Tags: sexsexsex

sad

(no subject)

Если б не жж, я бы и не вспомнила про 8 марта. В Голландии это день ничем не отличается от других. И мне это очень симпатично. Всегда бесили советские гендерные праздники с их вечным ощущением обязаловки.

К слову о гендерном и не только.

Вчера играла во дворе с соседскими детьми. Сидели в песочнице и рисовали палочками на песке. Шестеро ребятишек, включая моего, и я.
8-летняя девочка сказала: "О, а давайте нарисуем пипиську!". И нарисовала. А 11-летний мальчик сказал: "Да не, ты неправильно рисуешь" и нарисовал по-своему.
Я виду не подала, что удивилась.
Тогда они решили меня добить.
"А знаю, как люди делают ЭТО..." - заговорщически сказала девочка. Еще две девочки ее возраста захихикали, а пара пятилеток даже не поняла, о чем речь.
"Подумаешь - сказал 11-летний мальчик - Я тоже знаю." А потом посмотрел на меня и пояснил: "Нам на уроке по сексуальному воспитанию уже рассказывали"..

Я смотрела на них и думала о том, что страшно им завидую. Представить, чтоб я в их возрасте в присутствии какого угодно взрослого произнесла слова "пиписька" и "секс" и сообщила о каких-то своих знаниях???
Просто невозможно. Это было табу. И в некотором роде остается табу до сих пор. Никто из знакомых мне взрослых никогда не говорил со мной о сексе. Сначала книжки, затем женские журналы, затем уже подруги и интернет. Других источников информации никогда не было. А ведь нет ничего правильнее, чем возможность доверительно поговорить о сексе со взрослыми, которым доверяешь.

Забавно, что у голландцев вообще тема телесного гораздо меньше табуирована, чем у русских.
sad

(no subject)

Я делаю пару глотков пока еще чаю и выхожу на улицу через минуту. Терри стоит в верху лестницы, подпирая плечом стену, одна рука в кармане джинсов, другая держит папиросу. Я встаю рядом с ним.

- Прости меня, я не хотела тебя обидеть.

- Ты не веришь мужчинам, да?

- Не верю.

- Тебе разбили сердце? Тебе причинили боль?

- Пожалуй, да. И я не хочу, чтобы мне было больно опять  - я не играю сейчас, я, в общем-то, почти что настоящая сейчас с ним.

- Я никогда не причиню тебе боль. Я обещаю.

- Все так говорят.

- Я не все.

- И это тоже все говорят.

- Ты такая хрупкая, такая нежная. Мне хочется защищать и беречь тебя. Я, правда, никогда и ни за что не обидел бы тебя.

- Ты и не сможешь, Терри. Я уезжаю через два дня.

- Вот именно. Мы теряем время – он подходит ближе, обнимает меня и притягивает к себе.

Ирландские губы нежны и настойчивы. Он пахнет крепким табаком. Он крепко прижимает меня себя. Он издает тихий стон. Его колено оказывается у меня между ног. Я мягко отстраняюсь от него. «Я хочу тебя» - шепчет он, запуская руку мне в волосы.

- Терри, я не могу.

- Почему? Господи, почему???

- У меня сейчас демоны и ангелы борются в голове.

- К черту ангелов. Слушай свое тело. Ты красива и чертовски умна. Так что говорит тебе твой блестящий мозг?

- Мой мозг в данный момент переместился куда-то значительно ниже…

- Тогда что говорит тебе твоя сладкая…?

- Она говорит «Трахни его прямо сейчас». Но я не сделаю этого. Не дави на меня – прошу я – Пожалуйста.

Он долго смотрит на меня. «Хорошо. Я уважаю любое твое решение. И я уважаю твою силу. Я хочу тебя до боли, но я буду счастлив просто провести с тобой вечер, говорить с тобой, слушать тебя».

- Спасибо – и я снова целую его.

Через пару минут мы возвращаемся обратно в бар. Знакомый долговязый датчанин у стойки смотрит на нас долго и пристально. Мы усаживаемся на прежние места. Йен вежливо интересуется, хотим ли мы что-то. Терри заказывает еще водки с колой.

- Красного вина с.. Ну ты знаешь.

- Да, мэм – он наливает полбокала красного сухого, добавляет минералки и льда. Ближайшие пару часов каждый раз, глядя на меня, он будет беззвучно говорить мне «Are you ok?». Я буду читать по губам и отвечать еле заметным кивком головы. Но я не окей, я совсем не окей.

sad

(no subject)

Я молчу какое-то время, уставившись на свою кружку с чаем. Согласитесь, что когда привлекательный мужчина (а Терри, как ни крути, весьма привлекательный мужчина), не сводя с тебя глаз, говорит, что хочет заняться любовью, это не только обескураживает, но непроизвольно возбуждает.

- Это было, кхм, откровенно, Терри. Спасибо за честность.

- Я серьезно. Ты самая красивая девушка, которую я встречал на этом острове за два года. И я боюсь своих собственных порочных мыслей, когда смотрю на тебя.

- Порочных? Например? – я не могу удержаться. Секунда – и я в игре.

- Ты ведь хорошая девочка. У тебя наверняка не бывает подобных мыслей.

- Почему же бывают. Да, я хорошая девочка. Но иногда я могу быть плохой. Очень плохой… - я понижаю голос.

- Оу… - Терри заливается краской.

- Так что расскажи мне, ирландец, что там за мысли.

- Ну… Я думаю о том, что хочу снять с тебя очки, чтобы получше рассмотреть твои глаза. Затем я хочу потрогать твои волосы, зарыться в них… И я хочу руками пробежать по всему твоему телу. Я хочу изучать тебя…

- Продолжай, Терри. Это меня возбуждает – тихо говорю я. И он весь напрягается. Он дергает коленом – Ты что, нервничаешь? Волнуешься? Боишься?

- Да, я боюсь. Я не помню, когда говорил такие вещи женщине.

- Когда ты последний раз занимался сексом? – спрашиваю я.

- Боже, женщина… Ты застала меня врасплох. Она умеет задавать вопросы, которые озадачат любого мужчину! – кричит он через весь бар Йену.

- Оу, это у нее получается бесподобно, я-то знаю… - отвечает тот, мрачно потягивая пиво. Когда я смотрю ему в глаза, он выдает такой долгий, пугающий взгляд. Я же прикрываю глаза, как бы говоря «Все нормально. Не бойся».  В этом взгляде я вся сплошь нежность, выкачанная из каждого жителя Майорки. Здесь не осталось больше нежных людей, только я. Он может выдать только кусочек улыбки уголками  губ. Я снова поворачиваюсь к Терри, мгновенно вернувшись в роль чертовски сексуальной соблазнительницы.

- Ну, так что, сколько времени уже прошло?

- Месяцев шесть…

- Дай я пожму тебе руку – говорю я, протягиваю руку.

- Что? Только не говори, что у тебя столько же??? Не может быть!

- Примерно столько же – уклончива я.

- Боже… Тогда ты, наверное, очень horny

- Im always horny, dear… Справишься? - я облизываю губы.

- Боже. Я не могу. Не могу смотреть на тебя. Ты сводишь меня с ума, женщина – он в буквальном смысле рычит - Черт, почему ты не ответила мне тогда, неделю назад? Я же сделал все возможное, чтобы заполучить твое внимание.

- Все возможное? Не смеши меня. Ты не сделал ничего!

- Потому что ты была такая неприступная, такая строгая. Я до сих пор не верю, что ты сейчас говоришь со мной про все это.

- А что, если я просто застенчивая? Что, если я каждый вечер потом сидела в этом чертовом баре и ждала тебя? Что, если я не переставала думать о тебе?

- Каждый вечер??? Правда?

- Да. Я ждала тебя. Тебя, милый. Одна. Одинокая. Жаждавшая страсти и сильных мужских объятий. Я не знала, что мне делать со всем этим огнем внутри меня. (Блин, я скоро сама начну верить во все это. Хотя, все-таки довольно забавно. Может стоит? Может взять и трахнуть этого Терри? Сколько можно ждать нерешительного Йена? Взять и поцеловать Терри прямо сейчас на виду у всех и потом встать и увести его за собой, не оставляя сомнений в намерениях?)

- Пойдем к тебе – умоляет Терри – Пойдем. Прямо сейчас. Я хочу целовать тебя всю. Даже когда я сейчас смотрю на тебя в этой куртке, с этим огромным шарфом, я просто представляю, что там под всей этой одеждой. И это убивает меня. Я думаю о том, как буду целовать твои ноги, поднимаясь все выше и выше,  я хочу развести их в стороны и позволить своему языку сделать все.  Да, я сделаю все, что ты захочешь. Буду твоим рабом. Рабом, понимаешь? Я буду делать с тобой все то, что ни один мужчина прежде не делал. Чего ты хочешь, скажи?

- Кончить…

- О, ты кончишь со мной много раз. Сколько угодно раз! Черт, я хочу целовать тебя, ласкать тебя. Я хочу быть в тебе. Я хочу говорить с тобой потом до утра. Обнимать тебя. Уснуть с тобой и проснуться с тобой. Забери меня. Возьми меня всего. Я всего лишь ирландец, но мне можно верить. Ты будешь потом говорить внукам «однажды я на целый вечер доверилась ирландцу».

- Терри – вдруг серьезно говорю я – За кого ты меня принимаешь, а? Я уезжаю через два дня. Я не люблю связи на одну ночь. Я хорошая девочка, ты сам знаешь. Ты приходишь сюда каждую неделю, выбираешь одинокую девушку и говоришь ей «ты самая красивая», чтобы завалить ее. Я не хочу так.

Терри свирепеет. Он приходит в ярость. Он вскакивает и говорит: «Спроси. Спроси у них. Они все знают меня уже два года. Спроси, черт возьми! Эй, Тони, я прихожу сюда за новой женщиной каждую неделю? – говорит он толстому голландцу, тот испуганно мотает головой. – Дебби, ты видела, чтоб я снимал тут девчонок? – спрашивает он поддатую британку, та недоуменно отнекивается. – Йен, я ухожу отсюда каждый раз с новыми женщинами?»

Йен вдруг злобно говорит: «Да. Именно это он и делает. Каждый раз с новой женщиной. Ага. Он такой». Все смеются. Терри стучит кулаком по столу. «Ты думала, я тебе вру? Черт, как ты могла так подумать!»

Он достает сигареты, швыряет куртку на стул и выходит на улицу курить.

sad

(no subject)

- Эй! Dancing queen! – кричит мне Йен, когда я захожу на следующий вечер в бар.

- Эээ, что?

- Ты. Вчера. Dancing queen. Это было круто!

- А, это. Ничего особенного.

- Но мы же реально повеселились, разве не так?

- О, да. Это было очень весело – говорю я низким голосом, томно прикрыв глаза на мгновенье.

- Как прошел твой день?

- Все отлично. Целый день сидела на пляже и писала. И я чувствую себя такой счастливой, ты просто не можешь себе представить.

- Я рад за тебя. Правда.

- Кстати, я вчера не сказала ведь ничего такого?

- Абсолютно.

- Я имею в виду, я все-таки говорила некоторые не очень хорошие вещи.

- Не думай. Все в порядке. Никаких переживаний. Как дела с твоим блогом?

- О, некоторые читатели считают, что мне надо тут остаться. И все хотят знать, чем все закончится.

- Я бы тоже очень хотел знать, чем все закончится… - снова прямой взгляд – Каков сценарий?

- Ммм… - у меня пересыхает в горле. Хочется сказать: «Ты бросаешь Мелиссу, мы любим друг друга до конца жизни, живем неподалеку и превращаем твой бар в лучшее место на побережье». Или «Ты выгоняешь всех клиентов, гасишь свет в баре, я целую твои запястья, мы долго сидим рядом и тихо разговариваем, переплетясь ногами, а затем занимаемся любовью нежнее нежного до самого моего отъезда два дня напролет. И все заканчивается, но остается на всю жизнь воспоминание о горько-сладком романе. Ах, да, и ты навсегда полюбишь горький шоколад с апельсином». Да я могу еще с десяток таких сценариев сейчас выдать, обязательно включающих постельные сцены разной степени извращенности, но с непременным оргазмами и нежностью. В общем-то, в твоем случае нежность - безграничная, беспредельная, глубокая, убаюкивающая -гораздо нужнее оргазмов.

Конечно же, я ничего этого не говорю вслух. Я улыбаюсь ему и думаю – тупая дура, лучше б сказала.

- Я не знаю, Йен, я не знаю, чем все кончится. Дай мне просто прожить это время, оно само все решит.

Дверь в бар открывается. Это Терри. Ирландец. Тот самый, который: ”Trust me, I’m an Irishman”. Он садится через стул от меня.

- А, Терри! Террорист Терри! – приветствует его Йен, на что тот кривится в ухмылке и просит налить ему водки с колой.

- О, ты опять здесь? – говорит он мне.

- Ага. Так уж вышло.

- Все пишешь? – кивает в сторону моего компа.

- Пишу. Уже довольно много. Неплохо выходит, мне кажется.

- Послушай – он вдруг резко разворачивается ко мне – Я старался изо всех сел в прошлый раз и попробую еще раз. Что мне сделать, чтобы ты перестала смотреть в экран, а стала смотреть на меня? Я хочу говорить с тобой. Если ты хочешь стать писателем, ты должна говорить с людьми, слушать их, пытаться понимать их.

- Доволен?-  говорю я, захлопывая крышку ноутбука.

- Вот это дело! – он расплывается в улыбке. – Ну что, расскажи мне о себе. Сколько тебе лет? («Боже, как вы надоели с этим вопросом, мужчины»)

- А сколько тебе? – перевожу стрелки. И вдруг случается крошечный диалог, который я уже представляла себе несколько раз, дословно. Только в моем воображении это Йен спрашивал, проводя рукой по моим волосам «сколько тебе лет», а я отвечала ”How old do you want me to be?”

- Сколько ты хочешь, чтоб мне было? – спрашивает Терри, проклятый ирландец.

-Вообще-то это совершенно не важно.

- Да? Мне сорок.

- Правда, Терри? – вклинивается Йен – Мне тоже! – они жмут друг другу руки и выясняют у кого в каком месяце дни рождения. Терри продолжает – Тебе наверное… скажем 23?

- Хаха. Я не настолько глупенькая маленькая девочка.

- Ах так? Ну тогда сколько?

- 28.

- Сколько там ей, лет сорок уже есть, да? – язвит Йен.

Ухмыляюсь в ответ.

- Ну так что – Терри придвигается ближе – Чем закончится твоя книга?

- Я не знаю. Я ведь не знаю, что произойдет дальше.

- А что ты хочешь, чтоб происходило?

- Этого я тоже не знаю. А ты?

- Хм. Я буду с тобой откровенным. Я не сказал этого в прошлый раз, а может быть следовало…. Дело в том... что я хочу… чтобы ты привела меня к себе и занялась со мной любовью.

О-оу.

sad

(no subject)

Вчера был международный день переводчика и ровно 5 лет, как я работаю в этой маленькой и гордой финской компании. Это пиздец, как много.

Профессиональный праздник я отметила поеданием торта и арбуза с коллегами.

Но на самом деле профессиональный праздник я отмечаю так:
- три подряд дня не успеваю/ забываю пообедать
- две ночи ночую у бабушки, потому что из-за работы до дома не успеваю доехать
- пришла на работу сегодня к 8 утра (это нонсенс для меня, которая при работе не в командировке, а в Питере редко появляется в офисе раньше 10....)
- ухожу из офиса не раньше 19-21 всю неделю

И это после двухнедельной-то командировки в тундру без выходных и с 12-часовым рабочим днем.

Завтра утром я отправляю документы курьерской почтой с домашнего блин адреса, в пижаме и тапочках, потому что больше некогда.
За выходные я должна перевести примерно листов 10.
В понедельник утренней электричкой я еду в Выборг и застреваю на два дня в тех краях.

Я люблю свою работу. Я люблю свою работу. Я люблю свою работу.
Просто мои физические силы стремительно близятся к нулю, а моральные балансируют на грани ярости и обиды на весь мир.

Слава богу есть выходные: сериалы, дыни-арбузы, концерт Narcotango с Марусей, Асей и Олей, клубничная маргарита, ночные танцы в иксах.
Еще бы сексу. Черт, катастрофически нужен секс. Причем с двумя конкретными людьми, к счастью не одновременно, к несчастью очень далекими.
sad

(no subject)

Анализ на ВИЧ - отрицательный.

Всего несколько раз в жизни делала его в профилактических целях. И каждый раз ожидание результата совершенно мучительное.

Даже при том, что я посмотрела фильм "Детки" году в 99, мысль о безопасном сексе прочно утвердилась в моей голове позднее, чем надо бы. Мне кажется, что многие барышни по юности-неопытности-глупости допускают эти "один раз-не пидорас" и занимаются сексом без презерватива, потому что доверяют/ очень хотят/ надеются на лучшее/ любят/ пьяные/ дурыдурыдуры. Я не исключение. Но господь бог меня бережет.

Я вот думаю. Если уж я, со всем своим умом, образованием и здравым смыслом не усекла лет с 16, что трахаться надо только с презервативами, то что другие люди? Неудивительно количество абортов и рост количества заболевших ИППП. Интересно, с какого возраста надо объяснять детям про безопасный секс? С какого возраста это будет эффективным?

Спросить у партнера: "Когда ты последний раз проверялся на ИППП?" кажется неприличным. Попросить показать результаты анализов кажется еще более неприличным. Как же. Это ж недоверие. Я же не могу оскорблять недоверием человека, которому доверяю как минимум свое тело, а иногда еще и душу. И страшно услышать в ответ "Да за кого ты меня принимаешь???". Да ни за кого не принимаю. За живого человека, который может совершать ошибки. И радостно услышать в ответ на просьбу провериться "Да, конечно, если хочешь сходим вместе". Хотя умом я понимаю, что вообще-то экстатический восторг это ненормальная реакция на ситуацию, нормальная реакция - это относиться к этому всему, как к норме. Потому что забота о здоровье своем и чужом и должна быть нормой, а не редкостью.

Господи, когда же уже вырастет поколение, в котором мужчины и женщины не будут стесняться говорить о сексе, в котором женщины будут регулярно испытывать оргазмы, в котором будет меньше абортов, болезней и неудачных браков. Ну ведь когда-нибудь так будет?
sad

(no subject)

Вчера я переводила какой-то текст по работе и там мне попался термин "самовозбуждающийся генаратор", а вслед за ним еще и "генератор с независимым возбуждением". Я сначала долго хохотала, а потом подумала: "Боже мой, это ведь я - самовозбуждающийся генератор и не иначе: возбуждаюсь и генерирую, возбуждаюсь и генерирую!"

Недавно я ехала в маршрутке и увидела женщину со щетиной на лице. Не с усиками, не с пушком, а с натуральной седой щетиной. Она была немолодая, толстая, в очках и читала книжку Улицкой. Я смотрела на нее и думала: "Вот едет некрасивая старая толстая женщина. Ее никто не любит. Она поджимает презрительно губы даже когда читает книжку в маршрутке, как тут ее полюбить. У этой женщины, возможно, даже никогда не было мужчины. Она не смотрит на себя в зеркало даже когда бреет свою щетину по утрам. Хорошо, что я не такая. Да, я толстая и в очках и тоже читаю Улицкую, но к счастью я каким-то чудом успела обзавестись такой увлекательной половой историей, что даже если вдруг окажется, что я больше никогда и ни с кем не пересплю и через десять лет тоже буду толстой, одинокой и бородатой, мне хотя бы будет о чем вспоминать. Какое счастье - буду говорить я тогда - что я вела беспорядочную половую жизнь, какое счастье!".

А потом я подумала, что вот уже почти наступило лето и пора открывать сезон. Ну то есть заводить любовника или что-то хотя бы отдаленно похожее. Мне вдруг пришло в голову, что самые бурные мои приключения всегда приходились на лето. Как будто я медведь и все остальное время года нахожусь в спячке, только летом выхожу на поверхность, чтобы совокупляться. Или может я зацикленная гусеница: осенью и зимой я гусеница, весной неистово окукливаюсь, летом превращаюсь ненадолго в неповоротливую пухлую бабочку, а осенью - о, чудо природы! бац! - и снова гусеница. Зациклило.
sad

(no subject)

Слушайте, до меня только сейчас дошло. Я же еду в Берлин. Это же Германия.

Это же я просто обязана найти себе приключений. Вернуться в большой секс и устроить себе грандиозный one night stand с симпатичным немцем.

Потому что когда еще будет шанс на полном серьезе сказать (нет, желательно простонать) кому-нибудь "Йа-йа, даст ист фантастиш!!!"
sad

(no subject)

Предисловие
На днях мы с моей подругой Асей разговаривали целый вечер о жизни, содержание нашей беседы я кратко изложу здесь. В комментариях к нескольким последующим постам я бы хотела увидеть мнения мужчин в первую очередь. Но и женщин тоже.

Эпилог:
"Знаешь, есть такие тесты, типа нарисуйте фантастическое животное. Так вот я бы нарисовала мужчину, который хочет детей". Ася.

Тема 1. Контрацепция.

Мое мнение:
За последние полгода я в разной степени близости встретила 5 мужчин в возрасте от 28 до 45, которые не умеют/ не помнят/ не привыкли/отвыкли пользоваться презервативами. 5 взрослых мужиков. Не 20-летних подростков, которые машут хуем направо и налево, а взрослых, опытных, не дураков. Ну не привыкли они, понимаешь, неприятно им, неудобно, не в кайф. Хорошо, это я понимаю, и правда что тут приятного, ощущения-то явно не те, уж если для женщины не совсем те, то для мужчины и подавно.

Но. Мне не дает покоя один вопрос. Ежели мужчина дожил до как минимум 30, а то и уже 40 лет и до сих пор не привык к презервативам, то простите - а до этого он как трахался? Со всеми своими женщинами не предохранялся? Со всех требовал справку от венеролога с первого же секса начиная? Я правда не понимаю. Мы ведь взрослые люди, понимаем, что принимаемые женщиной оральные контрацептивы защитят только от нежелательной беременности, но никак не от заболеваний разной степени тяжести и приятности. Я когда первый раз в жизни сдавала анализ на ВИЧ, я спать не могла. Я когда за результатом шла - дрожала натурально вся с ног до головы. Я когда увидела это самое "отрицательный" - рыдать была готова от счастья. По-моему достаточно один раз пережить такие эмоции или тем более один раз подхватить и пролечиться, чтоб больше ни разу не допустить подобного.
А беспрезервативные мужчины что поголовно везунчики и не страдают ЗПП? Хорошо, я понимаю, когда мужчина 10 лет был в моногамном браке и презерватив был не нужен, но все эти 5 мужчин, насколько мне было известно, уже какое-то и иногда вполне длительное время были свободны и при этом не воздерживались. И где логика?

Мнение Аси:
Мужчинам по хер. Им по хер на ЗПП, потому что они надеются на авось. И главное - им по хер на твою потенциальную беременность. Ключевое - "это твоя проблема". Мужчина поимел секс, мужчина ушел. Беременная ты или нет - твои сложности. Хочешь рожай, хочешь делай аборт.

Мое мнение:
Но ведь должен быть страх и ответственность и уважение? Чувство самосохранения? Элементарный социальный страх - типа она залетит, мне придется на ней жениться или платить алименты?

Мнение Аси:
Им все равно по хер.

Мое мнение:
Давайте разберемся с самого начала. Вот два человека начинают встречаться. Сначала они используют презервативы. Потом наступает момент, когда надо перейти на другой способ предохранения, когда вроде уже ясно, что никто ничем не болен и основная задача теперь не забеременеть. Это же как-то решается? Мальчик с девочкой обдумывают совместно, какой способ лучше, делают необходимые анализы, консультируются с врачом?

Мнение Аси:
Ничего не решается. Момент наступает и мужчине по-прежнему по хер. Это женщина сама принимает решение: поставить ли спираль, забив на то, что это вообще-то абортивный метод, или начать пить гормональные таблетки, чтоб похерить себе все и потом умереть от рака груди. Роли мужчины в этом нет никакой. Мужчина обрадуется, что презерватив больше не нужен, но не спросит почему.

Мое мнение:
А ведь и правда не существует ни одного больше способа предохранения, кроме презервативов, который не влиял бы на женщину. Таблетки, спираль, гормональный пластырь или кольцо, крема-мази-гели или колпачки - во всех этих случаях все проблемы, сложности и ответственность лежит на женщине. Вазектомию (стерилизация мужчин) в расчет не берем, так как по-моему никто ее не делает. Это несколько обидно... Что же выходит, нам всегда самим заморачиваться? Нам самим покупать гондоны и таблетки и брать на себя всю ответственность?

В общем Ася поколебала мою веру в человечество и в мужчин особенно. Я наивно пытаюсь верить, что существуют ответственные мужчины, которые хотят контролировать и свое здоровье, и партнерши, и их потенциальное деторождение. Но воспоминания о собственном опыте наталкивают на мысль, что вообще-то мужчины и правда в этих вопросах крайне безответственны.

Вот. Вы тут пока пообсуждайте. Надеюсь услышать адекватные мнения. И без грубостей пожалуйста. Темы брака и детей оставлю на следующий раз, потому что мне пора бежать за Асиной дочкой Моникой в детский сад:)
sad

(no subject)

О чем говорят женщины, когда никто не слышит?

Д: Я тут на днях прочитала в жж про наложниц в гаремах. Прикинь, их там тренировали и потом устраивали испытание - наложница на султане сверху без единого движения телом одними только мышцами влагалища должна довести до оргазма. Ты можешь себе это представить? Одними только мышцами??? Нам скоро тридцать, а мы до сих пор не умеем так чтоб прям совсем до оргазма!!! Ты представляешь, сколько еще нового предстоит?
О: Это ж получается этим самым местом как медуза делать, хлюп-хлюп... Так ведь можно и оторвать что-нибудь...
Д: Надорвать? Что там у нас можно надорвать? Даже долгими тренировками по-моему не надорвешь..
О: Да нет, не надорвать, а оторвать, в смысле мужику можно случайно в порыве что-нибудь оторвать или покалечить.
Д: А еще я читала недавно, что гейш проверяли так - им надо было яйцо влагалищем раздавить!
О: Яйцо?? Это же негигиенично!
Д: Ну его во что-нибудь складывали. Раньше в мешочек, а сейчас в презерватив. Но ты попробуй даже рукой-то сырое яйцо раздавить, это ж сложно! А уж мандой-то вообще хрен раздавишь...

Собственно я теперь знаю, чем заняться долгими осенними вечерами. Небольшой запас свежих яиц нам всем в помощь.