?

Log in

No account? Create an account
Gnidrolog - Asylum For The Musically Insane — LiveJournal [entries|archive|friends|userinfo]
Alexey Petuhov

[ website | progmusic.ru ]
[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Gnidrolog [Jun. 22nd, 2006|12:38 pm]
Alexey Petuhov
[Tags|, , ]

Gnidrolog


История группы Gnidrolog от Стюарта Голдринга (гитариста группы).

Глава Первая.
Вначале:

Эта история основана на моих воспоминаниях о группе и дискуссиях с другими членами группы Gnidrolog. Я не писатель и не журналист, так что историю мне будет иногда сложно рассказать должным образом. У всех у нас есть хорошие и плохие воспоминания о том периоде [1969-1972] и многих друзей уже с нами нет. История Gnidrolog - это моя история и история моего брата близнеца Колина. Удивительно, но мы до сих пор играем и думаем о музыке (и Gnidrolog) после всех этих лет.
Колин и я - однояйцевые близнецы. Мы родились в Тоттенхеме 18 мая 1950 года в семье Роуз и Гарри Голдринг. У нас есть также и сестра Дейдра, которая на 2 года старше нас. Наша семья была еврейской семьей, очень религиозной и, как и во многих еврейских семьях, всех обучали игре на музыкальных инструментах. Ни мама, ни папа не были музыкантами, но в нашем доме было всегда много музыки - в основном классической. Так же нас частенько брали смотреть на Promenade Concerts Генри Вуда когда мы были маленькими, так что выросли мы среди классической западноевропейской и еврейской музыки. С детства мы были очень общительны - любили петь, играть, выступать и танцевать. В 11 лет мама отвела нас на прослушивание для "Lionel Bart's Oliver!" (знаменитая постановка по "Оливеру Твисту"), который собирались ставить в New Theatre.
Мы оба успешно прошли это прослушивание, так началась наша профессиональная карьера в "индустрии развлечения". Так что можно сказать, что мы в бизнесе уже почти 40 лет! Мы повстречали некоторых интересных людей там, вроде Дэвида Джонса, который играл Артфула Доджера. Позже он стал певцом группы The Monkees. Кто-то мне говорил, что Фил Коллинз тоже начинал там же. В общем, это было неплохая база для музыкантов и актеров!
После Колин и я снимались в различных фильмах и на телевидении, но истинным нашим интересом была музыка. К 12 годам мы уже играли на скрипке и начали учиться игре на различных духовых инструментах, в том числе на трубе (Колин позже играл на трубе в одной группе, а я на скрипке).
В 13 лет мы с братом сильно увлеклись популярной музыкой и я купил свою первую гитару. Она стоила пять фунтов, была очень неудобной (гриф был в 8 дюймов шириной), но как же я ее любил! Тогда же мы начали играть в некоторых клабах. Помню такие замечательные лондонские заведения, как The Scots Hoose, Bunjies Folk Cellar, The CND Club, New Merlin's Cave. В те дни ты легко мог попасть на одну сцену с такими крутыми музыкантами, как Джон Ренбоурн, Мартин Карти, Пегги Сигер, Дэви Грэм, Рой Харпер, Ивен МакКолл и, конечно, такими блюзовыми знаменитостями, как Сонни Терри, Брауни МакГи, "Шагар Пай" ДеСанта. Сцена была очень "эклектична". То есть особого деления на стили не было, выходил кто хочет и играл что хочет. 60-е - это было прекрасное время для того, чтобы быть молодым и любить музыку. В то же время было столько групп, которые влияли друг на друга. The Who, Led Zeppelin, The Rolling Stones, The Beatles, The Beach Boys и, конечно, Bob Dylan. Уау!
Молодежная культура стала отстаивать место под солнцем в Западной Цивилизации, быть 20-летним означало жить на другой планете. Конечно, была культура наркотиков и мы были в курсе того, как она влияет и какую роль играет в жизни молодежи.
К тому же мы были вовлечены в политическую жизнь и принимали активное участие в Кампании За Ядерное Разоружение левых политических сил. В 1966 году война во Вьетнаме и распространение ядерного вооружения очень сильно тревожили многих молодых людей.
Когда мы с Колином закончили школу (среднюю школу Брук Каунти в Лаутоне), то поступили в Лаутонский Колледж, где изучали драму и девочек! Мы познакомились там с Крисом Районом и играли в качестве трио в клубах. Позже Крис стал известным актером в The Young Ones, но всегда поддерживал с нами связь. Самая главная гордость Криса, конечно, это бестселлер с его героем, Клиффом Ричардсом - перевыпущенный для благотворительных целей 'Young Ones' (Молодые).
В 1968 году мы закончили колледж и покинули дом - наш отец погиб в автомобильной катастрофе. Мы с Колином переехали в Южный Вудфорд, где жили довольно бедно, пока в один день не повстречали нашего будущего менеджера Уилла Спраула и не начали подумывать о группе Gnidrolog.

Глава Вторая.
Ранние дни:

Итак, мы дико голодали в своем доме в Южном Вудфорде. Колин работал в Colchester Repertory Company, а я в молодежном театре Birkenhead Argyle и гастролировал с тамошней труппой. Мы весили по 10 стоунов (63,4 килограма) и жили тем, что воровали молоко и подбирали бракованные бисквиты у бакалейщика.
В нашей гастрольной труппе был один актер [Титч] - бывший "роуди" Дэйва Ди, Доузи и других, который жил в Нортхэмптоне. Помню, что у него был друг, который играл на пианино в Nashville Teens, который открыл для меня записи Западного Побережья и заинтересовал группами вроде Lynne County, Spirit, Iron Butterfly, The Doors и прочими. Еще меня интересовали некоторые более интересные вещи, происходившие в то время - Soft Machine, Family, Traffic и подобное.
В доме, где мы жили был парень по имени Лестер Браун, бывший бодибилдер и профессиональный певец и гитарист (сейчас Лестер где-то на Бермудах). В общем, мы позаимствовали электрогитары и попытались сыграть наш фолковый материал в более динамическом, ориентированном на рок духе.
Однажды, в тот день, когда мы страдали наиболее сильно от своей бедности, к нам в дверь постучался наш будущий менеджер. "Здаров, пацаны, Уилл Спур тут, но вы можете называть меня просто Сэр. Я живу через дорогу и слушаю вас иногда. Вы отлично играете, но вам нужен менеджер - поэтому я тут". Когда этот лысеющий тощий человек с белфастским акцентом в костюме говорил с нами, он сжимал чемодан, в котором явно были деньги! "Короче, чо вам надо и чем я могу вам помочь?". "Нам нужны усилители, гитары, администраторы, техники, контракт со студией, радио выступления, концерты, место для репетиций, место где можно жить, гонорары, студия, агент и 6 месяцев тяжелой работы перед тем, как что-то получится" прошептал я. "Всему свое время, пацаны, всему свое время!".
Так началось длительное и интересное наше сотрудничество. Неделями мы начали на практике реализовывать наши замыслы. В чем мы действительно нуждались, так это в музыкантах для группы. В принципе, мы с Колином отлично играли и вдвоем, но собрать группу без ритм-секции невозможно. Мы дали объявление в Melody Maker, но почти никто на него не откликнулся. Не помню уж что мы там написали, но почему-то это особо никого не привлекло. До сих пор не понимаю, почему нас не завалили заявками претенденты. Один из немногих откликнувшихся был Найджел Пеграм. Он некоторое время обучался в туринской консерватории игре на флейте и барабанах. С собой на прослушивание он принес небольшой ручной барабан. Прослушивание проходило следующим образом - мы играли и пели, он стучал в барабан, прерываясь иногда на игру на флейте.
Нам он сразу понравился; Колину и мне понравилось чувство юмора и его огонь в глазах. Так что мы сказали ему "да" еще до того, как услышали, как же он на самом деле играет. Позже мы узнали, что он прежде играл в местной группе Spice вместе с будущим музыкантом Uriah Heep Миком Боксом.
Следующая проблема была выбрать басиста из тех, кто пришел к нам на прослушивание. Нашего первого басиста звали "Дуг", но он быстро отсеялся, так как таскал с собой каких-то малолетних девчонок. Я помню, как отец одной из девчонок осаждал наш дом, так что "Дугу" пришлось уйти. Затем мы прослушали еще нескольких басистов и остановили свой выбор на двоих. Один был из некой симпатичной местной группы Hackensack. Насколько я помню, это была достаточно живенькая развлекательная группа с отличным певцом. Тот нам понравился, но после прослушивания мы так его найти и не смогли. Говорят, он попал в аварию, может быть поэтому:
Вторым басистом был Питер Каулинг, по кличке Марс, который выглядел слишком серьезно даже для своих лет. Ну а для нас он был и вовсе просто старикан! Но у него были крутые усы, северный акцент и он отлично играл пальцами на басе! Я был восхищен. Мы попросили его присоединиться к нам и поехали в Южный Вудфорд. Почему мы это сделали - это тоже выше моего понимания. Если нужно было кому-то подействовать на нервы, то это был лучший способ. Наверное потому, что нам больше негде было жить, разве что у Найджела были шикарные родители, которые жили в Тейдон Бойс.
Позже, в комнате на магазином на Лейтонстоун Хай Роуд начали репетиции начались со всей серьезностью. Вскоре стало ясно, что у нас получается нечто необычное.

Глава Третья
Что-то странное происходит.

Это действительно было так. Все началось с того, что наше музыкальное прошлое и подход были весьма разными. Я увлекался музыкой Западного побережья; Колин был настоящим музыкальным "кузнецом" - играл на всем подряд. Саксофон, труба, тенор, рекордер, губной орган, гитара. Марс очень впечатлился таким разнообразием и стал учиться играть на виолончели. Найджел покинул Spice (позже превратившийся в Uriah Heep) и продолжил учиться играть на флейте и гобое. Что касаемо меня, то я достаточно неплохо играл на скрипке и, между нами говоря, имел потрясающий спектр звучания. Марс в прошлом играл рок, Найджел - соул, а Колин - фолк.
Наше репетиционное расписание было весьма плотным, мы полностью увлеклись игрой. Иногда репетиции проходили по 6 часов без перерыва. Трудно представить, чтобы кто-то еще так себя изматывал как мы и обладал такой репетиционной программой как у нас. Это не означает, что мы ничего не знали о других группах., конечно же. King Crimson, Soft Machine, Gentle Giant, Genesis, Pink Floyd, Quintessence, Camel, Caravan все они выступали в то время, но кто на кого влиял?
Думаю, нас отличало то, что наши репетиции были чрезвычайно демократичными. Лидера не было. Все приносили свои идеи и мы вместе над ними работали. Колин и я обычно приносили какие-либо песни в студию и мы вместе устраивали длительные импровизации, пока не рождалась подходящая аранжировка. Думается мне, были какие-то определенные ключевые музыкальные темы и стратегии, которые мы использовали, да и используем в нашей работе по сей день. Драма и юмор были неотъемлемой частью наших концертов, но перенести это на пластинку было очень трудно.
Довольно часто мы нарушали привычные формы, чтобы расширить наши пьесы. Длинные композиции имели повторяющиеся темы, которые подхватывал то тот, то другой музыкант. У каждого была своя партия, на которой нужно было предельно сконцентрироваться, чтобы песня не разъехалась по швам. Если вы послушаете Long Live Man Dead вы поймете о чем я говорю. Если вы вслушаетесь в быструю часть, следующую за вступлением, вы услышите, как Колин играет на рекордере. Он использует те же фразы, но играет значительно быстрее в секции Skull позднее. Каждый брал тему или мотив за основу и развивал ее. Партия бас-гитары в этом месте не похожа на то, что вы слышали или услышите где-либо еще. Я как-то попытался ее проанализировать и быстро сдался. Каулинг был одним из самых прекрасных басистов в рок-музыке (потом он ушел играть с Пэтом Треверсом).
В общем, я внимательно следил что кто играет, так как моя часть была технически просто практически невозможна для исполнения. Колин до сих пор стебется надо мной и говорит, что я играю "музыку левши". В принципе, в этом есть доля истины, так как я действительно играю слишком сильно акцентировано на левой руке для правши. Партии Найджела на флейте пересекали все наши партии. Это было слишком изнурительно и восхитительно одновременно так играть - ни одного тусклого и проходного момента. Энергия, энтузиазм, ярость, отличное мастерство и несколько потрясных идей.
В любом случае, так было без перерыва 6 месяцев. В конце концов мы истощились и изголодались, кроме Найджела, который общался с молодой женщиной, таскавшей ему еду. Насколько я помню, Найджел по ночам еще подрабатывал тем, что таксовал. Вот почему его прозвали "Белый Торнадо". Это было название какого-то жуткого чистящего вещества отлично описывает его до сих пор. Комната его была всегда безупречна, он работал по 25 часов в день и ни разу в жизни не притронулся к наркотикам. В те дни это вообще было чертовски редко.
На протяжении этих 6-ти месяцев мы никому не позволяли слушать, что мы делаем, никогда ничего не записывали и концертов не давали. Прежде чем я продолжу дальше, я напомню вам, что мне и Колину было тогда по 20 лет, Найджелу 21, а Марсу - 25. В те времена быть профессиональным музыкантом было очень трудно, но это было то, к чему мы готовились с Колином с тех пор, как начали свою сценическую жизнь в 11 лет. Мы всегда считали, что отличаемся от остальных. Уйдя из дома в 15 лет мы решили сами о себе заботиться. Но что по-настоящему нас шокировало: Об этом в следующей главе.

Глава Четвертая
Секс и наркотики.

В этой части истории читатели в праве ожидать от меня полного описания всех сексуальных, наркотических и остальных похождений музыкантов группы Gnidrolog. Вообще, как могут прекрасно выглядящие музыканты, одетые в бархат, вельвет, жилеты, черные туфли, с длинными волосами и всей этой блестящей мишурой не стать объектом сексуальных фантазий всех этих прекрасных женщин (а иногда и мужчин) в пике их физического развития?
Да легко! Термин "шок" в предыдущей главе объясняет нашу реакцию на несдержанность остальных. Не то что бы мы были какими-то ханжами, совсем нет. Просто когда мы начинали свою концертную деятельность, то тут же ограничили себя от подобного рода развлечений. И вообще, какой нормальный молодой человек, в юном возрасте, ищущей настоящей любви соблазнится на кратковременную связь с девушкой с расшатанными моральными устоями, тем более с риском для собственного здоровья? Так что если кто-то из вас ожидает, что я сейчас начну выдавать подробности наших пылких романов, то спешу вам разочаровать. В реальности гастроли не так романтичны - это тяжелый труд, грошовый заработок, ради которого ты полтора часа играешь на сцене.
Жизнь от отеля к отелю, постоянная усталость, плохое питание, качка во время переездов - вот расписание дней и ночей. Мы привлекали многих странных людей, которых легко можно охарактеризовать как "нахлебники". Я не буду называть имен, но они знают, о ком я.
В 70-х наиболее популярной наркотой была марихуана и ЛСД. Как и многие другие, я подсажен на табак. По счастью, нам удалось удержаться от более опасных и тяжелых наркотиков. Было несколько печальных случаев среди наших знакомых, умерших от передозировки.
Наркота была всех видов - черная, ливанская, церковные шарики, самосад и ты мог купить все это в том количестве, в котором только хотел. Всегда можно было достать все что хочешь и большую часть бесплатно - спасибо "друзьям"! Но, несмотря на это все, самым популярным наркотиком среди музыкантов был алкоголь. И не спрашивайте меня почему, лично я люблю выпить пол-литра сидра летним вечером, но тогда существовала определенная культура пьянства, да я сомневаюсь, что все сильно изменилось с тех пор.
Я могу четко заявить, что если кто-то считает, что он играет лучше, когда налижется, то он сильно заблуждается. Вы никогда не сможете играть как Gnidrolog, если не сможете полностью контролировать собственное поведение. Более того, я могу примириться с теми, кто предпочитает немного конопли алкоголю все время.

Глава Пятая
Концерты, концерты.

Святой Петр обращается к стоящей перед Вратами в Рай толпой:

- Так, послушайте сюда, у меня очень насыщенное утро, я хочу чтобы вы просто вышли, сказали сколько вы зарабатывали и кем работали при жизни и я дам вам ключ от полагающейся вам комнаты на Небесах.
Первый выходит:
- $80.000 долларов в год, доктор детской психологии.
- Проходи, комната 23 сразу налево. Следующий!
- $45.000 в год, телетехник.
- Комната 57, направо, потом два раза налево, приятной вечности. Следующий!
- $5.000 долларов в год:
- О! И на каком инструменте Вы играете?

Gnidrolog очень много выступали. Мы играли иногда по два концерта за день и ехали за много миль для того, чтобы выступить в другом городе. Мы не работали за рубежом, кроме разве что совместного с The Kinks прерванного тура в Германии (об этом позже). Очень часто мы делили гонорары с остальными группами и основным видом наших концертов были совместные выступления, когда за один вечер на одной сцене выступали 3 и больше коллектива. Как обычно, каждый хотел играть последним, так как это считалось быть "хэдлайнером" и главной звездой концерта. Надо бы написать книгу "где они сейчас" о тех великих группах. Выступления были эклектичными, всегда выступали представители самых различных стилей. Вот примерный список тех, с кем нам выпадало иногда выступать. Quintessence, Gypsy, The Groundhogs, Patto, Happy Magazine, Magma, Man, Gentle Giant, Wishbone Ash, Terry Reid, Thin Lizzie, Colloseum, Centipede, Quicksand, Stray, Uriah Heep, Family, East of Eden, Amon Duul, King Crimson, Soft Machine, Camel, Caravan, Hawkwind, Pink Fairies, Graham Bond, Stackridge, Greenslade, Pink Floyd, и многие, многие другие.
На горизонте, конечно, в скоре появилась и противовес "прогрессивной музыки", та самая причина, из-за которой она так же быстро потухла, как и расцвела. Gary Glitter, T Rex, Mungo Jerry, Leo Bloody Sayer, Mud, The Bay Shitty Rollers, Sweet, Edison Lighthouse, Baccara. Были, конечно, среди них и прекрасные поп-исполнители вроде Блонди и Гарри Нилльсона, но в целом это был более низкого качества общий знаменатель под который позже звукозаписывающие кампании подведут всю музыку. То было прекрасное время (1969-1972), когда по счастливому совпадению все эти замечательные коллективы находились в одном месте в одно время.
Группы не использовали мониторы на сценах, потому что нужно было играть так громко, как только это возможно. Это приводило часто к тому, что в радиусе 30 ярдов от колонок в течении 10 секунд все глохли и не могли отличить один инструмент от другого. Были стандартные сценические микрофоны - Shure SM 57s или 58s, обладающие более насыщенным звуком, чем те выхолощенные штуки, которые используются сейчас. Прекрасная ламповая аппаратура потом была замещена транзисторами и звук 70-х был потерян.
Gnidrolog вторыми в Англии использовали стереофонические звукоусилители. Келси Моррис специально для нас сделал такие. Сейчас все используют и стерео, и мониторы на сцене, и микшеры, и специальные микрофоны. Все это позволяет разделить и выделить звучание для большей простоты восприятия, но тем самым исчезает та общность, целостность звучания. Синтезаторы тогда практически не использовались, они были еще очень новой аппаратурой, в основном в дело шли хаммонды и меллотроны. Бас-гитаристы предпочитали Gibson EBOs или Fender Precisions, барабанщики - Slingerland или Premier, гитаристы - Gibson или Fenders.
Первые концерты помню весьма плохо, хотя один из низ запомнился мне навсегда. Это было в The Red Lion на Лейтонстоун Хайроуд, где регулярно проходили концерты. Мы играли на разогреве у Argent, которые работали на Asgard Agency в Британии и мы следовали за ними от концерта к концерту. Скажу честно, первая наша аудитория даже не знала, как нас "принимать". Наверное, им больше всего запомнился тот факт, что мы часто меняли инструменты, а Колин и вовсе поиграл на 6-ти из них в одной только композиции. А из-за того, что мы были близнецы, это было весьма экзотично. Также это было скорее шоу, чем концертное выступление. Позже у нас было собственное световое оформление, но я помню, как мы выступали с The Great Western Light Show. Мы всегда хотели выступать вместе с танцорами и актерами, но у нас не было на это денег. Мы всегда старались удивить зрителей, изменить их обычное восприятия того концерта, на котором выступали. Конечно, когда замышляешь что-то достаточно серьезное и сложное, всегда достигать этого невозможно, но мы пытались! Мы были к тому же весьма самокритичны и постоянно развивали то, что мы делали, что играли.
Концерты получались все лучше и лучше. Мы начали придерживаться определенных идей, которые срабатывали при выступлениях. Альбомы никогда не могли действительно проиллюстрировать, что происходило на концертах, хотя, возможно, выпуск пластинки Live 72 даст небольшое представление о том, что это было такое. Первые полгода были посвящены тотальным репетициям, попыткам как можно шире раздвинуть стилистические границы. Ни Колин, ни я в то время не водили машину, поэтому нас перевозил Найджел от репетиций к концертам. Но основной нашей целью было заполучить контракт со звукозаписывающей компанией.
Отклики относительно наших концертов варьировались от оскорбительных до очень лестных. Я старался не читать их, но всегда расстраивался, когда натыкался на очередную разгромную рецензию. Может быть есть ощущение, что каждый тогда мог получить контракт от лейбла.

Глава Шестая
Просто подпишите тут, пожалуйста.

Мы начали наводить определенную шумиху вокруг себя в бизнес кругах, никто не знал откуда мы, включая нас самих. Интересно пересмотреть сейчас те композиции и постараться сыграть их снова. В принципе, Колин и я сейчас более искусные музыканты чем были тогда. Но мне кажется, многое из того сейчас просто невозможно переиграть, но когда слушаешь диск Live 72, то создается впечатление, что играли мы очень плотно. Может быть это из-за того, что мы играли смесь наших фолковых юморных песен, которые Марс и Найджел оформляли в интересные и эклектичные аранжировки. Тем не менее, наши музыкальные ориентиры в то время были Фрэнк Заппа, Captain Beefheart, Pink Floyd и другие.
Мы работали с нашим очаровательным менеджером - парнем по имени Вилл Спраул, который работал с пианистами. Он замыслил выбить нам "отличный контракт" и после нескольких наглых и активных встреч с представителями различных лейблов, мы подписали контракт с RCA. В те времена у RCA были Элвис и Боуи! Главой RCA в Британии был Кен Гленси, отличный парень, который действительно рисковал, подписывая с нами контракт. Они недавно открыли дочерний лейбл Neon, который помогал таким командам, как Gnidrolog выживать. До сих пор не понимаю, почему оба наших альбома вышли непосредственно на RCA, а не на Neon, как это было бы логично.
Человек, который должен был за нами присматривать был настоящий идиот. Звали его Алан Сайзер. Ты слышишь меня Алан? Надеюсь, ты уже не работаешь с музыкантами. Никогда не забуду редких встреч с ним. Однажды мы общались с ним на тему одной композиции из Lady Lake (A Dog with No collar), там был такой текст: "Незримый я - рожденный трупом, пером критика - работа моя - пустота, кусками этого остались принципы, но сейчас обрывки в могиле бедняка". Общение проистекало примерно так. Сайзер: "И о чем все это? Кто это поймет? Что это вообще все значит? Блин, почему вы не можете просто играть рок-н-ролл, как все этого хотят? Вместо этого какой-то глубокомысленный и кошмарный бред!". Что я мог на это ответить? Помню только, насколько я был подавлен и деморализован из-за того, что о нас они так плохо думали.
Не многие прогрессив-рок группы подписывали контракты с большими лейблами и в 70-х количество независимых компаний значительно выросло. Должен сказать, что Gnidrolog подписали контракт с таким гигантом с преимуществом за стороной компании. То есть пока мы записываем альбомы, ни с одним другим лейблом работать мы не имеем права. Даже сейчас. Я даже сейчас не знаю, как много было куплено альбомов и сколько денег они за это выручили. Когда BMG поглотили RCA они лицензировали перевыпуск Lady Lake и про это я ничего не знаю - каким тиражом и с каким успехом!
Кен Гленси умер и никто на RCA не знал, что с нами делать. Когда мы пришли записывать наш первый альбом "In Spite of Harry's Toe-Nail" на RCA настоятельно заявили о том, что у нас есть Продюсер и он должен присматривать за нами. Его звали Джон Шредер. Но, нужно отдать ему должное, вмешивался в наши дела он чрезвычайно редко. Главным его достижением было участие в записи альбома Элен Шапиро "Walking Back to Happiness" и он был близким другом "нашему ответу Элвису Пресли" - Клиффу Ричардсу.
Это маленький мирок - музыкальный шоубизнес - все вращается вокруг друг друга. Наш барабанщик, выступавший с нами на концертах по имени Стиви Тиммс сейчас играет, угадайте с кем - Элен Шапиро! Один наш старый друг, который играл с нами фолк в 66-68 годах сейчас актер, мы видели его недавно в кино по телеку. Я про Криса Райана. Он вообще чуть ли не теле-звезда 80-х. И опять же, посредством телешоу "Молодые" он связан с Клиффом Ричардсом!
Так вот и было - мы, подписавшие контракт с огромной компанией, и огромная компания, которой нет абсолютно никакого дела до нас и которая не собирается выводить нас на суд широкой аудитории. Тем не менее вернемся к тому, о чем я говорил.

Глава Седьмая
Давайте поработаем

Мы с Колином, можно сказать, бедствовали, что не способствовало сближению с миром шоубизнеса. Те, кто хочет достичь успеха, должны быть безжалостны и свято верить в то, что они делают. Мы с Колином всегда верили в то, что люди в большинстве своем желают добра и мечтают сделать мир лучше. Мы никогда не заботились о том, сколько денег мы заработаем, для нас было важно, как хорошо мы играем свою музыку. Думаю, наше продвижение было оплачено RCA, в конце концов продюсер должен получить полагающуюся прибыль, чтобы оплатить аренду и место нашего жительства. Хотя, вспоминая сейчас, мне кажется мы переезжали 4 раза за два года, так что вполне вероятно, что никто аренду за нас и не платил.
Уилл, наш менеджер, всегда выглядел озабоченным, но я предпочитал с ним на эту тему не общаться. В то время каждый из нас жил с женщиной, так что нас было примерно 8 человек в доме (10, когда к нам присоединялся Джон Эрл) иногда и больше. Техники, роуди, их подруги и другие "друзья" коллектива. Не подумайте, что мы прям собирались все за одним семейным большим столом и ужинали по вечерам - ха-ха! Каждая парочка сидела в укромном углу и следила друг за другом. В принципе, за пределами сцены мы как-то не особо социально ладили. Думаю, это потому, что мы много времени проводили в изнурительной работе, чтобы с удовольствием лицезреть наши рожи еще и вне ее. Жена Колина - Элен - стала вскоре его женой и у них теперь трое прекрасных детей. Зато отношения остальных особой продолжительностью не отличались.
Перед альбомом "Lady Lake" мы решили взять в группу пятого человека. Причинами для этого были желание обогатить звук и облегчить жизнь на сцене - многим из нас приходилось чуть ли не одновременно играть на 2-х и более инструментов. Особенно страдал Найджел, которому приходилось тянуть на себе лямку флейтиста, барабанщика и гобоиста. Помню, мы прослушали нескольких музыкантах и остановились на Джоне Эрле, отличном саксофонисте. К тому же он был в хороших отношениях с Марсом Каулингом. Зато когда мы начали работу над вторым альбомом, даже перед этим, начались проблемы личностного характера. Во-первых, Марс не был особо отличным в общении парнем и часто играл на наших эмоциях. Также он любил выпить, что тоже создавало определенные проблемы. Думаю, когда он пришел в Gnidrolog, то захотел провести туда своих друзей, поэтому он делал все возможное, чтобы поссорить меня и Найджела и взять вместо него своего знакомого. Это было не сложно, так как мы с Колином были очень доверчивыми и верили всем, в том числе друзьям Марса, которые приходили и жили с нами.
Двое из них были Бенни, барабанщик из Warm Dust и гитарист Джон Найтсбридж. Где вы сейчас, хотел бы я знать, парни? За несколько месяцев до записи Lady Lake Марс, Бенни, Найтсбридж и Эрл тайно репетировали весь репертуар Gnidrolog.
Еще до второго альбома, Колин и я обсуждали конец эры прогрессивного рока и начало глэм-рока. Мы были убеждены, что Gnidrolog не выживет в новых условиях и подумывали о том, чтобы начать записывать более доступный материал, к то время как прогрессив оставить для концертных выступлений. Мы оказались совершенно правы и лейблы, вскоре после выхода Lady Lake начали менять маркетинговую стратегию. Марс же хотел делать то, что мы делали, именно поэтому он считал, что поступает правильно.
В один "прекрасный" день, когда Найджел и я общались с Уиллом Спраулом, тот заявил нам, что нас следует заменить на Джона и Бенни, в то время как Колин должен остаться, чтобы продвигать альбом Lady Lake. Так мы с Найджелом ушли из Gnidrolog. Для нас это был шок. Мы иногда оставались послушать, как они играют. Джон Найтсбридж полностью повторял все мои ноты на гитаре, без малейшего присутствия какого либо энтузиазма, энергии и таланта. Он был техничный, но слабоодаренный музыкант. Бенни был отличный парень, но средненький барабанщик.
Колин выглядел как кусок бекона на еврейской свадьбе и отказывался писать новый материал. Его все это раздражало и угнетало все больше и больше. Однажды он упаковал свою гитару, собрал вещи и вместе с Элен ушел. Это был конец группы Gnidrolog. Это и должен быть настоящий конец истории. Но есть и еще один момент - история о людях, которые убивают курицу, несущую золотые яйца.
Группа Gnidrolog была из того сорта групп, которая в целом представляет из себя гораздо большее, чем сумма своих составляющих частей. То есть замена одного человека на другого просто губительна. Gnidrolog - это были я, Колин и Найджел Пеграм. Мы писали практически все, а мы с Колином просто превосходно еще и понимали друг друга. Они-то думали, что поступили правильно, но время все рассудило. Я разговаривал с Марсом, он говорил, что особых успехов они не достигли и не раз жалели о том, что произошло. Вот теперь, я думаю, это будет логичный и справедливый конец истории.

Стюарт Голдринг, 2001 статья раскопана на руинах официального сайта группы www.gnidrolog.com (R.I.P.) и переведена с английского. Алексей Петухов, июнь 2006

Дискография

  • In Spite of Harry's Toenail (1971)
  • Lady Lake (1972)
  • Gnosis (2000)

  • linkReply

    Comments:
    [User Picture]From: mastersyo
    2006-06-22 11:54 am (UTC)
    Мы оба прошли успешно это прошли это прослушивание - небольшая опечатка :)
    (Reply) (Thread)
    [User Picture]From: _smarty
    2006-06-22 12:34 pm (UTC)
    Есть такое дело. :) Прозевал, спасибо. :)
    (Reply) (Parent) (Thread)
    [User Picture]From: mastersyo
    2006-06-22 01:33 pm (UTC)
    Статья супер! Такб что это тебе спасибо ;)
    (Reply) (Parent) (Thread)