и полон сдержанного достоинства; бархатные диваны манят в свои объятия!.. а вот стулья в зрительном зале почему-то, наоборот, неудобные — зато даже самому утомленному зрителю это не позволит уснуть.

Спектакль не назвать зрелищным. Нехитрая сценография — две кровати, два стеллажа, два стула, вертящиеся по сцене; двое героев, с которыми почти ничего не происходит в реальном времени, пьеса существует в пространстве отношений и воспоминаний. Но у него есть несомненные достоинства: и в первую очередь это постановка строго по букве произведения. Режиссер обошелся с текстом бережно, не лишив его важного и не приписав лишнего. Во вторую — прекрасный Алексей Климушкин в роли Далматова, очень живой и искренний, и ему совершенно не требуется быть похожим на писателя внешне, чтобы стать на этой сцене им, настоящим, сентиментальным и ироничным, серьезным, меланхоличным — и ярким, остроумным. Впрочем, его личностью пьеса, увы, не ограничивается: и вот то, какой изображена его мучительная первая любовь Тася, внезапно явившаяся к Далматову в номер лос-анджелесской гостиницы на диссидентском симпозиуме «Новая Россия», контрастирует с жизненностью и теплотой Климушкина–Далматова слишком резко. В книге Тася достаточно сложный персонаж, здесь, на сцене, — мультяшно-отрицательный. Пустоглазая, истеричная, скрипуче-визгливая и манерная — все дурное в ней резко подчеркнуто и сверкает безвкусицей пайеток. Перебор. Доходящий до абсурда в момент, когда она еще и начинает петь — неказисто петь неказистую песню, но в лучах света и у микрофона, и этот момент прекрасен — он наконец вызывает смех, позволяет сбросить напряжение. Из разговоров в гардеробе: «Будь она чуть менее неприятной, она не так мешала бы мне сопереживать ему».



ой

(no subject)

Начинаем искать жильца во вторую комнату. Последние три месяца она считалась комнатой Падре, но по факту он так и не воспользовался ею ни разу — ну разве что хранение книг и сушку трусов можно считать полноценною жизнью, но кем же надо быть, чтобы это считалось!

Кстати, если кто-то хочет пожить с нами на Девятой, этот пост можно расценивать как приглашение.

Так вот, сегодня кастингую первого. Гламурный манерный гей, чей плейлист состоит из Янки и Звуков Му. Ужасно любопытно, как любой когнитивный диссонанс.
ой

(no subject)

Собрались мы с Джонни вчера поглядеть на белую лошадь.
Проект такой модный цифровой: скачет призрачная лошадь по волнам - по Фонтанке, по Неве, - а петербуржцы и гости города глядят, разинув рты, на это диво.
Изучили лошадиный маршрут, договорились встретиться ночью на мосту. И я пришла, и Падре пришел, и Джонни пришла, и муж Джонни пришел, и брат мужа Джонни пришел, и туристы пришли, и рыбаки пришли, и алкоголики пришли, и хипстеры пришли, и японец пришел, и буксирщик пришел...
И только лошадь - нет.