Tags: Психоложество

Keep calm and carry on

Расчехлю диплом и вступлю Кэпом, то есть напишу о том, как не усукаблять ситуацию

Жизнь такова, что стресс зачастую убивает нас быстрее, чем стрессор, паника опаснее коронавируса, страх - убийца разума и все такое. Короче, сейчас тревожатся если не все, то очень многие. В обычной ситуации хорошо работает правило, описанное в этой статье и прекрасно сформулированное espeil: выливайте свою тревогу на тех, кто находится дальше от ситуации, чем вы, а не на тех, кто ближе или на том же расстоянии. Но сейчас на +/- равном расстоянии от ситуации находятся все. Все читают примерно те же интернеты. У всех коронавирус, внеплановые каникулы и послание президента, у всех разные ограничения, пугающие экономические прогнозы, нервы по поводу работы, гречки и туалетной бумаги, и у всем уже, наверное, соседка троюродного брата одноклассника бывшего ФСБшника напела о том, что Землю города вот-вот закроют.

В обычной ситуации мы часто пишем свои тревоги в уютный блог, соцсети и чатики с друзьями, получаем виртуальные объятья, поглаживания и слова успокоения, выдыхаем и немного успокаиваемся. Подвох в том, что делать это сейчас - зачастую означает усукаблять усугублять тревоги других людей. Увы, нытье, нервяк и прочие вибрации очень заразны. Поэтому в текущей ситуации мне кажется важным вот что: Collapse )

Потому что мы так устроены, что нам важно получать утешение и поддержку от своей стаи, но при этом мы заражаемся эмоциями других людей. Если количество нервяка вокруг превысит пороговый уровень, мы будем не гасить вибрации друг друга, а подхватывать их и еще больше всех нервировать.
И еще. Физические упражнения, работа по дому, помощь другим и творчество (список не полон) по-прежнему помогают сделать мир чуточку лучше, а нас - немножко спокойнее. Даже если во всем остальном мире хаос, на который мы не можем повлиять, у нас точно есть то, в чем мы можем навести порядок.
очки

Про тревогу, хронический стресс и беспомощность

Когда со всех сторон поступают тревожные сообщения, и вообще не ясно, что с этим делать, мы можем почувствовать себя в ловушке и впасть в беспомощность. Есть способ облегчить это состояние. Не знаете, что делать - сделайте хоть что-нибудь. Это что-нибудь должно быть достаточно простым и с быстрым результатом, который помогает сделать ваш кусочек мира лучше хотя бы тем, что дает вам приятные эмоции. Лучше, чтобы это было что-нибудь физическое. Тело должно вспомнить, что усилия приносят результат, и что вы не бессильны. Не замирайте. Действуйте. (засчитаем это за еще кусочек конспекта А. и Э. Нагоски :) Кстати, я в свое время самостоятельно изобрела этот велосипед на ролевой игре "454")
will

Амелия и Эмили Нагоски "Выгорание" (часть 3)

Третья глава посвящена тому, что для нас самое главное. Ведь смысл - это очень важный союзник в борьбе с выгоранием. Сестры Нагоски понимают смысл как благотворное влияние, которое оказывает человеческая жизнь на мир в конечном итоге, как положительный вклад человека в окружающий мир – не важно, принес ли он радость лично ему. “В двух словах, смысл – это обогащающее чувство, что мы связаны с чем-то большим, нежели наша личность. Благодаря смыслу мы расцветаем в хорошие времена и лучше адаптируемся, когда наступают плохие.” ©
Смысл не всегда падает на нас с неба. Зачастую его необходимо изготовить самим. Источник нашего смысла - это Что-то Большее: бог, в которого мы верим, образ будущего, о котором мечтаем, и т.д. Исследования показывают, что есть три основных источника смысла:
1. Преследование амбициозных целей, которые оставят большой след в обществе и сделают мир лучше.
2. Служение духовному культу.
3. Любящие, близкие отношения с другими людьми.
Самое главное здесь - ощущение своего позитивного вклада в мир. Спросите себя: “За каким занятием я чувствую, что занимаюсь своим делом?”
Важно не не путать свое Нечто Большее с синдромом донора, которому особенно подвержены женщины. Синдром донора – это набор личных и групповых норм и ритуалов. Он основан на вере в то, что единственный смысл женской жизни – быть веселой, милой, заботливой, терпеливой и внимательной к нуждам окружающих. Если что-то внутри тебя говорит: “Какие тебе смыслы? У тебя лишний вес, посуда не мыта, ребенок двойку из школы принес и свекровь болеет!”, то это он, синдром донора. Бороться с ним сложно, но можно, особенно если не позволять ему сбивать себя с курса к своему Нечто Большему. Короче, в любой непонятной ситуации помни о том, что для тебя самое главное и уделяй этому хотя бы частицу своего ресурса.
will

Амелия и Эмили Нагоски "Выгорание" (часть 2)

Вторая глава посвящена т.н. монитору. Сестры Нагоски определяют его как мозговой механизм, который отслеживает расстояние от нашего текущего местоположения до конечной цели. Монитор непрерывно ведет счет: каково соотношение затраченных усилий к получаемому результату? И он четко следит, чтобы это соотношение не превышало определенного порога. Когда вы прилагаете не очень много усилий, но быстро продвигаетесь к цели - монитор доволен. Когда возникают неожиданные помехи, и приходится вкладывать большие усилия ради крошечного результата - он в ярости. Если оценка цели меняется с достижимой на недостижимую, мы впадаем в отчаяние. Что с этим делать? Collapse )
очки

Амелия и Эмили Нагоски "Выгорание" (часть 1)

Я решила сделать для себя конспект этой очень полезной книги. Там много очевидного, но лично я об этом очевидном легко забываю. Опять же, в текущей тревожной ситуации явно пригодится. Итак, погнали. Первая часть книги посвящена завершению стресс-циклов. Краткий пересказ:

Разделяйте стрессор и сам стресс. Зачастую со стрессором (проблемами с деньгами, здоровьем, отношениями с родственниками, тревожными новостями и т.д.) мы не можем ничего сделать. Но можем - с самим стрессом.Collapse )
фото

(no subject)

Снова перечитывала статью об ответственности, а не вине и еще пост Эволюции на эту же тему. И думаю о том, что здесь мы снова оказываемся между Сциллой и Харибдой. От позиции "ты ничего не мог(ла) сделать, только насильник/агрессор принимал решение и мог управлять ситуацией" очень легко сделать этот шаг или два до выученной беспомощности и "ты не можешь ни на что повлиять, любой мудак может нападать на тебя, когда захочет". От "ты неверно оценил(а) риски ситуации" очень легко сделать шаг или два до виктимблейминга и "о чем ты только думал(а)?! сам(а) виноват(а)".
Внутри себя я, как мне кажется, смогла найти некую точку равновесия, равноудаленную от этих двух монстров, но до сих пор не понимаю, как толком выразить ее словами.
will

(no subject)

Спасибо espeil за отличную статью и ее краткую формулировку:
"Есть важное правило - весь неконструктивный слив твоей тревоги делать в людей, которые находятся дальше от ситуации, чем ты. Дальше, а не на том же уровне или ближе".
Волчица

Госпитальные будни

Мам в отделении для недоношенных и маловесных детей (ОНД) легко отличить по замедленным движениям, отсутствующему характерному выражению лица и склонности зависать на полуслове. Оживленные разговоры возникают в основном тогда, когда женщины начинают ругать врачей и больницу. Еда не подходит для кормящих матерей: то каша на молоке, то сыр, то овощи или фрукты красного цвета, то какао принесут, то еще что. Чайник на кухне с накипью. Кулера с водой в отделении нет. Мыть за собой посуду приходится тряпочками, а губки, которые мамы иногда покупают, на следующий день выбрасываются.

Но больше всего эмоций вызывают диагнозы и лечение. Все дружно ненавидят фототерапию от желтушки, на которой ребенку приходится лежать в защитных очках. Надо ли говорить, что дети очкам не рады, и регулярно их снимают или сбивают на сторону? Все деморализованы самим фактом попадания в больницу после роддома. Многие не понимают, почему при нормальном течение беременности у ребенка вдруг возникает какая-то фигня и зачастую не доверяют врачам, которые от этой фигни лечат. Раньше же не лечили желтушку, и ничего!

В общем, внутри мам мечется самка, желающая только одного: схватить хнычущего детеныша, снять с дурацких терапий и капельниц, оборвать все чертовы проводки, унести в гнездо, спрятать и вылизывать. Врачи же то ли не понимают, что ли не умеют взаимодействовать с мечущейся самкой. Соберитесь, говорят они, ребенку нужна сильная мать, говорят они. И никто не говорит: "Шшш, спокойно. Ничего ужасного не происходит. Больница - это не ад, а просто тут легче и надежнее лечить то, что сейчас есть у ребенка. Заодно нормально обследуетесь". Зато сразу понятно, как происходит разделение реальностей: с одной стороны - "заговор врачей", с другой - "эти мамашки нифига не понимают".

Думаю о том, что ОНД и аналоги - это еще одно место, где категорически не хватает психологов. Другое такое место - отделение паталогии беременности, где женщины месяцами лежат на сохранении.
will

Три психологические группы от ta

“Группа для тех, кому трудно – 2017“. По четвергам, 19-22. Еженедельно. По сути это группа для тех, кому не хватает сил. Чтобы воплотить мечты. Или чтобы просто сделать то, что давно хочется и собирался. Чтобы получать удовольствие от жизни. Чтобы делиться лаской и любовью с близкими.
Мы второй раз собираем группу с этой темой. Первая группа просуществовала год и позволила участникам лучше понять себя, свои возможности и ограничения.

“Группа поддержки для родственников хронически больных“. По воскресеньям. Раз в 3-4 недели. С 11 до 14.
Рассказываю про нее с особым волнением. Потому что подписалась в этот проект по принципу “хочешь сделать себе хорошо, сделай это сам”. Потому что в свое время, когда мне была нужна подобная помощь, нужного места и людей не нашлось.


Быть и любить”. Трехдневная телесная группа [...] для тех, у кого раз за разом не складываются отношения. И для тех, кто нашёл партнёра себе по душе, но создать гармонию и получать удовольствие в отношениях пока или уже не выходит.
Наша группа о тонких ощущениях, чувствах и импульсах, возникающих в отношениях и для отношений. О мурашках прикосновений и тепле объятий. О желаниях и смущении. О возбуждении и обиде. О срасти и апатии. О страхе и предвкушении. О том, как быть с другим и не потерять себя. Как разделить любовь друг к другу.
гроза

Ответственность, а не вина

[...] мне хотелось бы описать три наиболее распространенные стратегии того, как мы можем описывать пострадавшего.

Первая стратегия — описать его как героя. Девушка уходит гулять ночью по опасному району, потому что считает, что только так можно бросить вызов мужскому насилию и заставить общество задуматься. Рискуя жизнью, рыбак отправляется в бурное море, чтобы прокормить семью. Александр Матросов бросается на амбразуру, а Януш Корчак уезжает в Треблинку вместе с воспитанниками Дома сирот. [...]

Обратная стратегия — объявлять погибших чистыми жертвами. Они ничего не могли поделать, враги или обстоятельства вынудили их вступить на гибельный путь. Начальство заставляло шахтеров работать с нарушением техники безопасности, нацисты загнали евреев в вагоны и отправили в концлагерь, дорога домой только одна и ведет через плохой район. [...]

Разумеется, в реальной жизни люди редко оказываются чистыми «героями» или «жертвами»: обычно несчастья случаются с теми, кто неправильно рассчитывает риски. Валютные заемщики предполагают, что рубль не обесценится в течение ближайших десяти лет. Девушка думает, что успеет достать из сумочки баллончик, выходящий в море рыбак недооценивает бурю и переоценивает свои навыки и так далее. [...]

Несколько хуже обстоит дело, когда мы пытаемся говорить, что и ситуация «чистой жертвы» часто включает в себя неверную оценку рисков. Именно здесь чаще всего и раздаются упреки в victim blaming.