December 24th, 2009

sad

(no subject)

Нет, мы все конечно were dreaming of a white christmas, но не настолько же!
Дорога от дома до метро удлинилась в два раза благодаря сугробам. Хожу в тяжеленных непромокаемых сапожищах и напеваю рождественские песни прямо на улице - это мой ответ снегопаду.

Своими глазами видела подростка, который тащил на пузатой ватрушке для катания с гор спящего брата в детский сад. Своими ушами слышала, как девочка-школьница с рюкзаком за спиной сказала подружке: "Больше не могу, устала идти!" и села в сугроб. Да я сама готова сесть в сугроб в любую минуту. Столько снега в Питере давно не помню. Непонятно - то ли радоваться, то ли горевать. Если б не то, что Маринка зовет транспортным коллапсом, можно было б и радоваться. Я пытаюсь.

Пою Silent Night и Santa Claus is coming to town изо всех сил, хотя на меня и оборачиваются прохожие. Я в ответ им смело улыбаюсь. Права, права Ася - я и правда становлюсь с возрастом тетенькой со странностями, немножко чудачкой. Ну так я и автомобилистам, которые пропускают пешеходов, говорю спасибо и машу рукой, чтоб знали, что не зря тормозили, мне кажется им так приятнее.

Это снежное безумие почему-то напоминает мне прошлый новый год и Македонию и два прекрасных дня в заснеженном старинном Охриде, когда мы проснулись с Маринкой, Юрой и Сашей в абсолютно белом городе и гуляли по древним каменным улицам, утопая в снегу. А потом с Маринкой пили вино из бутылки, спрятанной в новогоднем пакетике и валялись в снегу на крепостных стенах и пели и фотографировались.

Осталось несколько дней, пора подводить итоги, бла-бла-бла. А мне хочется пить глинтвейн и петь песни.