Tags: пусть теперь вася ворочается

морда

Вот ронгк мит шметтерлинг?

Сколько нужно ждать, чтобы опоздать на последний поезд?
Сколько еще нужно ждать, чтобы опоздать на последний поезд?
Кем надо быть, чтобы опоздать на последний поезд?
Кем надо быть, чтобы хотеть опоздать на последний поезд?

В комфортабельных вагонах с вайфаем
Те, кто точно знают, что хорошо, а что плохо
Что небо голубое, огонь обжигает, лунный свет белый
А витамины полезны
Монополисты в первом классе
С увесистыми копирайтами в чемоданах
На очень большие вещи
На мир, дружбу, жвачку, смысл жизни
Жизнь, смерть, любовь, розового единорога.
Истинные маги с картой "divine intervention"
Разыграли, в последний момент вскочив на подножку, вау, апплодирую стоя!

Эй, все серьезно! Теперь все серьезно!
Самый важный вопрос - что не так с бабочкой?
Что не так с бабочкой посреди шторма?
Сейчас я встану и пойду тушить пожар кислородом
Воняет горелым хитином и немножко рок-н-роллом
А ты - ты опоздал на поезд

Последний поезд уходит вместе с рельсами
И ты слышишь, как растет трава, как прорастают деревья
Через то, что было бетоном
морда

(no subject)

я
я только плоть и кровь
и никого здесь нету
ни тишины, ни звука
ни темноты, ни света

я
я только плоть и кровь
немоты и крика
без будущего, без надежды
исчезающего ритма

послушай

я
я только плоть и кровь
без мысли и без тела
исчезаю в водовороте
без жизни и без смерти
призраком без тени

послушай
есть мы, мы есть
нам все пути открыты

я только плоть и кровь
и нет надежды

послушай
мы есть, мы даем надежду
ты есть вопрос, у нас ответы

я только плоть и кровь

мы есть
в твоем янтарном послезавтра
нас еще нет
мы будем
когда ты станешь садом
мы есть
из силы и из света
твои ответы
мы
мы цветы на твоем пепле

(это сильно вольная интерпретация перевода скрытого трэка с пластинки ВИА SAMAEL)
морда

(no subject)

что делает Солнце, когда погасает?
рассыпается на угли
хрустит в холодной воде щебенкой
не помещается в руку
не помещается в лодку
большое, ленивое Солнце
рассыпается сквозь пальцы
тонкой ртутной сажей
ловить-не-переловить
мальков-аксолотлей
ни ситом ни сетью ни глубинной бомбой
падай разбивайся тебя никто не увидит
крошись соломкой о тебе никто не вспомнит
липни немым пеплом тебя никто не оплачет
льни к коже шелком
черное на черном
морда

(no subject)

это воздух уже выдержал меня
58 мегатонн
незапланированного рассвета
лишнего дня
когда отменили календари
вечный праздник ничейного лета
тюрьмы без двери и стен
он выдержит и это
легкие шаги
шепот на грани слуха
будешь ли ждать меня из темноты
будешь ли верить что меня такого
как на этой картинке
никогда не будет
что страх не будут измерять
дефектом массы
что у меня есть глаза, лицо и руки
что однажды я приду на своих двоих
и ты меня узнаешь не по этим шрамам

я расскажу тебе тихую тайну
рыбы на берегу, встречая смерть
говорят что им нужен воздух
она берет их нежно за жабры
дарит им ветер, крылья и краски
бесконечные метаморфозы
мириадам тварей
многоярусные полати
цветистых джунглей Амазонки

мне подарила губную гармошку

я странник
я нахожу дорогу и возвращаюсь
я выполняю обещания
обратной стороной страниц календаря
тонкой тропинкой, лунной дорожкой
озона, ночных цветов и гари
человеческими словами
скажи да
я услышу даже отсюда
скажи да
протяни руку, воздух осязаем
он помнит всех и каждого
и того, кого никогда не будет
и того, кто стал дорогой
морда

боязнь белого листа

подглядываешь? ну давай, загляни через плечо
и с той стороны и с этой
белый лист
боязнь пустого пространства
в пустом и на белом, в каждом промежутке
так говорят - заводятся черти

если так, то на белом листе прячется
целый белозубый дьявол
в белом халате
в каждом белом листе загадка
слова и формулы, снег, сахар
лебединые перья
лабораторные крысы
больничные простыни
белые галогенки
соль, слезы, белый перец

в твоем принтере картридж заправлен белым
твой смертный приговор в семи томах напечатан
последний лист - лишний
свет - слишком яркий
что еще ты мог потерять, кроме цвета?

оно лежит в кармане белого халата у рулевого
у него ослепительная улыбка, он и сам, как та галогенка
белый ветер треплет лебединые перья
расправляет парус, под белым флагом бумажный корабль
поверь мне, океан слез вы переплывете быстро
ты сидишь на белом берегу, в белых тапках
кусочком сахара кормишь последнюю крысу
прежде чем взять ее на борт
никогда не бойся зимы
не бойся

морда

(no subject)

я балуюсь чаем с плюшками и антропоморфизмом
но меня нет, и меня нет извилисто
ни убыло ни прибыло по их квантовым числам
порт закрыт, событие не зарегистрировано
нулевой индекс цитирования в гроссбухе жизни
страница для заметок в каталоге фатальных ошибок
палимпсест из кожи птенца феникса
еще не вылупившегося из яйца

на ней слова, что меня нет и не было
а дальше что-то про "некогда" и какие-то незванные рожи
и еще чужим неровным почерком, что если вдруг надоест
каждый день умываться, умирать и улыбаться
ну, ты же свободен, возьми себя в руки, добей себя сам

было непросто, но все же это был палимпсест

я звездочет на дне самого глубокого колодца
я пожелание, отправленное во времени назад
чтобы ты, живой и целый, добрался до своего берега
я знаю, почему и зачем я это делаю
потому что ты дорог мне, затем, чтобы тебя увидеть
до того, как мои птицы снова выклюют мне глаза

а пока что я вижу звезды, черные на фиолетовом

морда

(no subject)

жмет на кнопку и шепчет по рации
вижу поезд в огне
сидят, набились
горят
ох
сколько же их там
сколько же их там
сидят, горят
делает шаг
и еще шаг
снова шепчет
сидят, горят
и никуда не спешат спешить
о, они так хотели жить
о, они так хотели бы жить
а набились и горят
я попробую их потушить
хруст гравия под каметолами
храп в противогаз
они
они смотрят на меня
рождаются ли богом огня
становятся ли богом войны
прямо сейчас
они так хотели бы жить
едут, едут через бескрайнюю степь
в полымя из огня
из колыбели в дым
морда

мне без сахара

очень сложно оставаться прежним
после знакомства с давним другом
у него черные теплые руки
он лакомится сердцевинами роз
и звуком бьющихся льдинок
тонких, очень острых
первых льдинок декабря
он очень любопытен и все-все знает
однажды он показал мне как растут
цветы и травы, земля была прозрачна
как воздух, потом показал, как растут камни
кристаллы в тайных гротах
как вьются хвосты подземных драконов
в реках лавы, потом показал
как бушует подземное пламя
под тонкой сколупою
прикрыл мои глаза руками и показал Солнце
мое сердце готово было выпрыгнуть
от восторга, мой разум пытался думать
ну а теперь, теперь-то - что же?
неужели покажешь Андромеду?
его пальцы сомкнулись
я никогда не слышал, чтобы кто-то
смеялся так серьезно
а теперь - посмотри на меня
так сказал он
очень сложно оставаться прежним
да и не нужно

здесь могли бы быть строки
полные соплей и рыданий
итицкое мироздание
о, за что меня так, за что же
британские ученые прослушали
весь романтик коллекшн
и у них конечно же свернулись уши
и так далее, соль и сахар по вкусу
но этот чудак четыре дня и четыре года
собирал слово "вечность" из букв от слова "жопа"
а потом собрал пуп земли - нерегулярность
засмеялся и вышел

нет подходящих слов после шока
когда вдруг видишь
что кто-то бесконечно дорогой
и казалось бы, давно знакомый
спит в лунной дорожке
раскинув волосы по подушке
утянул на себя все одеяло
и немножко звездного неба
завернулся в него, сопит и дышит
наконец-то дышит
на полу подсыхает очередная кровавая лужа
в ней ошметки старой кожи, блестят чешуйки
на столике остывает чашка чая
у горизонта подтаяли края лимонно-желтым
завтра будет завтра
нет слов, да и не нужно
морда

(no subject)

это так просто
как упавшая монета
факт, свершившееся
как простое в сложном
фрагменты фрактала
в облаке и линии берега

одни и те же, одни и те же
линии в небе
дракон догоняет черепаху
линии на ладони
бери и делай

потом, много позже
это назовут "выбором"
это так странно, что у кого-то в смертном теле
ограниченном во времени, пространстве, воображении
есть такая штука - невесомый резак
мощнее Большого Адронного Коллайдера
и ты можешь проводить линию тоньше волоса
между тем и этим, расщеплять атомы, слышать мелодию

это так просто
как интуитивное знание
для которого еще нет слов
но уже есть дыхание
сегодня ты обнаружил
что между ребрами
в безвоздушном пространстве
новая галактика
а вчера еще не было

потом, когда-нибудь, никогда, а, не важно
это назовут "свободой"
попытаются заключить в слова
от чего, для чего, зачем и докуда
о, этим словом исписаны все стены
в Вавилонской Библиотеке
это каждый день пишут на заборах и в сортирах
этим занимаются чаще, чем сексом
любимая игрушка, интересное хобби
единственное занятие, достойное самурая
группы свободы выходного дня
поиск слова, для которого нет слова
свобода - это язык

бывают те, кто одной крови, одной речи, одного ветра
одной системы счислений
одних корней и одних чресел
то, что происходит с нами, много больше
черепаха догнала дракона
я тебя слышу
мы оба - свободы

все сокровища мира под ногами
одно - передо мною
это ты и твоя свобода
я тебя слышу
я тебя слышу
это так странно, я тебя слышу
я отвечаю
морда

и кстати о птичках

в первом круге моего Ада
так восхитительно сломанные вещи
милые, никогда не рожденные дети
ямочки на щечках, подгузники "huggies"
безвозвратно потерянные собаки
шелковистые мопсы, разноглазые хаски
капают слюной с клыков
на растерзанную землю
на высохшие корни янтарных сосен
поверх слой пены
здесь ни холодно ни жарко, вмеру света
высокая влажность, идеальный климат
каждый новый цветок неповторим и прекрасен
с пары ракурсов безобразен, но только с пары
о, кстати, многие орхидеи - паразиты

и кстати
мой отец - сапожник, хромой матершинник
да и ты - совсем не мрамор
оба были почти что люди
с тюбиками суперклея в кармане
чтобы иногда подклеивать мимическую маску
мне хватило одного раза
одного твоего "отрекаюсь"
когда я пытался сделать чудо
одно маленькое, очень нужное чудо
из скотча, туалетной бумаги и монтажной пены
о, я был мастером импровизаций

можно наступать своим песням на горло
оно мягкое и там пульсирует жилка
первые злые тысячи раз они не дают сдачи
а потом железной рукой хватают за яйца
и давай откручивать, а это очень больно
и не до импровизаций
иногда даже не встать с кровати и не дойти до аптеки
клочьями к горлу приварены
все неспетые песни
лязг и дребезг поверх привычного воя
когда я начинаю говорить
плавятся камни
что уж говорить о людях
о, кстати, я им нравлюсь
молчу и улыбаюсь
стою в белом пальто весь такой красивый
в некотором роде садовник
я выращиваю орхидеи