Tags: стихи

идите в баню

Тень 2.0

Скажи, зачем ты нужным счёл
Прийти ко мне во снах,
Пёс чёрный ростом по плечо,
Мой безотчётный страх?

Ты принял облик, что давно
Забыли зеркала.
Я знал все лестницы на дно -
В себе не видя зла.

Я полагал - меня ни яд,
Ни пламя не берёт -
Лет двадцать с хвостиком назад
И кое-чем вперёд.

Со мной танцует тень моя
По длинному столу -
Похож, но всё же он не я
Назад тому сто лун.

Другие гости не видны -
Стен не достигнет свет,
Как будто в зале мы одни,
И в то же время - нет.

Меня, бесшумный шаг стеля,
Спиной вперёд ведёшь. 
Из миски на конце стола
Торчит опасно нож.
на вершине

***

Я разучился белому, ночами
Бренча на чёрных жилах тетивы,
Но вот на землю выпало молчанье -
И всё, что б дальше ни сказали вы,

Не может сдвинуть мир, в меня проросший
Ветвями, снегом и движеньем птиц.
Я шёл веками в сумеречной роще,
Терпя уколы золочёных спиц -

Но вот и Мойры завернулись в плед
Перед камином, где горят надежды.
Подбросим перьев в мечущийся свет.

От тяготенья отрекаясь трижды,
Порвут пространство массы двух планет -
Но я, как Фаэтон, останусь между.
идите в баню

***

Чёрные окна глазеют в окна.
В это время проще быть мёртвым,
Чем весной или летом.
Девяносто шестым валетом.
В середине тьмы, на краю зимы, в яме дня
Ты бросаешь меня каждый час -
И звёзды сдвигаются каждый раз,
Когда я выхожу на бой -
Без трусов, без прикрас - просто собой.
Я копаю глубже, но выше заборов наст.
Я разжился совестью, но она ничего не даст.
Я стучу -
Алмаз как алмаз.

В саже дня, в лабиринте тьмы, на крюках зимы
Так легко всё мёрзнет и колется на Эм и Ы
Аадварки сбегают из всех словарей,
Чтобы два своих А разделить поскорей.
Плавясь в пламени, "мы" превращается в "мя" или "ты"
Невозможно остаться двумя
В мятно-белом песке немоты.
Спросим пулю, когда ударяется в меч -
Как нам течь.
Спросим бурю - как шить паруса.
Спросим воздух - как гирей лежать на весах.
Спросим нас -
Почему
А когда
Не пора ль
В темпоральной петле бесконечный февраль
Как Есенин.

В кубе дня, на квадрате тьмы, трёх шарах зимы
Длинные ночи тянутся как дымы
Как пальцы
Сочатся в форточки
Проверяют умы -
Нет ли у нас
Двоичной ереси.
Синим льдом застывает газ.
За мной следит каждый третий глаз -
Он знает - утром сойдём с ума
С эшафота, с доски, строки.
Тки флаги, веретено -
С верой теплее идти на дно
Впрочем, ты, я помню, сама.
Теки.
дракон

Чай с пепси-колой

Чёрный чай из пакетика с запахом фруктов
Снег с дождём, полутьма, бессезонье, бездонье.
Беспокойно слежу, не пойдёт ли кондуктор -
Протирая стекло чьей-то мёрзлой ладонью.

Электрический сон, станционные тролли
В низком небе туман говорит о высоком.
Мы рисуем миры на светящемся поле,
Вынимаем стихи из карманов, из окон.

Дребезжат поезда - под подушкой, под крышкой -
Совпадая по взгляду, по жесту, по тону.
Облака выбираю пластмассовой мышкой
И в коте отражаюсь чернильном, бездонном.

Эта влага в грибы превращает осины,
Город делает лица завесой тумана
Мы ведём разговор о глубоком и синем,
Королях и капусте, о дивном и странном.

На железных мостах ледяные ступени -
Будь постарше, посыпал бы густо моралью
Но поют провода, будто Хогарт и Эня
В нашем вязком нигде-низачем-нефевралье

Зарекались рассветы встречать по одёже,
Но пытались ежа раздавить голым DOSом.
За ответы мы дорого дали - так что же
Клонит в сон бессезонья - обратно к вопросам?
дракон

Венок Отчаяния

Совместными силами Клуба Тёмной Романтики мы написали к Хэллоуину венок сонетов по моему магистралу:

1 – Людмила Жуковская

Как кол в груди, остановивший вдох,
Мой приговор отточен безупречно.
Неумолимо строг твой добрый Бог,
И мне в глаза заглядывает вечность.

Не удержать души в оковах тела
Катетерам на сгибах локтевых:
Ей снится, что она уже взлетела
Над крышами, минуя шпили их.

Я сам вам пел о том, что смерти нет.
В краях подлунных обо мне не плачьте,
Я обращусь в вишнёвый вешний цвет;

Я буду жизнью, как огнём охвачен.
Но ранит первый мартовский рассвет,
Как гвоздь, меня соединивший с мачтой…

2 – Мария Жданова

Как гвоздь, меня соединивший с мачтой,
Стигматами распятого Христа,
Звездой в ночи, болезненно манящей,
Трепещет на ладонях пустота.

Нет проклятым ни цели, ни пути...
Я, задыхаясь, падаю под гнётом
Чуть слышного последнего «прости» –
Нелепого и страшного полёта...

Не проще – сдаться и застыть на солнце,
Позволив дню застать меня врасплох?
У ног моих проходят богомольцы,

Колени укрывает серый мох,
Перед глазами радужные кольца,
Летит сквозь пальцы пыль иных эпох.

3 – Ильтин

Летит сквозь пальцы пыль иных эпох,
Страницы покрываются коростой.
Не удержать последних тёплых крох
В ладони, перепачканной известкой.

Дробится блик свечи в зеркальных гранях.
Из тьмы – не жди! – к тебе не воззову:
Ты – не огонь. Янтарный проблеск ранний.
Ты – не хорал. Рожка далекий звук.

Я соблюдаю правила игры:
Быть неживым – такая незадача,
Когда соперник жив – и до поры,

Когда мы, друг от друга глаз не пряча,
Замрём под сенью вороновых крыл,
Мольбы и клятвы ничего не значат.

4 – Лина Потапова

Мольбы и клятвы ничего не значат,
Когда героя выбрала толпа,
Взвалив на плечи трудную задачу:
Сражаться. Встать, пока идет борьба.

Идти вперед, наметив путь в веках,
Нырять во тьму, и грудью – на преграды.
Неумолимо тянет руки страх:
Кумир не в дамках при любом раскладе.

За шаг назад воздвигнут эшафот,
Объявят феодальным пережитком,
А вон и кол отёсан у ворот….

На голове – терновник ядовитый.
Ты прикоснулся к песне тихих вод –
Так больно, словно пальцы перебиты.

5 – Нариэль

Так больно, словно пальцы перебиты,
Немой тростник уже не запоёт.
Разрушены безмолвием гранита
Основы крыл, сорвавшихся в полёт.

Гадаю на изломанных покровах:
Не любит — любит — любит не меня?
И сколько ещё птиц светлоголовых
На камни небо хочет разменять?

Я всматриваюсь в запад на рассвете,
Куда уносит северную мглу
С бетонных плит сухой восточный ветер,

И засыпаю, скорчившись в углу,
Зажав в руке пернатые соцветья —
Прикосновенье к бывшему теплу.

6 – Lancelot

Прикосновенье к бывшему теплу
Рождает отблеск искреннего света –
Гонца небес, сошедшего во мглу,
И мы благодарим его за это.

Влюбленные поймались, как стрекозы,
Когда застыли страсти янтарём.
Но «никогда» ещё грустней, чем «поздно» –
И мы об этом знали наперёд,

Гнилушка – не костёр. Но не грусти:
Когда и кем бы ни были убиты,
Куда бы нас ни завели пути,

Мы вымрем, как когда-то – трилобиты;
Но наши чувства смогут осветить
Над нами пыль и каменные плиты.

7 – Анна Закревская

Над нами пыль и каменные плиты
И шорох ног туристов, как прибой.
Мы брошены, потеряны, забыты,
Истлели в усыпальнице сырой

Давным-давно. Но наши чувства эхом
Остались жить в словах и на холсте,
Про нас спектакли ставят на потеху
Толпе народа в ярмарочный день.

Пусть мы с тобой не заслужили света,
Зато при жизни не служили злу.
Есть брод у Стикса, есть мосты над Летой –

Но заново нет сил разжечь золу,
И лишь пока от нас есть прок поэтам,
Мы видим солнце в трещине в полу.

8 – Ария

Мы видим Солнце в трещине в полу,
Но ночь сменяет день, и месяц молод.
Светили миру сотни полных лун
С тех пор, как ты ушла во мрак и холод.

Ни под одной луной мне нет покоя,
Моя постель – крапива, сны – ножи,
И ты – моё проклятье роковое –
Ночами гонишь по местам чужим,

Где ветер треплет вереск и полынь.
В тенях забытой Богом базилики
Паук оплёл узорами углы.

На алтаре, как пятна крови, блики.
Ты призраком зовёшь меня из мглы,
Твой голос – яд, но я оглох от крика.

9 – Святослав Incinerator Белковский

Твой голос – яд, но я оглох от крика.
И кажется весь мир немым кино,
Где Мунка персонаж кривится дико –
Но нет ни слов, ни музыки давно.

Стихает всё. Наверное, стихи –
Агония привязанности давней.
Лишь выбор между худшим и плохим
Нам норнами свирепыми оставлен.

В потёмках разлучающихся жизней
Затасканная странствует тоска.
Затихли песни, и сгорели письма…

Лишь в памяти навек в руке рука,
И солнце наше на краю повисло.
За краем – огоньки и облака.

10 – Kowa-cat

За краем – огоньки и облака,
Но воздух режет лёгкие, и в крылья
Впились клыки раскрошенных зеркал –
Глотай осколки в равных долях с пылью.

Но брезжит мягкий свет, хрустально-розов,
Сквозь строй ресниц и слёзную вуаль,
И волосы ерошит нежно грёза:
Под кожей раскрывается миндаль.

Ты знаешь твёрдо выходы из снов,
Но явь не рассыпается от крика –
Крылом сорви сияющий покров,

Открыв глаза, пройди по кромке блика –
По стёклам, как по маковкам цветов, –
Вокруг чертополох и ежевика.

11 – Ivy Rowan

Вокруг — чертополох и ежевика,
Неясный трепет воробьиных крыл.
Забвением без проблеска, без блика,
Туман твои черты еще не скрыл.

Но паутина, вязкая как клей,
Тяжёлая и плотная как пряжа,
Обратный путь из сумрачных полей
Нам путеводной нитью не укажет.

Бесшумно перепархивают птицы.
Который век нам здесь бродить, пока
Мы не утратим имена и лица?

С той стороны, где чёрная река
Текла ещё нам памятной границей,
Ни плеска, ни воды, ни ветерка...

12 – Kajasja

Ни плеска, ни воды, ни ветерка
Блаженный край, чьё имя – постоянство.
Есть только ты – как истина сладка! –
В конце всего: аскезы или пьянства.

Безумный бог на праздник дарит силы:
Восславив жизнь, ешь, пей, играй, пляши.
Забудь, что впереди лишь край могилы
И близких рядом нету ни души.

Когда твой дух растает в пустоте,
Две на гранит упавшие гвоздики
Напомнят: был на свете человек…

Завянут, зарастут травою дикой.
Забудут, и не вспомнишься вовек.
Веди меня обратно, Эвридика!

13 – Анастасия Ростова

Веди меня обратно, Эвридика,
В законченность волнений и времён,
До совершенства неподвижных ликов,
Туда, где каждый датой заклеймён...

Нас быстрых лет не разрушает поступь,
Не трогают заклятья и слова –
Я рад освобождению от роста...
Отпразднуй смерть со мной, раз ты мертва...

Не такова древесная природа –
Лоза твоя бежит по мне, легка,
Стремятся всходы в сторону восхода,

Под камнем – вен зелёная река:
Становится ступенью к небосводу
Тебе моя гранитная рука.

14 – Алёна Иванова

Тебе моя гранитная рука.
Прими её, прошу – добром, не силой.
Не командор я, длань моя легка.
Я безутешный ангел над могилой.

Окончен бренный путь мой. Верный, ложный –
Потомки пусть решают. Как всегда.
Легенды, мифы… Ныне всё ничтожно:
Обида, гнев, отмщение, вражда.

Ты здесь. Опять. Со мной. Замри, мгновенье, –
И пусть прорезал даль маяк-сполох!
Дотронься, дай надежду – сокровенней,

Чем я прошу, чем горстка жалких крох.
Но мертвенно твоё прикосновенье…
Как кол в груди, остановивший вдох.

Магистрал – Арсений Глазков:

Как кол в груди, остановивший вдох,
Как гвоздь, меня соединивший с мачтой...
Летит сквозь пальцы пыль иных эпох,
Мольбы и клятвы ничего не значат.

Так больно, словно пальцы перебиты,
Прикосновенье к бывшему теплу.
Над нами пыль и каменные плиты,
Мы видим Солнце в трещине в полу.

Твой голос – яд, но я оглох от крика.
За краем – огоньки и облака,
Вокруг – чертополох и ежевика.

Ни плеска, ни воды, ни ветерка...
Веди меня обратно, Эвридика –
Тебе – моя гранитная рука.
бабочка

***

Ветер качает деревья,
Сердце качает кровь,
Кровь бежит по сосудам,
Ветвящимся, как деревья,
Кровь свистит, словно ветер,
Когда покидает нас.

Что же мне делать, если
Ветер меня покинет,
Как доживать мне, Боже,
Деревом без ветвей?
Пыльной, высокопарной,
Жухлой лежать латынью,
Биться в каналах ртутных
Рыбами фонарей?

Ночь покидает плоскость -
Чёрных стволов полоски,
Листьев ковёр пушистый,
Жёлтые фонари -
Тигры выходят в город.
Тигры не верят ласке,
Тигры отлично знают,
Что у меня внутри.

Сердце качает ветер
Солнце качает Землю
Космос качает Солнце
Сердце качает Космос.
Мир в колыбели частью,
Частью в могиле дремлет.
Радость приносит ветер,
Тигры уносят кости.

Сердце поёт фонтаном
Сердце горит тюльпаном
Дерево пляшет Паном,
Пламенем в темноте.
Я никогда не стану
Серым безглазым камнем,
Я обещаю ветром
В сердце твоём лететь.

Мы потеряем листья,
Мы имена забудем,
Сменим цвета и лица.
С камешков на весах
Кто-то подхватит кистью
Золото наших судеб -
И нарисует ветер
В солнечных небесах.
дракон

***

Иголки в пальцах, и теченье губ
Схватило льдом. Я, как и раньше, лишний.
Что будет, если рухнуть, где бегут
Машины - став пюре из вишни?

И будет волочиться лоскут кожи
За колесом на месте головы
Но вам видней через бинокль из ложи -
Где фальшь. Когда литые львы

Напьются брызг, и захмелев от крови
Мост оборвут, сомкнётся зелень-тишь.
Я встану с камнем и водою вровень

Чтоб никого не беспокоить, лишь
Вернётся мама, чтобы спеть про проминь
Тихесенький, и мисяц - спи, малыш.

дракон

***

На чёрном блеск особенно зловещ.
Алтарь и Солнце. Взмах. Astala vista.
И я не муж, не друг, а только вещь -
Что не нужна тебе и ненавистна.

На бронзе кожи пламенеет рана -
Всё шире раскрывая новый день.
Твои слова острей обсидиана
И бьёт больнее каждая ступень.

...
Это я выложу только сюда, без кросспоста на другие ресурсы. Слишком.

дракон

***

Раскрой мне сердце или раскрои -
До каждой белой клеточки в крови,
До каждой алой буквы на бумаге,
До каждой чёрной клетки на дороге
Я иссечён цепочками следов.

Ты волк наоборот: ты кормишь ноги
Беги, беги - и подбивай итоги,
Из двух стволов стреляя в небеса.
Постмодернисты строят лишь леса -
А я в них вижу дерево и птицу.

Вот во дворе играет мальчик с луком -
Что он разлуке, что ему разлука?
И ты моё мгновение продли:
Стучи в виски, пока тебе стучится,
Толчками бей сквозь трещины земли.

дракон

***

Где был твой путь - там выросла стена
Где мог быть прав - сворачивал налево...
По сердцу расползается вина
Черней самой Бубонной Королевы.

- Не прячь огонь под крышку, под замок...
Но ты открыл - и обнаружил пепел.
А мог бы жить совсем не так, как мог,
А мог любить кого-то, что не встретил.