Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Volf

Под новый год, под воскресенье

Наконец выпал снег у стукнули морозы с ветром. Всё в снегу и ничего не радует. Начальство в институте выдало премию, аж два раза. Я уточнил, нет ли какой ошибки, а то возвращать неохота, сказали что нет. Зато в частной организации оклады намертво стоят как несколько лет назад, ни копейки не прибавили. Ибо пока недовольный сотрудник не уволится и на его место не будут искать нового никто и не подумает. Ну это так, лирика. В Институте Новый год отмечать не будут ибо карантин. По привычке наклеили бумажные снежинки и повесили шарики. Я включил диско-шар, пусть мерцает. Загрузил геномы на сервер, запустил рассчёт и сел читать книжку про метагеном.


Витебский Вокзал - Царское Село (Пушкин)



Collapse )
Volf

Инситут, ноябрь

В Пушкине, что когда-то назывался Царским селом, прошёл первый настоящий снег. За окном разразилась пурга, такая что не было видно абсолютно ничего, кроме мельтешащего белого марева. А потом всё стихло и наступила тишина. Я вышел на крыльцо института, посмотрел на снежный вечер, закурил маленькую сигару и мир незримо качнулся да так и застыл, наклонённый в нелепой позе. Осторожно вернулся в лабораторию, забрал компьютер и поехал на электропоезде домой. Новенький вагон, мягкое кресло и удобный столик. Развернул компьютер и погрузился в проект. Всю дорогу за мной слышался монолог подростка, голос как из динамика повторял назваия станций, прямо и наоборот, потом декламировал Пушкина. Неожиданно вспомнился князь Мышкин из романа Достоевского. Мне стало не по себе. Витебский вокзал встретил меня слякотью и темнотой и пронзительным ветром с раскачивающимися ветвями деревьев меж жёлтых фонарей.



Collapse )
Volf

***


Незримый кто-то смотрит мои сны
Следит за мной и слушает стихи
Читает письма за меня и дышит
Промозглым серым воздухом зимы

Он курит сигареты за меня
В проёме черного декабрьского дня
Пьёт за меня вино и слышит
Слова любви, что должен слышать я

По городу идёт незримой тенью
По лестнице ступаем мы вдвоём
И горько плачет он дождём осенним
И студит сердце зимним сербром


Peterburg, 2020



[---]
дайте другой глобус

Незримый кто-то смотрит мои сны
Следит за мной и слушает стихи
Читает письма за меня и дышит
Промозглым серым воздухом зимы

Он курит сигареты за меня
В проёме черного декабрьского дня
Он отвечает за меня и слышит
Слова любви, что должен слышать я

Идём вдвоём по гулкой мостовой
Канал пересекаем, над мостом
Кде камень потемнел и глубина
Чернеет
Висит фонарь
Я сплю а он всего лишь сон

Но я не он, но я не ты

По городу идёт незримой тенью
По старой лестнице ступает он за мной
И плачет он дождём осенним
И студит сердце зимним сербром

Развернуть, он перграждает молча путь
Спасаясь я хочу уснуть


он собирает листья за меня
Что облетели в среду
Я это он, он это я
Volf

Novemver II

Я отготродился от внешнего мира, ушёл в себя. Сижу за компьютером с утра до вечера и одним пальчиком набираю годовой отчёт. Почти не пользуюсь интернетом кроме рабочей почты, наверно впервые с 1999 года. Мир вовне тоже стал какой-то закрытый. Съездил в октябре разок на дачу и всё на этом, холодоно, неуютно. Обещают мокрый снег, хоть бы выпал и не растаял. Ноябрь самый мрачный месяц года, почти зима но всё чёрное. Среди чёрных ветвей гуляет ветер и видны звёзды. Листья с дорожек давно смёл в большой мешок дворник и унёс с собой. Унеси, унеси меня - вертится в голове давно забытый мотив. И стихи Вертинского за окном.
Volf

Немного прошлого

Лет 30 назад, когда жена работала в реставрационном отделе РНБ, заказал у реставраторов маленькую записную книжку для тёти, тётя работала главредом в газете. Кожанный переплёт, тиснение с позолотой, край книжки оформили муаровым рисунком как в старых книгах. В прошлом году заехал к тёте в гости, книжка так и лежит нетронутой, красивая, как оказалось бессмысленная, маленькая вещица из прошлого. Пустые, чистые страницы, как наша жизнь.
Volf

Февраль


Февраль. Достать чернил и плакать!
Писать о феврале навзрыд,
Пока грохочущая слякоть
Весною черною горит.

Достать пролетку. За шесть гривен,
Чрез благовест, чрез клик колес,
Перенестись туда, где ливень
Еще шумней чернил и слез.

Где, как обугленные груши,
С деревьев тысячи грачей
Сорвутся в лужи и обрушат
Сухую грусть на дно очей.

Под ней проталины чернеют,
И ветер криками изрыт,
И чем случайней, тем вернее
Слагаются стихи навзрыд.

Борис Пастернак



Для альманаха « Лирика» Пастернак из всего хаоса накопившихся к этому времени (1914) недоработанных набросков отобрал и подготовил к печати пять стихотворений. В этом коллективном сборничке и состоялся его литературный дебют. Впоследствии вошедшим сюда стихотворением « Февраль. Достать чернил и плакать!..» он нередко открывал свои поэтические сборники.

"И чем случайней, тем вернее Слагаются стихи навзрыд."

Следует подчиняться не логике мысли, а случайным ассоциациям. На самом деле Пастернак только делает вид, что подчиняется субъективным ассоциациям. Он только имитирует запись потока сознания. Несколько раз на протяжении жизни он возвращался к стихотворению, перерабатывал и снова дорабатывал, стремясь достигнуть впечатления мгновенной легкости, иллюзии спонтанности и записи сиюминутного состояния души.

Борис Пастернак, история стихосложения
Volf

Ленинградская поэзия

Стихи ленинградского поэта Виктора Большакова как никогда соответсвую происходящему. Он мало пубиковался и рано умер. Но от этого его стихи ни чуть не хуже. Да, они были и остаются неудобными, наверно так и должо быть с настоящей поэзией.


Что-то мою пулю долго отливают,
Что-то мою волю прячут отнимают.
Догони меня, догони меня,
Да лицом в траву урони меня,
Утоли печаль, приложи печать.
Пуля горяча, пуля горяча.

Я спрошу у Бога, где ее дорога,
Я спрошу у черта, иль я недотрога.
Догони меня, догони меня,
Да лицом в траву урони меня,
Утоли печаль, приложи печать.
Пуля горяча, пуля горяча.

Я для доли смертной,
Ох! Для доли смертной,
И жених завидный
И товарищ верный,
Догони меня, догони меня,
Да лицом в траву урони меня,
Утоли печаль, приложи печать.
Пуля горяча, пуля горяча.

А для жизни этой,
Ох! Для жизни этой
У меня ни веры,
Ни любови нету
Догони меня, догони меня,
Да лицом в траву урони меня,
Утоли печаль, приложи печать.
Пуля горяча, пуля горяча.

Виктор Большаков


Collapse )
Volf

Meanwhile in Russia

Сегодня перзидент выступил с речью о создании госсовета и передачи ему всех полномочий без ограничения по сроку. Механизм (само)уничтожения запущен. А сотрудники на работе в это время пили чай и о чем-то разговаривали. Мне от всего этого стало не по себе и я вышел под питерский дождь, прошёлся до Васильевского и вернулся домой на Спасский даже не заметив дворцовую площадь, только обратил внимание, что начали разбирать новогоднюю ёлку, праздники закончились. Зимы нет как нет. В голове обрывки стихов и мысли о проекте который надо поскорее закончить и опубликоварь пока есть возможность.


Volf

Одной строкой

В Петербурге осень, пожелтели дубы и зарядили холодные дожди. В воскресенье прошлись по Невскому. Приятель затащил нас в роклерную, я упирался всеми четырмя лапами так как просто хотел выпить американо на соседней улочке в недорогом кафе, но всё же поддался уговорам. Роклерную никому не советую - пара картошечек политыя сыром и крупно накромсанная луковица стоят $18, вкус никакой. Неожиданно по залитому дождём Невскому проспекту промчались автозаки министерства правды. Оказывается кто-то написал на заборе что там дрова ограде Русского музея что-то про КГБ и её бывшего руковофителя. Надпись конечно моментально закрасили, теперь парадный вход в музей украшает чёрная траурная лента. И только Пушкин безразлично повернулся к происходящему спиной. В Петербурге осень.



Collapse )
Volf

***


Мы пьём вино и звон бокалов
А где-то смерть проходит рядом
Касяясь лёгкою рукой
И забирает за собой



Не стало поэта Елены Касьян. Почитайте её стихи. Вечная память.

Елена Касьян, стихи

Смотри, как перевозят снег
В небесной лодке.
Какой короткий выпал век,
Какой короткий.
Чего искала, кем была,
О чём мечтала?..
А снег осыплется с весла —
И нас не стало.

Не стало неба и земли,
Ни крыш, ни улиц,
Как будто взрослые ушли
И не вернулись,
Как будто смотришь из окна
И ждёшь ответа...
Лишь лодка белая видна
Над белым светом.

Очнёшься в городе пустом —
Туман и слякоть.
Уже не вспомнить ни о ком
И не заплакать.
Как скоротечен человек —
И сам не знает.
Качнётся лодка, ляжет снег,
И полегчает...

Елена Касьян, 2019