March 29th, 2007

sad

(no subject)

Я разучилась быть романтиком. Все о земном и банальном больше, все о простом.

Скорей бы весна и солнце и зелень. Я устала щуриться от слепящих снежных полей.
Я надену желтую куртку и повяжу желто-зеленый шарф и буду шлепать по чистым лужам. Впрочем где я найду чистые лужи...? Ладно, так и быть, буду шлепать по грязным. Главное шлепать. И возможно даже пущу пару бумажных корабликов. 

И петь буду что-нибудь жизнеутверждающе-весеннее. И дождусь обязательно, когда на пешеходной улице снова начнут продавать воздушные шарики. Буду приходить с работы, а дома меня будет ждать парочка ярких шаров на блестящей ленточке. И настроение обязательно будет хорошим.
sad

(no subject)

Я вдруг поняла, что устала. Физически.
Устала просыпаться в 6 утра. И выходить из дома в 6:50. И ехать полтора часа на стройку, то проваливаясь в глубокий сон, то колыхаясь на грани какой-то странной дремы, когда вроде бы спишь, но при этом слышишь разговоры водителя и босса и вздрагиваешь каждый раз, когда машина идет на обгон.
Я устала от обилия неприветливых лиц в офисе заказчика и от выкидываемых военными сюрпризов.
Я устала возвращаться домой, после все тех же полутора часов дороги, в восьмом часу вечера и садиться за компьютер, чтоб снова работать - писать и отправлять письма, что-то читать, что-то искать, и все потому, что на стройке нет интернета. Устала от того, что к вечеру голова начинает трещать, а глаза болят и слезятся.
Я устала от того, что по вечерам совершенно нет сил куда-то ходить или что-то делать, и неглаженное белье неделю лежит на кресле и стопка личных бумаг уже две недели ждет, пока я ее разберу.

Я устала от бессоницы, которая не дает уснуть раньше 2 часов ночи. Устала ложиться, смотреть в темноте в потолок, думать о проблемах, которые никаким думанием да и ничем кроме ожидания не решить. И потом снова вставать и сидеть в сети или говорить по телефону или читать, пока наконец на потянет в сон. 
Я устала невысыпаться. И это постоянное желание спать. И это постоянное чувство разбитости. Это жутко выматывает.

Ужасно хочется отдохнуть. Куда-нибудь в лес бы что ли. Погулять и подышать. Проветрить голову. А то весь отдых сводится к нечастым алкогольным возлияниям и беспробудному сну по выходным, которым все равно не наверстать упущенное. Скорей бы май и поездка домой.
sad

(no subject)

Стандартный вечерний звонок маме. Вместо "привет" слышу "Донь, у тебя есть алкоголь?"
Сердце проваливается в пустоту. Первая мысль - что-то очень плохое случилось. А она продолжает спокойно:
"Налей и выпей. Помяни дедушку..."

Сердце вернулось на место и заныло.
Я забыла эту дату. Да если честно, я ее никогда и не помнила.
Вот день рождения его помню. Он майский, как и я. И каждый раз мысленно говорю с ним в этот день.
А день смерти помнить не хочу и не могу. Как не помню ничего из событий того дня. И каждый год маме приходится мне напоминать - "помяни".

Я налила стакан вина. И выпила почти весь залпом. И оглянулась - на шкафу стоит фото, где мы вместе. В той самой рамке, которую он сам когда-то сделал. Это фото я всегда вожу с собой. И расплакалась. И позвонила бабушке, чтоб она знала, что хотя и не помню дату, но помню его.

Помню его голос и смех. Помню его улыбку. Каждую черточку его лица помню.
И до сих пор до конца не верю, что он умер. Пока однажды я не побываю на его могиле в Иркутске, я так и буду немножко верить, что он просто надолго уехал.

Он был для меня всем. Отцом, дедом, другом. Он был и остается для меня навсегда самым красивым мужчиной. Он был и остается для меня самым умным человеком.
Я обязана ему любовь к чтению, знаниями, характером, принципами. Я обязана ему собой.

С ним связно столько воспоминаний. Исключительно светлых. Ничего тяжелого я не помню - ни как его увозили с инфарктом, хотя я держала его за руку в машине скорой помощи. Ни того, как он постарел и осунулся после этого. Я помню его красивым, сильным, смеющимся. Я помню наши с походы на рыбалку на Байкале. Я помню наши прогулки по тайге в поисках малины и груздей. Я помню его работу и как я мечтала вырасти и стать экологом, как он. Я помню все его подарки. Я помню его комнату с бесконечными стеллажами книг и проигрывателем пластинок и подзорной трубой на кожаном ремешке на стене. Его самодельные шкафы для инструмента. Его одеяло на диване. И даже в каком порядке расставлены были его книги. Я помню, как уже в Питере мы однажды целую неделю каждый день ходили в Эрмитаж только вдвоем. Как мы брали иногда папину машину и уезжали опять же только вдвоем за город с картой и запасом бутербродов. Я помню, как я ждала, что вот-вот и они с бабушкой окончательно переедут в Питер и тогда мы постоянно будем вместе. Но все сломалось в один день.

13 лет - их словно и не было. Он всегда рядом. Принимая важные решения и совершая важные поступки, я всегда думаю - что сказал бы он. Я верю, что он следит за мной и оберегает меня. Он часто снится мне, и мы разговариваем обо всем важном и не очень.

Прошлым июнем я поехала в Казахстан - его родственники, с которыми он много десятков лет не общался, нашли меня и позвали в гости. Я проехала по пяти городам и познакомилась с сотней родственников от мала до велика. Многие даже не знали его лично, а многие знали и помнили все эти годы. И старики, 86-летний прадед и 92-летняя прабабушка плакали увидев меня. Та поездка была не просто развлечением - это была дань его памяти. И самая главная часть этой дани - когда в предпоследний день меня привели на мусульманское кладбище на могилу отца моего дедушки. Я просидела там в зарослях травы несколько минут, сдерживая слезы. Я почувствовала, как замкнулась порванная много лет назад родственная связь. Спустя недели мне начал сниться дедушка, который говорил мне, не объясняя поводов, "спасибо, Дашуня".

Мне не нужно раз в год говорить "помяни". Он всегда в моем сердце. Он улыбается мне со старой черно-белой фотографии на шкафу и его улыбка хранится в моем сердце счастливой печатью.
Я храню много его вещей. Я храню его книги - им собранные и им написанные. Я знаю наизусть почти все его стихи. Я берегу его рукописи и вырезанные им из дерева украшения и поделки.

Я думаю, что умирать будет совсем не страшно, потому что он всегда будет ждать меня там.

Не "светлая память", не "упокой господи твою душу", не "мир праху твоему". Только одно - как начертано твоей рукой на одной из твоих любимых книг - "Да будет мир твоей пушистой голове!".

 

*1*  *2*