retro

Помощники

Оригинал взят у strogaya_anna в Помощники
От двух мужей осталось ей три квартиры (две в центре, одна на окраине, зато у метро, и окна на юг, светлая, теплая), дача в хорошем месте, отличная библиотека, неплохая коллекция фарфора.
Квартиры-дачу сдает,  фарфор-книги потихоньку распродает, много ли надо  в шестьдесят восемь?
- Они и оттуда мне помогают, - говорит, улыбаясь все еще прекрасными глазами, - Мишенька и Аркаша.
Она и похоронила их рядом, и ей удобно, и им веселее.
Могилки ухоженные,  она специально платит, чтобы там подкрасили весной,  цветочки посадили, мусор прибрали.
- Езжу, конечно! – сейчас пореже, но езжу. Приеду, поговорю с ними, с помощничками. Уезжаю, говорю – ну, не ссорьтесь, милые.
- Ах, нет, дорогая, красавицей не была! –  машет маленькой пухленькой ручкой, - вот Зина была такая – та да. Царица. А я нет. Но мужчины падали к моим ногам, только подбирай. – Улыбается, гладит  задумчиво большой старинный перстень с сапфировым камнем. Перстень великоват  и  привязан  шелковой ниткой к двум обручальным кольцам на соседнем пальце.
-Нет, детей не было, у Михаила Николаевича была очень ответственная работа, знаете ли, не до детей было. Откладывали. А потом вот умер. Инфаркт. У Аркаши работа была еще ответственнее. Да и мы были не очень молоды тогда. Мне тридцать шесть, ему и того больше,  под пятьдесят, у него был там сын какой-то. Очень неудачный.
- Что делаю? Да ничего не делаю. Живу.
Она улыбается, она все время улыбается. И веет от нее безмятежностью и сытым покоем.
- У меня кот был. Очень хороший кот. Рыжий. Прожил со мной восемнадцать лет. Когда он умер, я так  плакала. Так плакала.

retro

Пойду ли я долиной смертной тени

Оригинал взят у velsa в Пойду ли я долиной смертной тени
Мне не привыкать говорить непопулярные вещи. Вот вам еще одна. Глядя, как вполне милые и адекватные в прошлой, "довоенной" жизни люди, наперебой превращаются в зомби, в переполненные ненавистью и пропагандой сгустки органики, в мечущиеся вдоль воображаемой "линии фронта" электрические разряды, я понимаю со всей определенностью одну элементарную вещь. Странно, что я раньше ее не поняла, но до меня вообще долго доходит, вы знаете. Противостояние это рано или поздно закончится. Баррикады рухнут, бойцы устанут, все как-то устроится - где-то лучше, где-то хуже. Но не мы. Мы не сможем вернуться к себе прежним, потому что сильная ненависть (как и сильная любовь) меняют человека на молекулярном уровне, и изменения эти необратимы.
Ад, который мы принесем в себе, не исчезнет, какая бы мирная и светлая ни настала завтра жизнь.
Так вот. Здесь начинаются непопулярные меры.
Я отказываюсь ненавидеть.
Я отказываюсь ненавидеть всех.
Я отказываюсь ненавидеть русских, потому что это мой народ, и российских русских и даже Самых Русских русских, которые "Путин-партия-комсомол". Последних я не очень понимаю, но ненавидеть - не буду.
Я отказываюсь ненавидеть украинцев, потому что это моя страна - и будет, куда бы я не уехала, родина не меняется. И даже самых оголтелых, самых "слава-Украине", с трезубцем во лбу - их я не понимаю даже больше, чем путинцев, но мы как-то прожили двадцать три года в одной стране, и до последнего времени умудрялись не очень мешать друг другу.
И я прошу всех, кто еще в силах, разделить со мной флешмоб. Это не значит, что нужно отказываться от убеждений, пусть каждый делает то, во что верит. Но не надо радостно бежать убивать плохих во имя хороших - словом, делом ли.
Нужно попытаться отменить Ад, пока он не отменил нас.
d`oro

Мне хочется быть с тобой




pic
1157663_571314239576548_815835698_n
pic
Что со мной? Вероятно, программный сбой:
мне безвыходно хочется быть с тобой,
шутить тебе шутки, крутить – неважно какое – кинцо,
и смотреть, смотреть без конца в лицо.

И не думать, что ты – далеко, ну, а я – в аду:
напеваю здесь морны, мадиньи, фаду,
заново обживаю лучшую творческую среду;
засыпаю под утро, в памяти тщательно перебрав
все наши встречи – не предполагается переправ;
любовь – это ключ без права на передачу,
купюра, с которой никто не находит сдачи,и никак, никогда иначе.

С чем сравнить этот рой безмолвных истерик,
это тихое горе,
всю эту боль?
Ну, представь огромное море,
и я – берег,
и шумными волнами бьется в меня прибой:
мне хочется быть с тобой.
мне хочется быть с тобой.
мне хочется быть с тобой.

И ты ходишь с этим внутри, и веселый делаешь вид,
мол, когда-нибудь всё пройдет, когда-нибудь отболит;
и шутишь шутки другим, и крутишь другим кинцо –

и не знаешь, в чьё же смотреть лицо.

alex_stone

pic
d`oro

***


Прослушать или скачать Waiting for the Miracle бесплатно на Простоплеер

pic
tumblr_mrhfukVNOp1qbmsleo1_1280
pic
...а для тех, кто вышел не в высшей лиге, открывалась странная полоса. Нас спасали игры, спасали книги - нас спасало все, что могло спасать. Пересчет созвездий, значки на картах, дождевые отблески фонарей, на домах вдали полоса заката, поступь диких, верных, смешных зверей. И скрипели тихо ступени трапа, и рождалось странное (видишь сам?): вера в то, что где-то есть твой корабль, крики чаек, белые паруса. И не в том мечта, что - придет, причалит, заберет тебя из сутулых дней. Просто: есть корабль, твое начало, блеск спины дельфиньей в тугой волне.

...мы спасались сами, других тянули. Нет такой прямой, чтобы вышла вкось. Если рыба в сети приходит снулой, кто винит приливы и рыбаков? Беспокойных было - и будет - много, так во все века, через все года: сколько тысяч душ уведет дорога, в ледяную синь, в золотую даль? Оставался кодекс забытой чести, право детских драк, деревянных шпаг; оставались те, с кем остался вместе, от забора вдаль - начинай копать. Попадется клад - сбросим грузы за борт, и вперед, пугая цветастых рыб: вера в то, что где-то есть твой корабль, нос, корма, рассеянный росчерк крыл. И не в том мечта, чтоб его заметить в небесах, растянутых далеко. Просто: есть корабль - твоя примета, странный знак удач не-морских волков.

...и всего умений - почуять лажу, и всего имущества - горсть земли; о друзьях мечтал, как об экипаже, и учил, что значат "дедвейт" и "линь". Забери хоть все, повзрослеть потребуй, не стрелять, не петь, не седлать коня. Ты же знаешь, верно? Осталось небо, и корабль: тот, что нельзя отнять. И в любом паденьи - неловко, на бок, в старой ране, той, что к зиме болит, вера в то, что где-то есть твой корабль, там, где ходят прочие корабли. Ты запомнил крепко его названье, всю команду знаешь по именам. В октябре рассвет не бывает ранним, и в карманах тают остатки сна. И не в том мечта, чтоб взойти под утро на знакомый борт, на железный трап, провести рукой по стене каюты...

Впрочем - в том.
Конечно.
Чего же врать.


wolfox
pic