January 21st, 2004

руками

для нее прошла ночь, для него три тысячи лет

случайное прикосновение равносильно предательству. Бархатность щеки, обжигает дыхание, руки непозволительно откровенны. Мгновение равносильно новой жизни. А после пустота. Вселенская. Только упорная память еще и еще раз, настырный режиссер моих снов, повторяет: бархатность щеки, обжигает дыхание, руки непозволительно откровенны. Озноб. Страх. Слабость в коленках, как у первоклассника. Желание. Рожденное мгновением счастья. Распластанное на серой вязкости дня. Опять страх. И снова пусто.

А нужно лишь протянуть руку…