April 6th, 2012

К дню конфессионального пограничника

Мне кажется, что в нынешних церковных скандалах все (с обеих сторон) пошли не в ногу.

Все гораздо проще, а все свары только от непонимания ху из ху. Безусловно, любой церковный иерарх имеет право носить брегеты с алмазами, украшать свои интерьеры подлинниками Рафаэля и ездить на самых навороченных Майбахах. Более того, я полагаю, что любой церковный иерарх имеет право пить самые дорогие коньяки в неограниченных дозах и иметь по несколько любовниц, а при желании вкушать и однополой любви. В равной степени это касается мулл, раввинов, ксёндзов, пасторов и шаманов. Почему нет? они что, лишены гражданских прав? Они что – не люди?

Конечно, кое-кто хотел бы предъявлять к церковникам более высокие требования. Но на предъявление таких требований надо иметь право, а право это вытекает только из одного – если ты сам принадлежишь к воцерковленной пастве упомянутого иерарха. Другими словами, если ты добровольно причислил себя к группе, им возглавляемой. Вот тогда, внутри этой группы ты имеешь полное право возмущаться и пьянством, и брегетами, и прелюбодейством, и сребролюбием. Или, наоборот, смиряться с этим, или даже почитать за добродетель. Но как бы то ни было, все эти разборки это внутреннее дело упомянутых групп, и совершенно нечего светскому обществу выносить на страницы светских СМИ или светского электрического интернета их частные дрязги. Это все сюжеты для изданий типа "Современного православия" или "Мастерство раввина".

Понятное дело, и иерархи всех конфессий должны оставаться в рамках своей компетенции и не покушаться на какие-то роли в светском обществе, на которые это общество в лице всех своих членов их не приглашало. О том же говорит и наша св. Конституция, статьи которой (в отличие от всех священных книг и проповедей) являются обязательными для всех без исключения. Поэтому Богу Богово, кесарю кесарево, а иерарху иерархово, как справедливо говорит та же Конституция. Конфессиональные границы должны быть на замке – вот лозунг сегодняшнего дня. Причем, на замке с двух сторон.

И будет всем Щастье.