Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

sad

(no subject)

Одна из причин, почему я хотела именно готовый дом, а не строить с нуля свой, заключалась в том, что мне очень-очень не хотелось постоянно выбирать.
Потому что если б мне надо было выбирать вообще абсолютно всё, начиная со строительных материалов и заканчивая мебелью, то я б немножечко двинулась умом. У меня ушло несколько месяцев (и множество онлайн-покупок, отправленных обратно) на то, чтобы выбрать себе идеальную сумку и идеальную весеннюю куртку. Что уж было б говорить о материалах для дома.

Но вот несмотря на то, что множество вещей в новом доме уже есть как есть и выбирать ничего не надо, все равно остается достаточно пунктов, по которым надо что-то решить. И я уже устала.

Вчера мы наконец-то съездили в Икею. Списки потенциальных покупок по комнатам у меня были собраны уже пару месяцев назад. Теперь же можно было наконец поехать и пощупать всё живьем. Я наивно надеялась, что это облегчит окончательный выбор. Но реальность меня подвела.

Во-первых, у нас было мало времени, потому что чтобы успеть забрать ребенка из школы, можно было позволить себе только 2 часа хождения по Икее (в выходные можно было б гулять там подольше конечно, но мы специально выбрали утро посреди рабочей недели, чтоб было поменьше народу). Поэтому все бегом-бегом.

Во-вторых, множество пунктов из моих списков удалось вычеркнуть сразу (книжные шкафы billy - слишком хлипкие, раскладной диван для гостей слишком низкий и жесткий), но для многих оказалось слишком много альтернатив. Надо выбирать. А выбирать быстро и легко я не умею. Поэтому теперь мучаюсь.

Внимание, вопросы:

1. Посоветуйте книжные шкафы!
Нам надо минимум 15 метров полок. И чтобы были дверцы, потому что вытирать пыль с нынешних открытых книжных полок я задолбалась (у меня аллергия на пыль). И чтобы шкаф был в принципе максимально устойчивый, надежный, не хлипкий.

В других мебельных магазинах подходящих книжных шкафов я пока не нашла. Везде либо ужасные открытые полки без боковушек из дерева с темным железом. Кто их вообще придумал? Эти люди пытались там реально хранить книги? Либо какие-то гигантские посудные шкафы, а не книжные стеллажи. Ну или я не там смотрю.

В Икее я пока что присмотрела только мебель серии besta, из которой можно создать любую конфигурацию - полки, выдвижные ящики, полки с закрытыми дверцами, со стеклянными дверцами.
И в принципе мы даже придумали такую конфигурацию, в которой у нас и все книжки поместятся, и внизу закрытые полки и ящики для детских игрушек будут (надеяться, что в гостиной не будет никаких игрушек - утопия, поэтому лучше сразу придумать для них место). Но у меня с этой серией нет никакого опыта, поэтому я не знаю, подходит ли она вообще для такой цели? Потому что они ее позиционируют в первую очередь как мебель для ТВ и хранения в гостиных, а не как книжные шкафы.

Отзывы, рекомендации, идеи?

2. Мне нужен диван-кровать, чтобы поставить его в своем домашнем офисе. Во время приездов гостей это будет гостевая спальня и диван будет использоваться в качестве двуспальной кровати. А в обычные дни (коих в году будет, разумеется, большинство), я хочу, чтоб это был удобный диванчик, на котором можно посидеть почитать.

Я всегда мечтала о своем собственном reading nook, гнездышке для чтения, причем желательно где-то у окна, в идеале и вовсе на широком подоконнике. Но такой мне устроить будет негде. Поэтому я просто хочу диванчик в своем кабинете.

Порекомендуйте пожалуйста диван-кровать, на котором было бы реально удобно сидеть и реально удобно спать.
Пока что все отсмотренное в Икее под эти требования не подходит. Но может быть я что-то упустила?

Ну а я пока пойду страдать от миллиона разных выборов дальше. Потому что я пытаюсь собрать себе шорт-лист для робота-пылесоса, стиральной машинки и беспроводного пылесоса. Хочется конечно и на елку влезть, и жопу не ободрать (т.е. не потратить состояние). Потому что если покупать румбу и дайсон последних моделей, то уже немножко хочется упасть в обморок.

П. С. Как же меня бесит нынешняя мода на люстры/абажуры, которые состоят из одного каркаса и сквозь которые видно лампочки. У меня от них устают и болят глаза.
Отложила выбор любых светильников (а также штор, посуды и прочих аксессуаров) на третий раунд. Займемся этим уже после переезда.
sad

(no subject)

Читаю самую последнюю книгу Терри Пратчетта, из серии про Тиффани - The Sheperd's Crown (2015).

И вот с первых же страниц ощущение, что это не он писал.
У меня и с предпоследней его книгой, Raising Steam (2015), было такое же. Пратчетт к тому моменту уже был сильно болен и писал, как я понимаю, при участии своего помощника. А уж последняя книга была выпущена и вовсе после его смерти.

Читаю и прям чувствую - не он. Объяснить не могу, просто на уровне ощущений. Как те самые новогодние игрушки, которые не радуют. Герои - пратчеттовские. Сюжет - пратчеттовский. Более того, сюжет он явно сам прописал, тут сомнений нет. Но в остальном вот прям не он. То ли речь героев не такая, то ли морализаторства слишком много, а озорства слишком мало.

Такое странное ощущение. Причем сейчас это ощущение особенно яркое, потому что я последние полгода читаю только Пратчетта, книгу за книгой. И мне ужасно нравилось наблюдать его эволюцию, когда по дороге от ранних до поздних книг он как будто стал еще добрее и еще человеколюбивее, не растеряв при этом своего юмора и таланта сатирика. Но вдруг - бац - совершенно другая книга, хотя формально все сюжетные линии продолжены, герои неизменны, доброта вроде та же, любовь к людям никуда не делась. Просто из книги убрали самого сэра Терри и всё сразу стало более блёклым.

Удивительный писатель для меня всё-таки. Любовь на всю жизнь.

(И да, я знаю, что многие его не любят и считают его юмор искусственным и натужным. Мне правда всегда интересно, а от каких книг таким людям хочется улыбаться? Я вот от Пратчетта именно что улыбаюсь, не хохочу над каждой шуткой, а улыбаюсь и изредка хихикаю, потому что он для меня не про поржать, а про чистую радость и любовь к миру, а это не всегда одно и то же, как ни странно).

WhatsApp Image 2020-06-03 at 16.04.39

*на картинке иллюстрация к словам Нила Геймана о том, как НЕ были написаны "Good Omens'' в соавторстве с Терри Пратчеттом. Гейман сказал на какой-то пресс-конференции, что многие считают, что он написал сюжет, а Терри потом украсил текст своим юмором и шутками, но что на самом деле это было не так. А я просто люблю эту картинку, потому что для меня в ней весь Терри Пратчетт - радость и яркие краски. Я могу идти по жизни вот такой насупленной, уставшей, злой, а потом беру его книгу и мир меняется. Хорошо, что у меня еще не все его книги перечитаны. Дочитаю вот эту, которая пока кажется не такой, как надо, а потом возьмусь снова за старые.

sad

(no subject)

Ну что. С завтрашнего утра в Голландии закрыты все школы, детские сады, спортивные учреждения. На 3 недели. До 6 апреля.

С прошлого четверга уже отменены до конца месяца (а сегодня продлены до 6 апреля) все мероприятия на более чем 100 человек. Это означает, что все театры и концертные залы уже нафиг поотменяли все представления и концерты. Спортивные клубы и кружки поотменяли соревнования.
И если уже в пятницу люди были немножко в панике (даже в нашей деревне в супермаркетах были пустые полки), то сейчас просто все какие-то мрачные.
Большинству родителей некуда девать детей, особенно когда оставлять детей с пожилыми бабушками и дедушками категорически не рекомендуется, потому что дети могут легко переносить вирус, а пожилые в самой группе риска.

Сижу составляю расписания дня нам с Пухлей, чтоб был наглядный план, когда надо заниматься домашними заданиями, когда играть, когда тупить в телек, а когда дать маме спокойно поработать и не отсвечивать. Три недели дома - это вообще тот еще челлендж получится. И это еще пока Тину не выдали указаний работать из дома, хотя скорее всего уже завтра выдадут и тогда вообще будет весело.

У нас с хором в следующие выходные должен был быть выездой уикенд, которого мы так ждали - репетиции, мастер-классы и просто веселые посиделки всем хором в течение трех дней. Но все пришлось отменить. И юбилейный концерт в театре тоже пришлось отменить. Даже не хочу пока думать о том, сколько денег мы на всем этом потеряли, потому что аренды и мест ночевки, и репетиционной базы, и театрального зала стоят немало, а страховки от аннулирования у нас не было. Хрен с ним. Здоровье важнее. У нас в хоре все-таки несколько человек в возрасте, их беречь надо.

Хочется как-то искрометно шутить на тему короны, но почему-то не получается.
Слишком много у меня знакомых пожилого возраста, слишком много у меня знакомых работает в здравоохранительном секторе. Одна из моих чудесных подружек по хору в карьере прилетела с Тенерифе и лежит в больнице с сильной инфекцией воздушых путей и ждет результатов теста на корону. Не до шуток уже как-то.

Единственный просвет во мраке сегодняшнего новостного потока - группа на Фейсбуке с названием "Корона-помощь в *название региона*". Захожу в группу, а там за последние часы десятки сообщений - "Я в декрете и могу помочь вам съездить за покупками", "Я - подросток, мне не надо в школу, я погуляю с вашими собаками", "Я - студентка педагогического института, у нас отменили занятия, хочу помочь обществу, бесплатно посижу с детьми, если у вас не на кого рассчитывать". И поскольку группка региональная, то в ней какое-то невероятное количество людей, которых я просто знаю лично. И все они оставляют такие же сообщения и предлагают незнакомцам помочь с покупками, свозить к врачу, выгулять собак.
Читаю и слезы наворачиваются. Люблю голландцев за такое вот всем сердцем.

Не знаю как вам, а мне не по себе.
И нет, я не думаю, что ааааааа мывсеумрем. Но я думаю, что по экономике всё это ударит очень заметно и почувствуют это на себе абсолютно все.
sad

(no subject)

Так жаль, что жж перестал выполнять функцию дневника. Я перестала успевать писать про отпуска или про важные события, я уж молчу про обыденное. Пишу только когда мысли уже не помещаются в голову и надо их куда-то деть. Потому что постоянно что-то происходит и на хронологическое фиксирование происходящего не хватает ни сил, ни времени. Но жалко неимоверно. Потому что я ужасно люблю перечитывать свои старые посты, в которых сохранились даже целиком записанные диалоги с Маринкой (от некоторых я ржу до слез до сих пор), зафиксированные в момент переживания чувства и эмоции во всей своей полноте и отчаянности, мелкие наблюдения и детали, которые спустя десяток лет по-прежнему любопытно рассматривать.

А сейчас разве что короткой строкой, дайджестом. Чтоб лет через двадцать хоть какой-то дневник сохранился.

Начался самый безумный период года.

Сначала были осенние каникулы, которые вот уже третий год подряд прошли совершенно феерично. Хотя в этом году получились совсем особенными. Мы с Пухлей съездили с Маринкой и ее дочкой на Майорку и это оказался лучший отпуск в жизни (хотя Тин и очень хмурится, когда я это говорю вслух).

Потом была неделя подготовки к Великому Диктанту. Я проводила по несколько часов в день за упражнениями по орфографии, пытаясь впихнуть в голову максимальное количество правил и исключений. И по большому счету ужасно себя накручивала.

Затем была неделя дня рождения Пухли, которую я провела в бесконечной подготовке: во вторник пекла торт для праздника в среду; в среду пекла маффины для угощения в школе и делала стенгазету; в четверг слепила две с лишним сотни пельменей. В пятницу праздновала 5-летний юбилей книжного клуба с утра в библиотеке и вечером в ресторане. В субботу с утра у Пухли было его первое гимнастическое шоу, после обеда я устроила генеральную уборку, а вечером испекла 2 торта. Наконец, в воскресенье с 9 утра до 8 вечера у нас были гости: друзья и родные.

Опомниться после всего этого я не успела, потому что уже на следующий день, в понедельник на меня упал очередной большой заказ на перевод, которым я буду занята до середины декабря.
Помимо этого я вписалась в тренинг для волонтеров в библиотеки и в течение 5 недель буду тратить утро каждого понедельника на обсуждение голландского как иностранного и способов его изучения.

Ну и вишенкой на торте – в Голландии идет вторая неделя синтерклаасового безумия, а это означает, что все дети страны в состоянии истерической эйфории. Все разговоры только на две темы: 1) приключения Синтерклааса и его спутников Питов, которые показывают каждый вечер ровно в 18.00, а на следующий день еще и смотрят всем классом в школе 2) подарки, подарки, подарки!!! Пухля держится молодцом, в истерики вроде не впадает. Но иногда и на него находит. Может ни с того ни с сего проснуться в слезах, как сегодня. Жду не дождусь, когда этот период закончится, но и при этом по возможности помогаю поддерживать это безумно-праздничное настроение (в выходные вот напекла с ним традиционных печенюшек, которые он сегодня в порыве щедрости взял в школу, чтоб угостить весь класс).

Несмотря на то, что свободных дней у меня сейчас фактически не бывает, я таки умудряюсь почти каждый вечер вовремя ложиться спать, успеваю тупить в любимый сериал Glee по вечерам, успеваю читать книжки. Хочется еще успевать ходить на спорт и гулять на свежем воздухе, но это пока совсем нереально.
Вот. Лытдыбр. В кои-то веки.
sad

(no subject)

Очень-очень-очень глупо с моей стороны было забыть зарядку от мп3-плеера с аудиосказками. Потому что к концу отпуска плеер сел. А это значит, что всю дорогу до дома, все три дня мне пришлось работать радио. Потому что:
"мааааам, расскажи мне какую-нибудь сказочку"
"мааааам, расскажи мне, как я родился"
"мааааам, расскажи мне про вас с папой что-нибудь"
"мааааам, расскажи мне сказку, которую я не знаю"
"мааааам, расскажи мне, как вы познакомились"
"мааааам, расскажи мне сказку, которая мне очень понравится"
"мааааам, расскажи мне римский миф"

К третьему дню запас сказок и жизненных историй и жизненные силы начали малость иссякать. Тогда я рассказала пару сказок из моей ненаписанной детской книжки про соседских детей и волшебную желтую площадь, где мы живем. Пухля пришел в поросячий восторг. Причем было прям заметно, как сначала он слушал просто как реальную историю про хорошо знакомых ему детей, а потом, когда в истории началось волшебство, у него прям расширились глаза и открылся рот. Понадобилось несколько минут, чтоб убедить его, что никто из наших соседских детей на самом деле не умеет летать.

Но после этого меня вдруг понесло и я прям экспромтом придумала сказку про Пухлю и Йети, живущего в швейцарских горах. Пухля слушал, ржал и пищал от восторга. Когда я закончила и спросила, понравилось ли ему, он ответил: "Очень! А теперь давай вторую главу рассказывай".

- Эээ... Вторую главу?
- Ну да, это же была первая глава, а потом будет вторая, третья... Это же будет моя книжка.

В состоянии аффекта я тут же придумала не менее увлекательную вторую главу с отличный клифхэнгером. Пухля хохотал и пищал от восторга еще больше. А потом надулся от важности и сообщил:

- Мам, ты давай тогда придумывай третью главу. И потом еще семь. Будет 10 глав и получится настоящая книжка.
- О да? А потом что?
- А потом я нарисую к каждой главе картинки. И мы напечатаем книжку для себя. А, нет. Потом еще на голландском тоже напечатаем, чтоб папа тоже мне мог читать.
- И больше никому что ли?
- Ну, друзьям можем тоже напечатать.
- Слушай, ну раз уж мы такие писатели, то может давай мы найдем издательство и предложим им издать нашу книжку про Пухлю и Йети? Вдруг им понравится и они сделают настоящую книжку и ее будут продавать в магазинах?

В этот момент у него загораются глаза и он начинает прям подпрыгивать от счастья в автокресле.
- Да, мам, давай так и сделаем! Ты давай доставай компьютер и начинай писать! Нашу книжку будут продавать в магазинах!
И добавляет тихонько с надеждой в голосе:
- Я надеюсь, что мы станем всемирно известными... И у нас будет очень много денег.

Господи, как же я ржала. До слез. Тин при этом почему-то не ржал. Пожал плечами и сказал: "Амбициозный ребенок. Ты же тоже амбициозная и начала писать сериал для тв? Вот и он не дурак".

И что вы думаете?
Сижу и пишу вот прям сейчас четвертую главу про Пухлю и Йети.
sad

опять про язык и людей

У меня адский конфликт с М. из книжного клуба, которая продолжает постоянно ныть о том, что никто не помогает ей учить голландский, не научил ее грамматике 9 лет назад, не хочет с ней общаться. Я писала про нее подробно уже не раз https://users.livejournal.com/babybitch-/1108430.html, потому что эта волынка тянется давно. Но этого мало. Оказалось, что она за моей спиной выяснила телефон моей преподавательницы по голландскому и напросилась к ней на занятия. И еще пожаловалась остальным, как тяжело ей было доставать этот телефон, обзванивая всех знакомых по книжному клубу (эту б энергию да в мирные цели!). За моей спиной, потому что когда она попросила ее телефон у меня, то я отказалась его давать, объяснив, что та не берет новых учеников и не объясняя истинных причин. А истинные причины в том, что я лично организовала М. двух волонтеров-преподавателей голландского, к которым она ходит каждую неделю. Потом через общих знакомых она нашла еще одного преподавателя. Я посчитала, что четвертый препод – это как-то жирновато для человека, который при этом не делает домашние задания, пропускает занятия, врет, что не получал мейлы и сообщения и продолжает ныть, что ей бедочке никто не помогает и не объясняет грамматику. Четыре преподавателя, народ, четыре!!!

Когда я услышала, что моя ничего не подозревающая преподша  согласилась встретиться с М. и потом согласилась начать новую небольшую дневную группу уровня Б1, то меня аж затрясло.
Прикол вот в чем. Моя преподавательница, к которой я езжу заниматься голландским уже четвертый год раз в неделю, давно на пенсии и занимается преподаванием просто для удовольствия. Деньги с нас за занятия она не берет. У нас небольшая группа уровня С1, в которой все обязательные, толковые и не любят тратить чужого времени впустую. За занятия мы «платим» хорошим отношением, скидываемся регулярно на чай и печеньки и три раза в год (рождество, день рождения и конец года) дарим преподавательнице солидные подарки. Деньги предлагали много раз, но она отказывается. Святой человек. Я ее обожаю, она совершенно офигенная.

И вот зная все это про свою учительницу, я совершенно не хочу, чтобы ленивая тварь М. садилась на шею этому святому человеку. Потому что не заслуживает М. такого преподавателя, как не заслуживает и трех остальных, которые бьются с ней который год. Поэтому, услышав новости, я не сдержалась и вывалила на свою преподавательницу всё. Рассказала, что я семь лет безуспешно трачу силы и время на М. Что мы вместе составляли план повторения грамматики, которому она не следует. Что я нашла ей нескольких преподов, к которым она ходит каждую неделю, но не делает домашки или делает не так или задает миллион вопросов не по теме. Рассказала, что она получала от меня сканы нескольких хороших учебников, получала учебники и книги в подарок на дни рождения, а еще выпрашивала нахаляву учебники у других из книжного клуба, а потом ни с одним из этих учебников ничего не делала. Рассказала, что все это уходит как в бездонную яму, в пропасть. Рассказала, что М. при этом всегда забитая, стеснительная, извиняется миллион раз и в целом ведет себя так, что ее всем ужасно жалко, что все вокруг стараются ей помочь. Но как она при этом высасывает из людей энергию. Как я долгое время думала, что это всё дело во мне, что просто у меня не хватает терпения, что я злобная сучка, которая не может вынести ни в чем неповинного человека. А потом мне позвонила ее первая преподавательница, голландка в возрасте и стала жаловаться, что у нее нет больше сил заниматься с человеком, который ничего не запоминает, ничего не повторяет и только ноет и ноет. Рассказала, как  в позапрошлую пятницу М. (опять, десятый раз за эту весну) не было в книжном клубе и как внезапно всех прорвало – все по очереди стали рассказывать, как она достает их звонками, жалобами, выпрашиванием книг. Даже самая спокойная среди нас и всегда предельно вежливая Л., которая из той же страны и с которой они с М. часто общаются вне книжного клуба, вдруг сказала, что ей тяжело общаться с М. и что ей стыдно признаваться в этих чувствах. Мы сидели впятером и с облегчением делились друг с другом этими ощущениями, было так круто вдруг узнать, что ты не одна такое чувствуешь, что с тобой всё в порядке.

Я все это рассказала своей преподавательнице.

Но она сказала, что все равно возьмет М. заниматься, потому что уж она точно справится и сможет ей помочь.

Мне хотелось плакать от бессилия, потому что я столько лет думала, что уж я-то точно смогу помочь М., ведь мы столько раз разбирали ее слабые места, составили такой замечательный персональный план самообучения, ведь я сделала ей чек-листы для ежедневных занятий, дарила книжки, объясняла, объясняла, объясняла. У меня ушло 7 лет, чтоб понять, что это бесполезно. Больше я с этим поделать ничего не могу.

И вот в прошлую пятницу М. опять подкатила ко мне в библиотеке с очередным вопросом про какую-то элементарную базовую грамматику, типа зачем нужны определенный и неопределенный артикль и как их запомнить (блять, она по образованию преподаватель английского языка, откуда вообще эти вопросы про артикли?! и как их запомнить, с помощью каких приложений и сайтов тренироваться, я рассказывала миллион раз!)

В этот момент у меня лопнуло терпение.

Я высказала ей абсолютно всё. И сказала, что считаю, что ей должно быть стыдно бесплатно тратить время 4 преподавателей, которые могли б в это время помогать людям, которые это нужнее и которые таки делают домашние задания.

Я ждала, что М. обидится и расстроится. Но нет. Стояла там со своими вечно понурыми плечами и заискивающей улыбкой, хлопала своими рыбьими глазами и говорила тихим голосочком: «Ну что ты, Дарья, это не так! Я не отнимаю их время! Мне просто так тяжело, так тяжело, мне же никто не помогает!»

Тут уже хотелось бить ее головой об стенку. Никто не помогает? 4 препода и я не помогают???
Но все тот же рыбий взгляд. Хлоп-хлоп. «Да, Дарья, ты наверное права и мне наверное надо снова начать регулярно заниматься голландским каждый день»

Наверное надо, сцуко?!

Меня так бесит, что человек ни черта не делает, но жрет чужие ресурсы ковшом при этом.

Наш разговор в итоге ничем не кончился. Я не смогла пробить эту броню. Ушла домой с невероятным удивлением внутри. Похоже, что человек, которого мы все считали несчастной слабой женщиной с тяжелой долей, на самом деле отлично устроился в своей роли жертвы и наслаждается всем этим вниманием.

Потом я несколько дней обсуждала всё это с другими людьми, общими знакомыми и даже со своим психологом. Выяснила, как перестать беситься. Успокоилась слегка. Поняла, как буду действовать дальше.

Но вот одно не дает мне покоя.

М. все время жалуется, что ей некогда регулярно и ежедневно заниматься голландским. При этом у нее нет работы, нет детей и нет хобби. Я просто безумно хочу узнать, чем же она занимается целыми днями, пока ее муж на работе. Мне кажется, что мне стало б легче, если б я знала, что она просто тупо сидит перед телевизором целый день и всем вокруг врёт, что нет времени. Мне было б легче, если б это было вранье, а не искренняя уверенность, что все вокруг злые и не помогают несчастной занятой бедочке.
sad

(no subject)

Вся эта практика на интеграционный курсах - одно огромное упражнение в эмпатии и в умении отпускать ситуацию и не лезть за пределы своей ответственности.

Сегодня с утра была на занятии в новой группе. Alfa+ это те, кто уже отучился в группе для неграмотных и уже худо-бедно выучил латинский алфавит и азы грамматики. Теперь они начинают учить голландский с нулевого уровня до A1.

Чтоб вы понимали разницу: я выучила голландский с нуля до уровня B1 за примерно 5 месяцев, проскочив уровни А1-А2 вообще за пару недель. А эти люди год или больше учили тупо латинский алфавит, читать и писать. Они уже могут немного говорить, но это говорение вынужденное и очень корявое.
Опять же для сравнения: спряжение глаголов "быть" и "иметь" я лично выучила за пару дней, потому что сам принцип спряжения очень простой и понятный, а на доведение до автоматизма все же требуется какое-то время. Группа, в которой я была сегодня, учит эти два глагола с января и до сих пор не выучила. Более того - экстраполировать принципы спряжения на другие, новые глаголы, им очень сложно, каждый раз долго думают и подглядывают в учебник. И это при том, что это тебе не финское или испанское спряжение, а очень-очень простое голландское, в котором личное окончание добавляется только в двух лицах (в финском 6 личных окончаний есличо).

Так вот в этой группе сегодня был один парень, от которого у меня сразу нервная часотка началась.
Для начала он сидел в классе с наушниками в ушах. Учительница попросила всех убрать телефоны. Он ее проигнорировал. Она обратилась к нему лично. Он попытался спорить, что у него там ничего не включено. "Значит ты можешь вынуть наушники и убрать телефон" - ответила она. Неохотно убрал.
Затем выяснилось, что у него нет с собой ни учебников, ни тетради. Только один смятый лист бумаги и карандаш. "Я сумку дома забыл". Живет он в другом городке, т.е. за сумкой просто так не отправишь. Но и как можно забыть учебники, отправляясь на автобусе в другой город, тоже загадка.
Затем учительница объясняла задание, а он смотрел в пустоту и вообще ее не слушал. Совершенно отрешенный взгляд. Потом и вовсе закрыл лицо руками и так сидел минут пять.
Затем я какое-то время его не видела, потому что помогала другой группе учеников. Но когда снова обратила внимание, то он снова сидел с пустыми глазами, в общем занятии не участвовал вообще никак, в отличие от остальных 14 человек.

Наконец, учительница разделила всех на две группы, одну группу оставила с волонтером, а вторую группу увела заниматься в другой класс. Этого парня и меня тоже.
Оказалось, что это слабая группа и что с ними она занимается отдельно базовой грамматикой. Вот тупо берем глагол "пить" и все вместе спрягаем его по лицам и числам, при этом студенты очень-очень медленно записывают глаголы в своих тетрадках, а она расписывает все на доске.
Проспрягали 4 глагола. Парень с пустыми глазами к тому моменту чуточку оживился и даже немножко отвечал, если учительница обращалась лично к нему и ему надо было самостоятельно назвать правильную форму глагола.

А потом было задание, когда из списка глаголов в 1-м и 3-е лице множественного числа и инфинитивов надо было раскидать их на три соответствующих столбика. Учительница бодро писала глаголы на доске, трое других студентов вписывали нужные глаголы в столбики, в этот парнишка все сидел и сидел и тупо таращился на доску.

И тут я не выдержала и подсела к нему.

У меня ушло несколько минут на то, чтобы объяснить ему, что от него требуется.
Оказалось, что он просто очень-очень медленно соображает. Он не понимал задания вообще, потому что стоявшие перед ним вперемежку глаголы в разных лицах ни о чем ему не говорили и сбивали с толку (для сравнения я представила себя, пытающейся прочитать и расставить на нужные места слова на арабском). Тогда я предложила просто брать глаголы по одному в инфинитиве и вместе со мной прописывать их в разных лицах во все три столбика. И все это ведь надо объяснить не так, как я подробно пишу здесь, а на пальцах, простейшими фразами типа "такое сюда, пиши тут".

И у него получилось!
Медленно, мучительно.
Видели б вы, как он писал латинские буквы...
Например, чтоб написать "е", он сначала рисовал полукруг слева, а потом пририсовывал к нему отдельный маленький полукруг. То есть не одним движением, как мы, а двумя закорючками. Больно смотреть.

За десять минут мы с ним совершенно отстали от остальных. Но зато потихоньку выписали все нужные глаголы в три столбика. И он, похоже, начал улавливать закономерность и понимать, куда какое окончание лепить.

После урока я поговорила с учительницей.

Оказалось, что мальчику 18 лет и его недавно перевели из "интернационального класса" средней школы в эту школу для взрослых. Он из Эритреи. Живет тут один в социальном жилье. Ни семьи, ни друзей. В средней школе он настолько сильно отставал, что его постоянно отсаживали заниматься с волонтером куда-нибудь в коридор, потому что на уроках он просто ничего не понимал. А теперь та же фигня происходит с ним тут, на взрослых интеграционных курсах. "И ты видела, как он закатывал глаза - спрашивает учительница - То ли почти засыпал, то ли он вообще на чем-то сидит..."

А я не знаю, на глаза я внимания не обратила. Просто я сначала бесилась и думала, что он наглый ленивый придурок, который не удосуживается даже учебники в школу взять.

А теперь вот думаю, а вдруг у него дислексия или еще что. Может ему просто учеба тяжело дается. Может он и на родном языке учился бы плохо и со скрипом. А тут ему надо не только учиться, но еще и на чужом языке. Конечно он сидит с пустыми глазами и ничего не слушает! Он просто не понимает, что ему говорят. Я же делала (и делаю) точно так же, когда на голландских вечеринках народ вокруг по полчаса обсуждает пенсии и налоги и я просто отключаю мозг, потому что не могу и не хочу больше это слышать.

У меня такое ощущение от очень многих учеников в школе. Что им жутко тяжело. И что они просто не понимают, что от них хотят учителя, которые трещат, трещат на этом странном голландском языке. И надо самому прилагать огромные усилия, чтобы усвоить весь этот огромный объем информации. Особенно при том, что за 3 часа уроков преподаватель пытается успеть объять необъятное - каждый раз надо впихнуть разговорную практику, письменные задания, упражнения на слух, чтение и еще теорию и грамматику. Сколько там минут на каждую часть в итоге выходит? А если при разговорных заданиях дать хотя бы раз устно ответить каждому из 15 человек? Нереально.

Мы договорились с Марлис, что в следующий раз я все занятие буду сидеть рядом с этим пацаном. Посмотрим, удастся ли его немножко расшевелить.

(Хотя будем честны - я планирую посетить еще максимум 2-3 занятия. Что там за это время я смогу успеть сделать, да ничего. Даже если я в итоге решусь пойти волонтером в одну из групп на постоянной основе, то все равно этого будет недостаточно).
sad

про несостоявшуюся работу мечты - часть 3

Часть третья. Заключительная.

В предыдущих постах я рассказала о самом отказе и об эмоциях, за этим последовавших. Теперь же я расскажу еще и паре переживаний и мыслей, которые не влезали в предыдущий текст, а потом о втором телефонном звонке и всем за этим последовавшим. Многое из этого я так часто повторяла в разговорах и переписках последней недели, что заранее приношу прощения, если я где-то повторюсь.

Где-то тут в комментариях, да и часто в личных разговорах звучала фраза, что если мне так важно получить опыт обычной официальной работы в Голландии, то почему бы не пойти на что-то совсем другое, что-то простое, куда меня точно возьмут. Разумеется, я неоднократно обдумывала такой вариант. Устроиться продавцом в магазин одежды или супермаркет. Устроиться сборщиком заказов на склад какого-нибудь предприятия. Чем не работа? «Нууу – скажете вы – Ты уж совсем-то не драматизируй. Мы имеем в виду что-то более подходящее тебе по квалификации. В какой-нибудь компании, где могут пригодиться твои языки. Или опыт работы в строительстве». Муахаха. Сколько раз я отправляла резюме в такие компании? Много. И ни разу мне даже не перезвонили. Поэтому нет, давайте будем реалистами, пойти работать на склад гораздо проще. На такие функции вполне себе берут мигрантов всех мастей.

Но дело вот в чем.

- Если б у нас дома на стене висел календарь и я ставил крестик каждый раз, когда ты за ужином болтаешь о чем-то связанном с языком, о прочитанных тобой книгах и статьях, об идеях на тему языка, которые тебе приходят в голову, то в календаре не было б ни единого дня без крестика – сказал Тин, когда я ревела об несбывшейся фантазии о работе.

Я потом много ходила и думала про это. Вот те мои знакомые мигрантки, которые никак не могут найти работу в Голландии, все-таки отличаются от меня тем, что они не треплются целыми днями о чем-то связанном с их профессией и не организовывают постоянно что-то по своей специальности на добровольных началах.

Пойти работать в область, никак не связанную с языком, означает для меня не только плюнуть на диплом и опыт работы, но и на свою страсть. Я хочу работать с языком не потому, что у меня диплом филфака и не потому, что я всю жизнь работала с языками. Ведь вполне бывает так, что человек учится и работает просто потому, что так сложилось, а потом легко переключается на что-то совсем другое и не переживает о потерянной специальности. Но я не такой человек. Я хочу работать с языком, потому что это единственное, что меня так интересует. Я очень много думала о других возможных профессиях. Не в 16 лет, когда поступала в универ, а когда переехала в Голландию. Примеряла на себя разные специальности и мысли о переквалификации. Задавала вопросы: «в чем я сильна?», «что я смогу легко и быстро освоить?», «чем мне интересно заниматься и в чем расти?». И как бы я ни любила печь торты или наводить порядок и организовывать пространство, но я не вижу себя пекарем через десять лет и не вижу себя архивариусом через двадцать. Все мои фантазии о работе всегда связаны с переводами, преподаванием языков и написанием текстов в той или иной форме.  И к этому добавляется уже чисто практическое: глупо тратить знания и навыки, работая на складе, занимая, по сути, чужое место, которое может быть намного нужнее беженцу без образования, чем мне.

Я не вижу смысла отказываться от своего – простите за пафос – призвания, если ты точно знаешь, что оно у тебя есть. Я всю неделю спрашивала знакомых, есть ли у них призвание. Половина даже не может это слово произнести всерьез, потому что работа – это просто работа, о чем ты вообще. Другая половина никогда не задавалась таким вопросом и пожимает плечами. Только пара человек уверенно ответили, что есть, причем они-то в своем призвании как раз и успешны. Поэтому я пришла к выводу, что вот те, другие, которые не могут ни секунды не задумываясь сказать, что они по призванию юрист, преподаватель или психолог, вот пусть они переквалифицируются или работают не по специальности, потому что им факт работы важнее призвания. Но не мне. Пусть я буду продолжать фрилансить из дома (и страдать от самого факта работы на дому или нерегулярности заказов), но зато я буду заниматься тем, что люблю. Если в моей жизни что-то изменится и мне НАДО будет пойти работать кем угодно, если работа станет вопросом выживания, а не самореализации, то пойду как миленькая, не пискну и без всех этих страданий и метаний. Но пока что я верю в себя и в то, что где-то там есть работа мечты, которая ждет меня, именно меня, с моим багажом, знаниями и подходом. И она дождется, а я ее найду.

Но все эти возвышенные мысли пришли ко мне не сразу. После телефонного разговора с противным дядькой я просто несколько дней страдала и ела мороженку. Без шуток, я была ужасно подавленная и мне ничего не хотелось. Выходные я пережила только за счет избыточного количества социализации – сначала мы праздновали с семьей день Синтерклааса (мои свекры организовали сюрприз в виде прихода на дом настоящего Синта в компании пяти Питов, чему я обрадовалась даже больше детей), а потом ходили на день рождения к сыну подруги, где собралась отличная компания и можно было в свое удовольствие трепаться о книжках, а не только о местечковых новостях.

В понедельник утром я отправилась к Хариетт. Я познакомилась с ней года три назад на организованной муниципалитетом встрече для новых жителей города, где мы случайно разговорились и обменялись контактами. Потом она как-то пришла в книжный клуб, потом я уболтала ее пойти волонтером на языковые курсы для беженцев, потом она сама предложила бесплатно заниматься грамматикой с двумя самыми бедовыми участницами книжного клуба. Так мы и поддерживали отношения все это время. Иногда мы встречаемся и треплемся о методах преподавания голландского языка. Два года назад я попросила ее отредактировать текст моего веб-сайта, который я сама написала на голландском. Она регулярно бывает в книжном клубе и знает, как я говорю и пишу и какой у меня подход к людям. В общем, она очень хорошо знает ту часть меня, которую мне необходимо было объективно оценить.

- Хариетт, скажи мне честно, без вежливости и без жалости. Меня бесит, что все всегда очень корректны в оценке наших, понаехавших, языковых успехов и вообще возможностей. А мне нужен реальный критический взгляд. Есть у меня вообще шансы найти работу в Голландии, причем именно в нашем регионе и желательно городе, связанную с языком? Наступит ли вообще день, когда я смогу конкурировать на рынке труда с нэйтивами? Потому что если шансов нет, то я перестану так убиваться и тратить время на сизифов труд, а лучше направлю энергию на что-то еще.

Она долго подбирала слова. И это хорошо, как мне кажется. Что не стала сразу причитать «что ты, что ты, ты же такая умница» или не разгромила в пух и прах. И то, и другое, было б болезненно.

Мы долго говорили. Обсуждали меня и мой голландский. Сравнивали с другими из книжного клуба, не ради сплетничания, а ради понимания, где я вообще и где мое место.

- «Знаешь…» – сказала Хариетт в какой-то момент – «Я часто рассказываю про вас друзьям и знакомым, про твой книжный клуб, про то, какие вы книги читаете, про то какие вы все разные и с какими проблемами сталкиваетесь. Но я всегда говорю, что если есть среди вас человек, который обязательно чего-то добьется, то это ты, Дарья. С твоей энергией, упорством и трудом».

- «Спасибо. Тогда скажи мне еще вот что. У меня есть вот такая безумная идея. Как ты думаешь, это сумасшествие или из этого может что-то выйти?» – и я рассказала об одном своем наполеоновском плане.

- «Если б я была на твоем месте, то я б уже это сделала!» – воскликнула она, выслушав меня – «Просто сделай и все. Без ожиданий. И если не получится, то в этом не будет твоей вины. Потому что должно сложиться множество факторов, нужна попросту удача, чтоб все выгорело. Но удачей управлять ты не можешь. А вот все, что зависит от одной тебя, ты точно можешь сделать на все сто, я не сомневаюсь».

Конечно же мы подробно обсудили мое неприглашение на собеседование и того противного дядьку. Она подтвердила, что он, судя по описанию, был резким и что так нельзя. Но и убедила меня в том, что себя мне винить не в чем. Выслушала мои рассуждения о том, зачем мне вообще работа и сказала, что никогда не смотрела на это с такой стороны и теперь лучше понимает, насколько нам, не-голландцам, может быть тяжело быть безработными.

Я ушла от нее в приподнятом настроении. И поехала сразу на встречу с Анне-Мари, моей приятельницей и соседкой. Анне-Мари совсем не связана с языком, мне просто хотелось поговорить с ней и зарядиться ее теплом и поддержкой перед повторным звонком в муниципалитет. Мы пообедали вместе, я повторила практически все то, что до этого рассказала Хариетт. Задала примерно те же вопросы. Пожаловалась. И в итоге получила примерно такие же ответы и поддержку, которой мне не хватало.

- «Слушай» – вдруг сказала Анне-Мари – «А что я туплю? У меня же дочка работает в муниципалитете. Она занимается социальной работой по теме спорта, но она же говорила, что у них там есть какая-то специальная рабочая группа по теме «язык»! Я ей расскажу про твой книжный клуб и что ты хочешь больше работать с языком и мигрантами. Кто знает вообще, может они тебя захотят для чего-нибудь использовать? Пусть даже как волонтера сначала. Зато может ты познакомишься с полезными людьми».

От Анне-Мари я ушла еще более уверенная в себе. И с внушенной ею мыслью, что надо обязательно перезвонить в муниципалитет и попросить фидбек, а потом просто двигаться дальше и не переживать. Что я и сделала.

Позвонила. Сначала, как всегда, ресепшен. «Соедините меня пожалуйста с госпожой С. по поводу такой-то вакансии». Соединяют.
- Здравствуйте, господин такой-то слушает – раздается в трубке знакомый нетерпеливый голос.

Тваюжмать.

- Добрый день. Это госпожа такая-то. Я бы хотела поговорить с госпожой С., она указана контактным лицом в вакансии, на которую я отправляла резюме. Могу я с ней поговорить.
- Нет, не можете. Вы можете поговорить со мной.
- Оууукей. Мне кажется, что я именно с вами уже беседовала. Я получила отказ в устной и письменной форме, но я бы хотела получить более подробный фидбек.
- Зачем вы звоните? Я же вам уже все объяснил! Вы же даже по электронной почте ответ уже получили, по-моему этого достаточно.
Держусь и не меняю предельно вежливого тона, но невольно сбиваюсь не на то, что нужно. Коленки дрожат. И в голове – а, будь что будет.
- Понимаете, наш разговор меня расстроил, и я не успела задать все свои вопросы. И вообще мне так много хотелось вам рассказать,  я очень надеялась на собеседование. Я ведь целевая аудитория всех ваших текстов, я их за две недели перечитала вдоль и поперек и думала, что смогу объяснить, почему они так тяжело читаются и как это исправить.
- Ну я же сказал, что мы выбрали других кандидатов. У которых есть соответствующий опыт работы. Что вы еще от меня хотите?
- Простите, я поняла, что мне вас не переубедить. Но я все равно хотела бы фидбек. Что я могу в следующий раз сделать иначе? Как улучшить мое резюме или мотивационное письмо?
- Ох, ну хорошо – он явно раздражен, но проще уступить сейчас и избавиться от меня навсегда – Сейчас возьму в руки ваше резюме и скажу.

Следующие пару минут он говорил намного спокойнее и вежливее. И замечания его были толковыми и по делу.
- Резюме у вас хорошее, четкое и понятное, можно ничего не менять. Мотивационное письмо было на мой вкус длинновато. Лучше писать коротко и убедительно. И не повторять требования из вакансии с объяснением, почему вы под них подходите.

Угу. Ничего, что именно так меня и учили писать эти ваши долбанные мотивационные письма, смысла которых я все равно вообще не понимаю. Но я все равно записала все замечания.

- Спасибо. Это отличные комментарии, я обязательно их учту. Скажите пожалуйста, у меня еще один вопрос, чисто из любопытства. А много кандидатов с migratieachtergrond (мигрантов или с миграционным бэкграундом, напр., родителями-мигрантами) подалось на эту вакансию?
- «Эммм…» - он замялся и заговорил еще быстрее – «Не знаю, не могу так сказать, сложно сказать».
Понятно. Ни одного. Но этого я не говорю вслух.
- Я бы еще хотела вам сказать, что если я могу быть полезной в качестве волонтера тому, кто в итоге получит эту работу, то я к вашим услугам.
- Что вы имеете в виду?
- Ну если человеку, который выйдет на эту позицию, может понадобиться представитель целевой аудитории, чтоб тексты оценить иностранным глазом…

Говорю это все вслух и понимаю, что херово формулирую. Но фарш невозможно прокрутить назад. И вообще, как же тяжело говорить на голландском по телефону, когда надо кого-то в чем-то убедить.

- Иностранным глазом… Если вы хотите быть волонтером, то вам нужно написать отдельное письмо в муниципалитет. Но вряд ли что-то получится. Вы еще учитесь на языковых курсах?
- Нет.
- Вы состоите на учете в службе занятости или социальной службе?
- Нет.
- Тогда мы никак не можем вам помочь. Мы помогаем мигрантам, которые нуждаются в помощи. Вы ведь не входите в их число. И вообще, вы ведь работаете уже?
- Нет. Я не работаю. Я фрилансер, самозанятое лицо.
- Оу… Самозанятое. Ну в любом случае, вы не попадает в юрисдикцию социальных служб, извините.

Мы закончили разговор.

Жаль, что я снова не разобрала его имени и не записала его. Он все равно был довольно резким. Хотя за комментарии про резюме я ему признательна.

Но на самом деле неприятнее всего было услышать вот это «мы не можем вам помочь» и «мы помогаем другим». Это только подтвердило мысли, которые занимали меня последние недели. Но об этом в другом посте.

В общем, что я решила.

Во-первых, хрен с ней с этой вакансией. Не мое это. Я переоценила свои возможности. А им был явно нужен кто-то совсем другой. Да и если встать на место противного дядьки, то я какая-то бестолковая назойливая тетка, которая достала звонить и задавать глупые вопросы. Не моя это вакансия, не моя работа, а моя где-то ждет.

Во-вторых, я решила пойти учиться водить машину.

В-третьих, я не собираюсь расставаться с языками в целом и голландским в частности. Пока не знаю, куда меня выведет кривая. Но куда-то да выведет.

В-четвертых, я вообще не собираюсь сдаваться.

В-пятых, надо придумать какой-то способ тренироваться говорить на голландском по телефону. Чтоб это были не реальные важные разговоры, в которых страшно облажаться, а возможность поупражняться в формулировках и в слушании.

В-шестых, надо продолжать что-то делать по теме «мигранты и поиск работы». См. следующий пост.

В-седьмых, я все равно ужасно горжусь собой, что подала резюме на эту вакансию, что позвонила аж несколько раз и что выдержала аж два разговора с резким человеком, хотя это и было очень тяжело. И пусть я ужасно лажала в разговоре и в смысле содержания, и в смысле грамматики. Но все равно я – молодец.

В-восьмых, в ближайшее время я записалась на все возможные консультации и вебинары по поводу поиска работы и схожу на них все чисто ради опыта и интереса.

А в остальном – см. пункт 4.
sad

про несостоявшуюся работу мечты - часть 1

Ну что, рассказываю. Эмоции уже подутихли, поэтому пост может получиться не таким эмоциональным, но зато может удаться систематизировать мысли и разобраться, что к чему. (Ыыы, это начало я написала в выходные, но вчера эмоции снова шандарахнули, поэтому не факт, что я смогу не злиться, пока пишу это).

Две недели назад я написала на Фейсбуке пост о концерте нашего хора и получила несколько комментариев о том, как здорово я все-таки умею писать в целом и на голландском в частности. Обычно я под всеми своими большими постами на голландском в жж-шном стиле получаю примерно такие реакции от знакомых. Иногда это просто «красиво написано!», а иногда развернуто и аргументировано. И в основном я делю все эти комментарии на 10, чтоб оставаться реалисткой. Но неожиданно одна из знакомых, с которой мы подружились во время концерта в карьере в прошлом году, и которая работает преподавателем в вузе, кинула в комментарии ссылку на вакансию со словами «По-моему это прям работа для тебя». Потом она затэгала меня в комментариях к этой же вакансии на странице одной из сотрудниц этого работодателя со словами «Я тебе очень рекомендую Дарью, она просто мастерски обращается с языком и идеально подходит для этой позиции». Плюс в комментариях к моему изначальному посту добавилась еще одна моя подруга, которая преподает голландский язык старшим классам в лицее и мнению которой насчет всего, связанного с языком, я тоже очень доверяю. Она тоже написала «Даша, это прям твое! Надо слать резюме». Наконец, в Линкедине на официальной странице работодателя под постом об этой вакансии меня затэгала знакомая преподаватель голландского для иностранцев и тоже со словами «Дарья, эта вакансия тебе очень подходит».

В общем, сначала я доверилась просто мнению нескольких людей, которые меня хорошо знают, причем не только как люди, но и как профессионалы и опытные педагоги.

Вакансия вот какая.

Муниципалитет (городское управление) нашего городка решил открыть новую должность, которая на русский переводится достаточно коряво – тренер по письму. Schrijfcoach. Должность временная, на 2 года. И временность объясняется тем, что работа человека на этой должности вполне конечна. Задача такого тренера – научить местных чиновников и сотрудников горуправы писать любые официальные тексты более простым и доступным человеческим языком. В описании вакансии говорилось, что нужно будет вместе с сотрудниками по их запросу и без запроса разбирать их письма, мейлы, объявления, доклады, новости, отчеты и прочее и помогать им все это переписывать так, чтоб читать все это могли не только привыкшие к канцеляриту такие же чиновники, но в первую очередь те, кому сложно даются подобные официальные тексты (пожилые, мигранты, люди с различными нарушениями).

Отдельным пунктом в объявлении было указано: наш муниципалитет стремится к национальному разнообразию среди сотрудников, поэтому особенно приглашаем мигрантов отправлять свои резюме и просим отдельно подчеркнуть в мотивационном письме, если вы относитесь к числу людей с миграционным бэкграундом.

Помимо этого, среди требований звучали слова «фанат языка» и «нужно быть очень коммуникабельным и социально активным». Уровень образования требовался примерно мой. Все остальные требования типа «гибкость, адаптивность, нацеленность на результат», как и обычно в описаниях вакансий, были совершенно бессмысленными.

Я совру, если скажу, что тщательно обдумала все за и против. Ничего я не обдумывала. Я была в таком неземном восторге, что в моей деревне впервые за 6 лет появилась вакансия, которая мне интересна, что тут же села и написала мотивационное письмо и через пару часов уже все отправила.

В объявлении было указано, что резюме они принимают до 25 ноября, после чего оповестят тех, кого пригласят на очное собеседование, которое состоится 5 декабря.

Я с трудом выждала неделю. Затем написала Мирне из книжного клуба, которая все еще работает у депутата, с которой мы встречались в сентябре по поводу рабочих мест для мигрантов. Я попросила ее просто передать депутату, что я очень заинтересована в этой вакансии и отправила на нее резюме и что если та посчитает нужным и приемлемым замолвить за меня словечко, то я буду очень признательна.

Потом прошла еще неделя. В понедельник я звонить не стала. Во вторник позвонила, но оказалось, что менеджер по кадрам, указанная контактным лицом в объявлении, по вторникам не работает. Тогда я позвонила в среду, но она была на обеде. Твою мать.

Наконец, во второй половине дня в среду ровно в тот момент, когда я одной рукой пыталась утихомирить орущий телевизор с мультиками, а другой чистила ребенку мандарин, зазвонил телефон. (Отдельно стоит отметить, что по какой-то идиотской причине у муниципалитета номер телефона при звонке не определяется и поэтому никогда не знаешь, то ли звонят по делу, то ли очередные продавцы газа названивают с рекламой).

- Здравствуйте, госпожа такая-то. Это господин такой-то из муниципалитета. Вы нам звонили –сказал не очень довольный мужской голос. Это была не женщина, которую я все это время пыталась вызвонить, а мужчина, имени которого я не смогла разобрать, потому что он говорил очень быстро.
- Добрый день! Спасибо, что перезвонили. Да, я пыталась дозвониться вашей коллеге госпоже С., чтобы узнать, как продвигается рассмотрение моего резюме и когда можно будет ожидать от вас ответа.
- Я могу вам сразу сказать, каков статус – голос был такой же недовольный, а может даже стал чуточку нетерпеливее – Мы не пригласим вас на собеседование. Мы выбрали других кандидатов.
Я настолько растерялась, что мне не пришло в голову никакой нормальной реакции. Вариант, что меня вообще не пригласят я вполне могла себе представить, но как-то не думала, что это будет так резко. И вообще все-таки очень надеялась на собеседование.
- Как жаль… - я начала лихорадочно соображать, чтоб спросить, чтобы не сразу заканчивать этот разговор – Скажите пожалуйста, я могу спросить, почему вы приняли такое решение?
- Спросить-то вы, конечно, можете… - снова недовольство - Вы с вашим дипломом и опытом работы переводчика и преподавателя overqualified.
- Мне так жаль. Я думала, что у меня будет возможность поговорить с вами лично и рассказать больше о своем опыте и мотивации.
- Нет, такой возможности у вас не будет.

Я не помню, о чем мы говорили дальше, да и не говорили больше толком. По-моему, просто попрощались и повесили трубки. Я положила телефон и начала плакать. И успешно продолжила это делать весь остаток дня и утро следующего. Когда пришел Тин, то ему досталась порция особо горьких слез. Он утешал, как мог. Но это совсем не помогало.

А плакала я вот о чем.

В первый раз, повторюсь, за 6 лет я увидела вакансию, на которую мне реально захотелось, и которая мне при этом подходила не только по описанию, но и условиям работы. (Библиотекарем мне тоже очень хотелось, но там нужны были права и собственная машина, чтобы работать каждый день в разном городе, а у меня их нет, поэтому я заранее знала, что шансы мои невелики и ничего не ждала).

В том же городе. Никуда не надо ездить. Временная функция, то есть потом можно спокойно вернуться к фрилансу, если станет ясно, что это не мое. 24 часа в неделю, то есть разумный парт-тайм и останется время на переводы, семью, хор. Работа в городском управлении, а значит можно познакомиться с еще большим количеством людей, чтобы продвигать идею книжного клуба на региональный уровень.

К тому же работать с языком в целом, а не с каким-то конкретно, должно быть ужасно интересно. А еще в объявлении говорилось, что на этой работе не нужно писать или переписывать чужие тексты, а наоборот побуждать людей переписывать их самостоятельно, объяснять, что можно сказать иначе.

За две недели ожидания я прочитала весь сайт муниципалитета вдоль и поперек и нашла все места, которые сложно читаются не только моим мигрантским глазом, но в целом. Да и в самом объявлении о работе я нашла 2 предложения, которые стоило б сформулировать иначе, чтоб они не казались двусмысленными.

А еще я впервые за все это время прочитала от корки до корки вкладыш в местную газету с новостями муниципалитета. Наши местечковые газеты в целом ужасны, что ожидаемо для региональной прессы. Но именно эти 8 страниц официальных новостей я все шесть лет просто бегло пробегаю и пролистываю, никогда не читаю вдумчиво. Потому что они ужасно, ужасно плохо написаны. При скучном официальном содержании они еще и так плотно упакованы в клише и канцеляризмы и опубликованы сплошным блоком текста с редкими абзацами, что читать это тяжело.

И вот я читала их в эти недели и каждый раз думала – если уж мне их тяжело читать, при том, что я легко читаю на голландском толстые книжки, профессиональную литературу и крупные газеты, то что говорить о других мигрантах? Я мысленно придумала несколько вариантов того, как можно было б эти рубрики сделать легче, интереснее, логичнее по построению.

Тин все эти дни смеялся, что я пытаюсь сделать работу, на которую меня пока еще не пригласили. Я смеялась вместе с ним, но головой я и правда уже была там. Я так привыкла постоянно говорить на языковые темы со столькими людьми вокруг, привыкла постоянно искать четкие и понятные формулировки в своих переводах, привыкла объяснять про построение предложений и выбор слов девочкам из книжного клуба. В общем, я все время в языке. И именно поэтому я так легко представила себя на этой работе. Ни про одну другую вакансию, на которую я отправляла резюме в Голландии, я не представляла в таких подробностях, что именно я там буду делать. Ограничивалась всегда какими-то практическими мыслями о том, как добираться и кто будет забирать ребенка из школы, но никогда толком не думала про содержание работы. А тут меня заинтересовало именно содержание. Я прошерстила за две недели десятки сайтов профессиональных тренеров по письму, прочитала десятки статей и блогов, собрала себе отдельный список книг по тему и составила список вопросов, которые бы хотела задать во время собеседования работодателю.

А тут это «мы не планируем вас приглашать» и «этой возможности вы не получите».

Но вот же я, ваша целевая аудитория, потребитель ваших текстов, которые невозможно потреблять. В конце концов, я просто мигрант, которому сложно найти работу, как будто вы сами не знаете, что любых понаехавшим найти работу еще сложнее, чем местным. Почему вы не хотите со мной просто поговорить?

И самое главное, от чего слезы у меня каждый раз наворачивались с новой силой. Каждую пятницу, а иногда и чаще, потому что в почте и в сообщениях постоянно происходят обсуждения, я говорю десяти другим людям: «Продолжайте учиться голландский, не сдавайтесь, не бросайте, работайте над языком, не останавливайтесь. Пока я могу помогать в этом, я буду помогать. Потому что вместе мы сильнее. Потому что вместе не страшно совершать ошибки. Потому что язык для нас всех оказался чем-то большим и важным, чем мы могли представить. Потому что плохой голландский может всегда оказаться важнее всего вашего опыта работы и прочих качеств. Не сдавайтесь! Думайте про возможность переквалификации. Шлите резюме. Расширяйте свою сеть знакомств. Не сдавайтесь, не сдавайтесь, не сдавайтесь…»

Но как я могу говорить это кому-то еще, если вот прямо сейчас я сама в это больше не верю? Если сейчас я чувствую себя бесполезным куском дерьма, которое никогда не найдет работу в этой стране и всегда будет аутсайдером.

(продолжение следует)


 
sad

про людей и язык

Есть два человека, которых я вижу каждую неделю и поэтому часто о них думаю. С одной мы ходим на занятия голландским по вторникам, другая приходит ко мне в пятницу в книжный клуб. И у обеих совершенно катастрофический (не только на мой придирчивый вкус) голландский язык. Обеих я знаю уже давно, с М. знакома 6 лет и с О. 4 года. И практически не вижу прогресса, особенно по сравнению с другими в группе. Точнее, вижу, как растет словарный запас и улучшается пассивное восприятие языка, но при этом построение предложений как на первом году обучения, грамматические ошибки глупые и грубые (местоимение в одном лице, глагол в другом, например). Иногда я замечаю, что они не знают элементарных вещей, некоторые из которых мы вместе проходили на курсах 6 лет назад, я даже смогу назвать конкретный учебник и конкретного препода, который нам это объяснял, не говоря уж о том, что эти элементарные вещи встречаются в речи и книгах просто на каждом шагу, а они их не замечают.

И вот все это время я пыталась найти причину всего этого. Меня просто завораживал факт, что человек может жить в языковой среде, регулярно заниматься языком (О. занимается меньше, раз в неделю, М. занимается с 2 волонтерами каждую неделю и ходит в книжный клуб, плюс сама по образованию педагог вообще-то), но при этом не прогрессировать.

Насчет О. я даже спрашивала совета у нескольких знакомых психологов. У нее повышенная тревожность и вся она немножко дерганая, как будто у нее не тик, но что-то очень похожее на это, все время микродвижения рук и лица, явно неосознанные. Она и на родном языке говорит немного нервно, а на голландском вообще краснеет, бледнеет, переживает и сбивается. Мне, конечно, не хватает теоретических знаний, но просто наблюдая за ней столько лет и регулярно, я пришла к мысли, что у человека могут быть какие-то когнитивные нарушения или поломана какая-то связь в мозгу, отвечающая за перевод знаний в речь (письменные задания у нее значительно лучше устных, гораздо меньше ошибок, проблема именно с речью). Когда у нее родился сын, мне было ужасно любопытно посмотреть на нее в общении с ребенком. Как я и ожидала, тревожность ее только выросла. Мы с Пухлей были у нее в гостях летом и я почувствовала себя мегарасслабленной дзен-матерью, потому что О. подбегала к своему двухлетке на каждый писк, не оставляла его играть одного ни на секунду, буквально ходила за ним по пятам, но при этом не в состоянии была быть с ним строгой и спокойной, "сюсюкала" в самом классическом виде. Для примера: он вылил Пухле на ноги ведро воды, О. подбежала и стала уговаривать, дословно: "ой, маленький, ну что ты, ну не надо, давай не будем, заинька, айяйяй". Он же как-будто не слышал и даже не смотрел в ее сторону. Ну а чо, если б мне постоянно стрекотали одним и тем же ласковым тоном, я б тоже не слышала. Когда он вылил на Пухлю второе ведро воды, я подошла к нему, села на корточки, посмотрела в глаза и сказала строго "нельзя, не делай так". Двухлетка настолько офигел, что тут же заголосил и заорал. Но после этого больше к ведру не подходил. О. не поверила своим глазам и сказала, что тоже попробует так разговаривать, что вот как круто, когда он смотрит в глаза и слушает, что надо бы быть тверже. Но по-моему до сих пор не научилась. К чему я привожу этот пример? Не для того, чтобы почувствовать себя хорошей матерью (хотя чо уж там, и для этого тоже, я так часто себя чувствую плохой матерью, что моменты, когда я на чьем-то фоне чувствую, что поступаю правильно, мне очень дороги). Просто я тогда подумала, что вот эта невозможность отвлечься от ребенка даже на секунду должна очень мешать в том числе и изучению языка. Как можно сосредоточиться на чем-то, когда твоя голова все время занята тревогой? Никак. У меня самой с появлением ребенка сильно изменилась способность концентрироваться и удерживать внимание. Но видимо мне повезло, потому что эти сложности не коснулись языка (коснулись множества других аспектов жизни, забывчивость мне очень мешает). Почему они не коснулись языка? Видимо потому, что я всю жизнь работаю с языком, вся отвечающая за языки часть мозга натренирована и задеть ее не так-то просто. Вероятно, у того, кто не привык постоянно учить языки и к тому же тревожен по натуре, нарушение концентрации приобретает совсем другие формы и масштабы и мешает осваивать новый язык.

И вот на прошлой неделе мы с ней ехали вместе в поезде и разговорились. О. подумывает отдать своего ребенка на пару часов в неделю в детсад, потому что ему по ее словам необходимо общение с детьми. Но переживает, что тогда будет совсем беда с русским, на котором он и так пока не говорит особо. Я удивилась, потому что в 2 с небольшим, как мне казалось, малявки еще не столько нуждаются в постоянных играх с другими детьми, толком не умеют играть с кем-то (только рядом с друг другом), ну и плюс лично я тягу именно к играм с другими детьми в своем ребенке заметила только после 3. Тогда я спросила ее, а как часто он играет или общается с другими детьми, неужели ему не хватает? "А он не играет ни с кем" - ответила она. Я начала расспрашивать и офигела. С подругами с детьми она не встречается, их особо и нет, а те, что есть днем заняты работой, а вечером семьей. Соседские дети все в садиках и школах и с ее малявкой играть им некогда. То есть в свои 2 года ребенок играл с другими детьми реально считанное количество раз. Я мысленно припомнила, как мы с Пухлей постоянно тусовались на детской площадке и знали всех детей в округе. Ну ладно, нам просто повезло жить в таком районе. "Слушай, а на плаванье в детскую группу вы не ходите? А на гимнастику для мам и малышей? А в спортклуб, где ты сможешь заниматься, пока он в игровой комнате с няней? А на книжные встречи для малышей в библиотеке? Я ходила с Пухлей почти 4 года, с некоторыми мамами оттуда до сих пор иногда общаемся".

"Ой" - сказала О. - "А мне это даже в голову не приходило. Надо наверное проверить сайт библиотеки". То есть она знает, что ребенку не хватает общения, что есть проблема, для которой нужно решение, но совершенно не ищет решение за пределами единственного приходящего ей в голову варианта.

И вот тут внезапно меня осенило.

А что если проблемы с языком у О. и М. связаны не с каким-то нейрофизиологическими, как мне казалось, сложностями, а просто с их характерами?

И что, если они обе не могут найти работу не из-за проблем с языком, как мне казалось все это время, а по тем же причинам, по которым они этот самый язык не могут выучить? Неорганизованность, проблемы с концентрацией, безынициативность, перекладывание ответственности на других, неспособность искать информацию и т.п.

Несколько недель назад мы всем книжным клубом отправляли свои резюме директору колледжа. М. тогда не смогла присутствовать на встрече с ним, но я пообещала ей, что и ей можно будет отправить свое резюме. Она попросила его адрес электронной почты, я его прислала. Через пару минут она спросила «а как его полное имя?». И тут я психанула. Потому что голландские официальные адреса обычно состоят из инициалов и фамилии, а нагуглить полное имя публичного человека вообще не составляет труда. В аналогичной ситуации я б сначала погуглила, а потом бы уточнила «Я вот такого-то нашла, это он, да? Правильное имя?» Но М. никогда ничего не ищет сама, и меня это ужасно бесит.

Недавно в книжном клубе я объясняла какой-то внезапно попавшийся кусок грамматики и пообещала, что пришлю ссылку на объяснение теории на сайте onzetaal. Спустя пару дней М. начала бомбить меня сообщениями. Нет, она делает все это вежливо, извинившись за беспокойство несколько раз. Но меня просто до трясучки это бесит. Ну ты ведь знаешь, что речь шла о категории рода существительных, ну что мешает взять и самой хоть что-нибудь поискать, а потом спросить: «Это вот этот материал ты имела в виду?» Тем более, что ты сама педагог по образованию и настаиваешь, что только учителем и хочешь работать. Когда я что-то не понимаю про голландский язык, я иду в интернет и ищу ответ на свой вопрос. Порой прям сразу, во время разговора открываю вкладку в браузере телефона, чтоб потом просто не забыть прочитать. И еще ни разу не было такого, чтоб я сидела и пассивно ждала, когда же кто-нибудь пришлет мне ответ, а сама при этом ни разочка не погуглила.

Наконец, позавчера речь в книжном клубе в сотый раз зашла о произношении. Одна из девочек сказала, что решила чаще читать вслух. Способ этот мы не раз обсуждали, в том числе и с логопедом – читать вслух, читать перед зеркалом, читать и записывать себя на диктофон и потом слушать. Все это прекрасно помогает работать над произношением. Просто потому, что когда ты читаешь вслух, именно читаешь, а не говоришь, то ты никуда не торопишься и не волнуешься, а значит можешь по несколько раз произнести сложные слова, разбить их на слоги, проговорить их медленно и с разной интонацией, т.е. работать с произношением совсем иначе, чем в потоке речи. И когда ты живешь в стране уже несколько лет, когда ты постоянно окружен языковой средой, этот способ работает особенно хорошо, потому что тебе есть на что ориентироваться, ты не читаешь наугад. Но и тут М. нашла повод поспорить. «Нет – сказала она – Я не могу читать вслух, ведь если я читаю неправильно, то меня никто не поправит». « Погоди – возразила я – Но ведь ты давно знаешь правила чтения и фонетики, даже если тебе встречается незнакомое слово, ты все равно сможешь его прочитать правильно, потому что голландская фонетика довольна простая, эта тебе не английские though, thought, tough, through, thorough, в которых одно и то же сочетание «ough» каждый раз читается по-разному, в голландском такого просто не бывает. И научиться произносить сложные составные слова на голландском можно, если просто следовать правилам, но не получится, если никогда даже не пытаться. Так в чем проблема с чтением вслух, я не пойму?». Но М. продолжила спорить и настаивать на том, что ей надо, чтоб ее поправляли, а поскольку никто этого не делает, то она и не может научиться и пытаться тоже не станет.

И я вдруг подумала, что ужасно устала от нее. Ужасно устала постоянно слышать, что никто ей бедной не помогает (угу, я лично нашла ей двух волонтеров, которые уже третий год с ней занимаются), никто не поправляет ее ошибки, никто не хочет брать ее на работу, никто из соседей не хочет с ней общаться. Меня задолбало это постоянное перекладывание ответственности на других. Может именно вот это ожидание чего-то от других людей и мешает ей выучить язык? Я всегда знала, что мои успехи в голландском зависят только от меня, что ни школа, ни учителя, ни мои собеседники не играют особой роли, потому что это Я учу язык, это Я должна в нем разобраться, и только МОИ усилия имеют значения. Но если человек все время думает, что не может выучить язык, потому что ему недостаточно хорошо помогают, то может он никогда и не выучит? И может по этой же причине и работу никогда не найдет?

Я не могу сказать, что по итогам всех этих размышлений пришла к какому-то гениальному выводу и нашла однозначный ответ на свой вопрос, почему некоторым людям язык дается сложнее других. Да и глупо б делать какие-то глобальные обобщения на основе наблюдений только за парой человек. Просто я по-новому посмотрела на некоторые вещи и решила записать свои мысли. Мне пора уже перестать пытаться помочь тем, кто эту помощь принять не в состоянии, хотя и постоянно о ней просит. Сколько раз мы с М. встречались по ее просьбе, чтобы составить ей персональный план для самообучения, сколько я писала по ее просьбе списков языковых лайфхаков, я даже перевела на голландский вот этот пост и отправила ей, сколько раз я рявкала на нее, что так нельзя, что надо больше прикладывать усилий, и сколько раз она охотно соглашалась и благодарила за мотивацию. Сколько мы обсуждали с О. способов улучшить когнитивное восприятие и концентрацию, сколько раз она звонила с вопросами о ребенке и о том, как поменьше уставать, сколько раз она уверяла, что начнет рассылать свое резюме и искать хотя бы какую-то работу, но наконец сделала вообще себе резюме на голландском только в прошлом месяце, после нашей встречи с депутатом и после моего волшебного пендаля.

Видимо пора уже дистанцироваться и перестать нервничать из-за них. Мне казалось, что я могу помочь, научить конкретным знаниям и научить учиться (что, имхо, намного важнее). Но пора взглянуть правде в лицо – они взрослые люди, и за свои проблемы отвечают сами.

Под конец мне стало интересно - почему я вообще из-за них так часто психую? Почему они меня так раздражают? Можно было б предположить, что меня очень раздражают в людях те черты, которые на самом деле присущи мне самой. Но, хотя это б здорово все объясняло, увы, это не тот случай, ведь раздражение связано только с темой изучения языка, а в ней мы явно разные. Тогда может быть меня раздражает, что они регулярно просят помочь, я трачу свое время не только на разговоры, но порой конкретные действия, а ситуация при этом не меняется и воз и ныне там? Или меня просит бесит это постоянное нытье М. о том, какие все злые и нечуткие и раздражает нервозность и тревожность О. и хочется им обоим сказать «отрасти себе уже позвоночник и перестань ебать мне мозг»?

Мне кажется, что больше всего меня бесит, когда подразумевается, что мне мои языковые успехи достались магическим образом, благодаря какому-то внутреннему дару, которого у них нет и не будет. Но это ведь не так. К языковому чутью приложились еще мои любопытство и любознательность, умение и желание искать информацию, умение организовать себя вопреки лени и недостатку времени, системный подход к занятиям, аналитический подход к языку. И если языковое чутье действительно либо дано природой, либо нет, то все остальное можно воспитать и развить в себе самостоятельно. Да, сложно, но ведь выполнимо. И когда человек ноет, что ему вот не досталось, не перепало таких плюшек как мне, то это обесценивает все мои собственные усилия, весь мой труд. И это бесит. Хотя я понимаю, что невозможно измерить в процентах, сколько мне удалось выучить за счет труда, а сколько усвоилось само, благодаря природной склонности.

Допускаю даже, что я сильно переоцениваю значимость своей работы над языком, ведь очень многое я действительно схватываю на лету. И все равно. Мне кажется, что начни они обе заниматься языком более системно, результат был бы другим. Что уж таить-то, больше половины моих знакомых мигрантов голландским языком занимаются бессистемно или не занимаются вовсе. Но кроме М. никто не ноет, что во всем виноваты плохие учителя, которые 10 лет назад неправильно научили, и плохие собеседники сейчас, которые не исправляют ошибок. И никто кроме М. и О. не настаивает на том, чтобы работать непременно по специальности, хотя специальность их обеих подразумевает идеальное знание голландского и за почти 8 лет жизни в Голландии не одной из них не удалось даже на шаг приблизиться к работе по специальности. Может меня бесит еще и это нежелание взглянуть правде в лицо?

По-прежнему не знаю, почему меня так выводят из себя эти два человека. Но мысль о том, что не язык работает против них, а они не идут навстречу языку, меня немножко успокоила. Посмотрим, стану ли я меньше беситься.