Даша Касик (babybitch_) wrote,
Даша Касик
babybitch_

После разговора об алкоголе и о том, какой напиток в какой стране самый крепкий, Йен берет какую-то 95%-ную хрень, разливает ее по стойке и поджигает. Сине-желтое пламя моментально вспыхивает огромным кольцом. Потрясенные немцы с другого конца бара с ужасом смотрят на Йена, а он невозмутимо отвечает: «Мне показалось, что тут холодно».

- Ты понимаешь, ты все портишь! – не выдерживаю я.

- А? Что? Почему?

- Да потому что я планировала писать совершенно про другие вещи. У меня был план. У меня был сюжет. Но я не могу перестать писать об этом баре, обо всем этом (я не произношу вслух слов «о тебе», но я думаю именно это) Я просто не могу!

- Извини. Правда, извини – он смотрит своими темными нечитаемыми глазами. Мне нечего возразить. Я возвращаюсь к своим буквам и строчкам.

- Нет, правда, как у тебя с этим твоим романом?

- Да никак.

- Я все испортил? Я виноват?

Да, черт возьми, ты виноват. Я не могу писать ни о чем другом. Ни о ком другом. Я собиралась написать великий роман о великой любви, судьбе, предопределенности, обреченности. А что я в итоге пишу? Десятки постов в жж про симпатичного бармена. Блядство какое-то.

Передо мной на столе лежит блокнот, в котором я делаю записи. Между страниц напиханы десятки листочков со случайными заметками. В какой-то момент Йен подходит ко мне, продолжая разговаривать с немецкими пацанами: «Эта музыка для вас, чуваки, настоящий рок!». «Когда уже ты поставишь что-нибудь для меня, а?» - спрашиваю я, а он в этот момент берет мой блокнот. Десятки листочков разлетаются по полу. Он успевает кинуть один взгляд в блокнот и восклицает: «Так ведь здесь на английском!» Я протягиваю руку и отбираю у него блокнот: «Не вздумай это читать! Да на английском, и что?». «Извини, если бы я знал, что ты пишешь там на английском, я бы не стал открывать. Я думал, там будет русский, финский, венгерский. Какой угодно еще. Извини, правда!» - он собирает все мои листочки, отдает мне и уходит. Потом возвращается и говорит: «А музыка вообще-то вся для тебя».

- Не записывай это.

- Я буду писать то, что я хочу.

- Ты будешь писать то, что хочешь? Тогда я буду есть столько шоколада, сколько захочу – и теперь каждый раз проходя мимо, он съедает по кусочку  моего прекрасного горького шоколада с апельсином. Иногда он облизывает пальцы, и тогда мне хочется сказать “Dont bother, honey. Let me do it”.

Только что он подошел ко мне сзади и заглянул через плечо, что я тут пишу. И боже, девочки, эти проклятые бармены в бело-синих полосатых рубашках пахнут Средиземным морем, солнцем, крепким алкоголем и неизбежным похоже стиральным порошком. Но вся эта смесь так хороша, что хочется запустить руку ему или хотя бы себе в джинсы прямо тут, прямо сейчас.

 

Но он напился, моя душечка. Он начал напиваться еще с немецкими пацанами-скейтерами и продолжил, когда пришли его испанские друзья-малолетки. Он сидел с ними тремя и пил пиво, какие-то коктейли, и только что шот чего-то крепкого. Я вижу по его блуждающим глазам, что он пьян. Ну и что мне с этим делать? Ничего. Я собираю вещи.

«Сколько я тебе должна?»

«Нисколько».

«Ты не в себе?»

«Отдашь завтра. А сегодня ты ничего не должна. Я тебе верю. Ты ведь придешь завтра?»

«Да. Приду»

Он берет мою руку и целует ее: «Тогда до завтра».

«Ты пьяный и сумасшедший»

«Я не пьяный»

«Ага. Рассказывай. Но это не страшно. Всем иногда надо напиваться». Я ухожу.

Через квартал я останавливаюсь, разворачиваюсь и иду обратно.

«Это ты?» - удивляется он. Его друзья, три испанских малолетки шушукаются.

«Слушай, с тобой точное все будет в порядке?»

«Да»

«Обещаешь?»

«Обещаю»

«Просто ты был грустный всю неделю…»

«У меня была хреновая неделя…»

«Но ты сейчас все тут закончишь, закроешь, поедешь домой и ляжешь спать?»

«Да. Спасибо тебе, что беспокоишься. Да, все так и будет».

«Ладно. Договорились. Ты переживешь все это, правда»

 

Я ухожу. Прихожу в отель. Раздеваюсь. Стою две минуты босыми ногами на ледяном кафельном полу. Затем одеваюсь обратно. Дело не в вожделении. Дело в том, что мне стало грустно, мне жаль его. Я возвращаюсь. Завидев меня, испанские малолетки начинают ржать. Мне плевать на то, что они там подумали.

«Слушай, я не могла лечь спать. Ненавижу волноваться за людей».

«Как мило, что ты волнуешься, дорогая. Но со мной все в порядке. Видишь, со мной мои друзья»

Мне хочется наорать на него. Какие к черту друзья. Им от силы 20 этим испанским придуркам. И они не друзья. Друзья не смотрят молча втроем, как друг напивается и не хихикают над ним, друзья спрашивают «что случилось» и «как тебе помочь». Я не произношу этого вслух. Испанцы все равно уходят. Бар пуст, не считая спящей пожилой женщины и седого охранника.

 

Йен возвращается за стойку.

«Ты в порядке?»

«Нет. Я не в порядке. Моя жизнь в полной жопе»

«Почему?»

«Мы не будем об этом говорить»

«Ладно, Йен, как скажешь. Я все понимаю. И это когда-нибудь кончится».

«Точно. Ты придешь завтра? Да?»

«Конечно. Русские своих на войне не бросают, у нас так говорят».

«Хорошо. Спасибо тебе» - он снова берет меня за руку. Который уже раз за последние 20 минут. Он держит мою руку в своих ладонях пару мгновений и отпускает. Я знаю, что не останусь. Мне надо уходить, а ему надо идти спать. Но почему-то мне немного спокойнее от того, что я вернулась сюда дважды, хотя и выглядела глупо.

Tags: bartender of my dreams, mallorca, men, неважные жизненные истории
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 46 comments