Забей (_zabey_) wrote,
Забей
_zabey_

Categories:

Tour de Tvertsa

Велосипед стоял на балконе четвёртый год. Нет, я конечно на нём катался, но большого настоящего путешествия всё никак не получалось. По выходным иногда присоединялся Данил. С ним мы прокатились до Медного, ездили в Оршинский монастырь за квасом, но чаще просто наматывали круги по городу. Потом велосипед купил Пчёлкин, коллега с моей работы.
Наши поездки с Пчёлкиным проходили по стандартной схеме. В сумерках он появлялся у моего дома, а я выходил из подъезда, наполненный идеями.
- Саша, поехали смотреть Волынское кладбище. Его нет на карте, просто в парке лежат дореволюционные надгробия.
- В очко! - отвечал Саша - комары зажрут.
- Тогда поехали на Лазурь. Там есть клёвый пешеходный мост через заросли, с него видно труп. На обратном пути можно заехать в BeerLogik и взять сидра.
- Пока мы доедем до Лазури, уже стемнеет, труп будет не видно. В очко! Поехали сразу в BeerLogik.
Про труп я, конечно, врал, чтобы заинтриговать Пчёлкина. Вскоре вечерние покатушки с ним стали занимать менее двадцати минут чистого времени и неминуемо заканчивались распитием сидра. Я начал подозревать, что Пчёлкин купил велосипед только для того чтобы набухиваться в отсутствии жены, и свёл совместные поездки к минимуму.
Ещё велосипед был у Лёхи, но я его с ним никогда не видел. Наши прогулки не продвинулись дальше стадии обсуждения.
- Зови меня кататься, - просил Лёха - когда массово поедите.
Я моментально раздражался.
- Массово это как? - спрашивал - сколько человек? С какого количества начинается кворум? Сколько надо собрать подписей об участии, прежде чем тебя звать?
В другой раз Лёха предлагал:
- Приезжайте в Сахарово, покатаемся. Там классно. Покажу тропинки.
В Сахарове у Лёхи был гараж, в котором он хранил велосипед. Понятное дело, что до Сахарова он поедет на машине, а мы своим ходом. Обратно так же.
- А чего сразу в Сахарово? Давай лучше в Рябеево, - делая вид, что не понимаю подвоха, отвечал я. Рябеево находилось в противоположной стороне от Сахарова. Разговор замяли.
Поездку в Торжок я решил совершить единолично в последнюю субботу августа. Туда по берегу Тверцы, обратно из Торжка на электричке. По всем параметрам это маршрут для новичков, но я готовился к нему тщательно. С собой я решил взять следующие вещи:смартфон с навигатором, gopro с комплектом аккумуляторов и нательным креплением, запасную велосипедную камеру, газовый баллончик, бутылку с морсом, изделие кондитерское "конверт с чёрной смородиной", батончик мюслей, сникерс, пластырь, бумажные носовые платки, велосипедные очки, немного денег и ключи от дома. Пытался прикрепить к раме сумку, но толковой конструкции не вышло, и я рассовал всё снаряжение по карманам шорт. В ночь перед выездом я долго не мог уснуть, находясь в радостном возбуждении от предстоящей поездки. Однако постепенно поток сознания предсказуемо увлёк меня в сторону возможных  происшествий.
"Почему я не купил шлем? Все велосипедисты на дальние расстояния топят в шлемах. Тем более что может придётся по трассе ехать. А если я опять порву цепь? Или пробью сразу два колеса? Идти пешком двадцать километров до дороги? А если упаду и порву вену? Накладывать жгут из футболки? Кстати, вариант! Но если я порву цепь, упаду и в падении порву вену? Тогда я наложу жгут и пойду до ближайшей деревни. Велосипед придётся спрятать в лесу. Надо только будет все обвесы с него снять. А в чём я их понесу? В руках? Нужен пакет". Тут я встал с кровати, включил свет, нашёл подходящий пакет, засунул в карман шорт и, успокоившись, моментально уснул. Через три часа сработал будильник.

Юность - Вокзал - Пролетарская - Дорошиха.

На другой берег Тверцы я мог попасть либо через трассу в Медном либо на электропоезде. Старый маршрут повторять не хотелось, поэтому из дома я поехал на железнодорожный вокзал, дабы начать свой путь по Тверце от станции с одноимённым названием.

001.jpg

От станции Тверь электричка отошла заполненной лишь на треть. Лучи восходящего солнца отражались от оранжевых сидений, наполняя вагон тропическими красками и праздничным настроением. Вдоль моего велосипеда несколько раз прошёлся дед, внимательно осмотрел его, а затем сел рядом и обратился с вопросом:
- И сколько стоит такой аппарат?
- Брал за восемнадцать до кризиса, сейчас стоит сорок пять, прошлогодняя модель тридцать шесть.
- Ага, - удовлетворённо сказал дед и замолчал. Возможно, он хотел поговорить, но мой исчерпывающий ответ не давал никаких зацепок.
На платформе Пролетарская электричка заполнилась на две трети. Первые две остановки у электрички были в черте города, на них садилось большое количество дачников.
Врывающиеся в вагон дачники никогда не смотрят под ноги, а тревожным взглядом выискивают свободные места. Первый же вошедший задел колесо и опрокинул мой велосипед. Я бросился его поднимать, а про себя подумал: "Интересно, это хорошая примета или плохая?". Выяснилось это намного раньше, чем я мог предположить. Тем временем дед, который интересовался моим "аппаратом", достал из рюкзака ноутбук и с важным видом перекладывал иконки на рабочем столе. Старикан хотел, чтобы у меня возникло ощущение, будто он бороздит просторы велосипедных сайтов. Из вежливости я подарил ему уважительный взгляд. На станции Дорошиха электричка заполнилась на четыре трети. От моего дома до Дорошихи всего два километра, а до вокзала все восемь. Но если стоит выбор, ехать от начальной станции в заполненном на треть вагоне или втискиваться на промежуточной низкой платформе с велосипедом наперевес в тамбур, наполненный наколотыми гоблинами, уже в семь утра потребляющими пиво из полторашек, я предпочту первое. Как и длинные предложения коротким.

Брянцево - Санаторий - Тверца.

Подождав, пока сошедшие с электрички скроются на лесных тропинках, я сел на велосипед и тронулся в путь. Дорога была песчаной, на первом же спуске заднее колесо пошло юзом. В правой руке я держал навигатор, поэтому резко нажал левой на передний тормоз и тут же вылетел из седла. Всё произошло мгновенно, при этом осталось ощущение, что меня перевернуло в воздухе, так как я оказался лежащим на спине ногами к велосипеду. Не выпуская навигатор из рук, я поднялся и обнаружил что глубоко рассадил голень. Кровь стремительно приближалась к бежевому носку.
"Приехал! Красавчик! Собрался в Торжок ехать!" - костерил я себя, вытирая кровь бумажными платками - "хорошо хоть пластырь с собой взял!".
Когда кровь замедлилась, я заклеил рану и отряхнул от песка самые неожиданные места на своей одежде. Затем осторожно сел на велосипед и тронулся. Вскоре дорога развеселила меня, и я позабыл про столь неудачное начало поездки.

Красный Бор - Старое Чопрово - Рагодино - Крутые горки - Троица - Кашенцево - Романово.

Я катил легко и весело, ощущая бодрость духа и силу в членах. Людей в деревнях видно не было, но в изоболии встречалась живность. Завидев меня, гуси испуганно гакали, коты прятались в кустах, коровы задумчиво провожали взгядом, а сойки обеспечивали эскорт, прыгая по веткам. Подъехав к трассе, я встретил первую преграду на пути. Вовсю шло строительство развязки, обочины были засыпаны горами песка, сквозной проезд отсутствовал. Рабочие отнеслись к моему появлению благосклонно, магистраль Москва-Санкт-Петербург я пересёк пешком.

Слобода - Ямок - Лагеря

От Слободы навигатор уводил меня по старому участку трассы Москва-Петербург, но в местечке Ямок я свернул в сторону Тверцы, рассчитывая посетить военный мемориал Медное, а дальше двинуть по берегу. В Медном всё было по старому, польское захоронение открыто, а российское на замке. В лесопосадке бабушка собирала маслята, позёвывая, прошёл охранник. Я снял GoPro с велосипеда, повесил на грудь и двинулся в сторону загородного отеля "Компьютерия", хотя навигатор призывал меня вернуться в Ямок. Ворота отеля были наглухо закрыты, за шлагбаумом виднелась будка охраны. Я рассудил, что по берегу точно должна вести тропинка и спустился к воде. Тропинка была, вела через забор и овраги. Я не видел ни одного резона, чтобы вернуться и заложить крюк в пять километров, поэтому взял велосипед в руки и проник на территорию отеля. Тропинка вела мимо волейбольной площадки с реющими флагами, грибков-зонтиков, летнего кафе, сухого бетонного бассейна. Из репродукторов раздавалась приятная мелодия, ввиду раннего часа отдыхающие отсутствовали. Я предвкушал встречу с ЧОПом и прокручивал в голове возможный сценарий:
- Молодой человек, это частная территория.
- По водному кодексу РФ вы не имеете права закрывать забором береговую линию.
- Чё, самый умный, да? Может тебе колёса пробить? Или сразу по печени?
- А баллончиком по глазам не хочешь? или сразу цепью?
К счастью, скоро отель закончился, я перебрался через овраг и снова оказался в "Компьютеррии", на этот раз детском лагере с тем же названием. Здесь обстановка выглядела намного скромнее, а людей по-прежнему не было видно. Тропинка свернула в сторону корпусов и потерялась среди выкошенных газонов. Впереди маячили заросли, поэтому я повернул велосипед и направился прямо в лагерь, надеясь незамеченным выйти через какую-нибудь калитку. У одного из корпусов встретились первые люди, это были девочки младшего школьного возраста. Они увлечённо занимались утренней гимнастикой и не обратили на меня никакого внимания. Калитка тем временем никак не находилась, а лезть через забор при всех я стеснялся. Увидев двух идущих девушек постарше в окружении мелюзги, я повернул в их сторону. Они тоже увидели меня и остановились, причём младшие сгруппировалась за их спинами.
- Доброе утро! - сказал я.
- Доброе, - ответили они, разглядывая меня. Очевидно, это были студентки-вожатые.
- А как мне отсюда выйти?
- А как вы сюда попали?
- Ехал по берегу и оказался здесь. Хочу попасть снова на дорогу.
- А куда вам нужно? В Медное? или в Тверь?
- Вообще-то в Зелёный. А в перспективе в Торжок.
- Ой, я не знаю, где Зелёный. Кать, ты знаешь?
Катя тоже не знала.
- Девочки, вы знаете, где Зелёный? - спросила вожатая младших. Те стали шуметь и показывать руками в разные стороны.
- Спасибо, у меня навигатор, я сам найду, где Зелёный. Вы мне помогите найти калитку.
- Калитка во-он там. А если хотите - оставайтесь. У нас сегодня вечером дискотека и костёр. Возможны разные приятные недоразумения.
Предложение было лестным и интригующим, но я был вынужден отказаться, поблагодарил девочек и двинулся к выходу.
Покинув пределы "Компьютеррии", я поехал по лесной дороге. Лес был редок, с левой стороны то и дело появлялся забор детского лагеря. Метров через пятьдесят мне встретилась большая женщина, сидевшая верхом на квадроцикле. Она даже не посмотрела в мою сторону, пока я осторожно объезжал её по обочине. Чуть поодаль, на опушке, за первым рядом деревьев, сидел шкет лет девяти, и, простите, гадил. Видимо это был её сынишка. Увидев меня, он страшно смутился, завертелся на месте и взволнованно произнёс: "Мам, где-то тут был подберёзовик. Я ж видел!".
У меня в голове в ту же секунду возник десяток ответных реплик, каждая из которых могла нанести мальчику психологическую травму. Например: "Да вот же он! Ты на него насрал!". Но я с трудом сдержался и произнёс: "Ищи лучше!".
Поплутав по развилкам, я оказался в заброшенном детском лагере. Моё внимание привлёк странный ангар с круглой крышей и очень маленькими окнами. Я спешился и подошёл к окну. Сквозь паутину из тёмноты на меня смотрели герои мультфильмов, персонажи сказок, победители спортивных состязаний. Удивительно что рисунки сохранились нетронутыми, так как лагерь судя по всему заброшен давно, да и внешние стены были исписаны.

002.jpg

На выезде из лагеря произошла неприятная встреча. Один из домиков оказался обитаем. На цепи сидела большая собака. Увидев меня, она яростно залаяла и бросилась вперёд. Цепь намерено была сделана такой длины, чтобы перекрыть всю дорогу. От резких бросков в мою сторону ошейник врезался собаке в горло так сильно, что она захлёбывалась и кашляла. Навигатор упрямо вёл прямо, но мне пришлось идти в обход через лес. Спустя какое-то время я оказался в третьем и последнем лагере на пути, который назывался "Ромашка". Признаться, он мне показался самым таинственным из всех. "Ромашка" выглядела  обитаемой: дома покрашены, трава скошена, стёкла целые. У входа в парк стояли две серебристых скульптуры пионеров, у каждого из которых был подвязан настоящий красный галстук. Перед воротами медленно прохаживался и курил сутулый мужчина в комбинезоне. Было очень тихо. Мужчина стоял ко мне спиной и чтобы не напугать его, я перестал крутить педали и ехал своим ходом под звук трещётки. Однако он был настолько погружён в свои мысли, что не услышал моего приближения и вздрогнул, когда я оказался совсем рядом.
- Здрасте. Зелёный в ту сторону?
- В ту, - подтвердил мужчина, рассматривая меня.
Дорога от лагеря была дикой, лесной, с заросшими обочинами и ветками деревьев, которые периодически касались моего лица. Тракт недавно был засыпан щебнем, под которым виднелись старые разбитые колеи. Проехав вдоль "Ромашки", я не увидел ни единой души. Кого встречал у входа этот таинственный персонаж? Для чего раскрыл ворота и повесил на пионеров новые яркие галстуки? Может быть, сегодня привезут детей из бедных неблагополучных семей, родители которых повелись на дешевизну путёвок, а спустя месяц, выйдя из запоя, не смогут найти дорогу к своим чадам, кто знает. Я предпочёл думать о хорошем.

Крупшево - Зелёный - Рязаново

В 10:20, предварительно испив морса и смыв кровоподтёки в ручье, я въехал в деревню Крупшево со стороны леса. Первый дом стоял почти на самой опушке, справа от него располагался маленький сарай. Дверь в сарай была открыта, на траве перед ним расстелен большой ковёр, на ковре разложены в большом количестве велосипедные запчасти и пустая рама от "Десны". Мастер сидел на коленях перед ковром и задумчиво смотрел на солнце через какую-то втулку.
- Бог в помощь! - сказал я мастеру, проезжая мимо.
Мастер немедленно поворотил голову в мою сторону и жизнерадостно ответил: - Спасии-боо!
Эта встреча меня ободрила. Я решил, что в случае разрыва цепи или другой технической неприятности смогу вернуться в Крупшево и починиться. На выезде из деревни мне попалась хорошая яблоня. За весь тур я перепробовал более дюжины различных сортов и смею уверить, что плоды этой яблони были самыми достойными. Жуя яблоко, я въехал в Зелёный, самый большой населённый пункт на моём маршруте. Посёлок Зелёный и деревня Рязаново лежат бок о бок, их разделяет мост через речку с престижным названием Логовежь. На одном берегу реки несколько пятиэтажных домов, школа и магазин, на другом лишь избы, сады и огороды. Путь же мой теперь стал отдаляться от Тверцы, я взял курс на усадьбу Раёк.

Доншино - Васильева Гора - Знаменское-Раёк.

В 2001 году усадьбу Раёк, заброшеннную и обшарпанную, отдали в долгосрочную аренду одной конторе. Контора провела реставрацию, открыла гостиницу, стала брать деньги за вход и проведение свадеб. Место действительно очень живописное: обширная колоннада, каскад прудов, островки, беседки, тропинки. Но через пятнадцать лет дело прогорело, гостиница закрылась, в усадьбе отключили электричество. Жизнь теплилась лишь в церкви и в одной постройке, где поселились два охранника, наблюдавшие за порядком в усадьбе. Я рассчитывал снять в Райке красивейшие кадры на GoPro, проехавшись на велосипеде по всей окружности колоннады. Но охрана пресекла мою идею на корню, принудив оставить велосипед у сторожки. Без велосипеда я чувствовал себя неуютно, поэтому наскоро поснимав нужные кадры, вернулся обратно.

003.JPG

- И всё? Так быстро? - удивился охранник, куривший на ступенях возле велосипеда.
- Тревожно без велика. Вдруг что случится, обратно как ехать? - признался я.
- Да кто ж его тут возьмёт? - повёл рукой охранник. Я огляделся, и мне стало немного стыдно за свои опасения.
Вдалеке гуляла семейная пара с коляской, из церкви вышел батюшка, который закрывал на ключ входную дверь храма. Чтобы сгладить впечатления от своего скомканного визита я ещё немного поговорил с охранником:
- Реставрация всё?
- Всё.
- И что теперь будет?
- А неизвестно.
- А вы тут как?
- Ну пока следим.
- До свидания.
- Счастливо.
От усадьбы навигатор вёл меня дальше, вглубь материка, по хорошему асфальту прямо к Торжку. Но я развернулся и поехал обратно к Тверце. Меня манило живописное побережье, а не пыльные дороги. Навигатор не на шутку встревожился моему манёвру и всю дорогу до Тверцы пытался меня образумить холодным женским голосом: "Turn around! Turn around!".
- Заткнись, дура! - отвечал я.

Раёк - Васильева Гора - Доншино - Любохово.

Дорога между Доншино и Любохово была предельно разбита, одна лужа переходила в другую. Лужи были таких размеров, что обойти их можно было только по самому краю, держа велосипед на руках и обтирая пыльные кусты. Наконец, бездорожье осталось позади, и я въехал в сосновый бор. Сосны в этом бору были погружены в мягкий светло-зелёный мох. Поверх этого светящегося ковра периодически встречались черничники, брусничники,  раскопанные птицами сопки и более ничего. Вдоль дороги и даже на ней самой росло огромное количество маслят. Заканчивался бор крутым съездом в долину Тверцы. Начались самые красивые места, которые описывать глупо, тем более что они попали в мой клип. Все стоянки вдоль Тверцы были пусты, я остановился на одной из них, чтобы перекусить с видом на быстрое течение. Съел конверт с чёрной смородиной, посмотрел отснятое на GoPro видео, убедился, что съёмка с груди полный провал и перевесил камеру обратно на руль велосипеда.

007.jpg

Ехать вдоль Тверцы было приятно и трудно одновременно. Глаз радовался красотам природы, ноги уставали от бесконечных "качелей", сильный встречный ветер снижал скорость. Я понял, что очень сильно устал, только когда оказался на ручье. Ручьёв на Тверце очень много, но конкретно этот был заветным. Впервые я оказался на нём лет десять назад, когда шёл от нашей рыболовной стоянки в поисках питьевой воды. Русло было завалено камнями разрушенного моста, с них было удобно набирать воду. Под камнями в песке могли встретиться бутылки водки, оставленные на охлаждение и благополучно забытые горе-рыбаками. Ступив на камни, я почувствовал неуверенность в своих нижних конечностях. Было ощущение, что я шагаю на ходулях, переступать с камня на камень приходилось осторожно, сохраняя равновесие.
Напротив деревни Петропавлово, что на другом берегу Тверцы, находится самый красивый каменный мост. Мост этот неприметный снаружи, но просторный и светлый внутри. Под мостом протекает крохотный ручеёк, который наверняка полностью пересыхает в засушливую погоду. Мокрый песок был истоптан лапами птиц и копытцами кабанов.

004.jpg

Второй сохранившийся мост располагается на открытом месте и виден издалека. Своим появлением я вспугнул большую цаплю, которая ловила лягушек в местном лимане.

005.jpg

Встречный ветер, такой напористый при движении, во время остановок делался тихим и ласковым, словно призывая отдыхать и никуда не ехать. Но я не сдавался. Вскоре дорога стала совсем плоха, начались болота. Машины бывают здесь редко, после урагана двухнедельной давности тракт был завален стволами деревьев. Я шёл пешком, периодически проваливаясь в грязь.
"Ты это..., прости за грубость" - заговорил я с навигатором - "Не держи зла. Выведи меня на хорошую  дорогу".
Навигатор молчал, потеряв связь с американскими спутниками. Наконец дорога пошла вверх, а земля перестала чавкать под ногами. Начался и закончился бор, я выехал на поляну, на другой стороне которой виднелись берёзы, а за ними дорога и линия электропередач. Очнулся навигатор и пропел: "Через семьдесят метров поворот налево".
- Сам вижу, не трынди! - процедил я. - Едем в Савинские горки. Там куплю попить, поесть и мороженого.

Савинские горки - Савинское

Эти семьдесят метров до дороги оказались сплошной топью, а Савинские горки дырой без магазина с помойкой на въезде. Разве что сами "горки" присутствовали на местности в избыточном количестве.
- Ничего, - подумал я - Савинские горки это пердь, пригород. Вот в Савинском наверняка всё будет.
Савинское оказалось ещё хуже Савинских горок, даже яблоки в деревне были сухими и безвкусными.

Бубеньево - Спас

Первым, кто мне встретился в деревне Спас, был мужчина лет 60, красящий забор.
- Бог в помощь! - сказал я.
- Спасибо! - откликнулся он и продолжил красить.
- Можно мне покрасить? А я вам дам яблоко (это было хорошее яблоко, сорванное ещё в Крупшево. Я не предложил бы человеку яблоко из Савинского даже в шутку).
Мужчина опустил кисть и, недоумевая, повернулся ко мне: - Ааа ?
- Это цитата из Тома Сойера. Помните?
- Ааа... - подтвердил мужчина.
- Скажите, магазин есть в деревне?
- Магазина нет. Тебе надо было в Маркашино ехать.
- А колонка есть?
- Колонка есть. Возле дома с красной крышей. Справа.
Взглядом я нашёл указанный дом, поблагодарил мужчину и двинулся в сторону красной крыши.
- Не справа, а слева! - прокричал мне издалека маляр.
Деревня Спас имеет необычную планировку, дома располагаются кварталами вокруг возвышающегося над деревней храма. Я приближался к заветной красной крыше зигзагами. Колонка оказалась и справа и слева, но работала только правая. Хотя смотря с какой стороны подойти. Утолив жажду и умывшись, я присел у колонки, чтобы немного отдохнуть и насладиться пейзажем.

008.jpg

Наличие храма делает деревню селом, но на указателях было так и написано: "деревня Спас". Я был со всех сторон окружён домами, но не видел и не слышал ни одного человека. Ни детей, ни животных, никого. Этому могло быть много объяснений. Например, вся деревня могла смотреть передачу "Играй, гармонь", которая шла в тот момент по «Первому каналу». Но мой пытливый разум связывал атмосферу Спаса с одним трагическим происшествием. Около года назад на окраине деревни произошло  убийство. С огнестрельной раной и следами ударов на голове рядом со своей машиной был найден депутат областного Законодательного собрания и по совместительству председатель местного колхоза. Убийцу арестовали через несколько дней, им оказался зловещий дед, который был уволен с руководящей должности в том же колхозе и решил отомстить. Но кто знает, как всё было на самом деле. Зачем маляр красит новый забор? Почему не работает левая колонка? Правда ли что совы не те, кем кажутся? Этими мыслями мой мозг всячески пытался оттянуть тот момент, когда нужно будет вставать и ехать дальше.  Садиться на велосипед с каждым разом было всё труднее. Ноги мои стали деревянными и чужими, я начал сомневаться, что успею в Торжок вовремя. Но опаздывать было нельзя, электричка была одна-единственная, в 17:15, следующая шла уже утром.
Выезд из Спаса мне преградила большая немецкая овчарка с ошейником. Я притормозил и достал из кармана баллончик. Опустив хвост, собака медленно шла мне навстречу, глядя прямо в глаза.
- Джим, ты чего? - спросил я.
От звука голоса овчарка испуганно дёрнулась и обогнув меня, протрусила мимо. От Спаса велосипед покатился весело, под гору. Но я не испытывал радости, впереди обозначился большой холм с крутым склоном. Я залетел на холм с разбега, принялся крутить педали, добрался до его середины и вместе с велосипедом повалился в траву.
"Всё, не встану" - подумал я.
"Лежи, не двигайся" - говорили мышцы.
"Мягко ли тебе, Тёмушка?" - шептала травушка.
"Буду лежать до вечера. Потом пешком пойду в Торжок, заселюсь в гостиницу" - ответил я всем и самому себе.
Я закрыл глаза, но сквозь веки продолжал видеть небо. Из тонких нитей перистых облаков соткалось лицо Пчёлкина.
- Здарова! - сказал Пчёлкин - В очко Торжок! Поехали завтра в Бирлоджик на великах. Попьём сидра, обратно вернёмся на трамвае.
Я кивнул Пчёлкину. Он улыбнулся мне, заморгал и превратился в Лёху.
- Братка! - сказал Лёха - приедешь ко мне в Сахарово? Покатаемся на велике, шашлыка пожарим. Если устанешь, оставишь велик у меня в гараже и вернёшься на маршрутке.
Я кивнул Лёхе: конечно, приеду, прости за всё.
Лёха обрадовался, заморгал и превратился в незнакомого мне человека в велосипедной форме.
- Не узнал меня? - сказал велосипедист.
Я помотал головой.
- Это dima_pashchenko. Стыдно на тебя смотреть. Соберись, тряпка! Я по 200 километров в день делаю для разминки,  пережил сход селя в Грузии, убегал от курдов, в Непале под пулями через горный перевал пробирался! А тебе осталось 15 сраных километров до сраного Торжка. Вставай!
Я открыл глаза и поднялся. Пешком дошёл до вершины холма. На вершине стоял ладно сделанный стол и скамейки. Я прислонил  велосипед, сел за стол и стал медленно есть сникерс. Даже жевать было тяжёло. Доев сильно растаявший батончик, я положил голову на стол и закрыл глаза.
- Ты опять? - раздал голос Димы.
Я встал, взялся за велосипед и стал спускаться с холма. Склон был очень крутой, ехать было нельзя. Порой он становился почти отвесным, в таких местах была видна сложившая его слоистая порода. Внизу я посмотрел навигатор. Оставалось 14 километров 900 метров. Я облизнул сухие губы.
- Ну, скажи хоть что-нибудь?
Навигатор молчал.

Паника

Стенд на воротах первого дома в деревне Паника возвещал о наличии поблизости водопада, освященного в честь преподобного Николая Угодника. На стенде также в изобилии висели магнитики с изображениями водопада, можно было выбрать любой и оставить 50 рублей в почтовом ящике. Водопад появился в конце 80-ых, когда копатели при разработке карьера наткнулись на подземный ручей. У входа в карьер стояло несколько машин, люди убирали в багажник канистры с набранной на источнике благодатью. Я слез с велосипеда и двинулся по тропинке вглубь карьера в поисках водопада. Котлован был заполнен водой, склоны и берега заросли молодыми деревьями. Тропинка была очень узкой и шла по самому краю вдоль стен карьера. С ноги отклеился и потерялся третий и последний кусок пластыря, снова потекла кровь. Навстречу мне попались парень с девушкой, мы не без труда разминулись на тропе. У водопада я поставил велосипед, полез в карман за четвёртым аккумулятором для GoPro, но не обнаружил его. Батарея потерялась при падении с велосипеда, или в самом начале у станции Тверца или совсем недавно, при въезде в Панику. Начав шарить по карманам в поисках аккумулятора, я обнаружил, что также пропали очки. В этот момент на пятачок к водопаду вернулись парень с девушкой.
- Молодой человек, это не ваши очки? Валялись на тропинке.
- Мои, спасибо большое! Вы не поверите как они важны, благодаря им я всё ещё похож на цивильного человека.
Ребята засмеялись и ушли. В своих словах я был недалёк от истины, судите сами: кеды были заляпаны грязью, ноги тоже, голени в ссадинах и кровоподтёках, шорты выгорели ещё в прошлом году, на чёрной футболке белые солевые разводы, волосы застыли в растрёпанном виде. Я поставил в камеру почти разрядившийся аккумулятор и пошёл умываться. На водопаде были сняты последние секунды моего клипа.

посёлок Известковый завод - Внуково.

Часто спешиваясь на крутых подъёмах, каждые пять минуты заглядывая в экран навигатора (сколько ещё осталось?), медленно, но верно я приближался к финишу. Ближе к Торжку всё чаще стали попадаться территории, аннексированные Газпромом. Это были участки выхода газопровода на поверхность, с хорошим асфальтом и всяческими угрозами: не заезжать, не парковаться поблизости, не копать, не ставить. Газ в окрестных деревнях, конечно же, отсутствовал. Навигатор вывел меня на какой-то полигон, с которого был виден железнодорожный мост через Тверцу. Торжок был близко, навстречу мне из-под моста двигался красный минивен. Заметив меня, водитель замедлил ход, а затем вовсе остановился. Я решил, что он хочет поговорить, подъехал к окну и спросил:
- Там под мостом можно проехать?
- Не знаю. Ты, может быть, и сможешь. Я не смог.
- Я в себе тоже не уверен. Из Твери еду.
- Ничего себе!

009.jpg

Железнодорожный мост, по сути, являлся двумя отдельными мостами. Левая часть пути шла в сторону Ржева, правая в сторону Великих Лук. С левой стороны моста тёк ручей, но его русло оказалось перекрыто бобрами. Пытаясь слиться с Тверцой, ручей отправился по дороге в Торжок и сделал её непроходимой для автомашин. Я снова шлёпал по грязи, держа велосипед в руках, и наблюдал удивительную картину: два водных потока, разделённые аршином земли, текли в противоположных направлениях. Между двух мостов ручей всё же пробил себе путь и радостно журча, вливался в Тверцу. На другом берегу бегал и шумел голый мужик (он виден на фото), его жена раздеваться отказывалась. Полагаю, это символизировало настоящее того города, в который я держал свой путь. С одной стороны Торжок пытался быть прогрессивным, с другой сохранял провинциальную чопорность.

Торжок

Несмотря на то, что я оказался в городской черте, испытания мои не кончались. До асфальта оставалось полтора километра по садовому товариществу. Мне пришлось петлять между гнилых кочанов капусты, брошенных на дороге и уворачиваться от тяжёлых сливовых веток, свешивающихся с забора. Если вам не довелось проделать путь по бездорожью, сравнимый с моим, то вряд ли вы поймёте ощущения от встречи с хорошим асфальтом. В первые минуты, кажется, что велосипед едет сам, без всякого усилия. Потом ощущение лёгкости проходит, но впереди другая радость: магазин! Традиционный продуктовый с продавцами-кассирами располагался на автомобильном кольце, там, где улица Мира, не желая превращаться в Горбатый мост, трусливо поворачивает направо. У входа в магазин стоял мальчик лет десяти с двумя велосипедами.
Я спешился, отвинтил с велосипеда GoPro и спрятал в карман.
- Посторожишь? - спросил я его без обиняков.
- Хорошо, - серьёзным тоном ответил мальчик.
- Спасибо. С меня мороженое.
- Не надо мороженого.
- Ну, что-нибудь другое. Что ты хочешь?
- Ничего не надо, спасибо. Я просто посторожу.
Хочется верить, что я выглядел как крутой велопутешественник и мальчик посчитал мою просьбу престижной для исполнения. В магазине я купил бутылку минералки, а также банку кока-колы, которую, как я читал, всегда употребляют на выездах велоспортсмены.
Когда я вышел, мальчик стоял уже с мамой, причём мама находилась метрах в пяти от сына, в позе "ну пойдём уже", но последний ни на сантиметр не сдвинулся с прежнего места.
- Спасибо - ещё раз сказал я.
- Пожалуйста - тем же серьёзным тоном ответил мальчик и сел на свой велосипед.
"В сим юноше зреет достойный муж" - цитатой из Карамзина, подумал я и принялся пить. Дьявольский напиток в красной банке наполнил меня силой. До электрички оставался целый час. Не шутя, но уверенно я прокатился по Торжку, побывал в аптеке, залечил и отмыл ноги, съехал и поднялся по Красной горе и попросил прохожих запечатлеть меня на мосту. Взял еды и пол-литра морса через автомобильное окошко в чикенхаусе и в абсолютно пустом парке у вокзала устроил трапезу. Полноценно насладиться отдыхом мне не дали набежавшие дети, которые устроили на соседней скамейке выставку камней. Разложив экспонаты, они стали навязчиво прогуливаться вокруг меня, оглашая окрестности возгласами:
- Только сегодня! Выставка камней! Спешите увидеть! Скоро закрытие!
Прожёвывая шаварму, я сказал:
- Ребята, я очень устал. Мне надо поесть. Я не смогу посмотреть ваши камни.
Тогда дети стали хватать камни со скамейки и по одному подносить мне:
- Вот тут ракушка в камне! А вот здесь золото! Видите? Золото!
- Действительно, очень похоже на золото - соглашался я.
Наконец дети собрали камни и убежали, а я пошёл на вокзал и взял билет до станции Дорошиха. Если вы помните, от Дорошихи до моего дома оставалось два километра на велосипеде. Доеду как-нибудь, не переживайте.

IMG_20160827_163514.jpg
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments