Черти что из табакерки (unholy_) wrote,
Черти что из табакерки
unholy_

Жисть

Оригинал взят у roizman в Так живем
Один пожилой дядька, краснодеревщик, до 2016 года упорно продолжал жить в Советском Союзе. То есть он по каким-то своим соображениям решил не расставаться с советским паспортом. Ну и как-то жил, пока уж совсем не припекло. Инсульт хватил, да и вообще помощь требуется, да и пенсию как-то надо получать. И вот родственники ходили-ходили в УФМС, и им каждый раз объясняли, что невозможно поменять паспорт. В конце концов они снова туда пришли, написали жалобное заявление, оставили там и пришли к нам. Мы включились, договорились с районным отделением. Невестка этого могучего аксакала получила на руки прописанный алгоритм действий, выполнила каждый пункт, а Степан Чиганцев контролировал весь процесс. И на последний прием принесла разных вкусных пирогов, радостно сообщила, что новенький паспорт свекру, наконец, выдали. И говорит: «Ровно в тот день, когда выдали новый паспорт, из УФМС по почте вновь пришла скорбная бумага, что, к сожалению, получить новый паспорт не представляется возможным». Я волком бы выгрыз… А пирогами мы всех до вечера угощали.

А потом баба Саша принесла большой горячий пирог. Она одна воспитывает внучку, которую тоже Саша зовут. Мы им всегда стараемся помогать. Саша, кстати, отличница.

А потом еще принесли огромный торт, тоже очень вкусный. Мы всех угостили. А вообще на каждый прием приносят пирожки и торты. Такие вот мои бонусы.

Женщина пришла, сорок шесть лет. После смерти матери оставалась с отчимом в одном доме, а отчим дом продал. И она осталась на улице. Три года без жилья. Не пьет, не курит. Все время где-то работает, подрабатывает. Но без регистрации нормальную работу не найдешь. Ночует где ни попадя. Иногда в доме ночного пребывания. А последние дни на вокзале ночевала. Причем она им делает какую-то работу, помогает, а они ее пускают переночевать в комнату матери и ребенка, где душ есть. И вот она сидит передо мной, идти ей некуда. Человек не пропащий, позитивный, работы не боится. А пойти некуда. И ты ей не скажешь: «Ну, приходите через месяц». Потому что это надо решить здесь и сейчас. Полдня она у нас просидела. В конце концов, мы все-таки решили. И очень я доволен, потому что нет тяжелее чувства, чем когда от тебя уходит человек, ты ничем не можешь ему помочь, смотришь ему в спину и понимаешь, что идти ему некуда. Кстати, если кому нужен в загородный дом, в хостел сторож, уборщица-администратор в одном лице, с проживанием. Имейте в виду, контакты есть.

Потом пришли две бодрые бабушки, обеим под восемьдесят. Говорят: «Женя, скажи, которые старые, с них не будут удерживать за капремонт?». Я вздохнул и сказал: «Будут». Одна было пригорюнилась, а другая толкнула ее в плечо и говорит: «Да ладно тебе, дольше будем платить – дольше жить будем». Я так и не понял – как это между собой связано, но такая стойкость меня порадовала. Потом Лара Булатова им насобирала всяких гостинцев, конфет да пирогов. Они пошли довольные и уже в коридоре говорят мне: «Ты знаешь, Женя, молодежь-то ведь у нас очень хорошая, мы нашу молодежь сильно уважаем». Поскольку молодежь у них начинается лет с пятидесяти, а все остальное дети, то мне было очень приятно это услышать.

Потом пришла женщина с очень обидной историей. Ей уж за полтинник. Всю жизнь работала маникюршей. Взяла деньги в АИЖК 2 400 000 на пятнадцать лет и купила скромную однушку. И платила шесть лет. Выплатила 2 500 000. А с тринадцатого года заработков не стало. И квартиру у нее отняли. И выселяют. Ни копейки денег не возвращают. И ничего у нее больше нет. И вот так на шестом десятке остаться на улице. Смотрю, чем помочь.

Потом девчонка пришла из Молдавии. На сумочке ленточка георгиевская повязана. У нас, говорит, из-за американцев все плохо стало. А раньше, говорю, хорошо было? Раньше, говорит, тоже плохо было. А проблема у нее такая, что она прошла обследование за деньги, а деньги должны были перечислить из соцзащиты, но вовремя не перечислили, а теперь говорят, что денег нет. Вопрос двух тысяч рублей, но для нее критично. Решили.

Несколько разных людей приходили. Говорят: «Выборы приближаются». Я говорю: «И что?». Спрашивают: «За кого голосовать? С кем идти?». А я знаю?

Потом мама пришла. Дочке у нее одиннадцать лет. Шахматистка, двукратный чемпион России по детям до тринадцати и двукратный чемпион Европы. И сейчас надо ехать на чемпионат мира в Грузии и на первенство Европы в Праге. Никто не финансирует. Правильно, это же не Олимпиада в Сочи. Смотрю, чем помочь.

Несколько человек приходили по выделению земельных участков для льготных категорий. Ситуация крайне нелепая. Область у города забрала возможность распоряжаться неразграниченными землями. Сказали, что сами будут выделять. В результате у них образовалась очередь, которая растет. Городская очередь при этом никуда не делась, и она тоже растет. А теперь еще и самого министра, и половину МУГиСо посадили. И иди сейчас, найди с кем разговаривать. Придумываю системное решение.

Очень много народу идет. И проблемы с жильем, и зарплату не выплатили, и жить не на что, и самые разные несправедливости. Стараемся помогать.

Пришел огромный груз от могучего Артур Шомахов, коляски и ходунки. Всего порядка ста. Спасибо парням из Владивостока и Хабаровска, которые встретили и растаможили. И парням, которые помогли доставить до дверей. И всем добрым людям, которые этот груз собирали. Разгрузились в техникуме. У них большая производственная база. Сейчас ребята с мастером все распакуют, соберут, смажут, проверят (хотя японская техника излишнего внимания к себе не требует, пусть тоже поучаствуют) и со следующей недели начнем раздавать.з

Tags: Ройзман
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments