Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

пилот

Алексей Иванов, "Сердце Пармы"

Прочитала я намедни роман Алексея Иванова «Сердце Пармы». Далось это мне крайне нелегко :-)) Первой реакцией было захлопнуть книгу и настучать по голове тому, кто мне ее посоветовал. Потому что начинается она так:

Зеленое золото Вагирйомы тускло отблескивало сквозь прорези в кожаном шатре, расшитом понизу багрово-красными ленточками. Шатер стоял на помосте, укрепленном на спинах двух оленей, что устало шагали за конем хонтуя. Позади остался длинный извилистый путь от родного Пелыма: через многие хонты своей земли, через священное озеро Турват, на жертвенники у Ялпынга, по отрогам Отортена и на полдень по Каменной Ворге до самых Басегов. К тому времени, как Вагирйому довезли до Чусвы, у Асыки уже собрался сильный отряд в семь десятков манси. Оставив плоты у последнего павыла перед устьем Туявита-Сылвы, хонтуй повел караван лесами напрямик к Мертвой Парме.

А продолжается так:

«Вот чамья последнего кана Судога, который двести с лишним лет назад разметал монгольские тумены в устье Чусвы, в битве при Чулмандоре, - сказал пам. - Канская тамга на его иттарме...»

По Вычегде, по Кельтьмам тяжелые лодки проползли мимо облысевших круглых быганов сквозь глухую рамень и речные буреломы и вывалились в Каму.


Первое ощущение, возникающее при попытке пробраться через эти языковые дебри – подозрение, что тебя наебали. Кажется, автор сам выдумал все эти увтыры, чувалы и тамги. Прочитав первые пять страниц, я закрыла книгу, перевела дух и полезла в интернет с мыслью: «Если сейчас я этих слов там не найду, и не смогу их расшифровать, то читать дальше эти бредни не буду». Велико же было мое удивление, когда оказалось, что это не издевательство автора (хотя и оно, конечно, тоже ;), такие слова на самом деле есть, и, простите за выражение, вогулы вкладывали в каждое из них вполне конкретный смысл.

Что ж, пришлось читать дальше. Collapse )
пилот

И снова о мискастинге, девачковое

Посмотрела я тут экранизацию 1997 года по роману «Айвенго» Вальтера нашего Скотта. Сам роман в детстве и отрочестве мне очень нравился, но вот как-то до сих пор я не удосужилась увидеть ни одной его кино-версии. Вот увидела первую. И думаю: почему нельзя снять сериал прямо по книжке? По мнению режиссеров, это будет очень скучно, а они уж всяко покруче В. Скотта сюжет придумать сумеют?-) Очень самонадеянно.

Сериал начинается с того, что Айвенго с Буагильбером попали в плен (!!) к герцогу Леопольду Австрийскому , и Буагильбер предал Ричарда, а Айвенго – нет, хоть его и пытали О_о

Ну да ладно. В моей любимой «Игре Престолов» еще и не такое по сравнению с книгой наворотили (хотя, справедливости ради, тут режиссеры действовали совместно и в полном согласии с Джорджем Мартином, тогда как от бредовых идей создателей «Айвенго» великий классик английской литературы в гробу ворочался). Но кастинг!!!

Возьмем, к примеру, Айвенго – благородного и отважного рыцаря (героя), которого полюбили сразу две главные героини – леди Ровена и еврейка-целительница Ревекка. Последняя к тому же еще и отбивалась от назойливых домогательств тамплиера Бриана де Буальгильбера (злодея). Ну, тут все понятно: должно быть, парень и впрямь недурно выглядел, если его сразу две красавицы были бы счастливы одарить своей благосклонностью.

А теперь внимание. Вот он, герой девичьих грез по версии создателей сериала Ivanhoe 1997:
Collapse )
пилот

(no subject)

И снова о том, как по-разному читаются одни и те же книги в разном возрасте (кажется, в последнее время это становится одной из главных тем в моем ЖЖ).

Вот взять «Великого Гэтсби», прочитанного мной впервые в 19 лет. Тогда этот роман показался мне совершеннейшей ерундой, непонятно зачем написанной скучной историей о бездельниках. Теперь, спустя 12 лет, я проглотила его за полдня, и мне хотелось выписывать цитаты с каждой страницы.

Помимо того, что у автора отличный слог (уж этого-то как я могла не увидеть даже тогда, когда все его размышления были мне ещё чужды?), он еще и очень точно передает тягостное ощущение прощания с иллюзиями, которое наступает около тридцатника. А к этому времени, как правило, ты уже научился быть безупречно честным сам с собой – и это только усиливает слегка грустное осознание того, что многие мечты для тебя навсегда остались позади.

Конечно, будет что-то новое, будут какое-то достижения - но это уже конкретные планы и их реализация, а не захватывающее и пьянящее чувство «весь мир открыт и ждет меня», которое иногда так хочется вернуть, и которому нет возврата.

Мне кажется, что «Великий Гэтсби» - книга именно о прощании с иллюзиями. И я понимаю теперь, что она мне и не могла понравиться 12 лет назад – это роман, написанный тридцатилетним для тридцатилетних.
sad

А на седьмой день ему все остопиздело

Михаил Успенский написал грустную антиутопию «Райская Машина». Ее трудно назвать романом, да и вообще цельным произведением - для этого у книги слишком странный сюжет, размытая концовка, невнятные встречи и глупые расставания. Короче, всё как в жизни. Поэтому она больше всего напоминает дневник живущего в отшельничестве писателя М. Успенского, который отчаянно хочет спрятаться в заповедной, заветной тарелке своего праведного сновидения, но так и не может этого сделать: сколько ни убегай от мира, он все равно тебя настигнет. И чем сильнее хочешь убежать, тем крепче тебе от него и прилетит. Как прилетело главному герою Роману Мерлину, в котором автор виден так ясно, что дальше некуда.

В этой книге не осталось ничего от веселости трилогии про Жихаря; даже куда более замороченный «Белый хрен…» рядом с «Райской Машиной» можно назвать неиссякаемым источником оптимизма. И, несмотря на то, что Успенский зачем-то пытается остаться в рамках давно выбранного им жанра фэнтази, на самом деле это никакое не фэнтази. Это безвыходная антиутопия, от написания которой автору самому в конце концов стало так тоскливо, что он даже не потрудился склеить мало-мальски сюжетно интересное ее завершение, а просто оборвал там, где мир настиг Мерлина окончательно и бесповоротно.
sad

(no subject)

Мне очень тяжело читать романы Генрика Сенкевича. Во-первых, потому, что все эти сцены времен падения Рима или оккупации крестоносцами польских земель ужасающе достоверны в своей жестокости, а во-вторых (и это главное) из-за того, что я порой ловлю себя на странном. Я, не поверите, начинаю переживать за его героев.

Мне самой это кажется нелепостью - но каждый раз прямо сердце замирает, когда становится понятно, что сейчас Случится Страшное. Обычно-то я исторические романы вообще без эмоций читаю – ну в самом деле, чего тут волноваться, кто ж его посадит, он же памятник, они все умерли тыщу лет назад, да и не факт, что многие из них вообще жили, они – плод воображения автора, еще не хватало из-за них дергаться.

А вот когда читаю Сенкевича – сижу и дергаюсь. Иногда прямо закрываю книгу, и дух перевожу – так тяжко и страшно узнать, что было дальше.

Нашлась проруха на старуху, что называется)
глюк

(no subject)

Песенка о святости, мыше и камыше Кафке и преждевременных выводах.

Когда мне было лет чепырнадцать, я оторвалась от пошлой обыденности и принялась вовсю проникаться «духовностью» (которая возвысила меня над убогой толпой ровесников, отож! ). Выражалось это в прослушивании муз. коллективов вроде «Аквариума» и «Зоопарка», чтении Толкиена, и бурном общении с такими же, как я, интеллектуально озабоченными товарищами. Точнее, озабоченными тем, чтобы произвести впечатление интеллектуалов.

И вот в недобрый час попалось мне на глаза интервью кого-то из отечественных то ли рок-героев, то ли еще какого-то духовного «гуру из Бобруйска» - сейчас уж я наверняка не скажу, кто это был, но точно помню, что персона какая-то мной уважаемая. И он ляпнул в этом своем интервью – дескать, оченно люблю Кафку на досуге почитать Зело, говорит, высокоинтеллектуальное это чтение, не для средних умов. Но мы-то с вами понимаааем!...

…А к тому времени я пару раз уже что-то слышала про эту самую Кафку, и обычно эти упоминания совершались с очень значительными, одухотворенными лицами, которые прям-таки вытягивались от осознания того, насколько велик Кафка, и как они в процессе чтения сумели проникнуться этим его величием (причем, ясен хрен, все были людьми с претензиями, а я в 14 лет всяко еще не научилась различать, кто с претензиями, а кто на самом деле с головой дружит), так что благодатная почва для внедрения Кафки в мой мозг была подготовлена. А тут еще и этот гуру (черт, да вспомнить бы, кто ж это был!? ) подсуропился – и все. Я решила своим неокрепшим мозгом литературного теоретика, что Кафка – это очень круто, и если я буду в светской беседе невзначай поминать, закатывая глаза, что люблю бывалоче читнуть Кафки, то все сразу поймут, какой ниибацо светоч продвинутый человек с ними разговаривает, и сразу зауважают меня со страшной силой.

И я таки воплотила свою идею в жизнь – стала в окололитературных диспутах превозносить творения Кафки. Которые я НЕ ЧИТАЛА!!! Collapse )
пилот

Анатолий Брусникин, "Девятный Спас"

29.13 КБ

Поддавшись на рекламу, купила книгу некоего Анатолия Брусникина "Девятный спас". Прочитала за пару дней, а когда полезла в интернет посмотреть, что это за Брусникин такой - с превеликим удивлением поняла, что в основном народ обсуждает, кто на самом деле автор этой книги, Акунин или нет. И более ничего. Причем те, кто настаивают на том, что это Акунин, говорят, что чувствуют себя жестоко обманутыми – мол, наебалово и «лубок», не того ждали от Мастера. Прям удивительно – ну какая разница, кто написал-то? Любо – читай, не любо – отложи в сторону!))

Мне – понравилось. А с тех, кто возмущен (вроде обозревателя «Афиши» Льва Данилкина, написавшего дюже серьезную, пафосную рецензию, которая, подозреваю, отняла у него больше моральных сил, чем у автора – написание всей книги) мне смешно: какого рожна открывать беллетристику, заведомо легковесное чтиво для развлечения - и потом возмущаться, что оно по глубине идей не дотягивает до лучших образцов мировой литературы?)))) Оч странно. Конечно, это в том случае, если г-н Данилкин не решил, что за лубочной обложкой скрываются и впрямь какие-то историко-художественные откровения – но если уж он именно так и посчитал, и рекомендации от Сергея Минаева, Бориса Акунина и Полины Дашковой не натолкнули его ни на какие мысли, то уж, право, он сам себе злобный буратина.

Потому что читать этот роман, несомненно, надо исключительно как развлекалово. Тем, для кого слаще всего – историческая достоверность, его даже и открывать не стоит, нервишки могу не выдержать столь вольного обращения с цифрами и фактами)). А автор жонглирует ими как хочет, причудливо тасует местами людей и события, накручивает интригу, которая развивается годами, причем самые значимые события совершаются раз в девять лет – чтобы лишний раз подтвердить значимость и небесное происхождение этой цифры, которая «трижды троица и всему главная», как в начале книги рассказывает отец одного из главных героев, умирающий от лихорадки священник Викентий.

В центре повествования оказываются трое друзей – стилизация под гардемаринов. Только тут они, для пущего колориту, все из разного сословья: дворянин, попович и крестьянин. Collapse )