subtle (_subtle_) wrote,
subtle
_subtle_

"Гаргантюа и Пантагрюэль" Богомолова


"Гаргантюа и Пантагрюэль" вышли очередной дискуссией с публикой и даже тестом: ничего особо ужасного Богомолов не показывает, местами даже тоскуют по детству, молодости и ушедшим временам, но сам текст Рабле 600-летней давности про какашки, гульфики, болезни, подтирание и чревоугодие оказывается для некоторых современников невыносим.

Почему я говорю о том, как важно, что Рабле был врачом. В тексте не просто очень много физиологии, это чуть ли не главная его составляющая,— но еще эта раблезианская физиология, она довольно любопытного, с сегодняшней точки зрения, устройства. Это физиология тела, которое тебя сопровождает по жизни. Человеческое тело, его составляющие, его проявления и его отходы являются спутниками твоей жизни, для Рабле это нормально. Но в наше-то время тело не является нашим постоянным спутником. Тело и его физиологические проявления — это то, чего мы стыдимся, опасаемся, то, что мы скрываем, о чем не хотим задумываться. Современное сознание от тела отделено. И жизнь от тела тоже отделена. Сегодня человек и тело — две разные вещи, человек кончается там, где начинается тело, дух заканчивается, начинается животность, природа. Соответственно, выясняется, что в нашем сегодняшнем пространстве телу отводится больница, время рождения — пока человек еще не обрел чувство стыда и не требует его от других, время смерти и болезни. При смерти и в болезни современный человек начинает видеть свои какашки, свою мочу, осознавать, какого она цвета. Думать об этом. Знать, как он пахнет, бурчит у него в животе или не бурчит, пердит или не пердит.
http://www.kommersant.ru/doc/2459007

Действительно, телесность невероятно репрессирована: тема настолько «непристойна», «оскорбительна», «неприлична», «вызывающа», что и в 21 веке многие не могут публично не только говорить об этом, но даже позволить проникать этому в уши, анонимно, сидя в темном зале.

А еще спектакль напоминает Гринуэя – те же интеллектуализм и насмешничество, гротеск и диссекция человека, перечисление и классификаторство, высокопарное и низменное в одном флаконе. При этом заканчивается все на вполне духоподъемной волне (хотя до этого 2,5 часа во всех ракурсах видишь человека как пожирателя мира во всех его проявлениях и производителя разнообразных отходов).

Возвращаясь к реакции публики и критиков, стоит процитировать Рабле (этот кусок есть и в спектакле, явно неспроста, но не всеми считывается): «Некогда один ученый и доблестный иудейский вождь, ведя по пустыне свой народ, изнывавший от голода, вызвал с небес манну, и воображение голодных людей придало ей такой же точно вкус, какой прежде имела для них мясная пища. Вот и вы теперь, попробовав чудесного этого напитка, найдете в нем вкус того вина, которое вы себе вообразите. Итак, напрягите воображение и пейте».

Критика:
http://www.kommersant.ru/doc/2470954
http://www.vashdosug.ru/msk/theatre/performance/543717/tab-reviews/review73703/
http://www.rg.ru/2014/05/15/rable-poln.html
http://www.smotr.ru/2013/2013_nation_gp.htm

Tags: on theatre
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments