Синьора (signora_) wrote,
Синьора
signora_

Categories:
  • Music:

Брестская крепость

Моему деду было 17 лет, когда его призвали на войну из села Кужное Тамбовской области, и он сразу попал в пулеметный расчет стрелкового полка. Первые две недели это даже было не слишком похоже на войну - они стояли в вялотекущей обороне, дед подносил снаряды, слушал боевые байки и учился рыть окопы.

А потом началась немецкая атака. И командир отправил его, как в военных действиях бесполезного, но самого молодого и поэтому быстроногого, с запиской в полк - за подкреплением. Дед побежал. Нашел командира полка, отдал ему записку, рассказал всё, что знает, отдохнул и пошел обратно. Но когда он пришел на место, где стоял его расчет, он уже не увидел никого – только три большие воронки...

Я слышала этот рассказ от отца. Сам дед в последнее время почти оглох, с ним трудно разговаривать, приходится очень сильно кричать, даже слуховой аппарат не слишком помогает. Шутка ли – 85 лет. Но даже раньше, когда он ещё нормально слышал, то говорил о боевых сражениях крайне неохотно, и болезненно морщился, когда его об этом спрашивали.

Дед полковник, ветеран, у него много медалей и орденов, он мог бы рассказать о войне столько, что хватит на пару книг. Но мне кажется, что всю жизнь он хочет только одного – забыть о ней.

Посмотрев фильм «Брестская крепость», я в очередной раз поняла, почему. Война показана в нем не с тактико-стратегической стороны, без идеологии, без развесистой клюквы (которая так присуща кинематографу последних лет в фильмах на военные темы). А как неожиданное и страшное зло, от которого никуда не деться – только закрыть голову и бежать в ужасе, куда ноги несут, а потом сложить руки и умереть. Или не сложить. Но всё равно умереть.

При просмотре таких фильмов даже слезы не текут – просто встает в горле комок, и стоит там до самых титров. Тяжело смотреть. Очень сильно, страшно - и очень грустно.

И крутится в голове вопрос без ответа: «За что? За что они так?» И в который раз удивляешься тому, насколько сильна может быть пропаганда какой-то Идеи, если под ее воздействием люди были готов забыть про самое сильное чувство – инстинкт самосохранения. Будь то идея изначально «благая» или нет, расовая теория или поиски чаши Грааля – без разницы. Это ведь чьи-то выдумки, озвученные в словах – и не более! Это ничто, пшик, болтология! А люди оставляли свои дома и семьи, и шли туда, где их, скорее всего, ждала смерть. Кто вообще сказал, что эта чаша Грааля где-то есть? Кто сказал, что ты не попадешь под пули в этой «дикой России» (или любой другой стране)? Что за бред, как может быть Идея сильнее желания жить счастливо и спокойно, не срать другим на голову и не подставлять свою?...

Тот же феномен, кстати, интересует меня и в отношении тех, кто оборонялся. Почему-то мне кажется, что случись такое сейчас, подавляющее большинство нас не стало бы вести изматывающие, почти гарантированно безнадежные бои. Сдались бы, с мыслью: «Это всяко лучше смерти!» (ещё и про сраную рашку что-нибудь бы добавили, что лучше куда угодно в плен свалить, чем жить в ней). Так почему же они умирали, но не сдавались? Ради какой такой Идеи люди сумели забыть о базовом инстинкте – самосохранении – и отстреливаться до последнего?

…Когда мы вышли из зала, в киноцентре закончился ещё один фильм – «Ешь, молись, люби» (кажется, с Джулией Робертс). И хотя толпа сразу смешалась, направившись к выходу, все равно было понятно, кто какой фильм смотрел: одни улыбались и щебетали, а вторые шли с такими лицами, словно их настигло тяжелое ранение в голову.

Меня оно точно настигло. За последние годы это самый впечатляющий фильм о войне.
Tags: кино
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments