Category: напитки

Category was added automatically. Read all entries about "напитки".

похожа на меня? (by taiarn_icons)

(no subject)

Еду в поезде. За окном луна, фонари с машинами и мое отражение, само по себе.
***
Вот уже неделю я живу с дивным ощущением головокружения. Дивным в кавычках, но, кто знает, может через какое то время я привыкну и мне даже понравится. Пару дней назад, поняв, что работать с кружащимся перед глазами экраном не могу, доползла до ближайшей поликлиники. Там, уже практически, по ощущениям, теряя сознание, услышала, что все в порядке, и как я желаю идти домой, сама или, может такси мне заказать... На мой стон мне пожали плечами и послали делать анализ крови, судя по всему для галочки. Там попытались убрать меня домой во второй раз, но мое тело воспротивилось, сползло по качающейся вокруг меня стеночке и разрыдалось. Тогда тело положили на кушетку и прикрыли занавеской. И там я, пытаясь успокоить предметы вокруг себя, смазывая слезы с щек и осознавая, что в общем то никому до тебя дела нет, пока ты не зайдешься в предсмертном хрипе на чертовой кушетке, поняла какое же это счастье, когда есть кому позвонить и попросить, чтобы тебя забрали.

***
После каждого расставания с человеком я оглядываюсь недоуменно и понимаю, что у меня осталась часть его. То, что я знаю, а другие нет, и не должны. Я стою со стекающими сквозь пальцы вязкими изумрудными воспоминаниями, с четким вкусом свежераздавленной малины на губах и словно смотрю на быстро мелькающие листики отрывного календаря: родинка на спине, запах, ощущение кожи на сгибе локтя, знание того, как пьет кофе и когда, как часто чувствует себя потерянным, что боится щекотки, меняющийся тембр голоса во время секса, еще огромную кучу ненужных и мало/многозначительных мелочей. И понимаешь, что это все его, личное, как зубная щетка или расческа. А человек уходит, а ты остаешься со всем этим, неожиданно твоим, но с четким ощущением неправедно присвоенной чужой собственности. И хочется сказать: "На, возьми, это твое.."
Но он уже ушел, а ты стоишь потерянно с изумрудными воспоминаниями и вкусом малины на губах.
А потом, спустя какое то время, перебираешь все мелочи всех прошедших сквозь тебя людей, словно старые бусины из бабушкиной шкатулки и с горечью понимаешь, что и оставить их некому, да и тебе они уже не нужны. Потому что чувства тепла и благодарности вполне хватает, а подробности уже и не так важны.

***
Ровно через год возвращаюсь в пышащий жаром Эйлат, на несколько дней. Там, естественно, не вылезаю из моря, плаваю словно рыба в бесстенном аквариуме, знакомлюсь с меняющим цвета осьминогом, гоняюсь за попугаями и зависаю над беспечно снующими стайками рыб. Потом мы уплываем на глубину, где кроме тебя, синей бесконечности и солнечных лучей никого нет и мне неожиданно хочется сказать кому то невидимому Dance with me и закружиться в одном из солнечных лучей.
Вечером, впрочем, сидя в одном из баров за стаканчиком виски, я наблюдаю за вышедшим на танцплощадку парнем. Он игриво пытается приглашать девушек, те стесняются и отказываются. Я хмыкаю с полуулыбкой, допиваю и иду сама, встречаю опешившего на секунду парня на ступеньках и мягко подталкиваю обратно. Не знаю, как его зовут, откуда он, да это и не важно. Dance with me, голубой солнечный луч сквозь волны, Stand by me Леннона на фоне, улыбки, движение, упругое тело, твое и его, да и в общем то все. И больше ничего и не надо.
А потом уже можно опять пить виски, заедать холодным арбузом и наблюдать за людьми.
tallinn dream

И только Мариусы ворочаются в ожидании...

Предисловие
из летней поездки в город Т. и Ригу
Моделируем знакомство с гипотетическим латышом в кубе и звонок Марине на следующий день:
Л. - Алло, Марина? Мы в Риге, ик! С нами Мариус... Мариус, возьми трубку!
Я. (за Мариуса) - Марринна! Запперритте этто отсююттаа!
**
Вечер. Рига. Кальвадос
Я - Marius, will you marry me, Marius?
Л. - But I'm not Marius!
Я - It doesn't matter!..


Критерии Мариусности - Мариус должен быть молод, прекрасен и, желательно, невинен. Правда, жизнь бывает несправедлива к Мариусам и тогда последний пункт отпадает.
В прошлую поездку в Риге мы обнаружили одного самого мариусного вида молодого человека. Он был худ, молод, печален, одиноко пил вино и рисовал в блокноте тайные знаки. Испарился он так же тихо и таинственно, как и появился.
В этот раз мы с laute серьезнее подошли к делу поиска Мариусов. Ибо, как говорится, что зря время терять. Посему Ла предприимчиво взяла в город Т. таблички. В результате получилось вот так:



Уже привычно заправившись глинтвейном для храбрости на Ратушной площади, мы двинулись на поиски Мариусов в городе Т. Впрочем, надо сказать, имя Мариуса на табличке легко заслонялось рукой, если предполагаемая жертва была вполне подходящей для женитьбы.
Первой жертвой охоты на Мариусов стал продающий пряные орешки веселый молодой человек.
К нему мы подошли бодрым шагом и я, предварительно купив таки пакетик орешков, с надеждой спрашиваю:
- What's your name? Are you Marius?
- Веселый молодой человек (ВМЧ): - No, but you can try to guess!
Ла, воодушевленно: - Aivar!
Я: - Taavo! Вместе: - Toivo!
ВМЧ в ужасе открещивается и добавляет, что имя не совсем эстонское...
Ла, уверенно: - Henrich?
- No, but you're very close!
Я: - Ditrich!
ВМЧ, в ужасе: - No!!! I'm Henry...
Мы, хором: - So, Henry… will you marry us?
Хенри тут же, с энтузиазмом соглашается: - Yes, of course!
Ла, деловито - When?
Я, с надеждой: - Now?
Хенри, посмотрев на часы: - No, later...
Я, все с той же надеждой: - In ten minutes?
Хенри, сверяясь с часами: - In 10 o'clock!
Мы, хором: - Ok, deal!
Ла, деловито: - …and me first!

За всем этим диалогом со стороны, покатываясь со смеху и с неподдельным интересом, наблюдает парочка (юноша и девушка) в старинных костюмах, рекламирующая соседствующий с орешками средневековый ресторан Olde Hansa.
Впрочем, юноша резко посерьезнел, когда мы, разобравшись с Хенри, повернулись к нему и уже по накатанному сценарию уверенно спросили - - What's your name? Are you Marius?
Юноша смешался и тихо прошептал - Marion... На что последовала наша бурная реакция - Oh!! It's almost Marius! will you marry us??
Марион в ужасе побледнел и робко сообщил, что у него есть girlfriend, на что я безапелляционно заявила It doesn't matter! Ла поспешила его утешить, что у него есть еще немного времени, так как в 10 у нас намечается свадьба с Хенри. Только после этого Марион несколько расслабился, разулыбался и даже позволил себя сфотографировать:)
Collapse )
Хенри, правда, получился расплывчатым.. зато Мария (а именно так звали девушку) вышла красавицей:)
Collapse )

Дальше вечер продолжался все веселее и веселее. Мы успели порадовать преклонных лет парочку в ресторане, умилить иностранных подростков, всерьез поверивших в нашу женитьбу на гипотетическом Мариусе, убедить нескольких человек, что Мариусы бывают всех возрастов (потому что они нам заявили, что седой продавец глинтвейна на Ратушной площади по имени Мартин слишком стар, чтобы быть Мариусом, ха!), отшить кучу полупьяных русских туристов, желающих жениться здесь и сейчас сразу на обеих (их мы просто спрашивали, как их зовут и с сожалением отвечали, что жениться желаем только на Мариусах. Они грустно отходили...), поскакать перед снегоуборочными машинами с табличками (мальчики в снегоуборах были единственные, кто на нас не отреагировал!) и добрести в расстройстве до смотровой площадки...

На площадке нами был снят гениальный фильм. К счастью, я смогла послушать то, что мы я там вещаю только по приезду в Израиль, ибо шедевральный текст за кадром явно указывает на то, что я еще явно что-то курила)) Видимо на меня так действует свежий воздух, ошалелость от снега, глинтвейна и многочисленных кандидатур в Мариусы.
налей еще вина

(no subject)

Двое у водочного магазина:
- Ну что, две возьмем или три?
- Наверное, три.
- А зачем? Вчера взяли, и одна осталась.
- Ну, тогда две.
К продавщице:
- Девушка, четыре бутылки водки и две ириски.


Стоим сегодня с подругой в любимом винном магазине. Перед нами 10 бутылок вина, продавец расфасовывающий их по двум коробкам и еще рядом стоящий мужчина, судя по всему израильтянин, задумчиво пробующий какое-то Каберне.
Диалог:
-Надо было сказать продавцу, чтобы по-другому в коробки вино паковал, а то поднимать неудобно будет.
-Да ладно, 3 ко мне, остальное тебе.
-Да нет, четыре.
-Почему? Две мне, одну выпьем, остальное у тебя.
-Угу, в машине и еще одну домой.
-Ну значит ко мне три, две мне и одну на сейчас.
-...
-Надо будет еще посчитать что кто кому должен.
-Потом, после...
-Угу, лучше до, чтобы на свежую голову
-Да, так поднимаем 4 бутылки...
-Да нет же, 3...

Мужчина сбоку меланхолично и на чистом русском: "Да... Какие сложные расчеты..."

И ведь все, мы в его глазах уже пропали навсегда:)
И никому не расскажешь, что вино покупалось на кучу народа на следующий день...

И картинка в тему.
С этой книжкой мы сроднились в Риге, в замечательной кафейне Амели. (Можно немного посмотреть на него у laute здесь)


Collapse )
задумчиво

Мысли просто

***
Моя машина влюбилась, кажется, в своего нового мастера-ремонтника. Уезжает к нему на неделю, включая праздники, как в санаторий, потом проведывает меня на день и снова уезжает обратно. За две недели она стала "летать" как ласточка в весенний день, так, что у меня появилось ощущение, что я езжу на мерседесе, а не на стареньком фиате. Тем не менее, несмотря на то, что, кажется, бОльшую часть деталей в машине поменяли, изначальная проблема так и не решилась.. Так что, завтра машина в третий раз вернется в нагретое местечко в надежные руки любимого механика...

***
Я, заново научившись пользоваться общественным транспортом, поняла, что, передвигаясь без машины, я была героем. Ужасно осознавать, что обычная дорога в 25 минут теперь занимает полтора часа...

***
Тут должен был быть абзац про то, как много я всего успела заметить за окном автобусов и маршруток. Не будет. Будет абзац про то, что в автобусах мне постоянно не хватает в окне боковых зеркал.

***
Давайте поговорим про мороженое? Какое самое экзотическое вы ели?
Я ела так:
- каштановое (да, до него, неуловимого, таки добралась. Сладковатое, нечто между халвой и орехами с непонятным привкусом. Ну, каштан в общем:))
- красный грейпфрут (одно из моих самых любимых теперь)
- рисовое (попробовала и отказалась. вкус сладкой рисовой каши:))
- виски (вкуусное, но, наверное, не такое уж и оригинальное..)
- лавандовое (нежненько, ничего так, особенно в сочетании с миндалем)
- инжир с текилой (вкусно, но не так впечатляюще, как хотелось бы)
- коричное (сладкое, вкусное)
- гранатовое (интересное, вкусное, но не особенное)
- мандарин с базиликом (первое место по вкусу среди всех перечисленных! ооочень вкусное и освежающее!)

Ну, из любимых, но не оригинальных вкусов еще перечислю горький шоколад с апельсином, фисташковое, лимонное, лимонно-мятное, просто мятное, ромовое с изюмом, дынное. Это из последних любимых, не считая вечно-любимого обычного питерского сливочного вафельного стаканчика:)
незбыточное

(no subject)

У нее дома всегда было красное и белое вино. И красного обязательно как минимум две бутылки - Мерло и Каберне. Она пила его, в отличие от всех остальных людей, не в зависимости от того, что ела, а исключительно в зависимости от времени года, причем не на улице а в душе. Глубокое, обволакивающее Мерло было для долгих зим у камина и душных летних вечеров. Каберне легким вкусом свежего винограда приправляло щемящую осень, а редкую весну украшал легкий белый Рислинг.
Вообще-то, для весны она бы предпочла шампанское. Но для ее весны подходило только Клико, кружевными пузырьками устремляющееся вверх, а здесь его не продавали, да и кому надо было везти благородный напиток в такую глушь.
Вечерами она выходила на пыльную веранду, по срипящим половицам шла до кресла-качалки, садилась и слушала цикад. В руке был неизменный бокал из тончайшего стекла, пожалуй, единственная вещь, оставшаяся ей от прошлого. Веранду старого дома окружал заброшенный сад, наполненный таинственными существами и странными звуками. Из глубины сада постоянно доносилось то какое-то беспокойное топотание, то шелест, то шипение. Иногда из ветвей выглядывала поседевшая лошадиная морда, а иногда поблескивал чей-то беспокойный глаз. Тогда она устало отмахивалась, говорила что-то вроде "сгинь" или "брысь", из ветвей раздавался протяжный вздох, но существа покорно исчезали.
Она совсем забыла сколько ей лет, да и кто она такая, старый дом хранил свои тайны, а сад, с каждым годом зарастая все больше, заботливо не допускал посторонних, и только янтарное тягучее вино в прозрачном бокале оставалось неизменным и покалывало воспоминаниями.
незбыточное

(no subject)

Предположим, есть Он и Она. Они были вместе, давно, и расстались, разъехались, разбежались, не все ли равно. И у каждого теперь есть Другой и Другая. А может есть только Другой.
И вдруг Он приехал, вернулся, проездом в тот Город, а Город, конечно ночной и весенний, он пахнет сиренью и легким жасмином. Тот Город мокрым асфальтом, поливальной машиной, серым рассветом бьется в нем жилкой, и Он звонит Ей.
А Она сегодня, случайно, свободна, одна - тот Другой в отъзде, уехал на несколько дней: работа, родители, письма - не важно, возможно друзья. Важно то, что Она сегодня одна, а Город весенний и пахнет жасмином.
Им есть, чего вспомнить и что рассказать, они ведь друзья. Конечно встречаются, вместе идут по старым знакомым маршрутам, переливаются, делятся, вместе смеются, бегут, задыхаются, дышат сиренью, но все просто так, бессвязно, ведь есть же Другой, да и ведь все, что было меж Ними исчезло давно, испарилось, истлело.
В два часа ночи Они ныряют в кафе, или нет, лучше в паб или бар, где за стойкой, в сигаретном дыму пьют вино из изящных длинноногих бокалов. Да, пусть будет вино, именно красное, рубиновым бархатом, отблеском ртути в стекле. Они замолкают. Она вдруг вспоминает, некстати, про Его завиток на затылке, непослушный, упрямый, а Он вспомнил родинку в ямке на шее, Её. Несколько взглядов, недоумение, конечно сомнение, "а надо ли", "а, впрочем, чего бы и нет" (ведь Он знает Её как себя, особенно тело...)
А дальше не важно, как было и где, ведь все-таки было, в сером рассвете, жасминовым запахом, цветом сирени.
Утро прошло, Он уехал (Он ведь проездом), осталась Она и Другой, что вернется совсем уже скоро.

Она никак не поймет, что это было - вино или страсть, любовь или вызов, иль просто весна.
Ведь потом все забылось, закрылось страницей в альбоме, занеслось летней пылью, пропало в снегу декабря.
Сейчас Она изредка думает, была ли та ночь, или Он приснился когда-то Ей в призрачных сумерках мая.