Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

Эдмунд Пэвенси

"Те, кто мертвы - они нас видят..."

Как-то даже нечего добавить.

Оригинал взят у naiwen в "Те, кто мертвы - они нас видят..."
Вот сегодня Кот Камышовый написал пост о том, нужна ли нам сегодня память о войне и что нам делать с этой памятью - продлить, отпустить?
Я не успела утром ответить и ушла гулять. А днем со мной случилась история, которую я сочла внезапно косвенным ответом.

... Забрела я в букинистическую лавочку. Сидит дедок (продавец или владелец), формат "Божий одуванчик". На вопрос, что я ищу ("смотрю, нет ли чего-нибудь по истории Второй мировой войны в здешних краях и про местное Сопротивление"), дед сначала честно попытался мне сосватать огромный двухтомник "История второй мировой войны" (я в ужасе на это посмотрела и представила себе, что эти два кирпича займут у меня пол-чемодана), в общем, я собиралась уйти, но тут дед покряхтел, порылся на полках и протянул мне книгу "Жан Мулен" - биография легендарного погибшего героя французского Сопротивления, написанная его сестрой Лорой Мулен. Я полистала, перевернула книгу, желая посмотреть цену - и внезапно оттуда выпал пожелтевший листок с каким-то письмом. Первая строчка, которая бросилась мне в глаза: "Надежда... тем, кто сегодня мертвы..."
- Эээ... - спросила я дедушку, - вы видели, что в книге это письмо? (сама книга издана полвека назад, и письмо, вероятно, того же времени)
- Нет, не заметил. Книга давно тут лежит.
Вместе мы принялись читать письмо, старый букинист был явно удивлен не меньше меня.
- Я покупаю книгу, а письмо мне можно забрать вместе с книгой?
- Ну я не знаю, - помялся дед. - А вдруг это что-то... вдруг это надо в музей, например?
Но я посмотрела умоляюще и дед сдался:
- Ну, я вижу, что вы лучше меня знаете, что с этим делать. Берите.

... Сидя в маленьком баре напротив, я разбирала письмо.
"Величайшая и печальная ошибка, которую совершают даже многие из нас: представлять себе, что те, кто мертвы - что они нас покинули; нет, они нас не покинули, они остались.
Где же они? В тени?
О нет. Это мы, живущие, мы в тени. А они, вдали от нас, но они существуют более, чем когда-либо. Мы не видим их в том облаке, в которое они завернуты, но они - они нас видят. Они глядят на нас открытыми глазами, полными славы и видят наши глаза, полные слез. Как утешительно для нас то, что наши мертвые сегодня невидимы, но они не отсутствуют.
Я часто думаю о том, что мог бы утешить тех, кто плачет об ушедших: это вера в их присутствие, единственная и вечная...
... они, мертвые, освещают нашу жизнь своим светом, своим могуществом и своей любовью..."

Подпись неразборчива. Собственно, я не знаю, кто это писал: просто проникшийся читатель или какой-то человек, быть может лично знакомый с Жаном Муленом - героем этой книги, как-то связанный с этой историей? Судя по взволнованному тону письма, я бы скорее предположила второе. А может это вообще письмо, вложенное в книгу случайно, совсем не связанное с ней - кто знает?
Но, вероятно, самое странное, что могло случиться с этим письмом - это оказаться в руках русской туристки. Словно какая-то удивительная почта сквозь время, доставившая мне его в руки. Читала - и плакала...

... В память о тех, кто...

братство

Времени вишен

ляжет в землю зерно и взойдет по весне, не запомнив усилий,
но взойдет. И тогда это будет достойным ответом
на вопрос, для чего умирать.



Оригинал взят у fredmaj в Времени вишен
(почему именно эти персонажи... не знаю. как-то именно про них сказалось. художественную ценность оценить не в состоянии, событийная достоверность... некоторая есть. Россия у Териака и Лемера в семейной истории тоже есть, факт. Все имена - реальны, жаль, что не всех назвал. "Вольный ветер" - это оперетта, а как именно назвать ту песню, которую пела Райна - не знаю. Пусть будет так.)

***
Господин Териак вспоминает свою весну:
так давно, так легко, далеко - и как будто вчера.
он не молод, в подвале так душно и клонит ко сну,
но снаружи опасно, руины и крики "долой" и "ура".
на втором этаже кто-то мебель крушит - баррикаду устроят в проулке.
а весенние дни так прозрачны и гулки,
и так хочется жить...
Господин Териак вспоминает рассказы отца
о далекой стране - то бежали туда, то оттуда -
в этой страшной холодной Москве не найти и родного лица,
но он помнит как чудо:
до бумажного хруста сгоревшие улицы, холод, тоска,
то ли смерть, то ли просто зима - и забыв о ней девушка пела
на родном языке пела там про цветущие вишни - иль розы?
леденела река
голос вел, то печально, то грозно
то светло... как она уцелела?
Уцелела ли? Бог ее весть, это было не здесь.
Господин Териак отирает лицо: в душном воздухе пыльная взвесь.
Ничего, это кончится скоро, а мы, Териаки, живучи!
пахнет пылью и порохом, кровью и вишневым цветом.
и как чудо! - поет кто-то там, высоко: "Вольный ветер"...
Боже мой, тех детей, что кричат о свободе, ничто не научит!..

Гражданин Пьер Лемер вспоминает свою семью -
младших братьев и маму. Отцовский сюртук грустно тесен в плечах,
по карманам - табачные крошки...
Человек - это больше, чем прах,
Пьер Лемер это знает. ...найти бы, на что им уехать на юг? -
Мама будет вздыхать, но зато не заложит сережки
с бирюзой. Круглый камень небесного цвета...
Пьер Лемер не жалеет о том, что остался бездетным:
вот, все дети его - двадцать лет их учил - вот Эжен, вот Матье, вот Рамо.
кто останется жив через час? - может быть, вообще никого,
может быть... Мы учили всегда, мы, Лемеры, мы - просто учили
даже прадед - давно, далеко, в невозможной России...
эти серьги - оттуда, наследство небесного цвета...
ляжет в землю зерно и взойдет по весне, не запомнив усилий,
но взойдет. И тогда это будет достойным ответом
на вопрос, для чего умирать.
Пьер Лемер улыбается тихо,
проверяет курок - пистолет по руке маловат -
говорит сам себе: "Ну, с вещами на выход?"
баррикада из классной доски не преграда для пушек,
может, было бы лучше...
"Вольный ветер" выводит Мари, Пьер Лемер подпевает негромко
Весь Париж пахнет розовым цветом и смертью, и сыплется тонко
из пробитых песочных часов бирюзовый песок
и алеет восток

Гражданин Атена вспоминает свою жену.
четверть часа женаты и скоро она овдовеет.
ничего, так бывает, он знает и все же не верит.
в створе улицы - пушки. Минуту, еще одну
он живет, слыша голос Мари - голос мая, вишневого цвета
"Вольный ветер", вы слышите все - "Вольный ветер"!
Он еще успевает подумать о ней: "Анн-Мари Атена",
улыбнуться, поднять пистолет, встретить низкое солнце.
мы умрем и останемся здесь, и однажды вернемся...
над Парижем рыдает весна и ликует весна.

Эдмунд Пэвенси

Словарик

Вот приходится слышать негодование по поводу высказываний некоторых духовных лиц, что пожары и бедствия нам - за грехи. Все дело в этой черточке.
Я это конкретно вот к чему: на месте тире в данном случае не может быть слово "посланы". Необходимо уяснить: Господь не посылает бедствий и не творит зла. Никогда и ни в каком случае. Бедствия, которые творятся - результат человеческой свободной воли и ее применения (или не применения :( ) В этом смысле пожары, как и всякое бедствие, несомненно - последствия грехов.

О наказании Божием. Я об этом уже писал. Наказание - это вразумление, научение. Не месть, не кара, Господь не мстит, Бог наш не радуется страданиям людей и не желает их ни в каком случае. Наказанием Божиим во всяком случае является оставление Богом человека на последствия сотворенных им дел. Поскольку Всевышний тактичен и не навязывает Себя человеку, отворачивающемуся от Него делами и мыслями. Вот когда человек сталкивается с результатом - это и есть наказание, урок.

Дорогие братия и сестры православные! Давайте 1) хорошо знать родной язык и 2) хорошо знать свою веру. Чтобы и самим не впадать в неизвестно что, и не смущать никого. Речами типа "Бог послал нам пожары как кару за грехи". Ибо негодование в ответ на эту фразу вполне понятно. У меня оно тоже возникает.