Tags: Сходня

(no subject)

А писала я о том, что Сходня – по сути, деревня, и за это я ее люблю. Вышла на балкон ночью, чтобы раз во много месяцев выкурить сигарету от переполняющих меня эмоций, с трудом открыла окно и вдруг слышу сверху голос: "Вот такие у нас окна, да? Здравствуйте!" Соседка этажом выше тоже курила в ночной тишине. Я улыбнулась, поздоровалась в ответ и неспешно затянулась, смотря на проносящийся мимо очередной пассажирский "Москва-Санкт-Петербург".

(no subject)

Четвертый переезд за полгода. И каждый из них разный. Сейчас, пожалуй, самый приятный: невероятно, но я возвращаюсь в Сходню, которую когда-то ненавидела, а теперь даже рада, что буду снова жить там. Давно заметила, что, если я чего-то сильно хочу, оно всегда сбывается. Из-за этого немного опасаюсь своих желаний.

В Тюмени я ужасно скучала именно по Сходне, даже не по Москве. Вспоминала уют той нашей квартиры и хотела снова пройти по дороге от станции. Если помните, я даже написала ностальгический пост про это в рамках #writeeveryday. И в итоге умудрилась найти квартиру не только в том же доме, где жила, но и в том же подъезде. Тот самый "дом в тупике возле железной дороги", сползающий в овраг.

А там ничего не меняется, в отличие от Москвы. Приятная стабильность и холм из окна. Стучат поезда и самолеты заходят на посадку. Когда я поехала смотреть квартиру, чуть не свернула голову от счастья. Вообще, если увидите в Сходне, что кто-то из прохожих останавливается и смотрит на самолеты, то это либо не местный человек, либо я. Остальные давно не обращают на них внимания.

Сходня

Большую часть своей жизни мы проводим либо в дороге, либо дома. Иногда это ощущается острее, иногда путь проходит на автомате. Для меня дорога является чем-то мистическим. В первую очередь – железная дорога. Бесконечные километры, которые я намотала по рельсам... Сколько их? Даже не берусь считать – да и не сосчитаю уже. Манят стальные нити, гипнотизируют, заставляют влюбляться в них снова и снова.

Практически все мои близкие друзья так или иначе появились в моей жизни через увлечение железной дорогой. С возрастом фанатские страсти стихают, но восторг, который ты видишь на лицах друзей при виде железнодорожных красот, неподдельный, как и много лет назад. Это сближает.

А еще в моей жизни была дорога красивая, но вынужденная. Это путь до станции Сходня и обратно домой, на Овражную улицу. Я прожила в Сходне семь долгих месяцев – и пять дней в неделю мне приходилось идти по этой дороге 20 минут. 17 – если идти чуть быстрее. И 15, если нестись бегом. Каждое утро мне хотелось остановиться и посмотреть на самолеты, заходившие на посадку, или насладиться красотой рассвета и пением петухов во дворах, – но я не успевала. Я ни разу не смогла выйти из дома раньше: настолько я ненавидела свою работу, до которой нужно было ехать 2 часа.

А вечером я ненавидела путь домой. Автобусов почти не было, поэтому, как бы ты ни устал, тебе предстояло идти снова по этой же дороге. Зато вокруг не было ни души. Только фонари и редкие машины. Но как же хотелось обладать суперсилой, которая перенесла бы тебя в теплый дом с видом на холм из окошка... И сейчас, когда я очень далеко от Сходни, я все равно скучаю по ней больше, чем по Москве. Наверное, потому, что там у меня был свой первый уютный дом. Только мой. И мне очень не хотелось из него выходить – а приходилось. Пять дней в неделю. Больше я не могла себя заставить это делать.

Я любила каждый уголок этой квартиры с орущими соседями за тонкими стенами – и ненавидела ее. Там у меня был железнодорожный светофор и балкон, на котором можно было пить чай и смотреть на самолеты и поезда, проезжавшие совсем рядом.

Говорят, ничто не может стать более чужим, чем то, что любил когда-то. Но верно и обратное (в моем случае точно): ничто я не люблю так сильно, как то, что когда-то ненавидела.