Category: отзывы

Category was added automatically. Read all entries about "отзывы".

sad

(no subject)

А еще я в этом отпуске обратила внимание, насколько все-таки бывают порой важны бытовые мелочи.
Вот казалось бы, кто обращает внимание при бронировании жилья, есть ли там москитные сетки? Да в половине мест это даже не указывается в описании, изредка только в комментариях можно найти.

А тем временем в Италии в этом году какие-то адские комары. Причем прикол еще в том, что меня за две недели укусили ровно два раза. А вот Тин и Пухля... На их ноги страшно смотреть. Сначала Пухля с интересом считал, сколько у него укусов. Когда на второй день отпуска он насчитал 27 только на ногах, то выдохся и забил. К тому моменту я начала уже принимать усиленные меры. На улицу без спрея от комаров никого не выпускала. На ночь обмазывала ребенка кремом от зуда, но это не помогало, потому что несколько укусов, расположенных практически друг на друге группкой в 5-6, он расчесал до кровищи и очень страдал. Тин не расчесывал, но приходил в ярость от того, что его жрут заживо. Вечерами на веранде я сидела практически всегда одна (хотя обычно мы так любим посидеть вдвоем, почитать в тишине под вино), ну или он одевался (в жару!) поплотнее, обпшикивался спреем, зажигал несколько спиралек от комаров и только потом садился рядом. В первом домике правда было получше, потому что там хотя бы внутри было не жарко, потому что небольшое помещение и мощный кондиционер без счетчика и поэтому проветривать не надо было.

А вот в нынешнем домике кондиционер только по счетчику и плюс его силы не хватает на кухню и две спальни. Но несколько дней была температура +35 и дышать в домике невозможно, а спать тем более. И вот что делать - спать в жаре или открывать окна и быть сожранными комарами? Всякие фумигаторы включены круглосуточно, но комары все равно есть. Мы выбрали спать с открытыми окнами, но закрытыми ставнями-жалюзями, так хоть какая-то иллюзия, что особо тупые комары не пролезут. Но все равно пролезали и все равно кусали.

Хозяин домика, конечно, посчитает меня потом последней гадиной, но в отзывах я планирую обязательно написать, что ему пора разориться на москитные сетки.

И вот мелочь вроде бы. А настроение портит.
sad

(no subject)

Наконец-то я сейчас нашла время написать про фотосессию. Хотя прошло уже три недели и я, наверное, уже и не смогу вспомнить чего-нибудь важного. Но все равно для истории хочется записать о самом запомнившемся.

Планировали и придумывали мы эту фотосессию целый год. Каких только идей мы не обсуждали! Ведь сделать нетривиальный снимок большой группы людей очень сложно на самом деле. Я искала и искала примеры интересных фотосессий хоров или оркестров. Но в большинстве случаев красивые групповые фотографии бывают красивыми либо за счет атмосферности всего вокруг, когда лица практически не важны, либо интересными только потому, что на них, например, известные актеры, которых интересно поразглядывать.
Лично мне хотелось атмосферности. Поэтому мы придумали с Наташей сделать групповые фото на закате, в мягком вечернем свете, где-нибудь в полях.

А еще хотелось, чтобы на групповом фото была видна каждая из участниц хора, чтобы за снимком стояла личность. И тогда мы придумали сделать портреты и собрать из них потом коллажи. Эта идея уже переросла в то, чтобы сделать серьезные портреты и смешные. Очень подходит такой коллаж, например, для обложки диска, который мы записывали в декабре.

А еще хотелось сделать фотографии с сумерках с маленьком садике со старым колодцем, увешав его разноцветными фонариками. А еще хотелось сделать фотографии с воздушными шарами в цвет наших сине-зеленых нарядов. А еще хотелось того, и этого, и сего.

Но представьте себе вообще эту задачу. За 4 часа нужно сначала причесать и накрасить, а потом и отснять 25 человек. Это вообще-то очень много. И очень сложно. Но мы на удивление идеально уложились в график.

Утром в ту пятницу 22 апреля мы с Наташкой сидели на кухне и ждали, что приедет из Германии ее муж Алекс, чтобы помогать с их дочкой во время съемки. Сами при этом проверяли, что ничего не забылось и не потерялось. Я приготовила уже свое платье и пыталась безуспешно накрутить волосы на бигуди. В холодильнике ждал черемуховый торт. По дому носились дети.

Мы собирались добираться до бара, где мы репетируем, частично пешком, частично на велосипедах. Но к счастью вовремя пришла в голову идея просто позвонить Ивон и попросить отвезти нас на машине. Так что ехать на велосипеде с тортом и штативом вовсе не пришлось. А то зрелище было б еще то.

Планирование самого дня съемки было, конечно, тоже еще тем челленджем. Сначала мы придумали, что все будут приходить небольшими партиями по 4-5 человек, чтобы визажист успевал всех по очереди накрасить и передать фотографу. Но потом пришла в голову мысль, что вообще-то можно параллельно вести обычную нашу репетицию, а только на визаж и съемку отправлять по одному. И это, надо сказать, оказалось очень правильным решением.

В баре было темно и прохладно, как всегда. Хотя на улице в те несколько дней была страшная жара, тут же сменившаяся холодом, как только Наташа уехала обратно в Германию. Я очень боялась, что в темном баре не хватит света. Но смотрю вот на получившиеся фотографии и думаю, что лучше и придумать было нельзя, фон получился совершенно замечательный, горздо интереснее, чем просто белая стена за спиной.

Первая группа для съемки пришла чуть пораньше остальных. Среди них была Ивон, которая терпеть не может фотографироваться и еще Л., которая помогала мне с организацией  и нашла визажиста. За Ивон я волновалась больше всех, не хотела, чтоб ей было некомфортно. Но она была в порядке. Она не побоялась Наташу и все получилось.

Визажист, кстати, оказалась отличная. Мало того, что она придумала, как успеть всех накрасить и причесать за такое короткое время и предложила за это вполне посильную цену. Так еще и макияж она сделала здоровский. Все остались похожими на себя, но при этом чуточку лучше.

Первых пару человек готовили долго. Первые пять должны были быть по идее давно отсняты, когда начнет собираться на репетицию весь хор. А на самом деле кто-то все еще сидел на макияже. Я начала волноваться. Но тут пришла моя собственная очередь. Мне накрутили те самые кудри, которые всех на фото поразили. А для макияжа я даже решилась на яркую помаду, хотя обычно совсем не крашу губы (и видимо зря!).

Я вышла из закутка, где у большой стекляной стены мы устроили уголок визажиста, в зал, где уже сидел весь хор с Гербеном, расставив полукругом стулья. Я собиралась тихонько за всеми спинами пробраться к Наташе. Но тут Гербен поднял голову от нот, посмотрел на меня и сказал: «Аааах, Даша, ну что за картинка!». И все обернулись на меня. И тоже со смехом издали это киношное «Аааах!». Хотелось смущаться и смеяться одновременно. Надо ж знать еще этого Гербена, он же вечно дико ироничный, я же его до сих пор немножко боюсь. К тому же последнее время мы с ним ходим на тренировки в одно и то же время и вечно видим друг друга красными, взмыленными и уставшими. А тут выхожу я такая фея в платьишке и кудряшками. Ну как тут не удержаться от иронии! Но за иронией там все-таки была доброта и симпатия, я их услышала и запомнила. Мне они теперь греют душу.

Сама я ужасно боялась камеры. Наташу я при этом боялась и не боялась одновременно. Когда столько времени знаешь друг друга в жж, когда уже не раз душу выворачивал тут наизнанку, то оказаться один на один с двух сторон камеры – какая-то новая степень интимности. Плюс я знаю, что не умею позировать. Зажимаюсь, дервенею и боюсь. Поэтому было очень страшно, получится ли что-то вообще. И так круто, что получилось!

А потом оставшиеся пару часов я носилась все время туда-сюда. На репетиции сосредоточиться совсем не могла. Следила все время за тем, чтобы каждая из женщин вовремя отправилась к визажисту, чтобы никого не пропустить, чтобы не выбиться из графика.

И очень круто было, что репетиция при этом все время продолжалась. Потому что это дало какой-то очень важный фон. Оказавшись перед камерой, каждый знал, что никто не будет на тебя глазеть, что все заняты пением, и при этом что вот они, рядом, свои, поддерживающие и родные. Музыка оказалась очень нужной.
Очень классно было, когда во время паузы перед камерой оказался сам Гербен. Он сначала делал все, что говорила ему Наташа, а потом вдруг замер на секунду и внезапно выдал подряд несколько разных невероятных гримас и рожиц. Как настоящая фотомодель. Такой прям бац, бац, бац. Вот так я могу, и вот так, и вот эдак! Было очень смешно, потому что никто не ожидал.

Во время паузы у нас был накрыт прекрасный стол – пироги, торты, роллы, сэндвичи. На самом деле запросто можно было накормить еще пару хоров. Единственным человеком, который ничего не успел съесть, оказалась сама наша фотограф. Наташа вообще по-моему за все четыре часа толком не присела. Сложность оказалась в том, что ее дочка переволновалась и совсем не хотела уходить от мамы. Поэтому половину съемки Наташа провела с дочкой на одной руке и с камерой в другой. Зная, насколько это было тяжело, я еще больше восхищена получившимся результатом. Надо быть и правда классным фотографом, чтобы все успевать в такой сиутации.

Вообще, Наташа невероятная молодец.

Во время подготовки к фотосессии она придумала выдать всему хору примеры поз и разных выражений лиц, чтобы все смогли дома перед зеркалом потренироваться. Эту идею сначала многие приняли скептически. Но потом оказлось, что это было не зря и что подготовка окупилась с лихвой – перед камерой потом было проще расслабиться и выдать в кадре смешную рожицу.

А во время самой съемки она давала очень четкие указания каждой из «моделей». При этом не давила и не пугала, а наоборот каждую хвалила и подбадривала. Это кажется очень банальным, но при этом голландские фотографы, у которых я была, так не делают. Поэтому весь хор был приятно удивлен. Ко мне потом подходили очень многие и говорили, как было здорово, что их направляют, но не подавляют.

Гербену нужно было уходить сразу после репетиции, поэтому поехать на красивый луг для групповых фотографий он не мог. Но мы все равно выбежали с ним на улицу и успели быстро сделать пару снимков. Это важно. Я собираюсь их ему потом торжественно вручить с серьезным спичем. Все-таки то, что он сделал за эти пару месяцев для нашего хора, неоценимо. И мне хотелось, чтобы у нас было фото именно с ним одним. Чтоб он знал, как он нам важен.

Оставалось доснять еще пару человек. Остальные сидели и ждали. Постепенно тихие разговоры переросли в громкий гул. Стало особенно хорошо ясно, как нужна была музыка в течение предыдущих часов.
В половину пятого вечера, ровно через четыре часа после начала мы закончили снимать портреты. Погрузились в машины и на велосипеды и поехали на волшебный луг к Герде.

Герда уже сидела на улице вместе со своим бойфрендом и его братом, пила чай и ждала нашего прибытия.
На лугу начался уже совсем полный отрыв. Все хористки вели себя как расшалившиеся школьницы. Много кричали и смеялись. Но Наташе удалось довольно быстро всех расставить так, как надо, и быстро отснять групповые фото.

Часть групповых фотографий, кстати, мы делали в итоге не с шариками, а с зонтиками. Причем многие опять же были не в восторге от этой идеи и считали подготовку зонтиков и расстановку в заранее отрепетированных позах ненужной. А результат при этом оказался отличным и очень живым.

Вот вроде и все.
Сейчас даже кажется, что ничего такого особенно напряжного в тот день не было. Просто забылось уже, как я носилась все время и переживала.

А когда все закончилось, Наташка получила от нас сюрприз. Ивон от всего хора преподнесла ей в подарок большой сверток всяких голландских вкусняшок. И Наташа вдруг сказала нам всем столько хороших слов о том, какой у нас классный хор и какие мы все замечательные, что я прям чуть не разревалась на месте.

Мы вернулись домой. Приготовили ужин. Поужинали с детьми и мужьями. Отправили Алекса обратно на поезд. Уложили детей.

А потом сидели вдвоем на кухне в ночи, ели черемуховый торт, пили чай и говорили. И было ощущение, что мы сегодня взобрались на большую гору. Мы сделали это! Мы сделали эту фотосъемку, которую готовили целый год. И все получилось!

И теперь, когда несколько дней назад я получила от Наташи уже готовые снимки, я теперь могу совершенно точно подтвердить, что все получилось. Это была очень непростая съемка в очень непростых условиях. Но она ее сделала.

Если вы живете в Германии или Голландии и любите красивые фотографии, запомните этого фотографа из Кельна. Она обязательно приедет в Голландию еще и я пообещала быть ее импрессарио, ха!

Наташа Шнайдер.

http://nat-nat.livejournal.com/
http://nat-nat.eu/
 
sad

(no subject)


Отпуск уже почти закончился. Мы уже загорели. Мы уже купили ароматных критских специй и пряных трав. Мы уже пропахли солью моря и немножко хлоркой бассейна. Мы уже объехали пол-острова за три дня. Гуляли по городам, взбирались в горы и спускались в пещеры, много фотографировались и ходили пешком.

Городок Агиос Николаос показался мне слишком туристическим и не очень интересным. Я запомню оттуда, пожалуй, только как мы взбирались на холм над озером в самый разгар дня, я толкала коляску в гору под палящим солнцем, Тин шел рядом и умолял разрешить ему помочь, а я почему-то упорно не отдавала ее, задыхалась и продолжала толкать вверх по крутому склону. На самой вершине холмы мы встали под соснами и посмотрели на озеро под нами и на море и остров вдалеке. Пахло тающей на солнце смолой и свежей хвоей.

Зато Иерапетра оказалась совсем настоящей, почти без туристов и почти без лавчонок с бесконечным китайским барахлом, что выдают за сувениры наивным туристам. Мы приехали туда в самый разгар дня, когда все разумные люди прячутся от полуденного обжигающего солнца и не суют носа на улицу. Мы шли по совершенно пустым улицам, так красиво выложенным мраморными неровными плитами. Город был пустой и очень белый, как будто выжженный напрочь этим сумасшедшим южным солнцем. Мы поплутали по маленьким улочкам совсем немножко, не больше часа. Выбрели к порту, заглянули в старинный форт, прошлись по пляжу. Я спустилась к воде и прошла босиком пару метров по галечному пляжу. Я никогда еще не была на галечном пляже и ощущения были странные – щекотно и горячо. Мы быстро вернулись к машине, а потом долго ехали обратно окружным путем по краю моря и по пустым серпантинам гор.

На следующий день мы уехали в горы. Ехали без конца по дорогам, которых снизу и не увидишь, так искусно они прячутся между холмов и деревьев. В какой-то момент дорога врезалась в гущу соснового леса и машина, даже с закрытыми окнами, тут же наполнилась тяжелым хвойным ароматом, кружащим голову. Мы быстро доехали до маленькой деревни с тремя самыми старыми деревьями Крита. Говорят, что одному из этих платанов 2400 лет. Мы остановились неподалеку и пошли к огромному, корявому старому дереву. Деревня едва проснулась. Мимо нас проехали на мопеде два чернявых мальчишки лет 10 и 12, похожих друг на друга как отражения. Им навстречу шла, кутаясь в шаль, одетая в черное тонкая, костлявая старуха, что-то приговаривая, улыбаясь и придерживая в уголке рта сигаретку, периодически вынимая ее кончиками пальцев и стряхивая одним резким и не очень походящим для этого жестом, как будто она отряхивает руку от воды. В магазинчике с названием «Дохристовое дерево» женщина средних лет угрюмо развешивала под потолком вышитые скатерти и полотенца.

Под самым старым деревом Крита никого не было. Маленькая площадь в тени его ветвей с коваными столами и стульями и ограда, отделяющая посетителей площади от падения на следующую деревенскую улицу где-то внизу. Прямо под деревом стоял небольшой кованый фонарь с двумя круглыми светильниками. Пухля взобрался на каменную изгородь платана прямо под этим фонарем и замер, не шевелясь. Он стоял там, как маленькое изваяние мистера Тумнуса под фонарным столбом, только вместо зимней Нарнии был толстый и сгорбленный тысячелетний платан.

Из-под дерева открывался вид на лежащую внизу долину и горы. Я стояла и думала о том, как же можно жить в этой невыносимой красоте, как же можно жить обычной обыденной жизнью и не думать целыми днями только о природе красоты, об устройстве мира и о богах и вселенной.

Мы скоро поехали дальше и наткнулись в горах на маленький монастырь с толпой немецких туристов и молчаливыми старушками-монашками. Мы сидели в маленьком дворике под оливковым деревом и ждали, пока туристы выйдут из крошечной часовни монастыря. Пухля почему-то на редкость спокойно сидел на скамейке, складывая руки то так, то сяк, а Тин повторял его движения и тогда я пыталась сфотографировать эти два истуканчика, большой Тин и его маленькая копия.

А потом мы проехали через горы и выехали на большое спокойное плато. Мы объехали его по кругу, разглядывая поля и крошечные деревни. Старики, сидящие в уличных кафе с утра пораньше, и старухи в неизменном черном, куда-то спешащие. Мне хотелось останавливаться в каждой из этих деревень и пытаться заговорить с незнакомыми людьми, но потом я понимала, что вопросы мои были б дурацкими, да и вряд ли вообще эти старики говорили б на английском. Так что мы ехали и ехали дальше.

Мы добрались до безумно туристического места, в которое мне почему-то очень хотелось попасть, хотя других туристических мест Крита в этот раз очень хотелось избегать. Это была пещера Зевса.

Сначала нужно было подниматься в гору, а потом спускаться в пещеру. Подняться в гору можно было на ослике, но мы заупрямились не хуже ослов и решили во что бы то ни стало обязательно подняться самостоятельно. Попробуйте когда-нибудь пройти в гору с полкилометра с ребенком на руках. Развлечение знатное! Мы по очереди брали Пухлю на руки и шли и шли, казалось, бесконечно. Мимо шли ослики с проводниками. На осликах сидели в основном очень пожилые или очень толстые туристы. Я дико боялась упасть с ребенком на руках и шла осторожно и медленно. Тин шел рядом и удивлялся, глядя на пожилых проводников с осликами – сколько же раз за день они поднимаются на эту гору и как же они при этом не устают, если мы устали за всего один раз. Один старичок-проводник переваливался с боку на бок и шел довольно медленно, но при этом дыхание его не изменилось ни на секунду. За то время, что мы успели подняться и спуститься, этот самый дряхлый старичок успел как минимум три раза подняться и спуститься вместе со своим осликом.

В пещере было прохладно и красиво. Я никогда не была в пещерах до этого. И пусть некоторые русские туристы вокруг недовольно бухтели, что пещера маленькая, не то что в Абхазии. Мне было совершенно не важно, каких она размеров. Сталактиты в ней напоминали гигантскую цветную капусту. На огромных каменных столбах блестела вода, а ступени под ногами немножко скользили. Я медленно шла по ним и думала о том, что даже если б пещера была еще меньше, я все равно была б рада тут побывать. Потому что это же пещера Зевса! Это же как будто взять и войти на страницу книги в красной обложке «Легенды и мифы Древней Греции». Ни от одного другого места на Крите у меня не было этого ощущения вечности. В Кноссе слишком много туристов и слишком много фальши. В археологическом музее все слишком чинно, хотя и красиво. А тут тихо и холодно. Смотришь на сталактиты и думаешь о том, что так же тихо и холодно тут было и тысячи три лет назад, когда местные жители оставляли здесь в дар богам каменные статуэтки и вазы.

Из пещеры мы вылезли довольные и усталые. Тину захотелось прям тут на высоте, у самого выхода из пещеры присесть и съесть мороженого. И тут с нами случилось небольшое ЧП. Пухля с таким аппетитом наворачивал свое мороженое, что откусил и похоже проглотил маленький кусочек пластиковой ложки. Мы кинулись тут же осматривать ему рот и пытаться разглядеть кусок полупрозрачного пластика, но он, видимо, был уже внутри. Но нашу суету заметила хозяйка кафе и, хотя мы сами вполне сохраняли спокойствие, она решила впасть в панику вместо нас. Ужасно всполошившись, она начала бегать вокруг Пухли и причитать на греческом. Затем принесла огромный стакан воды и стала уговаривать его выпить ее. Пухля смотрел на нее с недоумением и продолжал есть мороженое. Она начала объяснять мне, что я должна делать (звонить доктору, проверять содержимое подгузников, переживать). Я кивала и со всем соглашалась. Но похоже ей показалось, что я недостаточно серьезно отношусь к происходящему. Тогда она принесла бутылку оливкового масла, налила его в пустой стакан пальца на два, а затем с ласковой улыбкой уговорила Пухлю выпить через трубочку немножко масла. Пухля, разумеется, не дурак и после первого глотка пить больше не стал и всем видом показал присутствующим, что разговоры «выпей чуть-чуть, это такой сок» его попросту оскорбляют. Хозяйка продолжала бегать кругами и причитать, но мне удалось ее убедить, что мы обязательно примем меры. В общем, из кафе нас отпустили нескоро и только взяв с нас обещание позвонить врачу.

Спустившись с Зевсовой горы мы поехали дальше. Объехали плато с другой стороны и перед самым выездом с него остановились пообедать в придорожной таверне. Заказ у нас приняла девочка лет двенадцати с густыми бровями и заметным греческим акцентом в английском. Мы уселись на террасе, а через дверь внутрь было видно, как мама девочки хлопочет на кухне и готовит одновременно несколько блюд, чтобы накормить всех клиентов. Бабушка же, одетая в черное, сидела поодаль, возле дороги и торговала свежей клубникой и помидорами, выращенными тут на плато. Когда мы только шли в таверну, она улыбнулась Пухле беззубым ртом и протянула сочную большую клубничину. Он так обрадовался, что моментально съел ее прямо с хвостиком. На обратном пути к машине мы купили у этой бабушке упаковку клубники и съели ее в тот же вечер с большим удовольствием.

Я вообще поняла, что самые вкусные покупки на Крите – вдали от мест обитания туристов. Так на следующий день мы ехали по каким-то равнинам, покрытым виноградными полями, а потом остановились и купили во фруктовой лавке у дороги пару кило винограда, немного груш и изюма. Так вот клянусь, более вкусного винограда я не ела никогда в жизни. Про изюм я вообще молчу, потому что до сих пор жалею, что вместо трех горстей не попросила целый мешок.

А в той таверне на плато я съела на обед огромную миску с простым, но вкусным салатом – помидоры, свежая цветная капуста, порезанная тонкими ломтиками, огурцы, паприка, сухой местный хлеб кусками и много оливкового масла. Просто и вкусно – обожаю такую еду!

Ну а про третий наш день поездок по Криту на машине и рассказывать особо-то нечего, потому что все получилось как-то сумбурно. Мы умудрились проехать мимо всех маленьких достопримечательностей, в которые мне хотелось заглянуть, и зачем-то приехали в Кносский дворец. А он оказался скучным и каким-то невзаправдашним.

Мне захотелось про все это немножко написать, пока не забылось. Потому что отпуск-то в общем-то довольно спокойный и не насыщен событиями. Мы просто много купаемся и загораем. И спим, как ненормальные. Мы с Тином плюнули на приличия и пару раз засыпали вместе с Пухлей после обеда на пару часов. По вечерам мы тихо читаем и никуда не ходим. Я просто в восторге от возможности сесть вечером с книгой и ничего не делать и не переживать от того, что в списке дел как всегда полно невыполненных пунктов. Отпуск все-таки нужен как раз для того, чтоб отдыхать.

sad

(no subject)

В прошлую субботу устроила вакханалию.

Мне почему-то очень важны некие мои личные традиции.
Вот мы несколько лет с подругами пекли вместе в декабре то рождественские кексы, то имбирное печенье. И не сказать, чтоб прям сильно много раз. Но для меня это была традиция. И я не хочу ее терять.
Поэтому я решила ее преобразовать. И отныне я пеку в декабре печенье с детьми.

В прошлом году я позвала Тинову племяшку печь со мной обычное песочное печенье. В этом году я развернулась посерьезнее и позвала помимо ее еще и ее друзей-подружек из соседских ребятишек и их родителей. Всех я их знаю, с одной из соседок мы периодически из бассейна вместе с детьми едем и болтаем. Так что я решила, что будет хороший повод узнать их еще лучше.

К вопросу подошла серьезно. Запланировала все еще в октябре.

Сначала сделала приглашения.
Очень хотелось нарисовать их самой. Но дизайнер из меня никакой. Я, конечно, очень люблю всякое хэнд-мейд, но на самом деле получается у меня всегда кое-как. Поэтому в этот раз я просто нашла шаблоны в интернетике и написала в них свой текст. Получилось три приглашения для трех семей - в каждой по двое детей плюс родители.

Приглашения я скрутила в свитки, перевязала ленточками, надула по несколько воздушных шариков и прицепила к ним приглашения. И вот эти хлипкие конструкции я привязала к дверным ручкам соседей. Надо было еще видеть, как отлично я смотрелась с пучком воздушных шариков в одной руке и с ребенком в другой, привязывая ленточки к дверям...

Но старалась не зря - вечером от всех соседок и от золовки пришли сообщения, что дети в восторге от приглашений и ждут нашей печенько-party с нетерпением.

К печенькам я тоже подошла серьезно. Перелопатила гору рецептов. Накупила гору ингредиентов.
Выбрала, в итоге, два простейших рецепта - чадейкины пряники и песочное печенье. (забегая вперед - на будущее нужно искать какие-то другие рецепты или отрабатывать эти, потому что результат меня не устроил).

Все утро субботы готовилась.
Сделала из белой бумаги поварские колпаки и написала на них имена детей и расставила на столе. Собственно печенье со мной должны были делать четверо ребятишек в возрасте от 4 до 7, еще двое приглашенных малявок-двухлеток просто бегали вокруг или играли.

А назначенному времени у нас во дворе стояли подпрыгивающие от нетерпения дети и.. их папы. Мам почему-то не было. Я страшно удивилась, потому что совсем не ожидала, что папы придут, написала в приглашении "родители тоже welcome" исключительно из вежливости и думала, что будут сплошные мамы. Но нет. Папы.

Тинова племяшка была впереди всех и протянула мне прекрасный зимний букет цветов с серебряными шишками. Затем она надела принесенный с собой фартук и скомандовала всем остальным детям "давайте готовить!". Дети тут же нацепили свои поварские колпаки, расселись вокруг стола и стали спрашивать, что мы будем делать. Пришлось тут же приступать.

Мы вместе отмеряли муку. Просеивали ее. Отмеряли специи. Смешивали. Лили в тесто сироп. Разбивали яйца ножом. Мешали все это дело миксером.
Каждый получил возможность попробовать каждое действие самостоятельно.
Папы стояли вокруг и фотографировали без остановки.
"Ух ты, так вот зачем муку просеивают..." - удивился один из пап, услышав мое объяснение для детей.
"Мы тут у тебя как научимся всякому этому.. кухонному!" - сказал второй.
Пришлось их нейтрализовать, выдав им всем кофе и заранее испеченные маффины и отправив тусить в гостиной и не мешать.

Потом наступила самая приятная часть. Мы катали пряничное тесто и вырезали формочками печенье. Дети были в восторге. Собственно ради этой части все и затевалось. Возиться с тестом - это ж всегда ужасно приятно! Так что мяли, катали, вырезали, лепили, снова катали. Процесс почти бесконечный. Наготовили четыре противня печенья!

Пока имбирные пряники пеклись, я предложила наделать простых кругляшей из песочного теста и повалять их в разноцветных сладких посыпках.
Что тут началось!
За посыпки чуть ли не дрались. Посыпки были по всему столу. Синие, красные, золотые бусины. Разноцветные конфети и крошки. Везде!

Малявки-двухлетки прочухали, что за столом творится что-то интересное, прибежали из другой комнаты и начали тянуть руки в разбросанные по столу посыпки и облизывать их.
Занятые украшением печенья дети постепенно тоже стали следовать их примеру и вскоре не столько украшали печенье, сколько соревновались кто съест больше цветных сладких бусинок и у кого язык разноцветнее.
Остановить это безумие было совершенно невозможно.
В какой-то момент я почувствовала, что у меня по ногам кто-то ползает, заглянула под стол и обнаружила там собственного сына, самозабвенно собирающего с пола рассыпанные посыпки для печенья и отправляющего их по одной себе в рот. Решила не нервничать и думать о том, что это он себе так мелкую моторику развивает, подбирая малюсенькие сладкие крошки. Правда Тин все равно его скоро забрал из-под стола, чтоб не переусердствовал со сладким.

Наконец, испеклись имбирные пряники, и пришло время их тоже украшать. Тут в дело пошла сахарная глазурь. Это был пик безумия.
Дети давили глазурь из пакетиков на печенья, стол, себя, меня. Облизывали пальцы и ложки. Адски хохотали. Я, в общем-то, хохотала вместе с ними, потому что было очевидно, что теперь никому уже нет особого дела до печенья. А просто у нас тут сплошное let the wild rumpus start.

В какой-то момент, кстати, мамы детей тоже подтянулись. Но я не особо-то заметила. Хотя они и пытались помогать детворе украшать печенье глазурью и бусинками. Но просто беселиться было гораздо интереснее и самим детям, и мне.

Затем настал период затишья. Я выдала всем заранее распечатанные раскраски с новогодне-рождественской тематикой. Правда срочно пришлось допечатывать картинку с микки-маусом и подарками, потому что за него тоже чуть не передрались, ведь "ты что не знаешь, микки же все любят!". Мне зато удалось немного посидеть, попить чаю и потрепаться с соседками.

В общем, разошлись мы все только через несколько часов. Все дети ушли домой с пакетиком готового печенья двух видов (с разманной глазурью и подтаявшими посыпками, деликатес!). Родители тоже остались довольны. А всех довольнее была я. Даже несмотря на то, что пол был покрыт тонким слоем украшений для печенья, а все стулья перепачканы мукой.

В следующем году повторим!
sad

(no subject)

Вчера ездили в русское посольство в Гааге.

А вы знали, что у них там есть волшебный портал, через который они напрямую из России перенесли в Голландию типичное официальное учреждение? Просто я не вижу другого объяснения, как можно было в Голландии такой классические совок забацать.

Тин больше всего удивлялся тому, как в совершенно обычном голландском здании могло оказаться такое настолько русское пространство. Большое помещение, в котором десяткам посетителей было б удобно ожидать? Широкие двери и проезды для инвалидов и мам с колясками? Нормальные туалеты? Доступная информация обо всем необходимом, в конце концов? Хрен вам.

На входе - железная дверь и железный порог. Пол в помещении разноуровневый и между уровнями ступеньки. Ибо нефиг инвалидам или бабам с колясками в посольство таскаться, сами понимаете.
Всё помещение для приема документов - два узких коридора со стульчиками вдоль стеночки, а стеночках напротив застекленные окна, за которыми сидят тетеньки и принимают документы. Особенно Тина удивило, что сдаешь документы в одном окне, а оплачиваешь в другом, что прям специально обученная тетя для шайтан-машинки для оплаты требуется.

Мы оба подметили, не сговариваясь, и посмеялись тому, что всевозможная информация распечатана на обычных листах А4, а затем в пластиковых файликах развешана по стенам. В огромном количестве развешана. То есть заказать симпатичные плакаты или брошюры нельзя, лучше понавешать позорных файликов с бумажками, фигли. Причем содержание бумажек с информацией в основном отсылает так или иначе к сайту посольства, мол запись только через сайт или оформление того-то только через сайт. Создается впечатление, что посетители посольства тупые и сами на сайт не сходят, а также, что сотрудникам посольства сложно лишний раз открыть рот и что-то объяснить.

Ну и туалет. Реально открываешь дверь - и опа, ты в России.

Я вообще очень люблю судить о чем-то по туалетам. Маринка одно время смеялась надо мной, что все мои отзывы о ресторанах на ресторанном сайте всегда содержат отзыв о туалете. А я объясняла, что нельзя делать вид, что принцессы только жрут и жрут, но никогда не какают. Нет, туалет о многом говорит.

Туалеты в посольстве выглядят так, будто кафель, плинтусы и стеновые панели для их оформления кто-то из сотрудников посольства лично вез в чемодане со строительного рынка где-нибудь в Купчино.
Крючка на стене для куртки или сумки в туалете нет. Видимо сумку нужно держать в зубах, пока писаешь.
Жидкое мыло в баночке закончилось, а твердого нет, но зато есть для него немытая мыльница. "Водку? Теплую? Из мыльницы?". Ну вполне аутентично, да.
Ну и запах. Зуб даю - точено так же пахнет в туалете районного суда Фрунзенского района в Питере!

В общем, я была счастлива, что хотя бы документы у нас приняли быстро и через 20 минут мы уже свалили из этого прекрасного места.

Может возникнуть впечатление, что я хаю всё русское и "преклоняюсь перед западом". Но это не так.
Просто когда видишь каждый день, что элементарные вещи могут работать на практике, то невольно задаешься вопросом "а мы-то почему так не можем?".

Почему нельзя сделать посольству нормальный веб-сайт? Чтоб он не выглядел как будто из 90-х. Чтоб на нем было легко и удобно находить любую нужную информацию на нужном языке. И чтоб она была доступно изложена.
Вот я, например, с моим средненьким голландским нахожу и понимаю все нужное на сайте голландского министерства юстиции или налоговой службы. А на сайте родного посольства на родном языке искать информацию настолько неудобно, что пришлось писать запрос по электронной почте.

Почему по электронной почте нельзя отвечать нормальным языком, а не адским канцеляритом? Мейл от посольства написан так, как будто их там специально обучают писать уродливым, официальным языком, при этом так и не отвечая толком на поставленный вопрос. И разумеется, когда я им написала, что "вот тут на этой страничке было б здорово, если б формуляр на русском языке стоял сразу после требования его заполнить, а то его сейчас можно найти только на голландской или английской версии сайта", мне ничего не ответили. И вряд ли ответят. И вряд ли изменят и сделают удобнее для пользователя.

Почему вообще нельзя делать вещи так, чтоб они были удобны для людей?

Вот сейчас проходит год сотрудничества России и Голландии. Почему в посольстве нет об этом брошюр и стендов? Нет расписания мероприятий? Да, висят какие-то те же самые распечатки в файликах и все. А что мешает поставить один монитор и пустить на нем красивую презентацию или ролик с ссылкой и QR-кодом? Что мешает сделать само помещение приветливым и интересным?
Почему само посольство выглядит так, словно перенеслось во времени и пространстве? Чтоб проклятые буржуи не расслаблялись и уже с оформления визы понимали, что их ждет в России?

Не понимаю, правда.


sad

(no subject)

Вечером в субботу мы надели очередные платьишка и отправились в итальянскую ресторашку на Петроградке, дабы отужинать с боевыми подругами.
Надо сказать, что нам чрезвычайно повезло с одногруппницами.
Нас училось всего 9 человек в одной группе, что впрочем довольно большое количество для нашей кафедры, и на удивление мы все были всегда очень дружны. Не считая одной девочки, которая и эту нашу встречу решила пропустить, хотя я лично очень просила ее приехать. Но по большому счету это не так уж важно. Ведь основной состав, все восемь дружных девчонок, все-таки были в назначенное время в назначенном месте. Алинка приехала из Парижа, Дашка на один вечер приехала из Москвы, Наташка с Маней примчали на пару дней из Финляндии, ну и мы, оставшиеся питерские были на месте.

Все-таки студенческие друзья – это совсем иные друзья, чем одноклассники. Мы встретились в сознательном возрасте, мы были сплоченнее и мы выросли на глазах друг у друга и продолжаем расти. Нам нет нужды встречаться раз в десять лет и хвастаться достижениями, ведь мы итак знаем о достижениях друг друга и регулярно общаемся в сети и пару раз в год обязательно встречаемся все вместе в Питере, когда все съезжаются к Новому Году или на пару летних дней.

И что самое приятное – мы ничего друг другу не доказываем, мы просто дружим.
Это так здорово, видеть своих девчонок, позврослевших, изменившихся, но не изменившими самим себе, чувству юмора и нашей дружбе. Двое уже стали мамами, одна должна стать мамой на днях, все делают карьеру, все меняются на глазах, но когда мы сидим за одним столом и поднимаем бокалы за десять лет дружбы и пять лет выпуска – мы снова те же безбашенные веселые студентки.
Нам очень повезло друг с другов, девочки мои. И мне нравится верить, что эту дружбу можно нести через всю жизнь. Даже когда нас разделяют километры, международные границы и просто разный образ жизни, мировоззрение и прочая фигня, у нас все равно есть то, что нас объединяет – наша безоблачная, чудесная юность, которая могла бы и не быть такой веселой и смешной, если б нас не было друг у друга.

В общем примерно в таких пафосных и сентиментальных мыслях я пребывала весь вечер, разглядывая родные лица и слушая последние новости друг о друге.
И это было очень здорово. И грустно было расставаться. Но это была легкая и приятная грусть, в которой больше всего было места для ожидания новой встречи через несколько месяцев.

П.С. Единственный минус вечера – хамская официантка, которая швырнула нам сдачу со счета со словами «себе на метро оставьте», чем подпортила настроение и однозначно лишилась чаевых, которые планировалось оставить после промежуточного счета. Впрочем неприятный осадок я сегодня извела без следа, оставив на всех ресторанных сайтах и на сайте самого этого ресторана вежливый отзыв о ее хамстве и непрофессионализме.
sad

(no subject)

Я сегодня играю в плохую Дашу.
Невыспанное настроение не компенсирует даже самая красивая футболка во вселенной.
Тем более на работу приходится ездить с толпой финнов.
Один из них приехал уже с месяц назад. У него обычное финское имя Кейо. Но Маринка утверждает, что существует то ли маргарин, то ли майонез с таким названием. Поэтому в моей речи появились фразы «А майонез сегодня сказал» и «Были сегодня с маргарином на обходе».
Второй финн – приехавший на прошлой неделе Ханну Иваныч. Которого теперь я окончательно ненавижу. Обычный такой финн, но раздражает ужасно – слишком громким голосом и слишком медленной манерой говорить и думать. И тем, что долго, громко и нудно постоянно рассказывает ужасно скучные истории. Припизднутый такой мужичок, по голове пыльным мешком ударенный.
После того, как эти двое в четверг пили до 6 утра и в пятницу на работу выползли абсолютно пьяные – я вообще не хочу с ними разговаривать. Босс-эстонец тоже не в восторге от них, но гораздо спокойней к их выходкам относится и смеется над тем, как откровенно я на них фыркаю. А я действительно делаю это откровенно.

С утра водителю: «Включите пожалуйста музыку погромче. А то некоторые так громко дышат, что у меня уши закладывает». Ничего не подозревающий Ханну Иваныч сидит рядом и пыхтит, сцуко.
Ханну Иваныч спрашивает: «А Даша выспалась?»
«Нет» - отвечаю по-фински и добавляю по-русски «Бля».
«А почему? Что ты такое ночью делала?» - ухмыляется.
«Не твое собачье дело» - бормочу по-русски и добавляю по-фински «Спала».
«Еще бы, всю ночь с мужчинами развлекаться» - пытается шутить Майонез и радуется своей шутке.
«Еще одна пошлость в мой адрес – уебу, пидарасы» - говорю по-русски и громко. Водитель с боссом давятся от смеха. Майонез, немного знающий русский, кажется соображает, что их обосрали и обижается. Сижу и злорадствую.

Все-таки не люблю финнов. Очень не люблю.
Только вот в выходные пытались с боссом вспомнить хоть одного финна, который в пьяном состоянии был бы нормальным человеком. НИ ОДНОГО! Я за 9 лет ни разу не встречала финна, даже самого интеллигентного, который пьяным не превращался бы в омерзительное чудовище.
Учитывая, что пьяный человек обычно показывает свою истинную сущность, можно сделать вывод каковы по сути финны. Русские (и пьяные, и трезвые) бывают разные. Финны похоже все одинаковое говно. После таких размышлений я на секунду задумываюсь – на хера я вообще на них работаю. Потом вспоминаю, что деньги не пахнут и успокаиваюсь.

«Не трогайте меня, я сегодня злая» - предупреждаю я босса.
«Ты похожа на злого ёжика!» - радуется он и дразнится «Тыф-тыф-тыф!»
«Эээ.. Что?»
«Ну так ёжики разговаривают!»
«Видимо только странные эстонские ёжики...» - ворчу я.
«Видимо кое-кто ничего не понимает в ёжиках!» - дразнится он.
«Осторожней! Вы разве не знаете, как сильно ёжики кусаются?» - угрожаю я.
«Ёжики не кусаются! И если они себе плохо ведут, надо их в воду бросить».
«Не надо меня в воду! – обижаюсь я – И потом вы разве не знаете, как жутко Ёжики умеют мстить???»

«Срочно переведи это!» - кричит босс через пару минут.
«Что вы на меня кричите? – бормочу я – Кто из нас злобный ёжик вообще?»
«Ты, ты.. – успокаивается босс – Хотя вообще-то мне больше нравится, когда ты солнушко!»
Если честно, я сама себе больше нравлюсь, когда я солнушко. Но иногда так приятно поиграть в плохую Дашу.

«И вообще – добавляет босс – тебе нельзя сердиться, ты же у нас показательная!»
«Какая???»
«Ну, показательная! Опорно-показательная!»
«Может быть Вы хотели сказать образцово-показательная?»
Босс долго думает и выдает: «Может быть так и правильно говорить, но ты все равно опорно-показательная, потому что ты моя опора и показываешь нам всем пример! Опорно-показательная Даша!»
«Что? – удивляется Майонез – Порно? Даша????»
«Ты не представляешь, как удачно ты не расслышал. Немножко порно-показательная наверное тоже!» - хохочет босс.
«Фыр-фыр-фыр!» - кричу бешенным ёжиком на босса.
«Тыф-тыф-тыф» - отвечает он мне на ёжиковом эстонском.
Так весь день и разговаривали друг с другом по-ежиному. Окружающие недоумевали, а мы хохотали довольные собой.

А остальное время, не занятое этим потрясающе важным делом, я разгуливала по стройке в балетках, морщась старательно обходила лужи, стукалась головой о трубы (славься-славься строительная каска!) и смущала монтажников.
sad

(no subject)

13-10-05 около 2 часов ночи.

День прошел почти что в пьяном угаре...
Ну то есть в каком-то угаре точно. Сама пока еще не поняла.
Весь день провела на переговорах. В очередной раз убедилась, что вести протокол и переводить одновременно – мое самое нелюбимое занятие на работе, особенно когда речь заходит о пенообразователях, двойных фланцах или насосных дизельного топлива. Все-таки как не царское дело в пизде ковыряться, так и не женское дело в строительстве разбираться...
В перерыве переговоров курила на крыльце огромного здания и удивлялась – почему же так холодно в офисе, который как-то относится к помещениям ТЭЦ? В то же время маленький черный челябинский котенок осторожно наматывал вокруг меня круги, а потом вдруг встал на задние лапы, опираясь одной передней лапой на мою ногу, а второй пытаясь зацепить бахрому на моем шарфе. Ну разве я могла прогнать маленького черного челябинского котенка? Конечно нет!

Проезжали вообще-то сегодня через весь город – интересно ужасно! И пусть каждый считает своим долгом попугать меня ужасным челябинским воздухом и тем, как над городом порой стоит дымка, поднимающаяся из многочисленых заводских труб, но я этого совсем не боюсь. Видела я эти трубы – хуйня! Ну и увидев сегодня что-то еще кроме центра города, я совсем не испугалась и по-прежнему в восторге от этого города.

И самое главное – если еще вчера мое начальство утверждало, что приеду я сюда еще нескоро, так как на стройплощадке мы пока работать не начинаем, поэтому я пока еще несколько недель должна буду проработать в Питере, то сегодня ситуация изменилась! Причем благодаря мне самой!
Мне удалось убедить начальство, что мне совсем нечего делать в Питере несколько недель. Мне удалось договорить о таком плане работы:
Следующую неделю я в командировке в Финляндии.
После этого неделю я в Питере, потому что там для меня есть работа помимо переводов – найти склад для хранения оборудования, закупить офисную мебель, оформить страховку и может что-то еще (подобная работа мне ужасно нравится, то есть мне ужасно нравится, что не надо быть просто переводчиком и тупо переводить, а можно заниматься кучей всяких интересных организационных вопросов). Ну а после недели в Питере я могу совершенно спокойно приехать раньше всех остальных сотрудников в Челябинск, потому что необходимые переводы и корреспонденцию благодаря интернету я смогу и отсюда пересылать, при этом для всех будет лучше, если я буду контактным лицом компании в Челябинске до прибытия начальства, а также по доверенности компании смогу заняться оформлением корпоративной мобильной связи, переоформлением договоров аренды квартир, закупкой необходимой бытовой и офисной техники и еще кучей немаловажных дел, которые надо решать именно на месте.
Идея, что мне можно поручить кучу дел, вполне удовлетворила моих начальников. А меня еще больше удовлетворяет мысль о том, что могу как можно скорее вернуться в Че.

Да, да, да. Я не верю сама себе, но я сейчас чертовски счастливая, хотя и чертовски усталая.
Все-таки это самое главное, когда ты делаешь ту работу, которая нравится, когда получаешь от нее абсолютное удовольствие, и при этом находишься там, где тебе просто хорошо и все тут и знаешь, что точно не останешься одна, потому что даже в этом совсем незнакомом городе есть те, кому ты небезразлична хоть немного!

P.S. Только что подумала, вот если когда-нибудь через какое-то время у меня начнется депрессия, а обычно во время депрессии я ненавижу все подряд, то я наверняка напишу «чертов город, чертов холод, чертов грязный воздух, чертова провинция», напишу совсем без задней мысли просто от злости на себя и весь окружающий мир, как написала бы про Питер и про Хельсинки и даже про Нью-Йорк, то наверно я обижу много хороших людей, своих френдов, тех людей, с которыми мне очень хотелось бы подружиться надолго....
От мысли, что могу кого-то обидеть и потерять, хотя я даже пока не приобрела, мне стало так грустно, что я категорически запретила сама себе депрессовать и грустить от греха подальше!
Вот так позитивно на меня влияет город Че!