Tags: Франция

О русофобии и галлофобии



Говоря штампами МИДа, "не можем не отметить гигантского всплеска русофобии" в России. Последним толчком для этого явилось выступление президента РФ, в котором он объявил, что все, кто получает в России больше 17 тыс. рублей (200 евро в месяц), являются средним классом, а их 70%. Посколько МРОТ в России крайне низкий. Понятно, открываются блестящие возможности элементарно сделать 100% населения России средним классом или просто богачами.

Теперь посмотрим, откуда растут ноги у этой пресловутой русофобии. Представляете, объявили (и с этим многие согласны), что этот великий экономист и геостратег (бульдозеристы по сырам не дадут соврать) – это самое лучшее, что есть в России. Среди всех 140 миллионов. Остальные еще хуже. Настолько хуже, что для того, чтобы это чуче чудо могло оставаться в абсолютной власти в России еще долгие-долгие годы, решили даже менять Конституцию. Причем, в спешке, с маленькими хитростями, видными всей планете, в нарушениями своих же законов... но что делать? ВСЕ ОСТАЛЬНЫЕ В СТРАНЕ ЕЩЕ ХУЖЕ! Вот такая страна!

Если это не крайняя степень русофобии, поразившей всю Россию, то русофобии вообще не существует.

Хотя, конечно, если посмотреть на тех, кем себя окружил президент, то нельзя не согласиться – они, конечно, точно хуже.

Теперь перейдем к критике Франции.Collapse )

Проблемы впихивания невпихуемого





Все уже, наверно, в курсе конфуза, который случился при изложении речей Макрона и Путина во время недавней встречи в Брегансоне. Владимир Владимирович взялся, конечно, за непосильную задачу изобразить сравнимыми протесты в Москве против беспредела «избирательной кампании» и парижские погромы желтых жилетов. Трудно сказать, верит ли он сам в ту чушь, которую транслирует, все может быть, все-таки человек уже третье десятилетие живет в полном отрыве от реалий да без всякого контроля. Тут у любого крыша съедет.

Ну, короче, как вы все знаете, камуфлет случился такой - президент Макрон на самом деле сказал своему коллеге, что желтые жилеты (среди которых затесалось немало любителей массовых беспорядков, это я уж от себя добавил), которые манифестировали, были свободно представлены и на европейских выборах, и будут представлены на муниципальных «ceux qui ont manifesté se sont présentés librement aux élections. Ceux qu'on appelle les Gilets jaunes sont allés librement aux élections européennes et iront aux municipales.». Сайт же Кремля переврал эти слова с точностью до наоборот, написав от лица Макрона более приятные Кремлю слова, а именно что эти люди не имели возможности выставить свои кандидатуры на европейских выборах, и правильно. Тут непонятно, на что рассчитывали эти акулы пера, поскольку есть немало людей, понимающих по-русски и по-французски, которые схватили жуликов за руку мгновенно. В первых рядах было радио Свобода, а потом подтянулись и французские медиа, почитайте хоть Le Parisien.

Но что интересно, это был не единственный камуфлет. Collapse )

Еще о французском Сопротивлении



В прошлом посте о французском Сопротивлении я привел цифру участников Сопротивления, которая традиционно встречается в разных изданиях вплоть до школьных учебников – 2% населения. Мне это число кажется завышенным. Можно ли представить себе, чтобы 2% населения оккупированных областей СССР принимало участие в подпольной/партизанской активности, пусть даже и виде пассивной помощи? А ведь мотивация французов бороться с оккупантами была слабее таковой у населения СССР, поскольку условия жизни французов в оккупации были несравненно лучше жизни людей советских.

Затем, как надо понимать термин "бороться с оккупантами"? В широко распространенном советском представлении это означает физическое уничтожение оккупантов, пускание поездов под откос и всякие прочие боевые действия. Интересно, что примерно так же представляли себе борьбу французские коммунисты, а против такого представления активно выступали люди де Голля и британцы. Последние утверждали, что теракты против немцев и коллаборационистов ведут только к усилению репрессий против населения, расстрелу заложников и пр., при том, что урон врагу наносится сравнительно малый. Гораздо продуктивнее готовить скрытые акты саботажа, заниматься пропагандой, а самое эффективное - помогать заброшенным во Францию агентам вести разведку и проводить вербовку среди немецких офицеров и французских чиновников. Но для этого нужно иметь благоприятное окружение, другими словами, многих местных людей, которые предоставят:

- место встречи, необходимые условия для десантирования;
- укрытие;
- фальшивые или подлинные документы;
- провизию, продуктовые карточки;
- возможность легализоваться;
- финансовую поддержку, и т.д.

Вот люди, которые занимались такой невидимой работой, были исключительно важны.

Э.Кукридж в своей книге "Set Europe ablaze" (в русском переводе "Европа в огне") очень много рассказывал о взаимодействии британских агентов с французским Сопротивлением и, в частности, описывал, как удавалось получать финансовую поддержку от богатых французов (поскольку сброс денег с самолетов в контейнерах часто приводил к их потере). Вот цитата:Collapse )

Некоторые факты о французском Сопротивлении



Друзья устроили обед с историком, одним из ведущих специалистов по французскому Сопротивлению, автором нескольких книг на эту тему. Беседа получилась очень интересная, многое я знал и раньше, но кое-что было для меня новым. Вот краткие тезисы:

Устоявшейся истории Сопротивления пока не имеется. Традиционно она представлена двумя разными историографиями – созданной компартией и голлистами. Обе политизированы (коммунистическая в гораздо большей степени) и полны искажений.

Никто не отрицает, что в 1941-44 годах французская компартия была главной опорой внутреннего сопротивления. Однако в 1939 году инструкциями из Москвы антигерманская пропаганда партии была запрещена (воюющих против Германии Англию и Францию было рекомендовано изображать империалистическими хищниками). Из-за этого во Франции компартия рассматривалась как прогитлеровская организация и была запрещена. Внутри самой партии произошел раскол.

В 1940-41 годах большая часть компартии под влиянием Москвы не делала большой разницы между Гитлером, Петеном и де Голлем.

Сопротивления до 1941 года практически не было, хотя точечные репрессии были. Первым расстрелянным (в 1940) был француз, перерезавший кабель, проложенный немцами в Нормандии, когда готовились к предполагаемой высадке в Англии.Collapse )

Бесстыдство западных толстосумов



Уж, казалось бы, прожил немало, но каждый раз удивляюсь, как много людей после всяких несчастий упускают прекрасную возможность промолчать, а с удовольствием демонстрируют, как много в них фекальных масс. Если выражаться проще, свою говнистость.

Вот случился пожар в Нотр-Дам, миллионы людей во всем мире огорчились. Ведь если даже тебя это ни разу не трогает, никто же не тянет за язык заявлять об этом! Но удержаться нет никакой возможности!

Сколько я прочел в русскоязычных социальных сетях, что "мне насрать на этот собор". Ну насрать и насрать, но зачем ты об этом хочешь рассказать всему миру? Можно, конечно, не обращать внимания на ушибленных Всевышним в темечко, которые, несмотря на то, что им насрать, массово пишут о вине Мухамедов (такое имя во Франции носит каждый пятый), наказании французов за Гитлера, Милошевича, Каддафи, санкции, поддержку хохлов, безбожие, ереси, толерастию, русофобию, гей-браки... списку нет конца. Да, можно не обращать, но сколько же таких сумасшедших! Откуда это, они что, теле-белены объелись?

Но вот сколько гнева вызывает массовый сбор французами денег на реставрацию Нотр-Дам, это нормальному человеку даже представить себе нельзя! Такое впечатление, что этот сбор – просто нож острый честному обывателю. Обвинения сыплются просто тоннами.Collapse )

Обыкновенный герой



Сегодня французские СМИ многократно повторяют имя этого человека. Обычный героизм, как он есть. Вчера предложил обменять заложницу, удерживаемую террористом, на себя. Заложница была отпущена, а добровольный заложник, подполковник Арно Бельтрам, застрелен террористом.

Жаль, что об этом подвиге мало говорят в мире.Collapse )

Как мы решаем проблемы религии



У нас есть маленький совет (раз в месяц собираемся) руководителей групп для решения местных вопросов.
И вот такой вопрос встал.
В университете студентам разрешено открыто носить символы своей религии – крестики, платки вокруг волос, кипы. А вот уже аспирантам такого носить нельзя, они уже вроде как сотрудники. Сотрудникам запрещено. Приехала в аспирантуру докторантка из Туниса, ходила в платке вокруг волос, так заставили снять платок. Испанка была с большим крестом, попросили засунуть крест внутрь платья, чтобы не видно было.

А тут приехала стажерка тоже из какой-то арабской страны. В платке. На три месяца.

Что делать, непонятно. С одной стороны, она не студентка, должна соблюдать общий порядок. С другой стороны, приехала ненадолго, и статус стажера непонятный. Сотрудник, не сотрудник?

Черт его знает, как надо поступить. Скорее, разрешим.

Картина маслом

Пока в России готовится к продаже имидж главнокомандующего, который будет танками и ракетами защищать свой народ от покушений русофобов всех стран, Франция занята куда более приятным делом - судебным процессом вокруг женского полового органа.

Школьный учитель Фредерик Дюран опубликовал в своем фейсбуке фото знаменитой картины Гюстава Курбе 1866 года "Происхождение мира". Фейсбук тут же заблокировал аккаунт Дюрана за порнографию.

Картина под катом, на всякий случай.Collapse )


Дюран подал в суд, и та история тянется уже с 2011 года. Дюран требовал компенсацию в 20 тыс. евро и восстановление аккаунта.

В результате суд принял половинчатое решение. Фейсбуку указали так больше не делать; а представитель фейсбука сказал, что не волнуйтесь, в искусстве мы тоже мало-мало понимаем, Курбе – голова, а не то, что вы подумали, картина его – шедевр, ей самое место в фейсбуке, больше не опарафинимся. А в денежной компенсации Дюрану отказали, мол, не так сильно он без картины и пострадал, тем более, что он сразу же другой завел. И старый аккаунт никак не восстановить, он только 90 дней хранится, а потом с концами, так что извиняйте.

Но адвокат Дюрана будет продолжать борьбу. Потому что в борьбе обретешь ты право свое, а суд этой картиной еще накроется.