Lenka (e_lenka_) wrote,
Lenka
e_lenka_

Асин день рождения: пожар


Конечно, магнитофона было жаль. Все-таки нам хотелось посидеть вечером с музыкой. Однако все было не настолько плохо, чтобы загрустить – у нас был Борька с гитарой. Борька – он и без гитары хорош, а с гитарой – так вообще. Правда, на гитаре в этот раз Борька играл мало – рука мешала.

За неделю до поездки Борька с Катей решили отпраздновать годовщину их встреч. Купив вино и накрыв стол, Борька пригласил Катю к себе. Штопора, как бы странно это ни звучало относительно Борьки, в доме не оказалось. И Борька открывал бутылку всеми возможными народными методами, точнее, он решил протолкнуть пробку внутрь бутылки. Горлышко такого издевательства не выдержало, и бутылка взорвалась – прямо в руках у Борьки. Стекло вонзилось Борьке в руку, распоров ее довольно сильно.

Зашивали Борьку долго. Катя бегала под дверями кабинета, а медсестры ни за что не хотели сообщать ей о результате операции. Наконец, бледного Борьку выпустили. Каждый день на перевязки, чем-то мазать – и никаких нагрузок на руку.

В поездку Борьку еле отпустили, взяв с него клятву, что он будет мазать руку чем положено и вообще. На второй день поездки Борька забыл об этом. Впрочем, это ему не повредило – рука на море заживала неплохо. Правда, после очередного «концерта», во время которого выпивший Борька ну никак не мог остановиться, не сыграв «ну, еще одну песенку», рука у Борьки начинала кровоточить. Но в течение следующего дня и вечера все заживало. И через день концерт повторялся.

Кроме Борьки, у нас было еще одно развлечение: подарок для Аси – надувной матрас.
Весь день Ася не оставляла его ни на минуту. Нет, Асе было далеко не 5 лет, но кто же откажется от такой детской забавы?
- Ну пойдемте еще поплаваем! - уговаривала нас Ася. - Саша, бери матрас! - командовала тут же она.
И все в очередной раз отправлялись на пляж.

Вечером снова был праздничный ужин. Солнце в Лисьей бухте садится рано – горы. Поэтому ужин можно было начинать уже часов в пять вечера. Впрочем, мы дождались сумерков и только тогда начали пировать.
Коньяк для первого тоста был разлит по кружкам, Саша уже встал для того, чтобы сказать первый тост... Как вдруг наше внимание отвлек костер, загоревшийся метрах в тридцати-сорока от нас.

Костры в Лисьей палят редко – дров мало. Обычно люди сооружают очаги из камней, еда в которых готовится очень быстро, так как огонь не разбазаривается направо и налево. А тут вдруг – открытый высокий огонь, где-то по пояс. От костра отошли два парня.

- Дураки какие-то, - сказал кто-то из нас. - Решили побаловаться. И не жалко им огня.
- Асенька, это они в твою честь, наверное, фейерверк решили устроить.
Ася улыбнулась, кто-то засмеялся. Лишь Кот серьезно сказал:
- Ветер в нашу сторону. Лишь бы по траве не побежал огонь.

После этих его слов все мы зорко уставились на костер. Огонь быстро разгорался, перекатываясь с травинки на травинку, но вдруг уменьшился. Парни уже куда-то ушли.

- Ну так что, ребята, - сказала виновница торжества. - Может, все же поздравите меня?

Саша снова встал, взял свою кружку... На этот раз нас отвлекли быстрее.
- Что это горит? - закричал кто-то сверху. - Смотри! Смотри!

Огонь охватил стоящий рядом куст. Лето было сухое, и уже в августе вся трава и кустарники пожелтели и высохли. Огонь стал перескакивать с одной горки на другую, с одного кустика на другой...
- Боже мой, это пожар!
- Так, без паники, - Кот всегда отличался благоразумием. - Если ветер сюда не подует, до нас огонь не дойдет.
Будто заслышав его слова, природа решила иначе – ветер с силой дунул в нашу сторону, охватив огнем сразу пару метров.

- Снимаем палатки!
Три палатки: Наташина с Шамилем, Асина с Сашей и моя – были к огню ближе всех. Мы кинулись спасать вещи.
- Главное – документы, - произнес кто-то.
- Тушить огонь нужно тряпками, - кричал кто-то другой.

Огонь был уже в пяти метрах от нашего лагеря, когда Шамиль с Борькой начали снимать палатку.
- Тяни, - кричал Шамиль.
- Что-то мешает, - отвечал Борька.
- Да что там такое? - нервничал Шамиль, дергая палатку сильнее.
Вдруг палатка зашевелилась, и из нее вылезла Наташа:
- Подождите, подождите, сейчас, я фотоаппарат доставала.
- Наташа! - загрохотал Шамиль. - Вещи надо спасать!
- Да я понимаю, сейчас, минутку!
«Юная папарацци» кинулась снимать полыхающую траву.
- О, мама, - осела Ася. - Я не могу. Наташа!
- Да иду я, - улыбалась Наташа.
Кажется, только ее на тот момент еще не охватила паника. Ну и еще, наверное, Кота.

Когда-то в школе нас всех учили: в случае пожара из дому нужно вынести все важные документы. А тушить пожар нужно какими-нибудь плотными тряпками. Например, одеялом.
Лиска, в которой вдруг проснулось школьное знание, так и поступила. Сначала, пока Дима снимал палатку, выносил вещи и пытался тушить пожар, она сложила в косметичку свой и Димын паспорт, билеты и деньги и вынесла все это подальше от огня. А затем, взяв Димын синтетический спальник, начала лупить им по огню. Как и мужики, Лиска изо всех сил старалась убить даже маленькие очаги. Она боролась за наш лагерь.

Надо отдать должное жителям бухты. Каждый старался помочь – вереницей, словно муравьиной тропой, люди шли от моря к нашему лагерю и лили литры соленой воды: из ведер, котелков, баклаг, бидонов, канистр – у кого что было. Позже мы только удивлялись – мы и не знали, как много народу отдыхало в Лисьей бухте. А тут все сползлись. И не столько на событие, сколько на помощь.

Небо уже потемнело, освещал все только огонь. Его оставалось не так уж и много, но все же он еще был. Мы сбились с ног, бегая с канистрами к морю и обратно. Нервно реагируя на слова о том, что это мы напились и устроили пожар, каждому мы пытались доказать, что это не так. Впрочем, нам быстро начинали верить, разнося дальше эту весть. Мы были пострадавшими.

И все же пожар был потушен. Потихоньку народ начал расползаться по своим палаткам, а мы – разгребать, точнее, сгребать в кучу свои вещи.
- Кто-нибудь видел мои вещи? А мои? - только и слышали мы друг от друга.
- Как потеряла? Куда вынесла? - вдруг услышали мы грозный Димын голос.

Дима стоял перед Лиской и возмущался. Только сейчас стало понятно, что вынести-то документы Лиска вынесла. Да только куда положила, в панике забыла.
- Я не помню, - растеряно отвечала она. - Я туда поднималась.
- Лишь бы они не сгорели, - сказал кто-то.
- Нет, я куда-то вынесла, где бы не сгорели.
- На берег, что ли?
- Не помню, - опустила голову Лиска.
Ее было откровенно жаль. Делая все так, как учили в детстве, она вдруг совершила что-то совсем не так, как было нужно здесь и сейчас. И теперь ее считали виноватой.
- Не переживай, сейчас будем искать, - ободрили ее мы.

Теперь у нас появилась новая забота – найти документы до того, как их найдет кто-то другой, возможно, нечистоплотный. Но и тут люди помогли – кто-то наткнулся на Лискину косметичку прямо посреди тропинки. Нам всем полегчало.

Наконец мы могли присесть. Усталые, нервные, мы тихо усаживались на камни и вещи.
- Ну что – теперь по коньяку?
- Что-то уже не хочется, - устало сказала Ася. - Такого дня рождения у меня еще не было.

Мы сидели в полной темноте.
- Теперь даже очаг страшно зажигать.
- Да ладно, теперь можно даже костер – все равно гореть уже нечему. Все, что можно, уже сгорело, - ответил Кот и пошел разжигать огонь в очаге.

Как только появился огонь, прибежали соседи:
- Ребята, помощь нужна?
- Нет, спасибо, уже все, - прокричали мы в ответ.
- А то мы видим – огонь. Решили, что снова горит.
- Спасибо, у нас уже все сгорело, - невесело отозвались мы. - Больше нечего.
Кот поставил котелок на огонь, и света у нас снова не стало – котелок прочно накрыл его собой.

- Вот теперь можно и выпить, - уселся Кот. - Кто-то будет?
- Я буду вино, - протянула я кружку.
- И я, и я буду, - все начали тянуть кружки к Коту.
Он наливал.

Вдруг мы услышали, что к нам снова кто-то идет. Человек шел молча и ничего у нас не спрашивал. Было совершенно темно, поэтому о том, что происходит, мы догадывались лишь по звуку. Звук же нас несколько удивил. Человек остановился посреди нашего лагеря и... зажурчал. Явно так, по-мужски, зажурчал. Но главное - посреди нашего лагеря!
- Что он делает? - тихо пронеслось среди нас.

Все это время сдерживаясь и не давая волю чувствам, я не выдержала. Подскочив на ноги, я закричала:
- Дядя, ты что делаешь? Ты что – совсем обалдел? - истерично вопила я.

Мы прислушались – ответом было то же журчание и какой-то непонятный звук.
- Да он пьяный, - тихо сказал Кот.
- Дядя, - на всю бухту завизжала я, - ты что – ссышь?!

И тут мы услышали его голос.
- А я Вася, - слабым пьяным голосом сказал он. - Я пожар пришел тушить. А его нет. А я Вася.
И тут мы углядели: посреди нашего лагеря стоял этот пьяный мужик с ведром в руках, из ведра тонкой струйкой лилась вода – оно протекало.
- Тьфу ты! Вася, блин, - уселась я на место.
Наши начали хихикать.
- Вася, спасибо за помощь, - ответил за меня Саша. - Но у нас уже нечего тушить.

И пьяный Вася, покачиваясь и журча, отправился обратно к себе в лагерь – к белорусам.
:)
Tags: Лисья бухта
Subscribe

  • Лопата

    Еще одним последствием пожара оказалось общение с нашими новыми соседями. Это были два парня с палаткой и минимумом вещей, которые приехали как раз в…

  • Чистюли

    У меня есть две близкие подруги, которые родились 12 и 13 августа. 12 августа родилась моя Лиска – подруга детства, с которой мы дружим с…

  • Ёрш

    Соорудив из железного прута подобие гарпуна, Шамиль нырял и гонялся за рыбой все утро. Погода стояла славная - грех было не воспользоваться крымским…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments

  • Лопата

    Еще одним последствием пожара оказалось общение с нашими новыми соседями. Это были два парня с палаткой и минимумом вещей, которые приехали как раз в…

  • Чистюли

    У меня есть две близкие подруги, которые родились 12 и 13 августа. 12 августа родилась моя Лиска – подруга детства, с которой мы дружим с…

  • Ёрш

    Соорудив из железного прута подобие гарпуна, Шамиль нырял и гонялся за рыбой все утро. Погода стояла славная - грех было не воспользоваться крымским…