_trick_ster (_trick_ster) wrote,
_trick_ster
_trick_ster

Бочара

Идея спасения мира, как вы понимаете, не нова и небезопасна. За приступы несанкционированного донкихотства, угрожающие беременным женщинам и домашним животным, меня неоднократно пиздили в детстве. Подозревая некоторых из френд-состава в сочувствии к Гринпису, опущу подробности летней стрижки кота (кот остался жив… частично). Расскажу про настоящую дружбу.


Наталью я встретила во вполне зрелом возрасте. Она вошла в первый класс, и класс вздрогнул. В тот же день она исчезла, как Наталья, и на десять лет стала Бочарой.
Толстой она не была, она была несколько крупной. Чуть больше нашей хилой первой учительницы.
Когда Бочара плыла в составе первоклассной колонны, сжимая пятерней ручонку рахитичного соседа по парте, встречные родители пугали ею педагогически запущенных подростков:
- Не будешь учиться, так всю жизнь в первом классе и проведешь.
Заподозрить ее в семи годах от роду мог только безумный генетик-естествоиспытатель.
К тому времени у меня уже вполне сформировались убеждения относительно образа женщины в русской культуре и смысла жизни. Появление Бочары расшатало всю парадигму. Нужно было что-то спасать. Или мир от Бочары, или Бочару от мира. Во втором случае техническая задача казалась более осуществимой. На этом пути стояло всего лишь одно препятствие – природных врагов у Бочары в естественных условиях просто не водилось. Подобные виды с ослабленным инстинктом самосохранения были истреблены еще до ледникового периода, выжившие были умнее и с Бочарой в конфликт не вступали. Думаете, это помешало спасению? Хуй. Вскоре с Бочарой стали происходить странные вещи. Неведомые силы тырили ручки из ее пенала и прочую канцпоебень. Объяснить это физикой не удавалось – ну кому нужны были изгрызенные бочарины ручки? Значит, имело место чудо. Тем более, что обносившие бочины пенальчики полтергейсты далеко занычки не утаскивали – возлагали к подножью бронзового Ленина на школьном дворе, в незасыхающем болоте.
Надо отдать должное – я всегда первой находила пропажу, доставала, вытирала и подносила сморкавшейся от избытка чувств Бочаре.. Метафизические подляны происходили с периодичностью раз в три дня. Сага о бескорыстной дружбе прервалась, когда встречавший меня из школы дедушка не к месту выглянул в окно. Под взором прародителя, съебнувшее через черный ход чадо, размещало в болоте набор бочиных линеек под указующим перстом Ильича.
Тварь ли я дрожащая, иль право имею, - поинтересовалась я у как-то нехорошо сгрудившейся родни. Последующие воспитательные экзорцизмы над тварью дрожащей описывать не буду – до сих пор больно вспоминать. Бабушка, в порыве коммунистического отчаяния рыпавшаяся настучать бочиным родителям, была остановлена прагматичной мамой, Бочаре я рассказала, как выступила один на один с мрачными духами и полтергейсты принесли свои извинения, так что больше ее пенальчикам сторонняя сила не угрожает.
Десять лет наши отношения были чисты и безоблачны, а затем каждую унесло за своей мечтой. Бочина мечта, с крылами курицы-несушки, уткнулась в академию сельского хозяйства и дальше лететь отказывалась. Никто не удивился. Агроном из Бочары великолепный – она вся такая масштабно сельскохозяйственная, как самоходный уборочный комбайн. А в ее руках-граблях прорастало все, включая черенок от лопаты.
Мы не виделись …дцать лет. Я набрала ее номер случайно, готовая извиниться перед незнакомым голосом. Бочара, кажется, даже не удивилась.
- Знаешь, мне нужно тебя повидать, - спокойно и как-то грустно произнесла трубка, - Со мной происходят странные вещи.
Я чесслово не видела ее все эти …дцать. Правда. И, совершенно очевидно, любая странность суть не моей режиссуры. Но нечистая совесть заныла.
- Сможешь приехать ко мне в библиотеку?
- А что ты там читаешь, - осторожно интересуюсь я.
- А я там работаю.
Допускаю, что основным направлением сельского хозяйства является библиотечное дело. НО, черт возьми, я же помню бочину страсть к цветущей помидоре!
Ощущение нереальности в библиотеке усилилось. Во-первых, меня встретило пол-Бочары, даже в десятом классе ее было больше килограмм на двадцать. Во-вторых, все в бывшем оптимисте, от затравленного потухшего взгляда до сгорбившейся нескладной монументальной фигуры, говорило, что ручками на этот раз полтергейсты не ограничились. Вкратце, жизнь обошлась с Бочарой следующим образом, с применением тяжелых парадоксов:
Сразу, после академии, Наталья планово вернулась домой и внепланово, но взаимно влюбилась. В супружестве она была счастлива. Все две недели. Пока ее голубок не ощутил укол ревности в свой филей. Мужчина это был серьезный, с крепкой системой взглядов и не менее крепкими семейными традициями. В роду у него считалось хорошим тоном сквозь алкогольные будни достойно встретить старость с петлей на шее, зависнув в стенах родного дома. Верную семейным обычаям свекровь Наталья уже не застала, и молодым ничто не мешало строить жизнь по своему усмотрению под звон бьющейся посуды и вопли «Спасите!». На одном из этапов строительства беременную Бочару с сотрясением мозга увезла скорая. Муж звонил в больницу, уговаривал простить, обещал, что больше не будет – и слово сдержал. К моменту выхода Натальи, он раздолбал чужую дорогущую иномарку и пару дней уже мирно покачивался в петле.
Еще через пару месяцев Бочара лишилась работы – государственные сельхозорганизации рассыпались вместе с ветхой техникой, а фермерским хозяйствам и без агронома жилось вольготно и радостно. Однако полной свободы Бочара не получила. Периодически к ней стал наведоваться супруг с предложениями различной степени тяжести.
Наталья никогда не отличалась чрезмерной шизофренией, да и мистиком собственно не была. Бочино мироощущение укладывалось в рамки материализма, поэтому визиты супруга ее несколько парили. Обстановка в доме тоже, казалось, о чем то шептала, и несколько раз у Натальи являлось желание положить этому конец, повесившись на семейном крюке. Впрочем, это был резервный вариант. По настоящему Бочара испугалась, когда ее десятилетний сынишка признался: - Мама, он мне так надоел. -???? - Ну, который у нас по дому ходит. И без паузы, - Мама, я хочу умереть.
Капитальный ремонт Наталья сделала за пару дней, сменив всю мебель в доме и одна, без помощи, изрубив топором семейное ложе. Затем, окрестилась в церкви и поехала по монастырям. Призрак, вроде, отстал. Зато началась депрессия, долгая и безнадежная. С трудом выцарапанная работа в библиотеке никак не вызывала в Бочаре радости, а в сыне – уважения. Отличник объявил забастовку и понес двойки. Наталья начала ставить конкретные цели. Они разваливались в тот момент, когда она их окончательно обозначала и продумывала. Ее желания исполняются с точностью до наоборот. Не какие-то, а все до единого. Кажется, если она убедит себя, что сегодня понедельник, на календаре высветится среда.
- Я не знаю, что мне делать, - Бочара потеряно ищет во мне какую-то соломинку. В конце-концов, я же доставала ее ручки из болота. Про первую часть спектакля она так и не знает. Я обещаю подумать и ретируюсь.
И, если честно, я собираюсь что-то придумать. Просто пока не знаю, как. Как-то меняются установки тотального невезения. Потому что, Наташка – очень хороший человек, и ситуация эта ненормальна и неправдоподобна, здесь чувствуется чья-то неумелая режиссура. Как с теми ручками. И где-то есть точка отсчета, в которой поломалась шестеренка. Психолог из меня, как из дерьма пуля, но эта задачка слишком однозначна, и должна иметь простой ответ. Найду, скажу.

-
Tags: Люди
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 37 comments