Tags: политика

hiway

Ленинопад. Украинский блокбастер.

Невозможно радующее глаз кино. Настоящий празник моей души смотреть на это! Даже не хочется думать на тему, почему это все достояло до этого столетия...и на тему, сколько этого и подобного мусора до сих пор по всей России...

hiway

pivotal experiments

Об олимпийской презентации NBC о России, где о ней было сказано

‘one of modern history’s most pivotal experiments’

http://www.glennbeck.com/2014/02/10/nbc-communist-russia-one-of-modern-historys-most-pivotal-experiments/

original radio episode :
http://www.video.theblaze.com/media/video.jsp?content_id=31352833

Программа от 10 Февраля.

... главнейшие, ключевые эксперименты современной истории...
(NBC превращается в прославителей коммунистических режимов)
hiway

А почему нет?

После одобрения и принятия государством Россия закона "антимагнитского", выражение "люблю Россию" должно стать критерием нравственного уродства или духовной неполноценности человека, употребившего это выражение на полном серьёзе.
hiway

Генису, человеку и либералу.

А теперь несколько слов по поводу феномена Гениса, т.е. его любви к демократам. Об этой любви он говорит значительно меньше, чем о нелюбви к республиканцам, из чего я заключаю, что его любовь во многом основана на антипатии к противоположному лагерю. Республиканцы, как известно, состоят из многих слоёв и форм, есть там и почти демократы (Шварценеггер), и есть сугубые консерваторы (Мишель Бакман). Однако, к выборам все республиканские формы и размеры объединяются в один и голосуют (или, по-крайней мере, стараются проголосовать) едино и неделимо. Я сторонник консервативных взглядов, некоторые республиканцы у меня вызывают легкую рвоту, но голосую я в основном за них. Поэтому и возражать Генису я буду как бы с республиканских позиций, хотя на выборах регистрируюсь как "независимый".

Никакая республиканскя власть никого не учит, как и в кого верить. Ясно, что Гениса здесь раздражает нескрываемая многими республиканцами религиозность. Это как здоровый и румяный физкультурник, рассказывающий о пользе физкультуры, раздражает оплывшего поедателя поп-корна у экрана телевизора. Именно так физкультурник и "навязывает" свой образ жизни, и именно так и раздражает. А то, что демократы-учителя дают детям разучивать в школе хвалебные песни про Обаму, навязыванием своей "религии" не считается. Не считается навязыванием также изменение состава школьных завтраков по инициативе Мишель Обамы на "более здоровый", когда полуголодные подростки в разных школах уже собираются устраивать демонстрации протеста. Не считается нaвязыванием и ограничение демократом Блумбергом объёма бутылок продаваемой в Нью Йорке "соды". Вера в здоровый образ жизни, по мнению демократов, не религия, поэтому её можно навязывать. Навязывать также можно покупку медицинской страховки, хоть это и первый случай в истории США навязывания товара продавцом.

Из этой-же серии и вмешательство республиканцев в интимную жизнь и мешание "взрослым людям любить, кого и как хочется". Христиане не поддерживают ни гейские браки, ни аборты, а иудо-христианство - в основе идеологии республиканцев. Но республиканцы не выступают против референдумов по поводу гейских браков в штатах, а тем более, за запрещение абортов. Республиканцы против финансирования абортов государством, когда принципиальные противники абортов должны платить за них своими налогами. По мнению-же демократов, это справедливо.
В новой, обамовской, реформе здравохранения в обязательную страховку входят и противозачаточные средства для женщин. То-есть, католические бизнеса (госпитали и др.) должны будут в обязательном порядке предоставлять своим работникам услугу, противоречащую их вере. И кто кому навязывает свою религию?

И о страшных "фетишистах ствола". По статистике, они отстреливают в год в два раза больше криминала, чем полиция, и та-же полиция отстреливает по ошибке в пять раз больше народа, чем фетишисты ствола. Однако, они Гениса тоже раздражают.
 
Это всё детали. При желании можно их не замечать или оспорить, важен принцип. И что Генису важно? Ему важна свобода от рамок, в которые республиканцы хотят "впихнуть" свободолюбивых американцев, оперируя отжившими моральными принципами 18го века. Что-ж это за устарешвие принципы такие?
The legitimate object of government is to do for a community of people whatever they need to have done, but cannot do at all, or cannot so well do, for themselves, in their separate and individual capacities. In all that the people can individually do as well for themselves, government ought not to interfere. (Abraham Lincoln)
И кто знает, что человек НЕ МОЖЕТ, а что НЕ ХОЧЕТ делать сам? Этого не знает никто, кроме самого человека и  демократов-социалистов. Республиканцы-же исходят из того, что человек не только может, но и ДОЛЖЕН это решать сам. Республиканская идея - делать акцент не на помощь всем, кто выглядит жалко, а на расширение возможности всем, жалким и не жалким, выбрать то, что им нужно, если это им действительно нужно. В этом случае неизбежно больше ошибок в сторону "недопомощи", что ужасает левых и им сочуствующих Генисов. Демократы очевидно считают, что в этом лучше "перебдеть, чем недобдеть", это и есть истинная доброта и справедливость. Чтоб доброта была ещё более сильной, Обама сокращает требования для получения гос-помощи. Американские нищие имеют плазма-телевизор, автомобиль и сотовый телефон, они самые богатые нищие в мире, а республиканцы - чёрствые и бессердечные. Но чья идеология в большей степени поддерживает порабощение человека, если сюда включить ещё и поддержание этой доброты насильно за счёт налога на успешных и богатых? Они и так платят большинство налогов в стране.

Политические взгляды отражают нравственность и мораль. Нравственность и мораль также определяют жизненные принципы, которым человек следует (или не следует). Принцип свободы не основан на справедливости - кто-то рождается глупым и ленивым, а кто-то умным и трудолюбивым. Кому-то приходится прилагать огромные усилия, чтоб добиться того, что другому раз плюнуть, и кто-то, соответственно, добьётся большего, чем другой. Компенсацией этой несправедливости занимается церковь, которая учит, что все равны перед Богом, а успех это не обладание большим, чем другие, а результат личного духовного роста. Общество, вытесняющее религию и нравственные принципы под видом "свободы от навязывания", компенсирует эту несправедливость государственной уравниловкой (марксизм). Личная ответственность, которой учит церковь, замещается государственной, соответственно, и свобода уходит от личности к государству, потому что ответственность - основа свободы.  

Я не знаю, осознаёт ли это Генис, но как и все либерал-демократы он отстаивает свободу того, что он считает правильным и полезным, а на неправильное и вредное, по мнению того, за кого он голосует, свободы  быть не должно, поэтому всё это надо либо запрещать, либо регулировать силой гос-аппарата. Всё это очень типично как для современных либералов, так и для несовременных коммунистов, но Генис в упор не видит сходства. Зато он видит расизм в русских эмигрантах, а не в голосовании за Обаму 99 процентов чёрных. Не видит, потому что подвержен эмоциями неприязни к принципам, которых не понимает.

В нынешние выборы идеологические соратники Гениса в Мэне, Мэриленде и Вашингтоне проголосовали, кроме Обамы, за гомосексуальные браки, в Колорадо и Вашингтоне за легализацию марихуаны, во Флориде за финансирование абортов через налоги. Гомосексуальные браки впервые были узаконены мнением большинства граждан, а не решениями судов или местных органов власти. Свобода по-Генису стремительно побеждает вековые предрассудки, в которые входило и понятие о том, что преуспевание зарабатывается личным честным и упорным трудом, а не отбиранием кем-то заработаных средств, и основано на ответственности и благотворительности.

В отличии от перечисленных (и обкаканых) Генисом русских иммигрантов моё отношение к Обаме обусловлено не расизмом, не восторгами международной поддержки республиканскими президентами свобод в других странах и не ненавистью к бедным. Я не выношу Обаму за его презрение к основополагающим американским ценностям и к Америке, от которых он решил всех ибавить своей коренной "перестройкой". И новое американское большинство на последних выборах помогло ему быть успешным в этом намерении.
hiway

Генис за Обаму

Почему интеллигентные и вроде как думающие, убежавшие из социализма, голосуют за социализм?

Объяснение в статье писателя Александра Гениса.

44 или 45? Обама или Ромни? Ставка писателя

Во вторник я отправлюсь к избирательной машине, чтобы вмешаться в будущее страны. С годами каждый вменяемый человек становится консерватором...
02.11.2012


Лучшее, что можно сказать об американских выборах, сводится к тому, что никто не знает, чем они кончатся. Неопределенность защищает нас от фанатиков-фаталистов и параноиков-конспирологов.

Это и есть свобода — не только политическая, но и религиозная: свобода выбора, которую ты никому не можешь спихнуть или доверить.

Демократия — задачник без ответов, что делает ее истеричной и дорогостоящей. Шесть миллиардов долларов, потраченные на выборы, никому не дали преимущества. Даже сегодня у истории по-прежнему открытый конец. И в следующий вторник я отправлюсь к урне (на самом деле — к избирательной машине), чтобы вмешаться в будущее страны, не зная, каким оно будет. Что я знаю наверняка, так это за кого проголосуют мои соотечественники: за Митта Ромни.

Почему? Ответ на этот вопрос важен уже потому, что «эмиграция, как говорила Марья Васильевна Розанова, капля крови, взятая на анализ». Раз так, то наш опыт участия в настоящих выборах поможет понять, какими они могли бы быть в России, если бы они там были.

Подавляющее большинство выходцев из России (думаю, что процентов 90, хотя этническая статистика не ведется) голосует даже не столько за республиканцев, сколько против Обамы. Легче всего это объяснить примитивным расизмом, но делать этого не хочется: стыдно. Об этом писал еще Фолкнер, говоря о батраках старого Юга: «Пусть я нищ, гол и пьян, пусть нет работы, жена ушла, дети не признают, соседи не пускают, власти смотрят косо и надеяться больше не на что, зато я белый, а не негр, и это преимущество никто не отберет», — объяснял великий южанин худших из своих земляков.

Не то что таких нет среди наших. Есть. Они считают президента мусульманином, не верят, что он родился в США, называют его «Абамой», верят, что он делит казенные деньги среди черных братьев, которых они ненавидят, боятся и зовут «шахтерами».

Спорить с ними — как с Жириновским: противно и не о чем.

Но есть другие русские американцы — интеллигентные, успешные, образованные и убежденные, каким был мой отец. Для них республиканцы были партией сильных, смысл существования которой заключался прежде всего в отпоре СССР.

Я видел, как происходит трансформация демократов в республиканцев в газете «Новое русское слово», главным редактором которой был тогда Андрей Седых. Как все либеральные евреи Нью-Йорка, Яков Моисеевич полвека голосовал за Демократическую партию, боровшуюся против дискриминации. Но когда я в тот день зашел в кабинет главного, у жовиального старика тряслись губы. Он смотрел на снимок, где Картер (его даже соперники считали глубоко порядочным человеком) слился в поцелуе с Брежневым, которого старые эмигранты считали монстром, как, впрочем, всех советских вождей. Овладев собой настолько, чтобы набрать номер, Седых при мне позвонил в штаб-квартиру Демократической партии и объявил, что сам из нее выходит и читателей уведет. С тех пор единственная в те времена газета русской Америки прививала поколению эмигрантов уверенность в том, что только республиканцы способны защитить свободный мир.

Правы они были только отчасти. Демократом был и Трумэн, принявший доктрину сдерживания, заменившую «горячую» войну холодной, и Кеннеди, который заставил отступить Хрущева, и Клинтон, при котором Восточная Европа стала Европой просто. Это — правда, что республиканец Рейган затеял «Звездные войны», справедливо рассудив, что они быстрее разорят «Империю зла». Но правда и то, что республиканец Буш-младший заглянул в глаза Путина и разглядел там душу, которую с тех пор никто не видел, кроме патриарха. Дело не в стратегии, а в партийной риторике. Нашим нравится, что республиканцы звучат жестче, кричат громче и больше напоминают Старшего брата, от которого мы сбежали в Америку.

Важнее, впрочем, не внешняя политика, а внутренняя. Понятно, что выходцы из России панически боятся социализма, и демократы им представляются одним большим Шариковым, который хочет все взять и поделить среди бедных. Но наши в бедных не верят, ибо прибыли в Америку не богаче пассажиров «Мэйфлауэра». Советская власть поступила со своими евреями в 70-е примерно так же, как немецкая в 30-е: за границу выпускала, но имущества лишала.

Я-то ладно: к 24-м годам я ничего не нажил, кроме тех пустых бутылок, что не успел сдать. Но как быть с моим отцом, прожившим полвека в стране, для которой он строил локаторы, налаживал ЭВМ, изучал изотопы и готовил специалистов по кибернетике, когда ее перестали считать лженаукой? Нажитое им добро власть обменяла на 90 долларов. С этой суммы начиналась новая жизнь каждого эмигранта, но нам не приходило в голову жаловаться. Привыкнув верить пропаганде прямо наоборот, мы думали, что в Америке — не пропадешь, и не пропали, став одной из самых преуспевающих эмигрантских общин.

Успех награждает гордостью и карает высокомерием. Опыт бедности (точнее — нищеты: первое пальто я добыл в Армии Спасения, первый телевизор подобрал на обочине) мешает сочувствию. Вырвавшиеся из бедности презирают тех, кто в ней остался. Такой комплекс превосходства резонирует с идеологией Республиканской партии: из грязи в князи. Это, кончено, и есть американская мечта, которая обязательно подразумевает обе части формулы. Наверх можно подняться только снизу, поэтому богатством хвастают реже, чем бедностью. В ней нет ничего зазорного, если она преходяща. Хуже, если нет.

Демократы хотят помочь неудачникам, республиканцы стремятся им не мешать. Первые хотят взвалить бедных на плечи государства, вторые ему вообще не верят — как и те, кто жил в стране, где правительство определяло цены на масло, глубину патриотических чувств и уровень художественного реализма.

«Все, что тебе государство дает, оно может отобрать», — говорил мне отец, вступая в Республиканскую партию и вешая на холодильник подписанную фотографию Рейгана.

Тогда я отцу не верил, сейчас вроде бы пора прислушаться. Говорят, с годами каждый вменяемый человек становится консерватором, которые мне начинают все больше нравиться. Я, скажем, люблю Честертона. «Чтобы белый столб оставался белым, — говорил он, объясняя свои консервативные взгляды, — его надо каждый день красить». Еще больше я люблю Черчилля, защищавшего старомодную политику, требовавшую от избирателя твердо знать, за что он голосует. И уж совсем блестящим мне кажется афоризм Хомякова: «В Англии каждый дуб — тори».

Как это дуб, я уже готов стать «тори», но не могу найти в Америке настоящих консерваторов. Беда в том, что Республиканская партия претендует на это место, запрещая правительству, с чем я еще могу согласиться, вмешиваться в экономику, но она же позволяет себе учить нас, как жить, и уж этого мне ей никак не простить.

Политика должна судить не выше сапога, не доходить до пояса, не трогать сердце и не морочить голову. Голосуя за президента, мы позволяем ему руководить страной, а не нами. Никакая власть не смеет меня учить, как верить — или не верить — в Бога. Она не должна вмешиваться в интимную жизнь, мешая взрослым людям любить, кого и как хочется. И уж точно, что рвущиеся к власти мужчины не могут решать за женщин, делать им аборты или нет. Если им приспичило вмешиваться в домашние дела, пусть отберут скорострельное, да и всякое другое, оружие у фетишистов ствола, чтобы не плодить берксерков.

Всего этого, однако, мы не найдем в платформе республиканцев, и я не стану за них голосовать, пока они со мной не согласятся.

Четыре года назад, отдав свой голос Обаме, я чувствовал, что участвую в истории. Но очень скоро мы забыли, что впервые выбрали чернокожего президента. Безалаберная политика младшего Буша, две войны, из которых одна точно была лишней, и всемирный кризис привел страну в такое состояние, что телекомик Джон Стюарт спросил Обаму, хочет ли он все еще быть ее главой.

Обама захотел, за что я ему благодарен. Я-то помню, что четыре года назад мы с женой взяли в банке наличные, запаслись бензином и боялись открывать газету, каждый день ожидая катастрофических новостей. Я не знаю, что сделал Обама, а с чем справилась сама Америка, но сегодня ей бесспорно лучше, чем тогда, когда 44-й президент принял страну от 43-го, и мне этого достаточно, чтобы помешать 45-му прийти на смену. «Усама мертв, General Motors жив», — суммировал вице-президент Джон Байден достижения босса.

Не так мало: я — за Обаму.

http://www.novayagazeta.ru/politics/55248.html
hiway

Каждый получит то, чего достоин.

Все те, кто ценит и понимает свободу, только что потеряли Америку. Люди, достойные лучшего будущего, два раза в одну и ту-же сторону не ошибаются.

update
Я уже знаю, что такое жить в стране, где подавляющее большинство не разделяет твоих взглядов на справедливость, честь и достоинство. Где это большинство восхищается песнями, передачами, книгами и фильмами, от которых тебя воротит. Где оно славит и уважает тех, кому место, в лучшем случае, в забвении. Где оно радуется и получает удовольствие от того, что тебе дико. Где у тебя практически нет друзей, и твои ближайшие родственники, хоть и выделяются из общей массы другими вкусами и свободолюбивыми позывами, но примыкают к этой массе по многим другим параметрам.
Жить в такой ситуации тяжело, но, по-крайней мере, можно жить надеждой уехать в совершенно другое общество, с другими ценностями, вкусами и принципами, оставив позади все свои разочарования. И если не найти там близких по духу и культуре людей, то хоть наслаждаться духом свободы, который питает это общество.
Но что делать, когда ехать больше некуда, и последний остров начинает затопляться тем, от чего, по-сути, ты убегал? Как пережить это умирание нации свободы и превращение её в беспринципную и бездуховную нацию просителей, завистников и делителей чужих доходов?
Пожалуй, лишь уединением в горы, где нет никакого общества, кроме животно-растительного мира. Этот мир не имеет ниаких ценностей, которые может променять на похлёбку.
Пожалуй, эта идея не так уж и плоха...
hiway

Romney vs Obama

54.51 КБ


Почему я не голосую за Обаму (неполный список):
1.Демократ.
2.Сторонник раздутого правительства и распределения богатств (от богатых бедным).
3.Поддерживает гомосексуальные браки.
4.20 лет посещал церковь, в которой проповедовали, что Америка такая-сякая.
6.Выходец из семьи марксиста, обожатель своего отца.
7.Самовлюблен, болен нарцисизмом.
8.Скрывает свидетельство о рождении и образовании.
9.Увеличил национальный долг больше, чем любой президент до него.
10.Не принял бюджет, несмотря на то, что 2 года имел демократический Конгресс и Сенат.
11.Принял ужасающую и непопулярную реформу здравохранения при нулевой поддержки республиканцев.
12.Злоупотреблял властью, принимая решения в обход Конгресса, зная, что Конгресс их не одобрит.
13.Извинялся за Америку перед другими странами (в том числе недружественными).
14.Игнорировал кровавый разгон демонстраций в Иране, нарушение прав и свобод в этой стране.
15.Поддержал революцию ("братьев-мусульман") в Египте.
16.Не поддерживал Израиль.
17.Изъял из употребления термины "исламский терроризм" и "исламский фашизм".
18.Верит в то, что причина глобального потепления - человеческая деятельность.
19.Ввёл регулировки и ограничения для армии по применению силы в Афганистане (гибель многих американских солдат и затягивание войны)
20.Поддерживал движение "оккупай Уолл Стрит"
21.Проводил отпуска в самых шикарных и дорогих местах (на деньги налогоплательщиков), в то время, как в стране продолжался кризис.
22.Игнорировал просьбы посла в Ливии об усиленни охраны, не послал помощь во время нападения на посольство, врал от причинах нападения.
23.Врёт в глаза без тени сомнения (хуже, чем Клинтон).

Почему я голосую за Ромни (неполный список)
1.Республиканец, капиталист.
2.Опытный и удачный бизнесмен, доказавший свои способности вытащив Олимпиаду в Солт Лейк Сити из задницы.
3.Сторонник сокращения правительства.
4.Верующий, активный христианин.
5.Против гомосексуальных браков.
6.Помогает людям, не трубит об этом (http://www.theblaze.com/stories/the-real-mitt-romney-beck-interviews-people-whose-lives-have-been-touched-by-the-gop-candidate/)
7.Строг к России и Китаю.
8.Собирается увеличить расходы на армию.
9.Гордится Америкой (Боже, это сейчас уже не правило среди американских президентов!)
10.Не собирается увеличивать налоги на богатых, и вообще налоги.
11.Собирается отменить обамовскую реформу здравохранения в первый день своего президенства.
12.Может вполне быть даже лучшим президентом, чем Рейган.
13.Симпатичен по-человечески.

Победа Обамы катастрофа для США и всего свободного мира, который больше уже никогда не будет свободным как прежде...