Tags: Крапивин

"Я ему буду папа и мама..."

Перечитываю Крапивина.(да, я не только всяких сенек-бердяевых, да жзл про ленинов и вивекананд читаю, а порою и для души..)...
"Ерёма повесил в своем углу вырезанную из журнала фотографию: портрет мальчишки. Мальчишка небольшой - класса из первого или из второго. И весёлый такой! Голову запрокинул и хохочет. На носу конопушки, а в глазах два солнышка. Глеб подошёл, присел, упёршись в колени, долго разглядывал портрет. Потом сказал:
- Славный парнишка… Кто это, Ерёма? Знакомый, что ли?
Ерёма что-то царапал на бумаге. Он проскрипел неохотно:
- Знакомый, незнакомый, какая разница? Ваську такого буду делать…
Тут мы все подошли. Что он задумал?
- Какого Ваську?
- Говорю: вот такого… - Он кивнул на снимок.
- В точности? - удивился Янка.
- Не в точности, - разъяснил Ерёма, не отрываясь от бумаги. - По характеру похожего. А с виду будет вроде меня. Только маленький. Роботёнок-ребятёнок. Васька… Я ему буду папа и мама...."

Гм...и последняя фраза что-то мне напомнила... согрела иззябшее сердце чем-то пылающе-толерантно-рукопожатным... Неужели, Владислав Петрович заранее всё знал еще четверть века назад...и пророчествовал как мог...😏

Писатель и Город

20140325_173747(1)

Оригинал взят у dr_piliulkin в Ни дня без праздника
Хотел написать про то, как я вчера поставил себе "Мак" и на него переполз. Ну и советов спросить у яблофилов. :) Как без того.

Но решил о другом.

Всю ночь ворочался, спал плохо. Все думал - становиться ли чиновником? Решил - не стану. Во-первых, не хочу. Во-вторых, не зовут!
Зато сегодня - новый праздник. Международный день Детской Книги.

И мне кажется, это самый правильный момент, чтобы поздравить Владислава Петровича Крапивина с получением Президентской премии за вклад в развитие отечественной детской литературы и патриотическое воспитание подрастающего поколения.

Ну и вспомнить какую-нибудь из его книг. Сегодня - лучше всего "Трое с площади Карронад". Курсив мой. :)

"Он до сих пор смотрел только перед собой, а теперь глянул по сторонам.
И просто задохнулся от неожиданной радости.
Утренний Город лежал вокруг, как громадный праздник, как лучшая на свете морская сказка.
Две узкие синие бухты врезались в улицы и обнимали центр Города. Они, как две исполинские руки, хотели обнять и холм, на котором стоял Славка. И самого Славку.
Это сам Город протягивал к Славке руки, звал его.
Звали сверкающие от солнца белые дома, похожие на громадные теплоходы. Звали белые теплоходы у причалов, похожие на многоэтажные дома. Звали замершие в бухтах грозно-синие крейсеры и эсминцы. Звала зеленая громада Кургана, желтый равелин у выхода из Большой бухты, путаница старых переулков…
Город принимал Славку!
Славка хотел качнуться навстречу и оробел.
«Правда? – спросил он у Города. – Но я ведь еще… Я всего неделю… Разве я уже твой?»
Город празднично сверкал и смеялся:
«Не бойся Славка Семибратов! У меня тысячи мальчишек! Будет еще один!» «Но я… может быть, я еще не такой уж… Не такой как тебе надо…»
Город распахивал руки. Он принимал Славку такого, как есть. С младенческой кисточкой на темени, с припухшей царапиной на ноге, с тряпичным другом Артемкой. Со всякими боязливыми мыслями и с невыученным уроком по ботанике. Со всеми обидами и надеждами.
«Значит, я твой? – сказал Славка. – Ладно, я буду… Я иду!»"

Я вот что думаю... Если бы не было на свете этой книги - и миллионов, наверное, прочитавших ее мальчишек - Город мог и не вернуться к нам. Обидеться.
Спасибо, Владислав Петрович за эту книгу, и за все другие. И очень, очень заслуженная и своевременная премия!