more

«Рок» Учителя

Черно-белый шум, шаги по лестнице, грязные надписи на стенах. Я всматриваюсь в обстановку, а там везде старые столы, горы трепья, деревянные стулья, начатая бутылка дешевой водки, свитера с оленями и дурацкие рубашки.
Цой добавляет уголь в топку и говорит, что это и есть настоящее дело. Сейчас уголь разгорится и люди сверху почувствуют тепло. Добро, которое можно ощутить, прямо сейчас и прямо здесь. А не потом, сидя в кабинете. Уголь и песни, то, что можно почувствовать.
БГ несёт сына по грязному подъезду и рассуждает о том, чему бы сын мог у него научиться. У человека, которого выгнали с комсомола и отчислили с университета. У таких как он и его бородатых друзей. Человека вышвырнутого системой на свалку. Но не сломавшегося и продолжающего писать и выступать с концертами.
Шевчук подписывает бумагу о том, что ему запрещается писать и исполнять песни. А потом получает сотни писем с поддержкой. Он рассуждает о том, что возможно с системой что-то не так и музыка это единственный способ что-то изменить.
Я смотрю на экран и пытаюсь увидеть расцвет их популярности. Их лучшие годы. А вижу только убогость, палочную систему, старость и бедность.
Но в этой испорченной системе координат они были настоящие. Они были теми ребятами, которые творили, радовались, бухали, курили, выступали, ссорились, играли, пели и снова играли. Они были настоящими, искренними, без налета цветной шелухи. Они верили, что они могут, что-то изменить.
А теперь всё повернулось на 180 градусов. Теперь всё стало очень красиво, но тупо. Появился блеск, но искренность заменила фальшь. В этом наверное и есть парадокс нашего времени. Мы стали похожи на очень красивую новогоднюю игрушку. Мы все стараемся блестеть, но стали пустые внутри.
Возможно секрет в том, что художник должен быть голодным?
Возможно.
Но никто вокруг больше не хочет голодать.

b_n_w

СН

Ребята, Сергей Николаевича больше нет с нами, но он навсегда останется в нашем сердце …
Ты читаешь эти слова лёжа на диване и заедая пресный чай кислым яблоком. Вначале ты не улавливаешь смысл сообщения и читаешь эту фразу ещё раз и ещё раз, и ещё раз.
Дрожащими руками ты набираешь номер телефона и всё ещё думаешь, что эта шутка. Странная новогодняя шутка. Но на другом конце линии ты слышишь лишь плач. Ты не разбираешь слова, но ты улавливаешь, что случилось что-то, что уже не изменить.
Дальше будет зимняя куртка, дорога и безжизненное тело, которое совсем недавно заряжало своей энергией всё вокруг. Ты смотришь на грязное полотенце, впопыхах накинутое на голову, смотришь на белый цвет рук, смотришь на пустой зал, в котором уже никогда не будут тренироваться, но всё ещё не веришь. Всё ещё думаешь, что это какая-то странная ошибка, розыгрыш.
Понимание придёт к тебе во время отпевания. В тот момент, когда плачущая старушка мать будет плакать и кричать на всю церковь, а люди стоящие плотным кольцом будут молчать в едином страшном оцепенении. Понимание придёт к тебе, когда красивый дорогой гроб, начнут неспешно выносить в сторону выхода.
Понимание придёт к тебе, когда за 15 минут от человека останутся только пластиковые венки, небрежно уложенные сверху грязной кучи земли.
Понимание придёт к тебе, но ты откажешься в это поверить.
Мне будет не хватать вас учитель, надеюсь Бог тоже изучает ушу.

more

(no subject)

— Почему так быстро меняется настроение? 
— Чтобы ты успевал осознать, что живёшь.

more

Я – начало (I Origins, 2014)

когда пристальный взгляд переносит тебя в далёкое прошлое
когда события в фильме тебя трогают и отталкивают одновременно
когда тебе больно после просмотра, но ты не можешь объяснить почему
когда ты чувствуешь, но не делаешь.
more

Сны

Как напоминание?
Как укор?
Как ощущения?

Не волнуйся, я всё помню.
Всё прекрасно помню.

more

Эпохи

Как правило у каждого промежутка времени есть какое-то устоявшиеся название. Было много имён, одно сменяло другое, потом возвращалось обратно, потом опять сменяло. Были эпохи возрождения и революций, застоя и великих географических открытий, эпоха модерна и эпоха тирании. Перечислять их можно бесконечно.
Мне кажется, когда в далеком будущем, седой историк откапает все письменные обещания и высказывания политиков, поднимет архив социальных сетей, увидит скриншот кнопочки поддержать Францию в фейсбуке, услышит рассказы об коррупционных делах, прочитает о войнах, о комментариях к войнам, о ненависти, о глупости, о принятых законах, о новостях по телевизору, увидит газеты и фотографии надписей на машинах, у него не останется ничего другого, как назвать эту эпоху — эпохой тотального лицемерия.

more

Цитата

ЧЕ­ЛО­ВЕ­ЧЕ­СКАЯ ЖИЗНЬ — СТРАШ­НАЯ. В ней есть мно­го все­го хо­ро­ше­го, и она мо­жет по-раз­но­му сло­жить­ся, но она страш­ная. Ты мно­го­го не зна­ешь за­ра­нее: не зна­ешь се­бя, не зна­ешь, что оши­ба­ешь­ся, не зна­ешь це­ну сво­их по­ступ­ков. Ты пост­фак­тум что-то по­ни­ма­ешь про свои пре­ды­ду­щие ви­нов­но­сти. Спра­ши­ва­ешь: а че­го я то­гда об этом не по­ду­мал? А ты и не мог по­ду­мать. У те­бя не бы­ло для это­го моз­гов или чувств. Не мо­жет ще­нок по­ни­мать то, что по­ни­ма­ет взрос­лое жи­вот­ное.

Кира Муратова