korvin_ (korvin_) wrote,
korvin_
korvin_

Ъ: Постоянная переменная

// Каждый второй россиянин считает, что Конституцию надо менять в "духе времени"

За недолгую историю российского конституционализма нынешняя Конституция – пятая. Большинство россиян помнит еще те времена, когда День Конституции отмечался 7 октября. Еще были "первая советская" 1918 года и "союзная" Конституция 1924 года. Была, наконец, "сталинская" Конституция 1936 года, 70-й юбилей которой 5 декабря совершенно затмил день действующего, "ельцинского" основного закона. Учитывая многообразие доступных "дней Конституции", не кажется таким уж удивительным, что безусловное большинство граждан не считает День Конституции праздником.
Начиная с прошлого года не считает его красным днем календаря и государство. Удивительно, но факт: в 2004 году на вопрос Фонда общественного мнения, следует ли сделать 12 декабря рабочим днем, утвердительно ответило больше респондентов, чем отрицательно. Россияне не трудоголики, просто мысль о торжественности и праздничности факта утверждения конституционного порядка кажется им нелепой.
Конечно, нынешней Конституции всего 13 лет, и она несет на себе след породившей ее революции, разрывов легитимности – 1991 и 1993 годов, а значит, неостывших политических споров. В 1990-х ее ругали преимущественно представители "левой" оппозиции: Конституция, по их мнению, легитимировала "ельцинский порядок" и результаты "октябрьского переворота" 1993 года. В новом десятилетии претензии к Конституции стали предъявлять и с другой стороны. Теперь получается, что текст Конституции не гарантирует общество от крайней концентрации власти в руках президента. Не обеспечила Конституция и защиты прав регионов. По данным опросов "Левада-центра", 15% граждан считают, что Конституция – это инструмент президентской власти в построении "вертикали". Лишь 20% видят в ней гарантии своих прав и свобод. Еще треть россиян считают, что Конституция не оказывает заметного влияния на жизнь общества.
Но есть и более глубокая проблема. В 2000 году, когда вовсю обсуждались возможные поправки к Конституции, подавляющее большинство опрошенных выступало против наиболее важных из них – предложений увеличить президентский срок до семи лет и отменить ограничение на число сроков. Однако на вопрос о том, следует ли пересматривать Конституцию вообще, 60% граждан ответили утвердительно. Против были лишь 16% опрошенных. Речь идет именно о допустимости приноравливать основной закон к потребностям дня.
Согласно данным прошлогоднего опроса ФОМ, 50% респондентов считают, что Конституцию следует пересматривать в соответствии с требованиями времени, по мере того как "жизнь меняется". А мнение, что корректировать Конституцию можно только в исключительных случаях, разделяют лишь 27%. А между тем, к примеру, ст. 1 конституции США до сих пор содержит норму о том, что "перемещение или ввоз тех лиц, которых любой из ныне существующих штатов сочтет нужным допустить, не должны запрещаться конгрессом до 1808 года". С наступлением 1808 года исправлять конституцию не стали.
Это не значит, что государственный и политический порядок в США регламентирован первоначальным текстом и 27 поправками. Конечно же, сегодняшнее американское общество очень мало похоже на Америку конца XVIII века с ее рабством и сегрегацией, ограниченным избирательным правом и не менее ограниченными функциями федерального правительства. В случае американской конституции неизменность текста достигается за счет особенностей англосаксонского прецедентного права, дающего судам огромные полномочия по интерпретации законов. Перетолковывание Верховным судом конституции – процесс непрерывный. Республиканцы обличают "чересчур прогрессивных" судей, извращающих замысел "отцов-основателей", но оказавшись у власти и проведя в Верховный суд собственных кандидатов, начинают заниматься тем же самым – интерпретировать основной закон. Следствием этого оказывается, с одной стороны, гибкость в трактовке многих норм и новых ситуаций, а с другой – незыблемость основ.
Российская Конституция гораздо подробнее американской. Континентальная система права возможность судейской интерпретации не допускает: судья призван лишь проверять соответствие жизненной ситуации содержащемуся в законе описанию. Отсюда и чрезмерная в сравнении с американской подробность российского основного закона, в котором нужно предусмотреть все возможные коллизии. Вместе с тем отсутствие интерпретаций и неспособность судебной системы обеспечить прямое действие конституционных норм формируют у граждан ощущение абстрактности, оторванности Конституции от реальной жизни. И чем больше эта жизнь отдаляется от описанной в Конституции, тем не нужнее и безжизненнее кажется гражданам Конституция.
http://www.kommersant.ru/doc.html?docId=729467
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments