Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

pooh

Лаврентьева Е.В. Культура застолья 19 века. Пушкинская пора.

Изумительная книга. Вкуснейшая.

"Трактирные заведения разделяются на пять родов:

1. Гостиницы.

2. Ресторации.

3. Кофейные домы.

4. Трактиры.

5. Харчевни», —

гласит первый параграф «высочайше утвержденного в 6-й день февраля» 1835 года «Положения о трактирных заведениях и местах для продажи напитков в С. Петербурге».

В каждом городе полагалось иметь строго определенное количество трактирных заведений.

В Петербурге, например, в 1835 году предписывалось иметь: «рестораций 35, кофейных домов 46, трактиров 40, харчевен 50».

Названный документ содержал также указания, какая публика должна посещать то или иное заведение: в рестораны и кофейные дома вход для простолюдинов был закрыт; трактиры предназначались, главным образом, для среднего купечества; женщины могли входить только в гостиницы к общему столу, в рестораны и трактиры представительниц слабого пола полиция не впускала.

Пристанищем простолюдинов были харчевни.

*************

...В России первое заведение, окрестившее себя ресторасьоном, отмечено в 1805 году: «Ресторасьон, состоящий в Офицерской улице в Отель дю Нор, который по причине некоторых необходимо нужных переправок и для устроения его наподобие ресторасьонов парижских был на несколько дней заперт, так как сии переправки уже кончены, будет открыт 23 числа февраля, где можно иметь хороший обеденный стол, карточные столы для позволенных игр, лучшие вина, мороженное и прохладительные напитки всякого рода. Тут же можно иметь по заказу обеденный стол для 100 особ».

«Ресторация» или «ресторасьон» писали на вывесках до конца 30-х годов XIX века, и только с 1840 года было приказано изменить «ресторасьон» на ресторан.

Ресторанные вывески, густо усеянные орфографическими ошибками, их содержание и художественное оформление вызывали усмешку современников.

«Против овощных лавок, перейдя улицу, возвышается трехэтажный каменный дом над бельетажем, на синей прибитой доске крупными желтыми буквами написано: «Горот Матрит расторацыя с нумерами для приезжающих, и обеденным стадом». На дверях с улицы на одной стороне прикреплена синяя же доска с измалеванным биллиардом <...>. На противоположной стороне дверей намалеваны желтой краской огромный самовар, черный поднос, на подносе плоские чашки и белый с цветком чайник; в перспективе столик с полными бутылками, из которых перпендикулярно хлещет белый фонтан; над самой же дверью надпись: «В хот в Матрит».»

«Вход в Мадрид» — так называется ресторан, описанный в повести А. Заволжского «Соседи», изданной в «Московском наблюдателе» за 1837 год.

*************************

Рестораны в начале прошлого столетия были местом сбора холостой молодежи, хотя обедать в ресторации считалось в дворянской среде прегрешением против хорошего тона.

Ф.Ф. Вигель писал: «Все еще гнушались площадною, уличною, трактирною жизнию; особенно молодым людям благородно рожденным и воспитанным она ставилась в преступление. Обедать за свои деньги в ресторациях едва ли не почиталось развратом; а обедать даром у дядюшек, у тетушек, даже у приятелей родительских или коротко-знакомых было обязанностию».

В провинции, как и в столице, к любителям посещать трактиры относились с предубеждением. Об этом читаем в записках орловского старожила:«<...> Так ежели случится молодому человеку холостому зайтить в трахтир и после вздумает жениться, то как скоро узнают, что он был в трахтире, то не отдадут ни за что никакой девки; только говорят: «Ох, матушка, он трахтиршык, у трактире был».»[i]

Молодых людей, желающих бросить вызов «этикетному обществу», в то время было немало. Поэтому первое посещение юношей ресторана расценивалось как своего рода боевое крещение.

Т.П. Пассек пишет в своих воспоминаниях: «Юноше в первый раз от роду обедать в ресторане равняется первому выезду в собрание шестнадцатилетней барышни, танцевавшей до того в танцклассах под фортепиано».
Если обедать в ресторане «благородно рожденным» молодым людям ставилось в преступление, то посещать кабаки и харчевни означало навсегда пасть в глазах светского общества.
pooh

Анекдоты и черты из жизни графа Милорадовича

Служа въ Измайловскомъ полку прапорщикомъ, Милорадовичъ услышалъ, что
одного изъ товарищей его называли лучшимъ танцоромъ. Милорадовичъ сказался
больнымъ, заперся въ своей комнате, нанялъ перваго балетмейстера того времени и не
выезжалъ со двора, пока не превзошелъ въ танцахъ своего соперника.


***

Никто изъ генераловъ не дразнилъ такъ Французовъ, какъ удалый авангардный
начальникъ. Милорадовичу только тамъ и весело, где свистятъ пули; его всякой разъ
встречали и провожали съ пальбою, а онъ все-таки оставался целехонекъ. Ну правда,
Милорадовичъ говорилъ, что его и смерть боится. Мюратъ былъ храбръ, а все за Русскимъ
Баярдомъ не угоняется. Мюрату въ 1812 г. въ какомъ-то деле вздумалось подъ выстрелами
Русскихъ часовыхъ кушать кофе. Гр. Милорадовичъ выехалъ также за нашу цепь; на ту
пору пули посыпались на него со всехъ сторонъ, но не помешали ему заметить удальство
Неаполитанскаго Короля. «Богъ мой! — вскричалъ онъ, — что это? Ужъ не хочетъ ли
Мюратъ удивить Русскихъ?.. Столъ! и приборъ!.. Я здесь обедаю».


***

Передъ въездомъ въ Вилъну, Милорадовичъ называлъ себя капитаномъ и
ухаживалъ за польками, каково же было ихъ удивление, когда они черезъ несколько дней
увидели Милорадовича верхомъ передъ войсками, вступавшими въ Вильну, въ
генеральскомъ мундире, съ несколькими звездами и многими орденами.

***


Въ Кенигсберге генераламъ позволено было ходить въ статскомъ платье во время
перехода войскъ въ 1814 году. Одетый въ статскомъ платье графъ Милорадовичъ пошелъ
въ магазины покупать себе разныя ненужныя вещи. Въ это время въ магазинъ, въ
которомъ находился гр. Милорадовичъ, входитъ преображенскиий солдатъ и торгуетъ
платокъ для своей жены. Графъ Милорадовичъ выбираетъ лучший и даритъ его солдату,
который, узнавъ любимаго своего начальника, тронутъ добротою своего генерала,
благодаритъ щедраго командира гвардейскаго корпуса.

***

Въ 1814 году въ Париже, нуждаясь въ деньгахъ, гр. Милорадовичъ просилъ Импера-
тора Александра о выдаче ему жалованья и столовыхъ денегъ его за три года впередъ.
Просьба его была удовлетворена, и до выезда гр. Милорадовича изъ Парижа деньги были
израсходованы.


***

За Бородинское сражение Милорадовичъ вместо ордена св. Георгия 2-го класса,
обещаннаго Кутузовымъ, получилъ алмазные знаки ордена Александра Невскаго.
Однажды, разсказывая съ жаромъ о Бородинской битве, онъ говорилъ: «Какъ градъ
сыпались на насъ ядра, картечи, пули, брилльянты!»



ЗЫ. Не все знаки отобразились верно, поэтому, уж звиняйте, вопросы от желающих подискутировать о правилах орфографии того времени не принимаются. Цитируемая книга вышла в 1886 году в Санкт-Петербурге.
pooh

Зарайск

Научно-популярный пост.

Зарайский кремль, построенный в 1531 году - единственный полностью сохранившийся кремль в Московской области. В плане он представляет собой вытянутый с востока на запад прямоугольник размером 185 на 125 метров. В нем семь башен: четыре угловых и три проездных. Высота стен колеблется от 6,4 до 8,5 метров, толщина их - около 3 метров.
Именно из Зарайска Дмитрий Пожарский начал собирать ополченцев. Он был воеводой города-крепости в течение весьма странного срока: с 1610 года по 1611.

Тайницкая башня (в ней был подземный ход, по которому в кремль доставляли воду)

158.61 КБ

Егорьевская башня
195.17 КБ

Караульная башня
173.39 КБ