Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

небо

Почему секс не стал магистральной темой русской литературы?

Г.Гачев "Русский эрос".
Collapse )
Это лето (1966) я проводил в деревне на Смоленщине1, и там мне внезапно открылась тайна русского секса. И вот каким образом. В избе, где я кормился, к хозяйской девочке Наташе, лет 11, во время моих приходов, слетались ее подружки и щебетали на диване, наблюдая за мной. И как-то раз я поднялся, сделал странную гримасу, выпучил глаза, растопырил руки, скрючил пальцы и кошачьей мягкой походкой направился к дивану, и сделал рывок, будто бросаюсь, и издал звериный рык. Эффект был потрясающий. Когда я только встал из-за стола — они замерли, когда направился — как завороженные, смотрели, когда стал подходить — стали съеживаться, когда же издал рык, — они затрепетали, и из них вырвался писк, визг — всеобщий ликующий клекот! С тех пор мне не было проходу: как только я подходил к избе, слеталась стайка беленьких девочек и умоляла меня:

«Дядька Гошка, попугайте нас!».
Collapse )
небо

Марк Твен, "Пешком по Европе"

Это, конечно, уже расхожая шутка, но я живо вспомнила свои занятия немецким языком в школе. Учит-ца была страшная тетка с перекошенным лицом, которая всегда ходила в одном и том же синем строгом костюме. И гордилась, что когда-то работала в Мосвке. Она любила только одно человека из группы, длинного, дистрофичного Колю, который всегда ходил в костюме и поправлял очки. Всех девочек она, конечно же не любила, тогда мы подумали, что она завидует. Мы переводили тексты из немецких журналов, где было 70% непонятных слов. И мне всегда казалось, что озлобленные люди в глубине души добры, ведь кого-то они любят, как она Колю и немецкий язык.

"У каждого существительного свой род, но не ищите здесь ни логики, ни системы; а посему род каждого существительного в отдельности нужно вызубрить наизусть. Иного пути нет. Чтобы справиться с этой задачей, надо иметь память, емкую, как гроссбух. В немецком девушка лишена пола, хотя у репы, скажем, он есть. Какое чрезмерное уважение к репе и какое возмутительное пренебрежение к девушке! Полюбуйтесь, как это выглядит черным по белому, - я заимствую этот диалог из отлично зарекомендованной хрестоматии для немецких воскресных школ:
Гретхен. Вильгельм, где репа?
Вильгельм. Она пошла на кухню.
Гретхен. А где прекрасная и образованная английская дева?
Вильгельм. Оно пошло в театр.
...
Правда, слово "женщина" по-немецки – женского рода, по явному недосмотру изобретателя этого языка, но зато жена (Weib) – отнюдь нет, и это крайне огорчительно. Жена по-немецки-существо бесполое, она-среднего рода. Но точно так же, если верить грамматике, рыба – мужеского пола, рыбья чешуя – женского, а рыбачка – среднего. Однако определить жену как существо бесполое, значит дать неполное, суженное ее определение, – это плохо; но еще хуже, когда определение страдает излишней полнотой. Англичанин по-немецки – Englander; чтобы превратить его в англичанку, достаточно к концу слова прибавить – "in" – Englanderin. Кажется, ясно, однако немцу этого мало, и он впереди слова ставит артикль женского рода: die Englanderin.
...
Freundschaftsbezeiigungen.
Dilettanleiiaufdringlichkoiton.
Stadtverordnetenversammlungen.
Generalstaatsverordnotenversaiamlungen.
Этого уже не назовешь словами – это алфавитные процессии. К тому же они не какая-нибудь редкость. Разверните любую немецкую газету, и вы увидите, как они торжественно маршируют через всю страницу, а при некотором воображении увидите знамена и услышите духовой оркестр. Как бы скромны ни были сами по себе речи, подобные слова придают им воинственное звучание.
Конечно, когда такие грандиозные горные цепи тянутся через всю страницу, они облагораживают и украшают литературный ландшафт, – но вообразите, каково приходится неискушенному новичку, когда они преграждают ему дорогу; он не может ни проползти под ними, ни перевалить через них, ни проложить в них туннель. В смятении он кидается к словарю, но и словарь бессилен ему помочь. Словарь должен же где-то провести черту, он знать не хочет подобных словообразований. И он, конечно, прав. Эти длинные штуки едва ли можно считать словами, это скорее словосочетания, и человека, их придумавшего, следовало бы убить".