Tags: Сеть

акита

Сценическое: Типичный диалог украинца с оппозиционным другом-россиянином

ТИПИЧНЫЙ ДИАЛОГ УКРАИНЦА
С ОППОЗИЦИОННЫМ ДРУГОМ-РОССИЯНИНОМ

Пиэса в одном действии
без морали и особого смысла



(Р)оссиянин и (У)краинец встречаются на улице у входа в дом, где раньше была квартира (У)краинца. (Р)оссиянин куда-то спешит.

У: Привет!

Р: Привет. Слава Украине!

У: Героям слава! Куда бежишь?

Р: К нашим ворам в законе. У них на квартире, которую они у тебя отжали, сходняк.

У: ??? А зачем ты туда бежишь? Стоять с пикетом и протестовать?

Р: Нет, на выборы. Они там будут новых смотрящих за общаком выбирать.

У: А ты будешь протестовать? Я угадал?

Р: Нет, не угадал. Я буду участвовать.

У: Почему?

Р: Потому. Что. Это. ВЫБОРЫ!

У: Ну и что?

Р: Потому что это мой гражданский долг!!

У: Перед ворами долг?

Р: Нет. Перед самим собой долг. Я же гражданин. Ходить на выборы -- это долг каждого гражданина. Вот немцы в 1933-м не сходили на выборы -- и у них к власти пришёл Гитлер.

У: Ты что-то путаешь. Немцы как раз таки сходили на выборы. После чего у них к власти пришёл Гитлер.

Р: Правда, что ли? Вот никогда бы не подумал! Нам на ЕГЭ такое не рассказывали. Ну хорошо, значит был кто-то другой, кто не сходил на выборы, и у него стало плохо. Ведь точно же был?!..

У: Ну вот ты на прошлые выборы ходил?

Р: Ну да, ходил. Это же мой гражданский долг.

У: И на позапрошлые?

Р: Да, да, и на позапрошлые. На все ходил.

У: И что, после каждых выборов становилось лучше или хуже?

Р: Издеваешься?

У: Нет, просто понять хочу. Ты приходишь на выборы. После них становится хуже. Ты приходишь на новые. После них становится ещё хуже. Но ты снова и снова идёшь на выборы. Зачем?

Р: Ну как зачем? Если никто из честных и порядочных людей не пойдёт к ворам выбирать смотрящих за общаком, то смотреть за общаком будут только жулики и воры. А так есть шанс, что и кто-то из честных и порядочных сможет победить и смотреть за общаком вместе с ворами.

У: Зачем??

Р: Что "зачем"? Зачем за общаком смотреть? Ну, чтобы видно было, что и как воры воруют. И куда они деньги потом тратят.

У: А сейчас не видно?

Р: И сейчас видно. Но оттуда будет видно лучше.

У: Ну хорошо, допустим. Ещё зачем?

Р: Ну, можно будет самому главному воровскому пахану послать чёрную метку. Только для этого надо будет остальных воров в законе уговорить под ней подписаться. Но всё равно, это -- реальный шанс избавиться от нашего главпахана. Вот ты что, не хочешь избавиться от нашего главпахана?

У: С какой радости? Это же ваш пахан, а не мой -- вы и избавляйтесь.

Р: А ты забыл уже, что он у тебя квартиру отжал и из кладовки соленья тырит?

У: Не забыл. Только ведь не он же один её отжимал, и не он один теперь пользуется. Вот ты, например, сейчас как раз туда идёшь.

Р: Ну и что? Я же приду -- и сразу выйду на середину и громовым голосом заявлю, что квартира -- краденная, и что отжали её по беспределу.

У: Вот так прямо и на середину?

Р: Ну, может, не на середину. Куда пустят -- туда и выйду. Сам понимаешь -- нельзя сейчас давать им повода, чтобы они нас от выборов смотрящих на общак отстранили. Они ведь этого только и ждут.

У: Ну хорошо, не на середину. Но вот ты выйдешь, громовым голосом разрешённой громкости скажешь про беспредел -- и что? Чёрная метка пахану, и квартиру мне вернёте?

Р: Не торопись. Это же квартира, а не бутерброд. Её у тебя когда отжали? Уже больше двух лет прошло. Там совсем другие люди давно живут, уважаемые люди вот на сходняки собираются... Надо сначала у всех у них выяснить, захотят ли они ещё тебе квартиру вернуть. Захотят -- вернём, нема базара. Но, ты пойми, нельзя же вот так просто толпу людей по беспределу на улицу выкинуть. Не по-демократически это. Тебе же есть где жить?

У: Ну да, дача есть и гараж. Спасибо, благодетели!

Р: Не юродствуй. Наш главный, кстати, когда у тебя квартиру отжимали, вообще считал, что надо сразу и дачу с гаражом отжимать, и машину... Отжали бы -- жил бы сейчас в курятнике.

У: Это ваш главный КТО так считал? Главный пахан у воров в законе?

Р: Нет. Наш главный оппозиционер, который против воров.

У: ???

Р: Что?

У: ...

Р: Ну что не так-то? Это-- его мнение, он имел на него право. Тем более, сейчас он так уже не считает. Так что можешь дачу и гараж оставить себе, крохобор.

У: ... ...... ...!

Р: И вот не надо так ругать хорошего человека. Ты не представляешь, как у нас с его приходом повысились шансы пристроиться смотрящими к воровскому общаку. Ты там у себя на Украине этого просто понять не можешь.

У: Да уж, куда мне. Ты беги, беги... Не дай Бог, без тебя воры смотрящих за общаком выберут.

Р: Ну вот видишь -- можешь же понять, когда захочешь. Побегу. Нельзя заставлять ждать уважаеых людей.

(Р)оссиянин убегает вприпрыжку. Оставшийся (У)краинец сплёвывает и медленно уходит в другую сторону.

ЗАНАВЕС

парус

Нумерологическое: Про магию трёх восьмёрок и Южный Крест



7 августа 2008 года я был в Бразилии. Так бывает.

8 августа 2008 года я был там же -- и, одновременно, в состоянии лёгкого офигения. Ничего не было понятно, но был Южный Крест над головой, был Интернет и возможность попытаться во всём разобраться.

В состояние тяжёлого офигения (где отчасти пребываю и поныне) я перешёл 888 дней назад. Тут уже всё было понятно и без Интернета (от которого, если честно, было просто тошно). А Южный Крест был под ногами.

Наверное, всё дело в Южном Кресте.
песец, монета

Размышлятельное: Подзатянувшаяся РуZZкая Весна как форма зомби-апокалипсиса

Когда-то, когда я был маленьким и глупым -- пожалуй, что и вовсе в прошлой жизни -- я виртуально проводил часть своего времени в одной окололитературной интернет-тусовке, о чём совершенно не жалею. Я встречал та разных людей -- плохих и хороших Знакомство с некоторыми из них удалось продолжить в оффлайне.

В конце концов, я ушёл оттуда, хлопнув дверью, и больше не оглядываюсь назад. Но речь не об этом. Так вот, из всех людей, которых я тогда знавал, мне сейчас вспомнились двое. Их обоих нет уже с нами.

Первый из этих людей жил в тех краях, где Magyarország плавно перетекает в Угорщину. У него был кумир, а я уличал этого кумира во лжи и подлости. Нетрудно догадаться, что мы недолюбливали друг друга и называли земляным червяком и прочими нехорошими словами (из коих моё любимое -- "сей орнитологический курьёз").

Я встретил снова этого человека в Интернете позже. Он был на Майдане, принял его всем сердцем. Помогал крымским беженцам, когда страна его кумира оккупировала Крым. Читал, как тот ходит в Кремль за бирюльками и в интервью рассказыват, что: "забрать Крым и стать изгоями лучше, чем отдать на разграбление чужим." Грабитель-чужой -- это как раз и был мой виртуальный знакомый с точки зрения своего кумира.

А потом он умер. От рака. Мы собирали деньги на операцию, но операция не помогла. Так бывает с операциями. Тем не менее, после Майдана и оккупации Крыма он прожил ещё полтора года -- зная, что его предали и стараясь не говорить ни с кем об этом. Наверное, ему было больно. Возможно, он к этой боли привык и научился жить с нею. В эпитафии, которую он попросил оставить, когда уйдёт, 0н цитирует слова одной из книг своего падшего кумира.

«В свете желтой лампады на плите виднелись старинные выпуклые буквы. Корнелий прочитал и быстро встал. Вот что было написано: ОСТАВЬТЕ СКОРБЬ. ОН ИСПОЛНИЛ МЕРУ СВОИХ ДЕЛ. ПОКА ЖИВЫ, СТРЕМИТЕСЬ К ТОМУ ЖЕ.»



Я вспомнил про него на днях, когда в ворохе мукачевских новостей наткнулся на небольшую заметку про прошедший в Ужгороде мемориальный турнир по петанку. Турнир был посвящён памяти моего знакомого и назван в честь него его сетевым никнеймом -- "Fatangel Cup". Переходящим кубком турнира была каска с надписью "ВВС. Не бити! Нашою головою думають мільйони...", в которой он освещал события Майдана в качестве корреспондента ВВС по Закарпатской области. Глаза мне, впрочем, зацепил никнейм, а не каска.

Тогда же я вспомнил и о втором человеке из той же тусовки. Он жил несколько севернее. Настолько, насколько можно быть другом с человеком, ни разу не встретив его в реале, мы были друзьями. Наши с ним взгляды на то, что есть ложь и что есть подлость, совпадали вполне.

Скорее всего, будь он жив, мы были бы с ним сейчас по разные стороны баррикад, но из двух сособов умереть он выбрал менее болезненный -- умер по-настоящему. Чертовски отвратительно воспринимать смерть друзей таким образом.

И вот подумалось мне, что мы живём внутри одного большого зомби-апокалипсиса. Люди, которых мы знали, и которые умерли для нас, продолжают ходить среди живых, их знакомые до боли лица искажены злобно-бесмысленной гримасой, а скрюченные пальцы протянуты в предвкушающей дрожи вечного неутолимого голода... И выбор, собственно, невелик: или палить с обоих стволов из обреза двустволки в это самое знакомое до боли лицо, или бежать -- и пусть ушедшие уже друзья продолжают портить себе некролог.

Грустно всё это.
кот

Мимохожее: Жизнь -- штука непредсказуемая

Жизнь -- штука непредсказуемая.

Немощный старикан, которому во второй половине XXI века для поездки из своего Москорепа к дочери в Ингерманландский Анклав будет требоваться пермит ОА НООН (Оккупационной Администрации Новой Организации Объединённых Наций), замучается объяснять под рёв взлетающих к спутникам Юпитера транспортников клерку-макаку (да, макаку: здоровый исходный биологический материал Macaca mulatta плюс несколько поколений питания ГМО-бананами и Билль о правах форсированно эволюционировавших приматов), что именно имел в виду когда-то он же -- но тогда (сейчас) ещё юный и борзый патриотичный микроблоггер, когда сравнивал покойного Барака Обаму с обезьяной ("ум, проницательность, ловкость, близость к корням").

Потому что, повторяю, жизнь -- штука сложная и непредсказуемая. А Интернет помнит всё.
майя

цЫтата: Григорий Нисский (IV в. н.э.) про современные интернеты, социальные сети и их обитателей

И ныне есть люди, ни во что же ино упражняющиеся, разве глаголати что или слышати новое.

Одни вчера или позавчера оторвавшиеся от черной работы, стали какими-то внезапными профессорами богословия. Другие, может быть, слуги, не раз бичёванные, бежавшие от рабского служения, с важностью любомудрствуют у нас о Непостижимом.

Всё в городе наполнено такими людьми: улицы, рынки, площади, перекрестки. Это торгующие платьем, денежные менялы, продавцы съестного...

Ты спросишь о волах, а он любомудрствует тебе о Рождённом и Нерождённом. Хочешь узнать о цене хлеба, а он отвечает тебе: "Отец больше Сына". Если справишься, готова ли баня -- говорят: "Сын произошел из несущих".

Не знаю, как надлежит назвать это зло -- бредом или сумасшествием и такой повальною болезнью, которая производит помешательство в рассудке.
песец, монета

Очередное: Бес понимания, или О жадненьких буратинах

По любезной наводке уважаемого divov:

Писатели-фантасты братья Аркадий Натанович и Борис Натанович Стругацкие писали хорошие книги и не возражали, чтобы люди имели к ним свободный доступ в Интернете. Вот им так нравилось. Их право.

Но братья умерли -- и наследники, отплясав на поминках, решили срубить дармового бабла. Поздравляю: теперь все тексты произведений братьев Стругацких находятся в Интернете "незаконно". Потому что "несправедливо, когда одни платят за книгу, а другие берут её бесплатно".

Блин, эти "наследники" что, ни разу в жизни в библиотеке не были???
песец, монета

Ювенальное: Таки где бродят наши держиморды по интернетной части, когда нужно спасать детей?

В порядке комментария к http://mithrilian.livejournal.com/1466819.html и http://mithrilian.livejournal.com/1466999.html:

А в самом деле -- где в этой истории российские органы ювенальной юстиции? Где тамошнее стремление взять интернеты под контроли? Очевидно же, что надо делать: взять на карандаш все активные форумы всех этих гомеопатов, сыроядцев, антипрививочников, звенящих кедров, вегетарианцев и прочей аюрведы -- и регулярно прочёсывать частым бреднем на предмет преступлений против детей. Сетевая анонимность -- фикция, и за каждым таким клоуном можно прийти. Детей -- спасти, горе-родителям -- вкатить лишение родительских прав без права переписки, на форум -- натравить какой-нибудь роспотребнадзор позлобней... Впрочем, нет: форум -- оставить: интернеты -- чудесное место, где дураки и сволочи сами пишут на себя доносы. Вот только читать их власть нередко ленится. Увы.
баян

Пиратонаблюдательное: И снова -- об украденной дубинке

По любезной наводке apervushin:

Жили-были люди. Обычные люди -- иногда писали книжки, иногда читали книжки, иногда покупали книжки, иногда у пиратов скачивали...

Однажды у ещё одного человека случилось горе. И потребовались деньги. Тогда люди из предыдущего абзаца скооперировались и организовали благотворительную продажу своих электронных книг. И так собрали все потребные на помощь деньги. И теперь собирают ещё -- про запас.

Следует при этом отметить, что издержки на благотворительность были елико возможно минимизированы. На обложки, к примеру, брались цельнотянутые из Интернета без ведома своих авторов картинки. Раз, дескать, автор не жалуется, то и проблемы нет.

Но потом произошло Страшное: некий скользкий тип, купив благотворительные книжки, закинул их на Известную Пиратскую Библиотеку. При этом из текста книг и из аннотаций были старательно вытерты все ссылки на благотворительную акцию и реквизиты счетов.

Благотворители, натурально, почувствовали себя оборанными и взвыли. Их можно понять.

Но вот мне, если честно, их подход представляется непоследовательным: если уж признать, что благотворительная цель оправдывает пиратские средства, то зачем было ограничиваться картинками на обложки? Почему не выкачать всю Известную Пиратскую Библиотеку и не начать благотворительно продавать по рублю? Читатели с удовольствием будут качать подешевевшего Лукьяненко с осознанием того, что делают хорошее нужное дело. А когда придёт сам Лукьяненко возмущаться -- всегда можно втирать ему про благотворительность, высокие цели и бессеребренничество как высшую доблесть; когда не поможет -- извиниться и удалить его книги.

На всякий случай проговорю в явном виде: я считаю человека, выложившего на Изв. П-кую Б-ку книги с благотворительной акции, сволочью и аморальным типом. Я просто не вижу принципиальной разницы между отъёмом денег у писателя, у художника и у благотворительной акции -- если способ использовался один и тот же.

PS: Следует отдать должное пиратам: платёжные реквизиты они вытирают для того, чтобы заливший тексты в библиотеку человек (у которого в силу этого факта облико морале уже под вопросом) не имел соблазнительной возможности подменить благотворительные реквизиты собственными, дабы заработать на чОрном деле копеечку.
акита

Мимоходом: Денискины расколбасы, или Про виктимность и ментальность

Вот тут говорят, что порок нашей культуры в ХХ веке -- толерантность к козлу и презрение к жертве.

Генерал Власов -- типичная жертва: сталинские палачи его повесилиА вот по моему скромному мнению проблема у нашей культуры прямо обратная -- героизация жертвенности и придание оной некоего ореола априорного нравственного превосходства. Т.е. если у нас в лесопарке бегало два маньяка и один, отловив другого, зверски убивает оного, то наш дурной менталитет снова знает, кто больше прав, а кто -- меньше.

Из краюшек хлеба, милосердно поданных этапируемых через деревню колодникам, естественная русская жалостивость постепенно выродилась в чОрт знает что. Как результат, когда какая-нибудь дура стреляла в очередного генерала, общественное мнение (и жюри присяжных) немедля ея оправдывало. Патамушта генерал виноват. По определению. Бо "палач".

Куда прикатилось общество с таким мнением -- известно.

Чем дальше -- тем больше. Сочувствие к уголовникам постепенно перерождалось в уголовное мировосприятие. В котором, если ближний делает что-то не то, морально становится начистить ему физиономию. Или даже убить. Но никак не "заниматься стукачеством" -- т.е. жаловаться на неподобающее поведение ближнего властям. Потому что ближний при этом становится "жертвой" и его... хммм... моральный статус в глазах коллективного несознательного этим фактом повышается. Ну а как можно повышать моральный статус козлу? Никак нельзя. И наш охломон, дабы не плодить жертвы посредством правового государства, идёт чистить физиономии.

Куда может прикатиться общество с ТАКИМ мнением -- неясно решительно, но по моему скромному мнению во что-то хорошее таким образом вляпаться малореально. Пока же мы имеем жаление себя, как несчастной жертвы судеб, обстоятельств и лихих людей, в качестве объединительной национальной идей, срока отсидки -- в качестве критерия диссидентности диссидента, и памятник нацистским военным преступникам в столичном церковном дворе -- в качестве демонстрации болезненно-противоестественного отношения к собственной истории.

Может быть, не стоит делать из виктимности культа? Да, за редким исключением "жертва" не виновата в том, что она жертва. Но: "жертва" при этом может быть хуже "палача", и сам факт того, что она жертва, не делает ея лучше, чище, добрее и рукопожатнее.

PS: Ну разве что рукопожатнее.