Михаил Лебедев (misha_) wrote,
Михаил Лебедев
misha_

Categories:

60-е, генерал Уэстморлэнд

Бежавший на Запад высокопоставленный вьетнамский офицер Буй Тин, который от имени Северного Вьетнама подписал акт о капитуляции Южного Вьетнама 30 апреля 1975 года, в интервью «Уолл-Стрит Джорнэл» в 1995 году заявил, что если бы Джонсон утвердил запрос Уэстморленда на вхождение в Лаос и блокирование «тропы Хо Ши Мина», Ханой не смог бы выиграть войну.


Неразрешимые дилеммы генерала.

У генерала была война. И она шла не так, как следовало.
Вся эта установка инженерных линий по проекту Макнамары, которые устанавливались для быстрого обнаружения и последующего уничтожения проникающих на территорию Южного Вьетнама северных коммунистов – лишь лечение симптомов болезни, но не самой болезни. Необходимо перерезать тропу Хо Ши Мина, проходящую через Лаос и Камбоджу, по которой осуществляется все снабжение Вьетконга, тогда война закончится быстро и меньшей американской кровью. И именно для этого и нужна база Кхесань, как самая северная американская база в ОТЗ-1, ближайшая к демилитаризованной зоне на 17-й параллели, откуда проще всего перерезать тропу Хо Ши Мина. А пока этот идиот Линдон Джонсон не дает приказа вторгаться в нейтральный Лаос, база совершенно бесполезна. И только надежда о внезапной разумности Овального Кабинета позволяет генералу держать эту базу.

А еще у генерала было общественное мнение и целая страна гражданских, хиппи, наркоманов и прочих антивоенщиков, перед которыми приходилось держать ответ за войну. За войну, которую он ведет, но не имеет возможности ее вести так как считает нужным. «Зачем держать такой большой контингент?» «Когда прекратится этот поток цинковых гробов?» «Что у вас там за эксперименты с препаратами над солдатами?» Все тухлые помидоры – в генерала!

А еще у генерала были друзья. Ближайшие – семья Рокфеллеров. И именно с победой Нельсона Рокфеллера генерал связывал вероятное скорейшее изменение политики Белого Дома. Республиканцы должны победить.

И, наконец, у генерала была жена, отношения с которой были чисто формальными. И Лорен, журналистка из издательства Луны Парк. Лорен, с которой 53-хлетний генерал чувствовал себя снова двадцатилетним мальчишкой.

С Лорен в итоге получилось красивее и удачнее всего. Вначале мы скрывались, встречались в кабаре под видом взятия интервью. Ох, скорее бы спровадить этого проныру-фотографа Ковача! Уединяемся в известной мне тайной комнате в кабаре, спасибо хорошему другу и владельцу заведения Гаю Блэкмору. Ночью она пишет статью, а я готовлюсь к инспекции на базу во Вьетнам. Утром вместе с остальными журналистами я повез ее на базу Кхесань, где нам удалось уединиться в одном из укреплений, куда чудом никто не заглянул. Вскоре мы попали под обстрел в деревне, где меня ранили и взяли в плен, но потом отпустили. Потом, уже снова в Нью-Йорке, было мучительное осознание того, что она может подумать обо мне плохо – на меня уже выливались тонны грязи. Разговор с ней, выкладываю ей все гос.секреты и как все обстоит на самом деле – лишь бы она знала, что я – человек чести! Чувствую ее поддержку и ... подаю на развод с женой. Общаюсь с шефом полиции, ее отцом. Как офицер с офицером, он дает добро на брак с ней. И вот мы снова уединяемся уже в Рокфеллер-Центре, у меня дома. После особо уже не скрываемся и в открытую обнимаемся и целуемся на вечернем шоу в кабаре. А потом – идем гулять по городу, по этому чудесному городу, исполняющему желания и мечты! Я снова молод, и у меня ощущения, которых не было вот уже лет двадцать, наверное. Мы любуемся звездами, заходим на ужин к Ниро Вульфу, который просто прекрасно готовит и собрал у себя уютную компанию. Снова гуляем, заходим в полицейский участок, вокруг что-то происходит, но у генерала снесло голову от любви, и мы идем с ней вместе к Энди Уорхолу, и несем совершеннейшую чушь на камеру. Разумом понимаю, что мне как публичному лицу и примеру для солдат подобное совершенно непозволительно, но разум где-то там, очень далеко... У нас будет ребенок.

Игротехнически, кстати, с сексом получилось очень красиво. В первый раз я выделил для себя два возможных символа из четырех – сердце и звезду. Ну не пацифик же с долларом! Думаю, что рановато пока рисовать сердце, завтра все-таки на войну. Рисую звезду. А Лорен – сердце. Во второй раз, уже на базе, я рисую уже сердце. Лорен в ответ рисует звезду. И в третий раз, когда я сделал ей предложение, в Рокфеллер-Центре, мы оба протянули друг другу блокноты с сердечком. Генерал обрел личное счастье, а это, пожалуй, перекрыло весь остальной негатив.

А негатив связан только с войной.
Журналистов, по крайней мере, многих, в чем-то удалось убедить, отстоять собственную точку зрения. Последнее интервью на радио давал уже утром перед самыми выборами, где уже особо не стеснялся называть реальные имена. Пусть меня ждет отставка, если республиканцы победят – я еще им всем устрою! А молодчина Нельсон действительно победил на выборах.

По войне же дико бесило то, что спец.службы через мою голову проводят эксперименты над группой Дельта, а я об этом мало того, что ничего не знаю, при том, что тесно сотрудничаю с агентом Фоксом, но узнаю об этом от майора мед.службы Нолана. «Прокомментируйте, генерал, зачем военные вырезали деревню Кхесань? Наши читатели негодуют!»

А еще был этот долбанный полковник Курц со съехавшей крышей. Который занимался бандитизмом и наркоторговлей в джунглях. Он устроил засаду мне с журналистами и нашему военному эскорту прямо в деревне. Оба полковника слегли, ранен журналист из Лондона. Когда свистели пули, была одна только мысль «Господи, пусть Лорен выживет!». Оттащил ее в самый непростреливаемый угол, зато получил ранение в руку и был взят в плен. Журналисты просекли, что стреляли в нас американцы. Курц предложил мне не сдавать меня вьетконговцам за вознаграждение и свернуть свою бандитскую деятельность во Вьетнаме в обмен на объявление его самого и его отряда героями и отправки их в Нью-Йорк. Я решил, что пока это хороший размен, но потом их конечно же надо ликвидировать. В Нью-Йорке временно, дабы усыпить их бдительность сдал их Рокфеллеру на попечение. А тем временем стал собирать силы для их ликвидации в городе. Нельсон, кстати, был в курсе всего, и сам хотел их убрать, т.ч. все обвинения на его счет, что он покрывал контрабандистов, крайне не верны. Контрабандисты в итоге свалили из города, были объявлены в федеральный розыск, а одного из них мы с фбровцем все-таки отловили вечером в кабаре, вывели, и мистер Фокс его ликвидировал.

Здесь был немного обидный момент, когда полковник Лэнниган приволок в Нью-Йорк ну слишком уж большую группу морпехов, на базе осталось всего ничего.. и мне сверху спустили указание отдать приказ о закрытии базы «Кхесань» в связи с малочисленностью контингента. А еще так и не понятно, куда же свалили Курц и ко... С другой стороны, ночью у парней на базе была интересная движуха.

Вообще, осталось четкое ощущение того, что где-то что-то недотянул. По армейской линии. Да, мой персонаж был приписан к Нью-Йорку, и основная игра у меня планировалась там – журналисты, выборы, антивоенщики, политика, любовь... Но все-таки генерал должен был больше внимания уделять базе и взаимодействовать с военными.

И еще, прошу прощения у мастеров за историю с морпехами в Нью-Йорке. Парни реально хотели посмотреть город, ну а мне показалось, что вынос контрабандистов в городе был бы отличным повышением замеса.

Вообще, огромное спасибо мастерам (Фрида и Машка - просто молодцы!) и всем игрокам! После игры возникло определенное количество вопросов на подумать, и это круто!

В частности спасибо:

Рокфеллерам и Нельсону персонально. В Нью-Йорке у меня был дом и друг.

Военным медикам. Хоть и немного пересекались, но постоянно ощущалось, что вы рядом и выполняете свою работу.

Журналистам. Вы оказались на удивление адекватными и не гнались за желтыми сенсациями.

Ниро Вульфу за беседы и ужин.

Кафе «Wha?» и кабаре – за питание и атмосферу.

Военной базе и офицерам, с кем взаимодействовал. Мне жаль, что этого взаимодействия было мало, хотя нахрен я вам там сдался... Лэннигану особый привет.

Энди Уорхолу. За образ и за последнюю запись на камеру.

И отдельное громадное спасибо Лорэн (Дэри)! Это была чудеснейшая любовная история, во многом сделавшая мне игру.
Subscribe

  • Москва, день девятый

    В квартире в Доме на Набережной каждый день ситком. Описывать все нереально, но постоянные смешения людей, тусинги и взаимоотношения между людьми -…

  • Москва, день третий

    Вчера утром Эндрю растолкал меня со словами "вставай, ленивая питерская жопа, это Москва, здесь надо с утра хреначить" и повел завтракать в какое-то…

  • Из разного текущего, чем хочется поделиться, короткими строками.

    На работе поступил запрос сделать корпоративный выезд в августе в виде ролевой игры. Озадачен. Еще про мастерение: ЗВ были аж в 2016-м году, и вот…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 30 comments

  • Москва, день девятый

    В квартире в Доме на Набережной каждый день ситком. Описывать все нереально, но постоянные смешения людей, тусинги и взаимоотношения между людьми -…

  • Москва, день третий

    Вчера утром Эндрю растолкал меня со словами "вставай, ленивая питерская жопа, это Москва, здесь надо с утра хреначить" и повел завтракать в какое-то…

  • Из разного текущего, чем хочется поделиться, короткими строками.

    На работе поступил запрос сделать корпоративный выезд в августе в виде ролевой игры. Озадачен. Еще про мастерение: ЗВ были аж в 2016-м году, и вот…