Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Фергана, 1942

Весной в Ташкенте объявили, что производится набор в Московский институт востоковедения, эвакуированный в г.Фергану. До войны Институт востоковедения находился в Москве на Маросейке 2/15.


подробнее про МИВ

В одной из школ проводился приемный экзамен. Надо было написать сочинения. Темы были как на школьных выпускных экзаменах и еще одна тема: "О героизме советских воинов". Это был 1942 год. Экзамен я сдала, но меня предупредили, что с продыдущего года этот институт принимает только после десятилетки, а с высшим образованием не стал принимать, хотя до этого принимали только с высшим образованием. Я смирилась с тем, что мне не судьба в нем учиться. Но когда на выпускном вечере в пединституте я получила диплом и вернулась домой - меня ждал вызов в Фергану на собеседование по поводу поступления в институт Востоковедения. Я быстро собрала чемодан и поехала в Фергану. Меня приняли на японское отделение. Все было хорошо. Нас поселили в приличные дома, были учебные аудитории, все честь честью. Но тут пошли дожди, объявили стихийное бедствие и нас выселили из домов, тк. они начали рушиться от подъема грунтовых вод. Мы переселились в какое-то сараеобразное помещение, где очень тесно стояли топчаны, а для занятий помещений не оказалось. В саду под развесистой грушей поставили несколько парт и там мы принялись изучать японский язык. Словари были англо-японский и японо-английский, а русских не было. Естественно, для тех, кто не знал английского языка, учеба была безумно трудной. Русские иероглифические словари мы увидели впервые только в Москве.

Под этой грушей нас обучал Степан Федотович Зарубин. Его предмет назывался "восемь черт". Он знакомил нас с душой иероглифов. В своем деле он был великим артистом. Он так показывал нам как японец ведет кисть с черной тушью, какие плавные у него движения, что это запомнилось на всю жизнь. Нередко Зарубин опаздывал на урок. Он нам так объяснил что происходит:"У меня родилась неплановая дочка. А с питанием проблема. Надо было молоко. Я поехал и купил корову. Хорошая корова, молочная. Но одна беда. Кроме меня, никого не подпускает доить. Вот пока я ее не подою - не могу уйти из дому".

В Фергане мы прожили больше года. Учеба наша проходила на фоне разнообразных событий. То нас направляли в подсобное хозяйство, где мы должны были посеять всякие огородные культуры, чтобы нам было что есть, то нас послали ремонтировать какую-то дорогу, а то - на борьбу с саранчой. Это была наиболее впечатляющая эпопея. На нашем огородном поле, бывало, паслись коровы. Их лепешки украшали местность. На них сидела саранча. Незабываемая картина: над такой лепешкой стоит с палкой преподаватель китайского языка (реально китаец) маленького роста Иван Иванович Советов и лупит по саранче. Результат можно себе представить.

Ашхабад

В 20-е годы наша семья жила в Ашхабаде – столице Туркмении. Отец мой Борис Иванович Беляев, работал в комиссии законодательных предположений. Республики Средней Азии присоединились к Советскому Союзу в начале двадцатых годов. Им был нужен собственный кодекс законов. Вот комиссия и работала над этой задачей.

Климат в Туркмении очень жаркий, поэтому учреждения работали с утра до часу дня. Затем все отдыхали. Работа возобновлялась после 5 часов пополудни и длилась до темноты. После работы папа еще читал какие-то лекции по правовым вопросам.

Мы – трое его (на самом деле его детей было только двое, но тогда Марианна про это еще не знала) детей – бегали в парке, играли и улавливали обрывки его лекций. Вечерняя прохлада среди зелени деревьев была лучшим временем суток. Зима все же была в Туркмении. Иногда было до –10. Нас заставляли надевать гамаши - колючие чулки из бараньей шерсти. Это была пытка! К счастью, длилась зима не долго.

Иногда на город спускался самум. Это песчаная буря. Тогда закрывались наглухо все окна и ставни. Люди раздевались и ложились на пол. Это давало отдых от жары. Никто не выходил из дому. Когда самум кончался – это могло быть на следующий день – открывали окна, ставни и тряпкой собирали песок. Несмотря на все закрытия, песок лежал ровным плотным слоем на подоконниках, мебели, полу.

Няня водила нас гулять в ботанический сад. Он был старый, заросший. Или в парк имени Ленина, который создавался на наших глазах. Разбивались великолепные клумбы, аллеи и дорожки. Нам все это было интересно.

Зинаида Ивановна Елгаштина, сестра Марии Ивановны Беляевой (Елгаштиной)

Зинаида Ивановна Елгаштина (1897—1979) — балерина, ученица В. Ф. Нежинского. Встречалась с Волошиным в Коктебеле в 1926, 1927, 1929 годах. Рукопись ее воспоминаний хранится в архиве ДМВ. http://lingua.russianplanet.ru/library/mvoloshin/mv_v_17.htm
Collapse )

Давидович-Нащинские

Давидович-Нащинский, Николай Александрович
[править]Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Давидович-Нащинский, Николай Александрович (1830—1914)Николай Александрович Давидович-Нащинский — (1830—1914) — горный инженер, 1-й городской голова Барнаула с 1877 года по 1882 год.

Биография
По окончании Горного института (1850) служил приставом плавильного производства на Барнаульском сереброплавильном заводе, одновременно работал заведующим магнитной обсерваторией и преподавателем металлургии в окружном училище. В разное время заведовал окружным училищем, казённой библиотекой, музеем.

В 1859 году направлен за границу для для изучения плавки серебрянных руд. Вернувшись на Алтай в 1861 году ввёл на Гавриловском заводе плавку серебра на коксе. С 1862 года работал помощником управляющего Барнаульского завода; с 1869 года - управляющим павловским заводом; с 1877 года - в отставке.

В 1877 году после введения городового положения (1870) избран городским головой Барнаула. В период его работы на этом посту в городе открыты: 1-я приходская мужская школа (1877); женская прогимназия (1877); горное училище (1880) для которого Николай Александрович купил на собственные средства дом. Давидович-Нащинский был избран головой на второй срок, но по домашним обстоятельствам от него отказался.

Кроме общественной деятельности, Николай Александрович занимался предпринимательством и владел конным заводом, золотым прииском, вёл добычу соли.

В середине 1890-х годов переехал в Москву

http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%94%D0%B0%D0%B2%D0%B8%D0%B4%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87-%D0%9D%D0%B0%D1%89%D0%B8%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9,_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B9_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87

Николай Андреевич Давидович-Нащинский (1830-1914), дворянин, чиновник, первый городской голова города Барнаула.

С 1865 г. владелец золотого прииска. Имел конный завод и вел добычу соли. В 1880 г. на свои средства купил здание и подарил городской мужской приходской школе для преобразования ее в городское 2-классное училище. Являясь городским головой, служил городу безвозмездно. Благодаря инициативе Н.А. Давидовича-Нащинского самоуправление Барнаула увеличило базарную площадь, перенесло на новые, более выгодные для бюджетной политики места, ряд новых торговых помещений, увеличило расходы в пользу Красного Креста и на содержание полиции. Находясь в должности городского головы, прославился противником стачек капиталистов, как боец против перекупщиков, за что даже подвергся политическому "навету". Известно его небольшое пожертвование (25 руб.) на строительство в Томске общежития для бедных студентов университета. В 1885 г. был председателем попечительского совета Барнаульской женской прогимназии.

http://hist.dcn-asu.ru/predpri3/17.html

коллеги Виктора Ивановича

Памяти ученого-востоковеда Г. Генко А.Н. Генко – заключенный
http://www.nplg.gov.ge/caucasia/caucasology/Rus/2004/No5/Summary/7.htm

А.Н. Генко был арестован дважды: в 1938 г. и в 1941 г. Ознакомиться с материалами следствия и сделать из них приведенные ниже выписки удалось лишь в 1991 г.
При первом аресте Анатолий Несторович выступал в качестве “однодельца” Л.Ф. Векслер, с которой был связан служебными и дружескими отношениями. Collapse )

Мария Николаевна Елгаштина

Дорогая Мария Николаевна
Марию Николаевну Елгаштину в культуре Башкортостана принято считать одним из основателей местного изобразительного искусства; практически по ее инициативе появился первый в Уфе организованный коллектив художников. Это случилось осенью 1913 года, и содружество назвали без затей «Уфимский кружок любителей живописи» (впоследствии называли кружок и «обществом» и «объединением», но был он именно кружком, как говорила мне сама Мария Николаевна). Участников было немного, все они стали потом известными художниками — А. Э. Тюлькин, А. П. Лежнев, К. С. Девлеткильдеев, возможно В. С. Сыромятников и И. И. Урядов. Позже к кружку с энтузиазмом присоединился самый известный «бубнововалетец» Давид Бурлюк, с весны 1915 г. поселившийся в с. Иглино.Collapse )

моя прабабушка Мария Николаевна Елгаштина

архив Марии Николаевны Елгаштиной находится здесь:
ЕЛГАШТИНА Мария Николаевна (1873-1966), художница.
ЦГА республики Башкортостан, ф. Р-1937, 37 д., 1881 - 1966.
http://www.rusarchives.ru/state/bashkar.shtml

сохраненный документ из Яндекса:
Башкирскому театру кукол из Уфы 70 лет.
У его истоков стояла хрупкая немолодая женщина - Мария Николаевна Елгаштина , "кукольная бабушка", как назвали ее в одной из статей.
Collapse )

пишет моя мама, Марианна Борисовна Беляева

Моя бабушка - Елгаштина Мария Николаевна (урожденная Давидович-Нащинская). У нее было две дочери (Мария и Зинаида) и сын. Во время гражданской войны она с двумя детьми оказалась в поезде, шедшем в Сибирь. В пути ее сын заболел тифом и бабушку с сыном ссадили с поезда. Дочь ее, Муся (Мария Ивановна Елгаштина) осталась одна в поезде, где познакомилась с моим будущим отцом, Борисом Ивановичем Беляевым. Муся рисовала. Чтобы заработать на жизнь она писала портреты, делала кукол. Кроме того она много рисовала пейзажей, лодок и т.д. Яркая работа - "переправа через Енисей на пароме".

Борис Беляев, ставший ее мужем, окончил юрфак МГУ в 1916 году. В 1920 году уехал с Мусей к своим родственникам в Ташкент. Муся все время переписывалась со своей мамой и хотела, чтобы она приехала к ней в Ташкент. Но времена были трудные и просто так приехать было невозможно. Муся полюбила Среднюю Азию и много рисовала мечети, пейзажи и улицы старого города, портреты. Картины "узбeкская свадьба", "река Салар осенью" и т.д.

В связи с трудностями (родителей Бориса все время уплотняли) Муся с Борисом сняли комнату у узбеков, где жила Муся. А муж ее навещал, так как в силу узбекских правил он не мог там жить. Они ходили по окрестностям. Муся рисовала. В 1922 году она родила меня - Беляеву Марианну Борисовну и через полгода умерла (от тифа, как мне потом сказал папа). Борис Беляев нанял няню ко мне, а впоследствие на ней женился. Мы переехали в Ашхабад - столицу Туркменистана, где папа работал в комиссии законодательных предположений (создавался кодекс законов Туркменской республики).

Все картины Муси были в Ашхабаде в семье. Новая жена оказалась ревнивой, ненавидела покойную жену Бориса и ее картины. Она их нещадно уничтожала, рвала. Впоследствие они расстались и жена с детьми (уже было три) уехала в Ташкент. У нее в это время был сын от первого брака, Сережа, я - дочь Бориса - Марианна, и общий ребенок - Юрий.