Tags: Рыбаков

дао

Вячеслав Рыбаков: «Идеальный чиновник неукоснительно исполняет все требования традиционной морали»

Вячеслава Рыбакова представлять не надо. Потому просто перепощу его слегка сокращенное интервью, которое опубликовано на днях. В очередной раз ВР настойчиво и увы, как обычно, вероятно тщетно, пытается донести до людей элементарную, вроде бы и понятную любому способному думать, мысль: жить надо своим умом и по совести.
А не поддаваться эгоистическим разрушительным соблазнам...
И не пытаться собезъянничать чужой опыт, который хорошо там, где он наработан (да и то не всегда), но неприменим для всех и порою дебильно-разрушителен, когда накладывается на чужую жизнь.
Ну..да не буду дальше расписывать, ибо сам ВР сказал все это лучше и точнее... Да и не факт, что я понял его стопроцентно адекватно :)

ЧИТАЕМ мудрого и талантливого человека:

— Почему вы начали заниматься танским правом? Зачем это все? Для чего и кому нужно разбираться, как служили и отдыхали чиновники в древнем Китае, как их наказывали за произвол и мордобой?

— Зачем вообще история? Ведь человек, который помнит, чем отличался Перикл от Ашоки, герцог Мальборо от Уистона Черчилля и Сталин от Гитлера не получает ни прибавки к зарплате, ни дополнительной мышечной массы, ни квартирных льгот, ни лишних лошадиных сил в мотор.
Но быть умным, при всех издержках этого состояния, в конечном счете всегда лучше, чем быть глупым. Ведь не зря же во все времена правители, искренне озабоченные будущим своей страны, предпочитали умных граждан, создавали для них институты, университеты, академии... А те, кто наоборот, — изо всех сил старались умных превратить в глупых, а институты и академии — в доходные дома.
На мой взгляд, право само по себе — очень скучная вещь. Кроме того, наверное, еще очень не скоро мы, россияне, перестанем воспринимать как непреложную истину известное высказывание «закон — что дышло...» Так что право, вроде бы, вещь не только скучная, но еще и достаточно малопочтенная, нормальный человек с ним связывается лишь от полной безвыходности.
Но! Если посмотреть на право не как на орудие, простите за выражение, классового господства, а как на весьма специфический продукт культуры, как на откровенный рассказ государства о том, от чего оно мечтает в самом себе избавиться и каким, стало быть, оно мечтает стать — делается гораздо интереснее. Именно под этим углом зрения я стараюсь изучать традиционное право Китая. Сильно подозреваю, что такой подход мне подсказала моя вторая ипостась, и если бы не увлеченность фантастикой и ее конструкциями светлого будущего — я бы нипочем до подобных интерпретаций не догадался.
А уж то, что с проблемами развитой бюрократии Китай столкнулся, когда даже самых дальних предков Рюрика еще и в проекте не было — это факт. И то, что за прошедшие тысячелетия опыт решения этих проблем был им накоплен колоссальный, бесценный, — тоже не приходится сомневаться.


— Насколько исследования такого рода являются занятием чисто академическим? Могут ли быть ваши исследования применимы к современной российской действительности? Какой урок танское право дает современной России?

— Раз я работаю в заведении, которое по старинке еще именуется Академией Наук — хотя уже весьма мало напоминает Академию времен Ломоносова, Вавилова или Келдыша, становясь, скорее, чем-то вроде министерства обороны времен Сердюкова с его аутсорсингом, мерчандайзингом и менеджментом по клинингу — стало быть, это исследование прежде всего является академическим.

Уроков же, на мой взгляд, множество, но хочу вот о чем предупредить. Некоторые мои утверждения могут показаться политически или идеологически ангажированными. Однако воспринимать их таким образом будет столь же неверно и ошибочно как, например, генетику называть продажной девкой империализма. Она не девка и не империализма, а просто наука, то есть достоверное, подтвержденное фактами, развивающееся знание.

Для начала самое простое.
Не могу сейчас с ходу вспомнить точно — кажется, фон Хайек или кто-то иной из главных теоретиков открытого общества — высказал в свое время приблизительно такую мысль: «Единая общая этика — это основа рабства». Изучение китайского традиционного права показывает, что все значительно сложнее.
Единая общая этика, напротив, гарантирует от очень многих видов рабства и произвола. Уголовному праву, а значит, государству с его аппаратом принуждения и карательными органами, приходится вмешиваться в жизнь людей именно там и тогда, когда перестает срабатывать — или начинает мешать тирании — устоявшаяся нравственность. Где сохраняют эффективность веками выстраданные и общепринятые «можно» и «нельзя», там полиции делать нечего. Там, где эти общие «можно» и «нельзя» размываются индивидуальными вариациями, общая жизнь разваливается и насыщается повальной взаимной требовательностью и враждебностью, и уж только тогда, поневоле, в эти области нехотя, неумело, зачастую топорно приходится влезать государству с его доносчиками или видеокамерами слежения, алебардами ночной стражи или полицейскими дубинками...

Простой пример. В кодексе династии Тан среди всех его достаточно по тем временам многочисленных пятисот двух статей нет ни одной за осквернение храмов или, скажем, оскорбление чувств верующих. Такое просто не нужно было предусматривать, ведь уголовное право немыслимых юридических гипотез не создает. Статьи за хищение предметов из храмов были, да. Люди есть люди. И хотя в тогдашнем Китае мирно уживались несколько религий, и даже для совершенно чуждого Китаю иранского огнепоклонства законом предусматривались льготы и для настоятелей огнепоклоннических общин — эквиваленты чиновничьих рангов и привилегий, законодателям и в голову не пришло бы предусматривать кары за пляски не в то время и не в том месте. Так что общая этика — это еще и основа свободы. Возможно, в значительно большей степени, нежели основа рабства. А отсутствие общей этики — это явная дорога к полицейскому государству. А там, глядишь — и к рабству в его самых модернизированных вариациях.


Collapse )

В каждой шутке... или лженаука на марше (про электрические зачатия от Солнца)

Некоторые товарищи усомнились в правдоподобии предыдущей записи, посчитав ее шуткой...
Не могут же здравомыслящие люди всерьез писать о торсионных генераторах или доказывать внефизическое и надвременное существование Бога, векториально хронального левовинтовому спинорному полю....
Да, это, действительно фантастика... Но фантастика ли? Умно и точно подметил замечательный писатель В. Рыбаков тенденции современного общества...
В котором уже всерьез пишут и о весе души и о доказательствах существования Бога и о торсионных полях... А уж существование чакр кажется общим местом в безграмотно-эотерических кругах...
Я порою встречаю такой забойный бред под внешне серьезными шапками и титулами, что диву даешься, что писавшие оный еще не лежат в палате № 6, а заседают в научных президиумах , защищают диссертации или учат студентов, как авторы нижеприводимой галиматьи... И это уже не фантастика...



Collapse )

Мы повернули науку лицом к людям

В очередной раз перечитываю стенограмму торжественного заседания Санкт-Петербургского академического научного центра ... Весьма познавательно...


....мы повернули науку лицом к людям. Мы сконцентрировали ее на тех направлениях, которые наиболее отвечают потребностям нового общества. Сколько неперспективных направлений мы уже закрыли, а горе-ученых, всю жизнь занимавшихся начетничеством и буквоедством под крылышком у власти, отправили на покой! Сколько великих открытий, сулящих неисчислимые блага, уже сделано на самом переднем крае науки за считанные годы свободы!

Collapse )

Зачем нужны запреты

Наткнулся на хорошую мысль...

...Тут-то и становится понятно, зачем нужны запреты, законы, правила, почему так важно иногда говорить "нет" - и не только в ответ на дурное, но и в ответ на сомнительное. Потому что грань между добрым и злым, светом и тьмой в нынешнем усложненном мире тонка. А большая часть из нас вовсе не духовидцы, чтобы безошибочно отделить одно от другого. У нас и так страна, слишком часто противопоставляющая частный случай закону, а законы и правила - понятиям. И, значит, нам особенно важно учиться жить по правилам и произносить "нет", "никогда" и "ни в коем случае".

Контекст , в рамках которой она высказана, очень узкий и конкретный, не всем близкий, потому я его опускаю, ибо сама мысль выше его и применима в принципе, к человеческой жизни. Нас порою призывают к абсолютизации своего мнения, свободе личных высказываний и решений, развитию самостоятельного мышления и отказу от догм...
Замечательные призывы. Говорю без малейшей иронии. Замечательные... пока они не абсолютизируются и не начинают превалировать над здравым смыслом и совестью...
Пока их воплощение приводит к реализации именно свободы мнения и действий в борьбе с догмами и нивелированием личности....
Пока это воплощение не превращается в хамское своеволие, эгоистическое игнорирование общественных интересов ради личного мнения и шкурного интереса, абсолютизации принципа свободы
...которая сама по себе не несет никакого позитива, а нейтральна, как принцип. И всегда конкретна и может быть оценена корректно лишь в контексте. Позитивно. Или негативно. В зависимости от того КАК, КЕМ и ЗАЧЕМ применяется . И КАКОВЫ РЕЗУЛЬТАТЫ ее применения и использования.
С умом и в рамках гуманистической этики....
Или в бездумном либеральном угаре абсолютизации: что хочу, то и ворочу и мне виднее, что правильно, а что нет.

Как верно и точно подметил замечательный вдумчивый и совестливый писатель Вячеслав Рыбаков:

Человек культурный возник с началом отрицания инстинктов религиями. Человеку нельзя было оставаться животным, потому что он оказался бы тогда хуже всякого животного; животные, не размышляя, повинуются хотя бы инстинктам стаи или материнства-отцовства. А мозг сделал человека чудовищным эгоистом. Высшая нервная деятельность форсировала все индивидуалистические инстинкты и подавляла все коллективистские.
Человек возмечтал о лучшем себе – и принялся творить себя лучшего, запрещая себе быть животным. Сначала примитивные табу, потом, с возникновением этических религий, система усложнялась, но суть её оставалась одной и той же.
Цивилизация начинается тогда, когда то, что физически, физиологически вполне можно сделать: убить, изнасиловать, бросить одного умирать, без спросу забрать себе, не выполнить то, что тебе велел отец, громко испортить воздух, сидя за обеденным столом, – становится совершенно нельзя по каким-то выдуманным, чисто духовным, искусственно, казалось бы, сконструированным причинам. И, с другой стороны, она кончается, когда всё это становится снова можно.
Людей не труд создал. Трудятся и пчёлы, и бобры. Людей создали запреты.


В общем-то мысль элементарная и не надо быть гением, чтобы до нее дойти. Достаточно наличия элементарного здравого смысла, не помутненного либеральными фантазиями.... или противоположными фантазиями о том, что изначально в человеке заложено стремление к свету и добру...
Увы, но практика, да и вся имеющаяся на данный момент теория, показывают и доказывают, что ничего  изначально не заложено, а создает и воспитывает человека преимущественно среда. В т.ч. и запреты.
Важно только - не абсолютизировать их в свою очередь (как и полярный им принцип свободы), не доводить до тотального произвола и подавления, добровольно и сознательно учиться их использовать и применять для созидания и развития....

Знакомо...

"я вообще теперь избегаю перечитывать любимые книги, особенно сильно на меня повлиявшие любимые книги, потому что отчетливо понимаю, насколько я за десять-пятнадцать лет изменился сам.
Очень не хочется лишний раз сталкиваться с такими недвусмысленными признаками собственного утомления и старения, как ослабление эмоциональности восприятия, снижение порога сострадания или нарастание неспособности обрабатывать информацию непредвзято.
Очень не хочется лишний раз воочию убеждаться в том, что начал смотреть на такой великолепный пласт реальности, как написанные другими тексты, не как поэт: любуясь, страстно переживая и вдохновляясь, а как анатом: тут многословно, тут неудачная метафора, а так теперь уже не пишут...
Очень не хочется рисковать тем, что по мелочам ненароком можешь скомпрометировать и дезавуировать главное, которое давно уже стало твоей собственной плотью и кровью, становым хребтом лучшего в тебе".

(Вячеслав Рыбаков)

Правда Вячеслава Рыбакова...(под впечатлением от встречи с писателем)

Вячеслав Рыбаков. О его творчестве…(впрочем – это не творчество, а настоящая жизнь…) можно писать долго и подробно. С нюансами и подробностями, эмоционально и вдохновенно… Как уже писали arman_ http://www.livejournal.com/users/arman_/175843.html и edel http://www.livejournal.com/users/edel/35408.html Лучше не напишешь…да и не надо, у них всё сказано… И не хочется уже ничего анализировать, описывать, а просто поблагодарить судьбу за то, что в России есть такой писатель…Один из немногих среди, действительно, талантливых авторов, кто не ломается под прессом масскультуры, продолжая светло и пронзительно говорить о настоящем. О той мерзости, что пытается захватить и поглотить человеческую отдельную душу и почти захватила общество…О тьме и грязи присущей нашему миру и так легко и незаметно перемалывающей человека… О предательстве и лжи убивающих людей и их любовь… И о неимоверно трудном пути человека преодолевающего всю эту тьму в себе самом и вокруг, о негаснущей надежде и искрах света мерцающих под спудом эгоизма, безнадежности и просто привычки ко злу…слабо мерцающих и разгорающихся несмотря на то, что так просто и логично им угаснуть… О слабом человеческом сердце умеющем остаться именно человеческим.
Книги Рыбакова помогают жить в этом непростом и несветлом мире, позволяя сохранять в душе стремление жить по-совести, не поддаваться мещанско-эгоистическому влиянию…Конечно, помогают в основном тому, кто принимает эту помощь, а не тем, кого честные и порою резкие оценки писателя раздражают и даже бесят…Кто называет его то «русским фашистом» за то, что он прямо показывает мерзость и бесчеловечность расеянской либеральной практики…, то наймитом китайцев ведущим подготовительную работу для грядущей экспансии Китая:))) …– это суперидиотская реакция на светлый, печальный и невероятно остроумный цикл Ван Зайчика, в котором Рыбаков вместе с соавтором – издеваются над всяческими стереотипами и штампами, священными коровами национализма и либерализма, бюрократической тупостью и сонмом самых различных догм прочно осевших в нашем сознании… И показывают вариант свободной интересной и достаточно гармоничной жизни…в которой тоже есть и печаль и грусть и несправедливость…но в основе которой всё же лежит человеческое стремление к правде и красоте… Как и почти во всех произведениях Рыбакова…Даже тех, которые читаешь сжав зубы от бессилия и горечи, сопереживая героям, которым невыносимо больно и душно…Но даже погибая они оставляют память о себе, как о людях умевших жить по-людски… В отличие от псевдогероев многих талантливых (веду речь именно о талантливых, а не о поточных поделках) современных российских авторов, которые замечательно выписаны, но разлагают душу, оставляют тягостный осадок и деформируя психику бессмысленной своей силой (или цинично-изощренным умом) и эгоизмом… Они – ЗЛЫЕ, как просто, без экивоков по народному сказал о таких героях сам Вячеслав Рыбаков. И он совершенно прав. Злые герои (как бы не были они прекрасно обыграны и выписаны) несут соответствующую злую и бессмысленную энергетику в общество отравляя людские души. Тогда как книги Рыбакова дают надежду и здоровую силу… Как точно сказала edel… «...Есть книги, к которым будешь возвращаться снова и снова как к друзьям (а, может, как к учителям...) - через месяц, через год, через десяток лет - чтобы дать возможность им что-то тебе досказать, что-то дооткрыть... Чтобы что-то ещё допонять недопонятое с первого раза, с первого - на одном дыхании - на вдохновении - тогдашнего их прочтения.Чтобы вновь настроиться на ТУ волну, на которой ты поймал однажды важное осознание. Чтобы снова дрогнуть той же жилкой и разбудить в себе что-то заснувшее, но очень ценное для тебя... Чтобы найти силы что-то снова в себе (и в жизни) поменять...»

Людей создали запреты (Вячеслав Рыбаков )

ЛГ № 33-2004

Тот, кто призывает нас не верить красивым сказкам и не творить себе мифов, а жить только по правде, неявным образом приписывает себе божественные способности знать будущее и точно представлять себе, что именно окажется правдой, а что нет. На деле каждый просто выдёргивает из истории те грани правды, которые ему по душе.
Грубо говоря, высокодуховны, бескорыстны и храбры ли русские? Конечно! А ленивы ли они? Да разумеется! Национальный характер – сложнейший сплав качеств, в котором недостатки есть лишь порождения достоинств, а достоинства – порождения недостатков; подчёркиваю: даже не продолжения, а именно порождения.
Однако для выживания нации отнюдь не всё равно, на чём делает акценты господствующий миф.
.......................................
Если народ начинает заниматься исступлённым самобичеванием и повторять изо дня в день: я плохой, я гнусный, я жестокий, то, во-первых, со стороны окружающих он отнюдь не добьётся ни уважения, ни сострадания; напротив, как оно обычно бывает и среди отдельных человеков, окружающие с удовольствием потрут ладошки и ответят: ну конечно, плохой, мы всегда это подозревали! Хочешь исправиться? Раздевайся!
А во-вторых, опять-таки, как оно бывает среди отдельных людей, тот, кто вдруг в минуту тяжёлой депрессии или страшной неудачи уверился, что всё он делал в жизни не так и никакой пользы окружающим от него не было и быть не может и перед всеми-то он виноват, – никогда из депрессии не выберется, никогда неудач не превозможет, и будет впредь идти на поводу у других.
Полагать же, как это сейчас частенько бывает, будто веру в то, что твой народ благороден и мужествен, а твоя страна достойна будущего, которое сама изберёт и сама построит, можно заменить просто хорошей зарплатой, – либо крайняя наивность, либо хорошо замаскированная подлость.

ЛЮДЕЙ СОЗДАЛИ ЗАПРЕТЫ

Что же до того, будто в многонациональной стране не может быть национальной идеи, и применительно к таковой в лучшем случае можно говорить о некой МНОГОнациональной идее (с подобным взглядом тоже приходится встречаться), – это просто пустая и, возможно, не вполне честная игра словами.
Граждане того или иного государства являются политической нацией и в качестве таковой – одним-единственным субъектом международного права вне зависимости от сложности своего этнического состава. Национальная идея призвана обеспечивать выживание ВСЕЙ данной политической нации как единого целого.
Требование сформулировать некую многонациональную идею как раз и приведёт к тому, что те или иные этносы будут оставаться за бортом процесса подобного формулирования, то есть к тому, против чего ратуем на словах: к ущемлению прав национальностей.
Всё это достаточно просто. Есть проблемы куда более сложные, действительно сложные, и что с ними делать – не вполне ясно. Они только ждут своего решения.
Ну, например.
Человек культурный возник с началом отрицания инстинктов религиями. Человеку нельзя было оставаться животным, потому что он оказался бы тогда хуже всякого животного; животные, не размышляя, повинуются хотя бы инстинктам стаи или материнства-отцовства. А мозг сделал человека чудовищным эгоистом. Высшая нервная деятельность форсировала все индивидуалистические инстинкты и подавляла все коллективистские.
Человек возмечтал о лучшем себе – и принялся творить себя лучшего, запрещая себе быть животным. Сначала примитивные табу, потом, с возникновением этических религий, система усложнялась, но суть её оставалась одной и той же.
Цивилизация начинается тогда, когда то, что физически, физиологически вполне можно сделать: убить, изнасиловать, бросить одного умирать, без спросу забрать себе, не выполнить то, что тебе велел отец, громко испортить воздух, сидя за обеденным столом, – становится совершенно нельзя по каким-то выдуманным, чисто духовным, искусственно, казалось бы, сконструированным причинам. И, с другой стороны, она кончается, когда всё это становится снова можно.
Людей не труд создал. Трудятся и пчёлы, и бобры. Людей создали запреты
.......................................
Вслед за этим выдавливанием и индустриальное обслуживание человека всё более сводится к производству обслуживающих как раз его физиологическую составляющую товаров. А поскольку всякое производство стремится к расширению, идеологическое давление якобы безыдейного, чисто технологического прогресса направлено на то, чтобы эту физиологическую составляющую усилить и сделать единственно престижной.
В пределе этот процесс утверждения истинной свободы должен привести к повальному превращению людей в скотов. Очень ухоженных скотов, очень занятых своей высокооплачиваемой работой и потому очень квалифицированных в профессиональной сфере. Блистательно познавших науку потребления, матёрых академиков бодибилдинга, кикбоксинга, петтинга, шопинга и пирсинга – но понятия не имеющих, где река Лена и где река Лимпопо, кто такие Фома Аквинский, Лермонтов или, прости господи, генерал Григоренко. Более того, даже не понимающих, зачем им надо это знать. Ведь для жизни это совершенно не нужно! Для жизни свободному от идеократических заморочек человеку действительно нужно знать только разве что каким маслом лучше умасливать свой БМВ и как пользоваться тампаксом!
....................

Полностью http://www.lgz.ru/1164

Вячеслав Рыбаков. ЕСЛИ ВЫПАЛО В ИМПЕРИИ РОДИТЬСЯ -

Вячеслав Рыбаков

ЕСЛИ ВЫПАЛО В ИМПЕРИИ РОДИТЬСЯ -
ЛУЧШЕ СРАЗУ С ПЕРЕПУГУ ОБМОЧИТЬСЯ?

Есть термины, вокруг которых кипят такие страсти, словно это не слова, а стаканы утренней водки после бурно проведенной презентации. Кого-то от них воротит, буквально выворачивает, другие к ним тянутся, вожделенно дрожа. Но никто не относится спокойно.
Кроме тех, конечно, кто на презентации отсутствовал или соблюдал умеренность в банкетном самоодурманивании. Те не волнуются, а лишь посмеиваются над похмельными страдальцами.
К подобным терминам относятся такие поразительные выражения, как "фашист", "коммунист", "демократ", ставшие за последнее десятилетие для одних площадной бранью, куда энергичней вполне уже одомашненных матюков, для других - манящими, звонкими дворянскими титулами при фамилиях. Практически ни один человек из тех, кто при помощи этих слов возносит кому-то осанну или, тем более, на кого-то бранится, ни в малейшей степени не в состоянии хоть сколько-нибудь связно растолковать, в чем сущность фашизма, коммунизма или демократии. Примерно так, полагаю, незабвенный Никита Сергеевич крыл неправильных художников пидорасами; он и в мыслях не держал реальный феномен педерастии. Ты что-то делаешь не так, как я считаю надлежащим - стало быть, ты пидорас. Все. Конец сообщения.
Ты заикнулся о любви к родной стране - стало быть, фашист. Ты заикнулся о высокой регулирующей роли государства - коммунист. Об элементарных свободах - демократ. Все.
Ан и не все. В ответ на тупость и безаппеляционность этих умозаключений встопорщивается озлобленно и порой даже несколько тщеславно: да, если так, то я и впрямь фашист! Да, блин, коммунист я! Да, мать вашу, демократ!!
Волна, отразившись от стенки, катится обратно с удвоенной силой и пуще прежнего раскачивает утлый бумажный кораблик человеческого сознания.
Нечто очень сходное произошло в последние годы и с термином "империя".Collapse )