Наслаждение

Про ВТБ

https://sapojnik.livejournal.com/3095155.html
Про ВТБ и Костина - это действительно какая-то феерия. На самом деле про эту его "историю любви" с Наилей Аскер-Заде пишут вовсю уже года полтора, я, например, узнал всё из телеграм-канала "Футляр для виолончели". Как банкир государственного (!) банка тратил миллиарды на свою любовницу - все давно знают. Однако "скандал" почему-то случился только сейчас, после выхода видео от Навального.

Главное ведь - хоть бы он при этом банком хорошо управлял! Но нет, нихрена. Вот, хороший обзор Михаила Макогона из ФБ:

"Если в посмотрите на рыночную капитализацию ВТБ - то это какая-то катастрофа. В 2007 году, при выходе на Московскую биржу, одна акция банка стоила 11 копеек, рыночная капитализация - под 1,5 трлн. рублей. По тогдашнему курсу ВТБ оценивался в 60 млрд. долларов. (ого! - С.)

Спустя двенадцать лет одна бумага банка стоит 4 копейки. Рыночная капитализация - 522 млрд. рублей или 8 млрд. долларов. В рублях банк, за отчетный период впитавший Банк Москвы, контроль над Магнитом (и его пенсионным фондом), бессчетное множество региональных банков - подешевел в три раза, в долларах же - в 7,5.

Но это была бы просто история госкомпании. Если бы не одна деталь.

Первая - “народное IPO”. В 2007 году российское правительство совершило то, за что в Штатах полагается койко-место федеральной тюрьмы - открыло продажу, сопровождаемую активнейшим промоушеном всех федеральных СМИ акций банка населению.

В любом развитом регулировании рынка даже не продажа, сам факт рекламы такого продукта неквалифицированным инвесторам - тяжкое преступление.

Инвесторы - российские домохозяйства, для которых минимальный пакет в 30 тыс. рублей был вовсе не карманными деньгами, получили то, что получили - падение курсовой стоимости почти в четыре раза уже в следующем 2008 году.

Но на этом все не кончилось. В 2012 году, в рамках раздачи милостей под президентские выборы, произошло второе преступление - обратный выкуп акций по цене размещения.

В чем здесь преступление? В том, что инвесторов, фактически, разделили на сорта: население, получившее акции в рамках “народного IPO” и не продавших их до выкупа объявили инвесторами первого сорта - они получили назад номинал своих вложений (не будем указывать, что 30 тыс. рублей в 2007 и в 2012 - это немного разные деньги), все остальные же остались со своими обесценившимися акциями.

ВТБ, в итоге, это совершенно удивительное заведение: банк проваливший все, уронивший свою капитализацию втрое, обманувший неквалифицированных инвесторов, регулярно получающий все новые и новые дотации - спокойно готов отслюнявить из широких штанин $2 млрд. за 29% продуктового ритейлера". (Михаил Макогон)
Наслаждение

Воспоминания творческой интеллигенции времен спирта Рояль

из просторов facebook-a

ПРО АРИСТОКРАТОВ

Первый золотой унитаз я увидел в начале девяностых. Его обладатель пригласил на аудиенцию в замызганный купчинский пакгауз, где базировался штаб. Скорее всего, раньше это был какой-то филиал овощебазы: так все было просторно, заброшено и говнисто. Присутствие крупного капитала выдавали только братки в трениках, курящие у входа и длинный бронированный мерседес-пульман, один в один как у президента Ельцина. За скромной стальной дверью начинался протяжный коридор, отделанный венецианской штукатуркой, дверные проемы были превращены в арки, стены украшены барельефами а-ля версачевская горгона, пол был из наборного паркета с перламутром, время от времени в нишах торчали мраморные статуи, цельнотянутые из оранжерей Ботанического сада и и запасников Русского музея.

Толстомордый охранник, как две капли воды похожий на кота-злодея из мультика про Чипа и Дейла, провел меня в приемную. Анорексичная секретарша отличалась баскетбольным ростом и непомерно длинными конечностями: руки у нее свисали ниже колен, а колени находились там, где у меня застегиваются брюки. Она могла открыть дверь кабинета не вставая со стула, но это было бы беспонтово: демонстрация ее попы входила в ритуал встречи гостей.

За дверью в кабинете меня встречал князь. Нет, это не было его погонялом, его всегда величали просто Колян, но на непомерно большой муаровой визитке из плотного картона было написано "князь, почетный гражданин России, доктор философии в сфере экономики, генеральный директор концерна "Вега-В, консультант администрации президента, помощник губернатора Приморского края".

Князь был не гангстер, он начинал с фарцовки, потом купил место директора рыбного магазина, а с первых дней перестройки начал производить кооперативные колготки. У него было правильное рыночное мышление: быстро примкнув к Косте-Могиле, он на средства общака открыл несколько элитных продуктовых магазинов, торговавших на валюту. И преуспел: Могила в него поверил и вкладывался в новые точки. Но не разделял понты и старался всячески показать своей братве, что деньги его, Кости, а вот сам Князь - барыга, хоть и с некоторым авторитетом.

Да, Колян был фраером. Химически чистым, сферическим и в вакууме, хотя видел себя крутым. Он дружил с комитетом по внешним связям мэрии и нашел там одного лоха, которому впаривал инвестиционные проекты. Лох исправно подписывал бумаги с гарантиями на десятки миллионов долларов. Вадик успешно кидал лоха, отстегивая ему скромные откаты в пять процентов, которыми не делился с начальством. Его сдали. Путин, когда схему узнал, лоха выгнал, его даже судили и дали условно двушечку. Аникин его фамилия была. Недавно умер в бесславии и позоре - быть замом Путина и все пролюбить - суметь ведь надо было!

Но речь не о лохах. Стены княжеского кабинета были отделаны резным орехом, оконные стекла - бронированными, посередине стоял невероятных размеров дубовый стол.

Хозяин кабинета упивался собой. Брионский костюмчик был сшит безупречно, но сидел на нем как-то стремно, вообще вся эта цыганская обстановка в грязном купчинском пакгаузе ассоциировалась у меня с тарелкой борща, к которую от души ливанули Шанель номер пять .

У Коляна была поразительная манера говорить. Он произносил слова как манерная девица: растягивая гласные, особенно звук "а" и жеманно-певуче интонировал фразы, комично растопыривая оманикюренные пальцы. В этом было что-то совершенно педерастичное. Но фраер был уверен, это это признак хороших манер и именно так должен говорить настоящий князь:
- Мы хотим сделать у вас заказ. Нам нужно срочно сделать рекламный ролик про профсоюзное движение в России. К выборам в Госдуму. Показать, что мы защищаем права трудового народа. Ролик должен быть готов через неделю.

- А есть концепция, сценарий, синопсис хотя-бы?

- Не морочьте мне голову! Придумайте концепцию, напишите сценарий, мы заплатим за срочность.

Это был поздний октябрь 1993-го, поразительная дыра во времени. Какое профсоюзное движение? Какие права трудящихся? Как можно сделать ролик за неделю?

- Какие гарантии, что вам понравится?

- Никаких проблем! Мы вам полностью доверяем, но это должно быть кра-си-во!

- Хорошо, - сказал я. Дайте мне бумагу, ручку и полчаса времени. Я попробую написать сценарий, если он вам понравится, вы его подпишите и мы станем действовать. Я бы не хотел взяться за работу, у которой нет критериев оценки. А то я сейчас возьму у вас деньги, а потом вы скажете, что вам не нравится и потребуете вернуть оплату.

Секретарша принесла какой-то отвратный ароматизированный чай и турецкие печеньки. Я накидал сценарий, раскадровку, структуру анимации. Князь подписал не глядя, надменно ухмыльнувшись.

Впоследствии я почти двадцать лет время от времени общался с этим удивительным биологическим объектом, каждый раз встречая в его очередных офисах все того же стареющего охранника в одном и том же засаленном черном пиджаке, всю ту же несчастную анорексичку-помощницу, приносящую все в такой же понтовый кабинет отвратный чай, пропахший плесенью и прогорклыми духами, каким-то валокордином и нафталином, как будто огромные запасы коробок с пакетиками хранились где-то в шкафу коммунальной квартиры моего пурпурного детства. Скорее всего в начале девяностых Князь зажал контейнер с чайными пакетиками и решил использовать его исключительно для своих гостей. Глубокий эконом...

Но я не про чай. И даже не про тот ролик. Рекламу профсоюзного движения мы сняли за неделю на Кодак, сделали шикарный постпродакшн, ездили проявлять в Финляндию, так как в Петербурге не было никакой гарантии, что материал не будет запорот. Получился классный ролик. Партия трудящихся даже что-то набрала тогда. Аркадий Вольский потом мне рассказывал, что они потратили на этот ролик 50000 долларов. Я не стал раскрывать секрет Коляна, который заплатил мне намного меньше. Бизнес есть бизнес.

Но речь не о ролике. Речь об унитазе. В процессе написания сценария в княжеском кабинете, я попросился в уборную. И хозяин величественно распахнул передо мной дубовую дверь. Галогенные едкие лампочки, как прожекторы в цирке были направлены на позолоченный густавсберговский огромный унитаз. Я прежде такого не видел: обычное фаянсовое сантехническое приспособление было покрыто сусальным золотом, причем там, где сливалась вода, на стенках явно были видны следы постоянной реставрации: тонюсенькие листики позолоты отклеивались и при спуске танцевали, как водоросли в весеннем ручейке, пробившем дорогу к речке среди ледяных проталин.

Колян был счастлив. Это была его фирменная гордость. Он умилялся, шмыгая носом, очевидно, успев по-быстрому втянуть пару дорожек, пока меня не было в кабинете. Смахнув белесую пыль с полированного стола рукавом своего клубного пиджака с гербом какой-то гольф-конторы, он смотрел на меня сияющими глазенками: все лимузины и бронированные стекла, все ореховые панели с перламутром, все толстозадые телохранители и карикатурные секретарши - все это было только прелюдией. А вот насрать на позолоту - это был настоящий жизненный успех! И я видел это, я осознал, понял!

Понты Князь кидать умел виртуозно, но Проруха не изучала геронтологию. Однажды тамбовские лишили его лимузина. Он обедал в манерном ресторане на Вознесенском. Охранник-шофер оставил свой ПМ в бардачке (на входе в ресторацию прозванивали оружие и с волынами от греха подальше не пускали). Пока князь кушали-с, охранник сидел спиной к окну, контролируя вход и прикрывая шефа от выстрела сквозь витрину. В этот момент произошла супер-операция. К пульману, стоящему за углом на улице Декабристов подъехала фура. Спустили сходни, подцепили мощной лебедкой пятитонный лимузин, мгновенно втянули в контейнер, закрыли чехлом из специальной металлизированной ткани, заглушающей радиоволны. И в сопровождении двух специально закоррумпированных гаишных экипажей с мигалками помчались в сторону Мурманского шоссе. На Ладожском мосту стоял пятидесятитонный японский автокран. Гаишники перекрыли движение. Контейнер с княжеским автомобилем подцепили и аккуратно сбросили в Неву, в место, где сильное течение и контейнер сразу унесло в сторону Смольнинского рейда, где он и покоится д сих пор на двадцатиметровой глубине среди затонувших бревен эпохи Петра Великого.

Классный, кстати, был лимузин! На станции VEHO, где его обслуживали, мне однажды показали интерьер: сплошь перламутр, розовое дерево и кожа антилоп. Механики по секрету рассказали, что в багажнике даже специальный резервуар с маслом и дымовые шашки: нажимает водитель кнопочку, из бампера валит густой дым, а на дорогу вытекает особо скользкое масло, чтобы преследователи сразу в канаву улетали. Чудо, а не машина! Мечта фраера! Почти лимон стоила.
Когда Колян с шофером, сыто рыгая после рябчиков, фаршированных раковыми шейками под соусом из артишоков, вышли с понтом из ресторации, лимузина, естественно не было. И на пульте охранного предприятия, которое через спутниковый сигнал отслеживало местонахождение машины ничего не отражалось. Но ведь авторитетному челу негоже в ментовку идти, заяву писать на угонщиков. Но вот потерю пистолета не утаишь - ЧОП вынужден был сообщить дежурному по городу обстоятельства утраты оружия. Ситуация сразу стала предметом сводки ГУВД и ее было не скрыть. А вообще, обидно, конечно. Владимир Сергеич Кумарин сидел в мексиканском ресторане с братвой, пил текилу и наслаждался. Позвонил по огромной мобиле Косте-Могиле: "Слышал, горе у вас. Ничего, дело наживное, подумаешь машина! Главное в жизни - здоровье, правда ведь!" Костя в своем овальном кабинете на Староневском особенно вежливо поблагодарил: "Бог тебя храни за правду, спаси и помилуй грешные души наши!" и отчетливо скрипнул новенькими фарфоровыми зубами.

Смеялся весь город. Вечером новость проникла в "Кресты" и разлетелась по хатам. Тюрьма угорала: большей хохмы Кумарин организовать не мог, порадовал пацанов! И Могиле показал, кто хозяин в городе. А Косте и ответить нечего: кидки фраеров не предъявимы, был бы Князь пацаном авторитетным, - дело другое. А тут - барыга с понтами. За него Костя-Могила вписаться не может по понятиям. И ответку не прислать: у Кумарина всякие подкрышники есть, но автомобилей президентских не покупают: тамбовские это пресекали на корню, чай не в Эмиратах живем: негоже фраеру кататься на тачке, которая круче кумаринской.

Колян осознал и больше не стал покупать лимузины, как у Ельцина. Стал пользоваться американскими брониками-кадиллаками, как и все.

После обезмерседесывания Князя Петербург осиротел и в каком-то смысле потерял свою достопримечательность. Однако ненадолго: через три года такой же автомобиль купил себе ректор одного университета. Он стал ездить на работу, подкладывая под задницу подушки из шкуры зебры, чтобы казаться повыше. Очень комплексует из-за маленького роста. Кстати, окна у него не тонированные и без занавесочек-шторок: все должны видеть, как лягушонка в коробченке везут. Но броня есть: а вдруг кто-то из отчисленных студентов залимонит в стекло помидор гнилой али яичко тухлое, а окно возьмет и разобьется...

Процветает ректор. На конкурсе понтов сегодня бы он взял чемпионский титул. А вот Коляна жизнь научила: он поскромнее стал. Обзавелся адвокатским статусом. Совладелец морского порта. Вместе с Трабером. Ну и еще входит в руководство «Единой России». Типа исполком возглавляет или помогает возглавлять. В общем, жизнь удалась на славу. Недавно охранник с толстой мордой вышел на пенсию, на смену ему пришел сын. Специально в Америку посылали его учиться на телохранителя. Династия...
Наслаждение

реплика по поводу цифрового профиля

https://rg.ru/2019/02/27/v-rossii-sozdadut-cifrovoj-profil-grazhdanina.html

Подтверждение личности только по цифровому профилю уже показали во всей красе свои риски,например, продажа квартир пострадавших с использованием ЭЦП, выданным уполномоченной государством организацией. Основные риски использования цифрового профиля по принципу что есть у клиента, и что знает клиент связаны с расширяющимся списком возможностей, которые предоставляются владельцу цифрового профиля. В реальной жизни, отдавая свой ключ от корпоративной системы банк -клиент операционисту для проведения операций со счетом организации, директор неявно подменяет нотариуса выдавая своего рода доверенность совершать операции по счету путем выдачи электронного ключа и пароля операционисту. Если в будущем вырастет количество операций связанная с этим ключом/паролем, например, возможность продать квартиру или автомобиль директора, подписать кредитный договор и т.д. то владение этим эл. ключом и паролем который изначально управлял только корпоративным счетом становится очень рискованным для владельца. Владелец цифрового профиля, явно, т.е. личным присутствием должен подтверждать расширять возможности выполнения тех или иных действий своему цифровому профилю. и это должно быть выражено в форме, аналогичной выдаче доверенности на определенные действия у нотариуса, т.е. с использованием третьей уполномоченной стороны, подтверждать волю клиента, передать третьему лицу, в нашем случае цифровому профилю,совершать те или иные действия с использованием цифрового профиля. Т.е. вдаделец цифрового профиля, должен явно осознавать факт передачу своему "цифровому я", которое работает по принципу двухфакторной авторизации совершать юридически значимые действия.
Наслаждение

Пост про обыкновенный сексизм. ИЗ ФБ от лица молодой женщины

Screenshot_301

https://www.facebook.com/svetlana.uvarova.77/posts/2519672854815259
Все эти выходные я пребывала в шокирующем недоумении от новостей про Олега Соколова, преподавателя кафедры истории Нового и Новейшего времени, на которой я училась в СПбГУ. Я написала этот пост в воскресенье и никак не могла его запостить. Мне и сейчас не по себе, и я боюсь того, что все, что я скажу, как-то переиначат и неправильно интерпретируют. Но мною движет сила сильнее этих страхов.

В 2007м, за год до того, как Соколов перестал появляться на факультете и стал жить в Москве, мы всей нашей кафедрой организовывали его конференцию с переодеваниями в костюмы наполеоновской эпохи. Мы не знали, почему Соколов временно перестал преподавать на нашей кафедре с 2008 года, говорили о том, что он уехал в Москву работать с родственником Лужкова. Год назад, в СМИ появились статьи о том, что в 2008 году он жестоко избил одну из студенток с нашего курса, с которой состоял в отношениях. Студентка, чье интервью было приведено в статье, подавала в милицию, но дело замяли. Я не знаю, достоверна ли информация в этих статьях, но надеюсь теперь с этим разберутся посерьезнее.

Большую часть времени я училась на истфаке, когда там не было Соколова. И этот пост не про него. Это пост про атмосферу на факультете, в которой обыкновенный сексизм был нормой и повседневностью. Я хочу сказать, что есть на истфаке СПбГУ и до сих пор, и когда я училась, другие преподаватели, которые считали и считают нормальным встречаться со своими студентками. И об этом знают многие, кто там учился 10 лет назад, как я, или учится сейчас. Знают и о том, что от некоторых преподавателей истфака у студенток рождаются дети. Но самое главное, что считалось повсеместной нормой на истфаке, когда я там училась с 2005 по 2010 год, это махровый, совершенно допотопный сексизм. Было для меня нормой слышать от моего научного руководителя, про то, что у меня «красивые ножки», про то, что лучше бы мне ходить на свидания, а не на лекции, про то что вилять попами у девочек получается куда лучше, чем сдавать курсовые в срок. И многие другие девушки, которые учились со мной давно и учатся там сейчас, знают, что он до сих пор одаривает такими сальными и как бы безобидными шуточками многих студенток. Мы всей группой хихикали над нашим преподавателем по латыни, который рассказывал нам стишки про голых изнасилованных девочек на занятиях, и про то, что настоящая женщина варит борщ, а не занимается наукой. Было нормой слышать от другого известного специалиста по Петровской эпохе про то, что чем глубже вырез на экзамене, - чтобы ему «было на что смотреть» - тем выше оценка. Мы тогда над этим всем смеялись, типа «дедушка шутит».
А теперь возникают вопросы, один за другим. А что это значит, что это такая норма, и все о ней знают, даже те, кто ведут себя достойно там, знают про всех этих преподавателей, которые работают на истфаке СПбГУ? А нормальна ли эта норма в учебном заведении, которое считает себя лицом столицы? Нормальна ли атмосфера «безобидных» сексистких шуток, атмосфера которая позволяет такие вещи как секс с подчинёнными, разного рода юмор и унизительные комментарии? Почему Соколов еще в 2008 году не сидел в тюрьме за тяжелое избиение своей студентки? Почему сейчас от преподавателей истфака студентки рожают детей? Может быть, теперь, когда дело дошло до совершенно невообразимого и чудовищного исхода, самое время уделить этому свое время и подумать? И это проблема не только истфака, и не только СПбГУ – это проблема всеобщая.
И еще меня мучает один вопрос – получается мы все это тоже одобряли? Я помню, как мы снимали на видео нашего препода по латыни, и просили его рассказать на камеру свои любимые стишки, типа «Девочка красивая в кустах лежит нагой, другой бы изнасиловал, а я лишь пнул ногой» - и нам было весело. Мы чуть не просили его, чтобы он еще рассказывал нам стихи, вместо латинской грамматики. Мы смеялись над ним – вот мол, какой идиот тут работает, зато нашему курсу он поставил всем пятерки автоматом… Или мой научрук – мне казался всегда добрый дедуля, но его эти шутки меня ужасно бесили, но как-то не всерьез. Мы над ним тоже хихикали с одногруппницами. Иногда говорили ему: «Что это вы такое говорите, как вам не стыдно!» - но это больше было из серии «хи-хи да ля-ля». Мне кажется, что для многих студентов и для преподавателей, для меня в том числе, все это не казалось чем-то из ряда вон, наоборот это была (и есть?) такая норма. Я думаю, что мой научрук ничего плохого не имел в виду, и относится он к девушкам так, как умеет, и думает, что это нормально, что это комплименты. Нормально шутить про попы, про ножки и про глазки. Если бы я сейчас попыталась объяснить ему, что его комментарии в мой адрес были абсолютно неприемлемыми и унижали мое достоинство, что мне от них просто было противно, он, наверное, сказал бы мне в ответ «Юленька, господь с вами, я же шутил и ничего плохого вам не сделал». В этом и есть проблема.

Этот пост не про то, что на истфаке СПбГУ все сексисты и потенциальные убийцы. Этот пост вот про такую несознательную нормативную и как бы невинную культуру общения между некоторыми преподавателями, не важно старыми или молодыми, и их студентами, при молчаливом содействии всех: других преподавателей, женщин и мужчин, администрации и самих студентов. И про то, как страшно мне теперь представить, как спокойно и чуть ли не одобрительно мы к этому относились.

Я хотела прикрепить к этом посту фотографию, где Соколов в костюме Наполеона ведет за руку молодую студентку истфака на бал. Я решила, с большим трудом и с сомнениями, что будет честнее прикрепить фотографию, на которой есть я сама. Как доказательство того, что я сама была участницей того, что тогда меня может и возмущало, но не так серьезно, как возмущает теперь. На этой фотографии 2010 года я только что получила красный диплом. Ни мне, ни кому бы то ни было еще эта фотография не казалось чем-то необычным, наоборот, все довольные. Сейчас я смотрю на нее, и мне не по себе. В контексте всех этих комментариев и всеобщей атмосферы, в которой, даже если в шуточной форме, девушкам отводилось быть красивыми, и привлекать к себе внимание глубокими вырезами и короткими юбками, в этом контексте, возможно, что-то не так с этой фотографией.
Эта фотография не является обвинением конкретного человека, поэтому без лица. Я так же хочу сказать, что я думаю, что при других обстоятельствах это нормально поцеловать в щечку и обнять на прощание, нормально быть в дружеских отношениях со своими преподавателями. Мне кажется, что грань нормальности становится гораздо более размытой, именно в контексте шуток про попы и ножки, сексистских высказываний и в целом отношении к своим молодым студенткам, даже в шутку, как к сексуальным объектам. Это фотография так же не иллюстрирует самые неприятные аспекты сексизма на истфаке. Это – иллюстрация того, насколько такое поведение является повседневной нормой, которая вызывает улыбки, а не отвращение.

Я надеюсь, что вся эта история заставит задуматься всех о том, что все же существуют этические нормы для учебных заведений, в которых должно считаться категорически неприемлемым для преподавателей вступать в какие бы то ни было романтические отношения со своими студентками, даже если студенткам больше 18 лет и они «сами хотели»; должно быть неприемлемым для преподавателей открыто вести себя так, как будто они воспринимают своих студенток как сексуальный объект; должно быть неприемлемым для преподавателей высказываться, даже в шуточной форме, о том, кто должен варить борщ, а кто заниматься наукой, отпускать комментарии про попы, про ножки и про вырезы, даже если им вдруг почему-то кажется, что самим студенткам все это очень нравится.

Поделитесь, если вы тоже считаете эти нормы ненормальными.

***
Many people asked me to translate this in English, as automatic translation doesn’t make sense. This post was written about Russian context and for the Russian audience and it should be perceived as such. By this post I do not imply that this is happening in every Russian academic institution, and I myself was studying at the European University at St. Petersburg and it was the best education I could have gotten in the most supportive and friendly atmosphere.

Post about ordinary sexism.

I spent last weekend in the state of shocking perplexity about the news about Oleg Sokolov, a professor at the Department of Modern History at St. Petersburg State University (SPBGU), where I myself was a student once. I wrote this post on Sunday and was struggling to post it until now. I still feel uneasy about it and am most afraid that it will be misinterpreted. But something bigger than these fears is driving me.

In 2007, a year before Sokolov for a while disappeared from our department and started living in Moscow, we all organized his conference that also included changing in the costumes of Napoleonic epoch. We didn’t know, why Sokolov stopped teaching at our department starting 2008, they were saying he went to work for some relative of Luzhkov (the mayor of Moscow at the time) as a collector of antiquities. A year ago from now, media published some articles accusing Sokolov of severely beating one of his female students, who he was in a relationship with. According to the articles, the student appealed to the police, but the whole thing was shuffled under the rug. I do not know, how reliable this information is, but I hope that now is the time to find out.

Most of the time, that I spent at History Faculty, Sokolov was not there. And this post is not about him. This post is about the atmosphere at the faculty, that made ordinary sexism an everyday normality. I want to say, that there were and still are other professors at the History Faculty of SPBGU, who considered and still consider normal to date their students. And everyone knew about it 10 years ago, when I was there, and knows about it now. People also know, that from some of the professors female students get pregnant. But most importantly, what was considered as an everyday norm at the faculty, when I was studying there from 2005 to 2010, was the hard-core prehistoric sexism. It was a norm for me to hear from my advisor, that I have “beautiful legs”, that it is better for the girls to go on dates rather than on lectures, that the girls are much better at wiggling their bottoms than turning in term papers on time. And other ladies, who studied with me then, and who study there now, know that my adviser still cracks his nasty and seemingly ‘harmless’ jokes towards female students. My classmates and I were giggling at our instructor of Latin, who told us little joke-poems about naked raped girls and that the real woman is cooking borscht, not doing science. It was a norm to hear from another known specialist of the Peter the Great epoch that the deeper the cut is – he “needed to look at something” – the higher the grade will be. Back then, we were all laughing at this, sort of “grandpa is joking”.

And now questions arise one after another. What does it mean to have such a norm, and everyone knows about it, even those who behave decently know about all of those professors, who work at the history department of SPBGU? How normal is such norm in an academic institution, which considers itself one of the best in the country? How normal is the atmosphere of “harmless” sexist jokes, atmosphere that makes possible for professors to have sex with students, allows different types of humor and humiliating comments? Why Sokolov was not in prison already in 2008, when he had beaten his student? Why now children are born by students from some of the professors of the faculty? Maybe now, when things have come to unthinkable and monstrous outcome, it is time to spend time and think about it? And this is not just the problem of History Faculty, and not even just of SPBGU.

Another question is haunting me – it appears that we all approved of this? I remember how we were taking videos of our Latin instructor, and asked him to repeat his favorite poems, something like “Pretty naked girl is laying in the bushes/ Another man would rape her, and I just kick her with my foot” – and this was an entertainment for us. We almost asked him to recite more of the poems, instead of Latin grammar. We made fun of him – saying: “Look what an idiot works here” – and then he gave all of us excellent grades automatically without the final exam. Or my advisor – I always thought of him as a kind grandpa, but his jokes irritated me, but not too seriously. My classmates and I laughed at him as well. Sometimes we would say to him: “How can you say such things, aren’t you ashamed!” – but it was more in a “haha” key, not serious. It seems to me, that for many professors and students, me included, all of this didn’t seem particularly beyond the pale, vice versa it was (and is?) such a norm. I think that my advisor didn’t mean anything bad, and treated ladies the way he could, or thought that was normal, even flattering. Normal to joke about butts, legs and pretty eyes. If I were to explain to him now, that such jokes were absolutely inappropriate and humiliating, that they were disgusting, he would probably say “Dear Yulen’ka, god be with you, I was just kidding and didn’t do any harm to you”. This is precisely a problem though.

This post does not mean that everyone at History Faculty of SPBGU is a sexist and a potential murderer. This post is about such unconscious normative and seemingly harmless culture of relationships between some professors, no matter old or young, and their students, under tacit complicity of all: other professors, men and women, administration and students themselves. And how scary it is to me know to realise that we were comfortable with it, almost approved of it.

I wanted to attach a photo to this post in which Sokolov in the costume of Napoleon is taking a young history department student by hand to the ball. I decided, through big struggles and hesitations, that it would be more honest to attach a photo in which I am myself. As a prove, that I was also a participant of what might have troubled me back then, but not as much as it does now. On this photograph from 2010 I just got my diploma with honors. Neither to me, nor to anybody else, this photograph seemed anyhow peculiar, vice versa everyone is happy. Now I am looking at it, and it creeps me out. In the context of all those comments and the whole atmosphere, in which, even in joking forms, the girls were to be pretty and attract attention by deep cuts and short skirts – in such context, maybe there’s something wrong with this photo.

This photograph is not an accusation of a particular person, so no face. I also want to say, that I think it is normal, under other circumstances, to kiss on the cheek and hug goodbye, normal to be in friendly relationships with your professors. It seems to me that the line of normality becomes much more blurred precisely in the context of jokes about butts and legs, sexist comments and in the context of treatment of young female students as sexual objects. This photograph also is not an illustration of the worst aspects of sexism at the Histroy Faculty of SPBGU. This is a mere illustration, how such behavior is an everyday norm, that evokes a smile, not disgust.

I hope that this story with Sokolov will make us think about ethical norms for academic institutions, in which it must be categorically inappropriate for professors to date their students, even if the students are 18+ and “wanted it themselves”; must be inappropriate for professors to act as if they perceive of their students as sexual objects; must be inappropriate for professors to comment, even jokingly, about butts, legs, cuts, or who must cook borscht and who must do science, even if they for some reason think that the students really like it.

Наслаждение

Налоги и статистика от Дмимтрия Милина

Занимательные бюджетные цифры за январь-март 2018.
НДФЛ в РФ платит всего 47 млн человек, т.е. только каждый третий россиянин.
Проанализировал отчет Счетной палаты по бюджетным доходам за первый квартал 2018 года.
Согласно Росстату зарплата россиян до вычета ндфл составила:
янв.18 = 39 017 - ндфл 5072 = 33 945 "на руки"
фев.18 = 40 443 - ндфл 5258 = 35 185 "на руки"
март.18 = 42 364 - ндфл 5507 = 36 857 "на руки"
ИТОГО: за 1 квартал 2018 года средний россиянин заработал (в скобках в пересчете в год)
= 105 987 рублей (423 948 рублей в год)
и заплатил НДФЛ 15 837 рублей (63 348 рублей в год)
Что бы выплатить такую зарплату предприниматели заплатили 165 220 рублей (52 790 рублей в месяц)
из этих сумм было уплачено:
- НДФЛ 13% = 15 837 рублей (5 279 рублей в месяц)
- ПФР 22% = 26 801 рублей (8 934 рубля в месяц)
- ОМС 5,1% = 6 213 рублей (2 071 рубль в месяц)
- ФСС 2,9% = 3 553 рублей (1 178 рублей в месяц)

---- А вот теперь самое интересное ----

По данным счетной палаты было собрано 750 млрд НДФЛ.
Т.е. 750 млрд/на 15 837 рублей НДФЛ уплаченных средним россиянином и получаем ЧУДО: НДФЛ в РФ платит всего 47,4 млн человек, при населении 146,8 млн.
ЭТО КАК при 80 млн трудоспособного населения и 46,1 млн пенсионеров???

---- Прочие бюджетные цифры пересчитанные на одного плательщика НДФЛ и на каждого россиянина в месяц.

Доходов федерального бюджета:
- на плательщика НДФЛ = 28 859 рублей
- на каждого: = 9 305 рублей

Доходов консолидированного бюджета:
- на плательщика НДФЛ = 58 421 рублей
- на каждого: = 18 836 рублей

Россияне получи на руки заработной платы:
- на плательщика НДФЛ = 35 329 рублей
- на каждого = 11 390 руб (!!!)

По источникам доходов федерального бюджета в месяц получает:
НДПИ
- на плательщика НДФЛ = 6 711 рублей
- на каждого = 2 164 рублей

Вывозные таможенные пошлины
- на плательщика НДФЛ = 3 654 рублей
- на каждого = 1 178 рублей

Налог на прибыль организаций
- на плательщика НДФЛ = 1 524 рублей
- на каждого = 492 рубля

НДС
- на плательщика НДФЛ = 10 637 рублей
- на каждого = 3 430 рублей

Акцизы
- на плательщика НДФЛ = 1 937 рублей
- на каждого = 624 рублей

Ввозные таможенные пошлины
- на плательщика НДФЛ = 1 082 рублей
- на каждого = 349 рублей

РАСХОДЫ в месяц:
Национальная Оборона
- на плательщика НДФЛ = 19 510 рублей
- на каждого = 6 290 рублей

Государственные нужды
- на плательщика НДФЛ = 9 191 рублей
- на каждого = 2 963 рублей

Национальная безопасность и правоохранительная деятельность:
- на плательщика НДФЛ = 14 838 рублей
- на каждого = 4 784 рублей

Национальная экономика
- на плательщика НДФЛ = 16 922 рублей
- на каждого = 5 456 рублей

Образование
- на плательщика НДФЛ = 4 668 рублей
- на каждого = 1 505 рублей

Медицина
- на плательщика НДФЛ = 3 240 рублей
- на каждого = 1 045 рублей

Социальная политика
- на плательщика НДФЛ = 33 125 рублей
- на каждого = 10 680 рублей

Проценты по государственному долгу
- на плательщика НДФЛ = 5 802 рублей
- на каждого = 1 871 рублей

В месячных цифрах доходов лежит ответ "почему Россия не Норвегия" - мы ОЧЕНЬ мало зарабатываем. Страна имеет нищенские доходы, если их разделить на всех поровну.

В месячных цифрах расходов лежит ответ во сколько нам обходятся наши правоохранительные органы, армия и содержание чиновников в месяц. Каждый может взять и мысленно сократить расходы по каждой статье расходов в свою пользу или перераспределить на всех.

Исходные данные для этих расчетов:
Оперативный доклад о ходе исполнения федерального бюджета, внебюджетных фондов и оперативную информацию по исполнению региональных бюджетов за январь-март 2018

Бюджет для граждан от Минфина за 2017 год

Данные Росстата по средним зарплатам за 2018 год