?

Log in

No account? Create an account

Герман Дэйли: Восемь недоразумений относительно роста - matros_ — LiveJournal

Mar. 17th, 2013

09:25 pm - Герман Дэйли: Восемь недоразумений относительно роста

Previous Entry Share Next Entry





Есть одна вещь, о которой демократы и республиканцы уж точно договорятся в текущей президентской кампании в США - что нашей целью  номер один является экономический рост, это основное решение для всех проблем. Мысль о том, что в настоящее время рост вполне может стоить нам больше, чем он дает, и поэтому стал в буквальном смысле нерентабельным, рассматриваться не будет. Но кроме политических причин отрицания, почему люди (часто экономисты) не понимают, что непрерывный рост экономики (измеряемый реальным ВВП или потоком ресурсов) может, как в теории, так и, вероятно, на практике, стать нерентабельным? В чем дело, что сбивает их с толку?

Вот восемь возможных причин для недоразумений.

1. Почти всегда можно найти что-то, чей рост был бы желательным и возможным. Например, нам нужно больше велосипедов и можно производить больше велосипедов. Больше велосипедов означает рост. Поэтому рост - это и хорошо,  и возможно. Что и требовалось доказать.

Здесь не различаются совокупный рост и перераспределение. Совокупный рост относится к росту во всем: в велосипедах, автомобилях, домах, кораблях, мобильных телефонах и так далее. Это рост масштабов экономики, размера реального ВВП, который является индексом совокупного производства и, следовательно, общего потока ресурсов, необходимых для производства. В простейшем случае совокупного роста производства все идет вверх на один и тот же процент. Перераспределение, напротив, означает, что некоторые вещи идут вверх, в то время как другие идут вниз, высвобождаемые ресурсы из последнего передаются первому. Тот факт, что перераспределение остается возможным и желательным не означает, что совокупный рост также является возможным и желательным. Тот факт, что вы можете перераспределить груз в лодке более эффективно, не означает, что не существует грузовой ватерлинии. Слишком большой груз утопит лодку, даже если он оптимально распределен. Эффективное перераспределение является благом, вся проблема в совокупном росте.

Перераспределение производства от более ресурсоемких товаров к менее ресурсоемким ("разъединение") в некоторой степени возможно и часто горячо защищается, но оно ограничивается двумя основными фактами. Во-первых, экономика растет как единое целое, а не как свободная совокупность независимых  секторов. Из беглого взгляда на таблицы ввода-вывода экономики становится ясно, что для увеличения истока любого сектора требуется увеличение всех входящих в этот сектор стоков из других секторов, а затем увеличения  стоков в их входы, и т.д. Во-вторых, помимо ввода-вывода или взаимозависимости поставок отраслей, существуют и ограничения спроса - люди просто не заинтересованы в информации и услугах, если они сначала не обеспечили себе пищу и кров. Таким образом, попытка сократить ресурсоемкие части ВВП (пищу и кров), перераспределив ресурсы в менее ресурсоемкие информационные услуги во имя "разъединения" роста ВВП и траты ресурсов, попросту приведет к нехватке пищи и крова, и перенасыщению рынка информационных услуг.

Совокупный рост не был никакой проблемой в прошлом, когда мир был относительно пуст. Но теперь мир полон, а совокупный рост, вероятно, создает больше издержек, чем он стоит, хотя производить больше велосипедов (и  меньше чего-то другого) все еще может быть исполнимым и желательным делом. Это не слишком трудно для понимания.

2. Еще одно заблуждение заключается в утверждении, что, поскольку ВВП измеряется в денежном выражении, поэтому он не подлежит физическим ограничениям. Это является еще одним аргументом в пользу легкого "разъединения" роста ВВП и изменения потока ресурсов. Но рост относится к реальному ВВП, а он исключает изменение уровня цен. Реальный ВВП является  индексом совокупности количественных изменений в реальном физическом производстве. Это лучший доступный нам показатель общего потока ресурсов. Единицей измерения реального ВВП являются не доллар, а "стоимость доллара". "Стоимость доллара"  в бензиновых единицах  - это физическая величина, в настоящее время около одной четвертой галлона. Ежегодная совокупность долларовых стоимостей всех товаров и есть реальный ВВП, и хотя он и не выражается в простых физических единицах, тем не менее, он остается физической совокупностью и подлежит физическим ограничениям. Уровень цен и номинальный ВВП может расти вечно (инфляция), но не реальный ВВП, а именно последний и является общепринятой мерой совокупного роста. Большинство людей могут это понять и впредь не пытаться представлять себе реальный ВВП в виде триллионов долларовых купюр, или чего-то эфирного, абстрактного, психического, либо совокупности полезностей.

3. Более тонкая подмена понятий основана на переносе внимания на итоги  прошлого, вместо взгляда на происходящее здесь и сейчас. Да вы просто взгляните на огромные выгоды прошлого роста! Как же можно противостоять росту, когда он уже привел к таким очевидным благам? Ну, на деле для этого есть  причина: чистая прибыль совокупного прошлого роста достигла максимума в тот момент, когда увеличение текущих издержек роста сравняло их со снижающимися  текущими выгодами -  дальнейший рост перестает быть "экономическим" и становится расточительным! До этого момента благосостояние росло быстрее, чем неблагополучие; за этой точкой неблагополучие растет быстрее, чем богатство, делая нас беднее, а не богаче. Никто не против того, чтобы стать богаче. Никто не отрицает, что рост делал нас богаче. Вопрос в том, продолжает ли рост делать нас богаче, или сейчас он делает нас беднее?

Чтобы разобраться в вопросе требуется, чтобы мы признали, что реальный ВВП имеет свои издержки, что неблагополучие является негативным побочным продуктом богатства. Примеры неблагополучия повсюду, и включают в себя: ядерные отходы, изменение климата от избыточного углерода в атмосфере, утрату биоразнообразия, истощение рудников, эрозию верхнего слоя почвы, сухие колодцы и реки, мертвые зоны в Мексиканском заливе, круговороты пластикового мусора в океанах, озоновые дыры, изнурительный и опасный труд, а также крах ненадежных долгов как результат попытки подтолкнуть рост в символическом финансовом секторе за пределы возможного в реальном секторе. Так как никто, разумеется,  не покупает эти ежегодно производимые бедствия (которые накапливаются в общем неблагополучии), они не имеют рыночной цены, а так как их невыявленные отрицательные значения трудно оценить и поставить в сравнение с положительными рыночными ценами, то они, как правило, игнорируются, либо быстро забываются после мимолетного упоминания.

Логика максимизации воплощенная в сравнении текущих издержек с текущей  выгодой требует от среднего гражданина некоторого умственного усилия, но наверняка знакома каждому, кто имеет экономическое образование.

4. Даже если теоретически и возможна ситуация, что текущие издержки роста стали больше текущих выгод, нет никаких эмпирических доказательств того, что это и в самом деле так. Напротив, есть много эмпирических доказательств для тех, кто не находится под наркозом официальной линии партии Мэдисон-авеню и Уолл-стрита. Что касается эмпирических данных статистического типа, есть два независимых источника, которые дают согласованный ответ. Первым из них являются объективные показатели, которые построены по принципу разделения ВВП на отдельные субсчета издержек и выгод, а затем вычитания издержек из выгод, чтобы  приблизиться к оценке чистых выгод от экономического роста. Индекс устойчивого экономического благосостояния (ISEW) и его последующие модификации в форме  общего показателя прогресса (GPI) показывают, что в США и некоторых других богатых странах, ВВП и GPI положительно коррелировали примерно до 1980 года, после чего GPI выровнялся, а ВВП продолжил свой рост. Иными словами, увеличение потока ресурсов, измеряемое реальным ВВП не увеличивает благосостояния, которое измеряется GPI. Аналогичное расхождение подтверждается и при  использовании другого индикатора - самооценки удовлетворения. Самооценка удовлетворения увеличивается с ростом ВВП на душу населения до уровня около $ 20.000 в год, а затем ее рост останавливается. Это истолковывают таким образом, что хотя абсолютная величина реальных доходов и имеет значение для удовлетворения вплоть до некоторой точки достаточности, дальше все в подавляющем большинстве случаев зависит от качества взаимоотношений, определяющих нашу самобытность. Дружба, брак и семья, социальная стабильность, доверие, справедливость и т.п. - не ВВП на душу населения - составляют преобладающие детерминанты счастья на данном рубеже, особенно в странах с высоким доходом. Если пожертвовать дружбой, социальной стабильностью, временем для семьи, экологическими благами и доверием ради мобильности рабочей силы, ради второй работы и квартальных финансовых отчетов, результатом часто будет снижение удовлетворенности при увеличении ВВП. Относительный рост доходов может еще увеличивать индивидуальное чувство удовлетворенности даже тогда, когда увеличение абсолютного дохода перестает это делать, но совокупный рост не в силах увеличить относительный доход каждого, потому что мы не можем все стать выше среднего. За некоторой точкой достаточности рост ВВП больше не увеличивает ни самооценку счастья,  ни измеряемые показатели экономического благосостояния, но он продолжает увеличивать издержки от истощения, загрязнения окружающей среды, пробок, стрессов и т.д. Почему большинство экономистов противостоит самой идее, что мы, возможно, достигли этого момента? Почему они сопротивляются измерению затрат на рост, а затем утверждают, что "нет никаких эмпирических доказательств" тому, что на деле является общераспространенным опытом? Читать далее.

5. Многие считают, что сама сущность ВВП автоматически делает  его рост надежным ориентиром для  экономической политики. Чтобы трансакция  была засчитана в состав ВВП, она должна быть результатом рыночной сделки, а это подразумевает заинтересованных в ней покупателя и продавца, ни один из них не стал бы совершать сделку, если бы она не была для него благом согласно его собственному суждению. Следовательно, рост ВВП должен быть "хорошим", иначе он не мог бы состояться вообще. Проблема здесь в том, что часто  есть "третья сторона", которая страдает от сделки, причем ее согласия на сделку никто не спрашивает. Эти внешние издержки (а иногда и выгоды), не учитываются в ВВП. Кто же эти "третьи лица"? Общество в целом, а более конкретно - бедные, которым не хватает денег, чтобы выразить свои предпочтения на рынке, будущие поколения, которые не могут выйти и поторговаться на рынке в настоящее время, и другие виды живых существ, которые не имеют влияния на рынок вообще.

Кроме того, ВВП, основным компонентом которого является национальный доход, засчитывает потребление природного капитала в качестве разновидности дохода. Учет потребления капитала в качестве дохода является кардинальной ошибкой в  бухгалтерском учете. Спилите весь лес в этом году и продайте его, и полученная  сумма будет рассматриваться как часть годового дохода. Выкачайте всю нефть, продайте ее и добавьте к доходам в этом году. Но доход в экономике, по определению, это максимальная сумма, которую сообщество может произвести и потребить в этом году, не лишаясь возможности произвести и потребить столько же в следующем. Другими словами, доходом является максимальное потребление, которое сохраняет способность произвести тот же объем в следующем году. Только устойчивая отдача лесов, рыбных запасов, пахотных земель и поголовья скота является доходом текущего года, все остальное - это  капитал, необходимый для воспроизведения такой же отдачи в следующем году. Потребление капитала означает сокращение производства и потребления в будущем. Доход по определению устойчив, а потребление капитала нет. Вообще  исторически учет доходов возник, чтобы избежать опасности обнищания от случайного потребления капитала. В этом состоит отличие от нашего национального учета, который, как правило, способствует потреблению капитала (по крайней мере, природного), во-первых, засчитывая его в ВВП, а затем утверждая, что любое увеличение ВВП является благом!

Как уже отмечалось, мы не в состоянии вычесть побочные продукты неблагополучия (внешние издержки) из ВВП, потому что они не имеют рыночной цены, так как, очевидно, никто не хочет их купить. Но люди покупают "анти-неблагополучия", и мы рассчитываем эти расходы. Например, издержки от  загрязнения окружающей среды (неблагополучие) не вычитаются, но расходы на удаление загрязнений (анти-неблагополучие) прибавляются. Это асимметричный счет - прибавление анти-зла без вычитания зла, которое и сделало анти-зло необходимым. Чем больше зол, тем больше анти-зол, и тем больше ВВП - вращение колеса считаем движением вперед.

Есть и другие проблемы с ВВП, но и этих должно быть достаточно, чтобы опровергнуть ошибочное представление, будто бы если нечто не дает итоговой  выгоды, то оно не было бы учтено в ВВП, и что поэтому рост ВВП всегда является благом. Многие люди в течение длительного времени делали эти критические замечания о ВВП. Они не опровергнуты - их просто игнорируют!

6. Знание является самым важным ресурсом, а поскольку рост знания бесконечен,  он может питать безграничный экономический рост. Я большой сторонник замены физических ресурсов знаниями в максимально возможной степени и, следовательно, выступаю за налоги, делающие ресурсы дорогими и за патентную реформу, делающую знания дешевыми. Но если я голоден, я хочу настоящей еды на тарелке, а не знаний из тысячи кулинарных рецептов в Интернете. Кроме того, фундаментальная возобновляемость невежества заставляет меня сомневаться, что знание может сохранить рост экономики. Невежество возобновляется в основном потому, что невежественные дети заменяют образованных взрослых в каждом следующем поколении. Кроме того, огромное количество записанных знаний уничтожается пожарами, наводнениями и книжными червями. Современные цифровые хранилища, кажется, не застрахованы от этих зубов времени, или новых книжных червей, компьютерных вирусов. Кроме того, чтобы действовать в мире, знания должны существовать в чьей-то голове (а не только в библиотеке или в Интернете) - в противном случае они являются инертными. И даже когда знание увеличивается, оно не растет в геометрической прогрессии, как деньги в банке. Некоторые старые знания опровергнуты или аннулированы новыми знаниями, и некоторые новые знания являются открытием новых биофизических или социальных пределов роста.

Новое знание всегда из разряда сюрпризов - если бы мы могли предсказать его содержание, то мы знали бы, что оно уже есть, и оно не было бы действительно новым. Вопреки распространенным ожиданиям, новые знания не всегда приятный сюрприз для роста экономики - часто это скорее плохие новости. Например, изменение климата из-за парниковых газов является относительно новым знанием, как и открытие озоновых дыр. Как можно уповать на новые знания в качестве панацеи, если их содержание непременно должно быть сюрпризом? Нам, конечно, может повезти с новыми знаниями, но можно ли брать в долг в расчете на будущую неопределенность? Не лучше ли сосчитать цыплят, когда они вылупятся?

7. Без роста мы обречены на безработицу. Закон о полной занятости 1946 года объявлял полную занятость одной из основных целей политики США. Экономический рост тогда рассматривался как средство для достижения полной занятости. Сегодня это отношение  инвертировано - экономический рост стал конечной целью. Если средства для достижения этой цели - автоматизация, оффшоринг, чрезмерной иммиграция - приводят к безработице, то это просто цена, которую "нам" приходится платить за высшую цель роста. Если мы действительно хотим полной занятости, нужно изменить эту инверсию целей и средств. Мы можем содействовать цели обеспечения полной занятости путем ограничения автоматизации, оффшоринга, а также разрешений на трудовую иммиграцию в периоды истинного внутреннего дефицита рабочей силы, на который указывает высокая и при этом растущая заработная плата. Реальная заработная плата на протяжении десятилетий неуклонно снижается, но наши корпорации, жаждущие дешевой рабочей силы, продолжают ныть о нехватке рабочей силы. Они имеют в виду нехватку дешевой рабочей силы на службе у растущей прибыли. На самом деле дефицит рабочей силы в капиталистической экономике, где 80% населения получают заработную плату, это не так уж плохо. Как еще могли бы увеличиться заработная плата и уровень жизни 80% населения, если бы не дефицит рабочей силы? Чего действительно хотят корпорации - так это избытка трудовых ресурсов и снижения заработной платы. При избытке рабочей силы заработная плата не может подняться, и поэтому весь выигрыш от повышения производительности труда пойдет на прибыль, а не на зарплату. Отсюда  поддержка элитой неконтролируемой автоматизации, оффшоринга и иммиграции.

8. Мы живем в условиях глобальной экономики и не имеем другого выбора, кроме как конкурировать в глобальной гонке роста. Это не так! Глобализация является политическим выбором нашей элиты, а не навязанной необходимостью. Соглашения о свободной торговле было предметом переговоров. Кто вел их, кто  подписывал договоры? Кто настаивал на свободном передвижении капитала и подписался под созданием Всемирной торговой организации? Кто хочет навязать оборот интеллектуальной собственности с торговыми санкциями? Бреттон-Вудская система была большим достижением, направленным на облегчение международной торговли после Второй мировой войны. Она способствовала торговле для взаимной выгоды между отдельными странами. Свободное передвижение капитала и глобальная интеграция не были частью этой сделки. Все это пришло с ВТО и с фактическим отказом Всемирного банка и МВФ от их Бреттон-Вудских уставов. Глобализация является не чем иным, как сознательно спроектированной интеграцией многих ранее относительно независимых национальных экономик в единую тесно связанную глобальную экономику организованную вокруг абсолютного, а не сравнительного, конкурентного преимущества. После того, как страна выставляется на продажу согласно принципам свободной торговли и свободного движения капитала, она, по сути,  интегрируется в мировую экономику и больше не имеет свободы отказаться от  специализации и торговли. Однако в экономике все теоремы о прибыли от торговли исходят из предположения, что торговля является добровольной. Как торговля может быть добровольной, если вы настолько специализированы, что у вас нет  свободы не торговать? Страны больше не могут учитывать социальные и экологические издержки и включать их в свои цены, если все другие страны не сделают то же самое, и в той же степени. Чтобы интегрировать глобальный омлет, сначала нужно дизинтегрировать национальные яйца. Хотя страны и  имеют немало исторических грехов, они остаются основным местом реализации человеческой общности и определения политики. Не следовало бы разрушать их во имя абстрактного "глобализма", хотя мы, конечно, нуждаемся в некоторой глобальной федерации национальных сообществ. Но когда дизинтегрируются страны, становится нечего объединять ради законных глобальных целей. "Глобализация" (дизинтеграция отдельных стран) была активно проводимой политикой, а вовсе не действием закона природы. Все это было сделано для увеличения мощи и роста транснациональных корпораций, для вывода их из под власти национальных государств в несуществующее "мировое сообщество". Эти решения могут быть отменены, что в настоящее время и обдумывают некоторые лица в Европейском Союзе, часто провозглашаемые предвестниками более всеохватной глобализации.

Если сторонники ускоренного роста сделают искренние усилия, чтобы преодолеть эти восемь заблуждений, то, возможно, мы сможем вести продуктивный диалог на тему, действительно ли то, что раньше было экономическим ростом, стало ростом нерентабельности, и что нам с этим делать. До преодоления этих восьми заблуждений, вероятно, не стоит расширять список. Было бы наивно думать, что вопрос о нерентабельности роста будет темой выборов 2012 года, но, возможно, 2016, или 2020, или ... когда-нибудь? Можно надеяться. Но надеяться нужно не только на лучшее понимание этих недоразумений, но и на большую любовь и заботу о ближних и обо всем творении. Наши принимающие решения элиты, может быть, молчаливо понимают, что рост стал нерентабельным. Но, может быть, они также спланировали, как они будут сохранять сокращающиеся выгоды для себя, разделяя быстро растущее бремя издержек между бедными, будущими поколениями и другими видами живых существ. Контролируемые элитой средства массовой информации, финансируемые корпорациями аналитические центры, экономисты высокого научного сообщества, и Всемирный банк - не говоря уж о  GoldSacks и Уолл-стрите - все поют гимны росту в гармонии с классовым интересом и жадностью. Публику одурачивают, используя технические средства  и ложные обещания, что, благодаря росту, все они тоже когда-нибудь станут богатыми. Интеллектуальное заблуждение является реальной проблемой, но  моральная коррупция затемняет спор гораздо больше.

http://steadystate.org/eight-fallacies-about-growth/

Comments:

[User Picture]
From:matros_
Date:March 27th, 2013 04:26 pm (UTC)
(Link)
Герман Дэйли

В предыдущей статье я выделил восемь заблуждений о росте. Несмотря на риск раскрутить маховик роста, приведу еще три.

1. По мере истощения природных ресурсов мы можем заместить их капиталом и продолжать рост. Сторонники роста предполагают высокую степень взаимозаменяемости факторов производства. Но если принять во внимание реалистический анализ процесса производства, который дан в потоково-фондовой модели Георгеску-Рогена, можно видеть, что факторы делятся на два качественно различных вида: (1) потоки ресурсов, которые физически превращаются в потоки продуктов и отходов и (2) фонды капитала и труда, играющих роль агентов, или инструментов преобразования, которые сами по себе физически не воплощаются в продукте. Возможны вариации в степени замещения между различными потоками ресурсов, и между трудом и капиталом. Но основным соотношением между потоками ресурсов с одной стороны, и фондами капитала (или труда) с другой, является взаимная дополнительность. Нельзя испечь стофунтовый торт из одного фунта ингредиентов, независимо от того, сколько поваров и печей у вас есть. Действенное начало (капитал) не заменяет материального начала (ресурсов). Материальное и действенное начала связаны как взаимные дополнения, и то из них, которое в дефиците, является лимитирующим. Взаимная дополнительность делает возможным существование ограничивающего фактора, которого не может быть в ситуации взаимозаменяемости. В пустом мире вчерашнего дня лимитирующим фактором был капитал, в сегодняшнем полном мире ограничением стали оставшиеся природные ресурсы.

Это фундаментальное изменение в структуре дефицита не было осмыслено сторонниками роста. Они не уделяли достаточного внимания и тому факту, что капитал сам создается из природных ресурсов и поддерживается ими. Трудно надеяться, что этот фактор заместит то, из чего он сам сделан! Рассмотрим еще один аспект. Замены обычно бывают обратимы - если капитал является хорошей заменой для ресурсов, то и ресурсы являются хорошей заменой для капитала. Но почему же тогда, исторически, мы всегда заботились в первую очередь о накоплении капитала, если природа уже дала нам хорошую замену для него? Итак, утверждение, что капитал является хорошей заменой для природных ресурсов, является абсурдом.

В ответ на эту критику, сторонники роста указывают на современное сельское хозяйство, которое они считают самым ярким примером замещения ресурсов капиталом. Но современное, механизированное сельское хозяйство просто заменяет один набор потоков ресурсов на другой, и один набор средств на другой. Оно частично заменяет почву, солнечный свет, осадки и навоз, на другие ресурсы, а именно, на ископаемое топливо, химические удобрения, пестициды и воду, перекачиваемую из рек и водоносных горизонтов. Старые потоки ресурсов (почвы, солнечного света, дождя, навоза) были в значительной степени заменены новыми потоками ресурсов (ископаемых видов топлива, химикатов, поливной воды), а не капиталом! Старые фонды труда, рабочего скота, и ручных инструментов были заменены новыми фондами, состоящими из тракторов, комбайнов, и т.д. Другими словами, новые фонды заменили старые фонды, а новые потоки ресурсов заменили старые потоки ресурсов. Современное сельское хозяйство означает замещение труда капиталом (фондов на фонды), и замены возобновляемых ресурсов на невозобновляемые (потоков на потоки). В энергетическом смысле это было в значительной степени заменой солнечной энергии на ископаемое топливо, т.е. изменением с краткосрочными выгодами и долгосрочными издержками. Но при этом не произошло никакой замены потоков ресурсов основными фондами. Пример механизации сельского хозяйства не противоречит взаимной дополнительности фондов и потоков ресурсов при производстве.



Edited at 2013-04-07 02:28 pm (UTC)
(Reply) (Thread)
[User Picture]
From:matros_
Date:March 27th, 2013 04:27 pm (UTC)
(Link)
2. Высокие рубежи космоса освобождают нас от конечности Земли и открывают неограниченные ресурсы для роста. В наш секулярный век, когда многие потеряли веру в духовное измерение бытия, и когда понятие "человек как творение" заменяется на "человек как творец", следует ожидать, что научная фантастика может быть призвана заполнить пустоту мертвого пространства счастливой популяцией "выживших". Духовные прозрения тысячелетнего царства заменяются технократической проекцией "Singularity", в которой человечество достигнет конечной цели своей (случайной?) эволюции и станет новым бессмертным видом, благодаря спасительной силе экспоненциального роста технологий обработки информации. Закон Мура обещает вечную жизнь на основе кремния для новых избранных, которые могут оставаться в живых до "Singularity"; забвение тем, кто умер слишком рано! Таковы устремления материалистов, которые думают, что они переросли религию!

Конечно, многие технические достижения в космосе реальны и впечатляющи. Но как же они освобождают нас от конечности Земли и открывают неограниченные ресурсы для роста? Космические достижения с точки зрения земных ресурсов были чрезвычайно дорогими и дали нам очень немного ресурсов внеземных – бесполезных кусков лунной породы, которые некий неопытный астронавт ухитрился украсть у НАСА ради попытки продать их коллекционерам, плюс некоторое пространство для туризма. Несколько миллиардеров могут позволить себе развлекательные прогулки на орбите. В дебет бухгалтерской книги мы можем вписать еще спутники связи, но они ориентированы на Землю, и хотя они могут помочь нам использовать ресурсы Земли более эффективно, они не приносят новых ресурсов. Кроме того, на некоторых орбитах уже стало тесно от обломков спутников.

Беспилотное освоение космоса намного дешевле, чем пилотируемые космические полеты, и может (или не может) дать нам знания, оправдывающие стоимость инвестиций для общества, которое не может предоставить многим своим членам предметы первой необходимости и начальное образование. Цена удовлетворения дорогостоящего любопытства немногих - неразвитые возможности многих. Если бы не сильная связь с военными нуждами (приглушенная в официальной пропаганде NASA), мы, вероятно, тратили бы на космос гораздо меньше. Сокращение бюджета НАСА привело к избитой реакции "космического сообщества", с провозглашением псевдо-религиозных технических поисков ответа на вопрос "одиноки ли мы во вселенной", вместо реального поиска возможности прихлопнуть кого-либо на Земле из лазерной пушки. Еще одной важной целью является найти подходящие планеты для колонизации. Последнее иногда оправдывают тем фактом, что раз уж мы, очевидно, уничтожаем Землю, то нам нужен новый дом – чтобы также его уничтожить?

Цифры - астрономические расстояния и временные масштабы - фактически исключают мечты о космической колонизации. Есть и другое препятствие, масштабом не меньше. Если мы не в состоянии контролировать население и рост производства на Земле, которая является нашим многое прощающим и естественным домом, в котором мы были созданы и в котором мы развивались и адаптировались, то, что заставляет нас думать, будто мы сможем жить чужаками в гораздо более жесткой и неумолимой дисциплине космической колонии на мертвой скале в холодном вакууме? Там мы столкнулись бы с пределами роста, возведенными в сотую степень. Простите мой пессимизм!


Edited at 2013-03-27 04:31 pm (UTC)
(Reply) (Thread)
[User Picture]
From:matros_
Date:March 27th, 2013 04:32 pm (UTC)
(Link)
3. Без экономического роста всякий прогресс закончится. Напротив, без роста (в настоящее время на деле уже нерентабельного, если его правильно измерить) у истинного прогресса, наконец, будет шанс. Как уже давно утверждают экологические экономисты, количественный рост физических потоков материи и энергии, метаболический поток поддержания экономики, начинается с истощения и заканчивается загрязнением. Напротив, развитие – это качественное совершенствование способности заданного потока обеспечивать поддержание жизни с ее удовольствиями. Основными путями развития являются технические улучшения эффективности использования ресурсов и этическое совершенствование наших желаний и приоритетов.

Развитие без выхода за пределы несущей способности Земли является истинным прогрессом. Рост означает увеличение челюстей и желудочно-кишечного тракта для более быстрого преобразования ресурсов в отходы на службе у непроясненных и часто разрушительных человеческих желаний. Развитие означает лучшее использование постоянного потока ресурсов и более достойные и удовлетворяющие цели, которым могла бы быть посвящена наша жизненная энергия.
(Reply) (Thread)
[User Picture]
From:matros_
Date:April 3rd, 2013 07:33 pm (UTC)
(Link)
Еще переводы эссе Германа Дэйли из блога Daly news:

http://sites.google.com/site/dalynewsru/glavnaa

Пока есть на темы финансов, мирового рынка, демографии.
Кое-кто называет такие взгляды "экологическим фундаментализмом", правильнее, наверно говорить о фундаментализме логическом. Или арифметическом :)
(Reply) (Thread)
[User Picture]
From:matros_
Date:April 7th, 2013 06:47 pm (UTC)
(Link)
http://www.theoildrum.com/node/5464
(Reply) (Thread)
[User Picture]
From:iskatel1
Date:January 15th, 2016 08:11 pm (UTC)
(Link)
Спасибо за Ваши переводы!

Ещё близкое к теме:

АНТИРОСТ: ИНТЕРВЬЮ С СЕРЖЕМ ЛЯТУШЕМ
http://gmir.livejournal.com/240521.html
(Reply) (Thread)