Alexey Petuhov (_smarty) wrote,
Alexey Petuhov
_smarty

Genesis. Turn It On Again! (8)

Энтони Филлипс и Джон Мэхью уходят, появляется Фил Коллинз.

Genesis: Включи это снова!

8.

«У них было огромное количество материала, который они хотели записать», вспоминает Стреттон Смит, «вот почему мы отослали из обратно в Годалминг, чтобы они все-таки сами разобрались, чего они хотят видеть на альбоме, а что можно бы и отложить». Слишком много групп оттягивало до последнего принятие подобных решений, в то время, как часы студии уже тикали. Изолированные от всякого рода давления, музыканты быстро вычислили идеальный набор песен для альбома.
За бортом остались такие хиты, как «Pacidy» и «The Shepherd», а также та песня, которую планировали выпустить синглом - «Let Us Now Make Love». А «Twilight Alehouse» - завсегдатай концертных сет-листов, также была вычеркнута, так как музыканты осознавали, что вряд ли в студийных условиях смогут передать ее концертный шарм. Впрочем, это позволило группе выстроить альбом таким образом, что он выходил на эмоциональный пик, находясь на его физическом пике.
Для этих целей у них было две песни - «Going Out to Get You» и «The Knife». Обе на ура воспринимались на концертах и имели армии поклонников в быстро растущей толпе фанатов группы. Мало кто помнит, как было принято окончательное решение, но еще меньше станут отрицать, что принято оно было верно. Брутальный блюз «Going Out to Get You» бушевал на первой стороне, а «The Knife» резал на куски слушателя в последние восемь минут.
Хотя с самого начала было решено, что авторские права на каждую композицию должны быть разделены на всех, еще с времен группы Anon существовали две писательские команды: Рузерфорд-Филлипс и Бэнкс-Гэбриэл. Так что можно смело сказать, что песни, вроде «Stagnation» и «White Mountain» выросли из творчества Рузерфорда и Филлипса, в то время, как на счету другой пары музыкантов - «Looking for Someone» и «The Knife».
Это было замечательно и замечательно успешно одновременно, что важно. Обе группы композиторов одновременно и дополняли и в хорошем смысле противостояли друг другу. Хотя это был и напряженный союз.
«Процесс записи альбома», вспоминает Тони Бенкс, «был похож на родовые муки. Мы жили, ели, спали нашей музыкой. Это был удивительный и волнующий для нас период, мы решили не идти ни на какие компромиссы. Мы хотели достичь одного вида успеха, одним способом. Эти группы, вроде Family, они играли ради слушателей, стараясь не делать ошибок и не заниматься поиском».
Только барабанщик Джон Мэхью оказался слабым звеном в цепи амбиций музыкантов группы Genesis. Он был уже женат и параллельно успешно подрабатывал плотником, да и не был особо расположен к образу жизни рок-группы. «Он не был хорошим учеником», задумчиво говорит Гэбриэл, а Бэнкс поясняет «всему, что он играл, научили его мы. На самом деле, я думаю, он не стремился к музыке всем сердцем».
Но и Энтони Филлипс испытывал своего рода кризис. Он боялся выходить на сцену, что усугублялось еще тем, что он знал по собственному опыту, как многие концерты Genesis могли завершиться провалом по техническим причинам. Каждый новый клуб приносил новые проблемы. И это даже не говоря о том, что инструменты барахлили сами по себе, что происходило тоже частенько. Везде было свое оборудование, и все оно, зачастую, было не самой высокой надежности, все это нужно было настроить. Опять же, не всегда это помогало и что-нибудь могло отвалиться прямо среди выступления. Питер Гэбриэл, известный тем, что рассказывает истории во время своих выступлений, как-то сказал, что стал сочинять эти байки и рассказывать их со сцены для того, чтобы выиграть время между песнями и отвлечь внимание от того, как техники чинят ту или иную электрическую поломку.
Однако, Филлипсу подобный метод не подходил и он сильно переживал перед каждым выступлением. Как-то Стреттон Смит сказал: «Энтони был слаб здоровьем и не любил гастролировать». Группе нужно было принимать решение. Филлипс оставался непоколебим относительно своих взглядов на концертную деятельность, так что вывод напрашивался – Филлипс должен уйти.
Страх перед сценой был не единственной мотивацией гитариста. «Я не мог как следует работать в этой тесной компании. Четыре композитора работали очень и очень плотно. Это сильно напрягало. Я хотел, чтобы что-то звучало одним образом, кто-нибудь тебе на это возражал. Мы искали компромиссы, но после определенного времени, я говорил 'Нет, это будет так, как сказал я, не могу поступить иначе'. Мне очень не нравилось многое из того, что мы делали и этого накопилось так много, что я решил уйти».
Называя себя «облаком пыли», Филлипс продолжает, «Я помню, как внезапно понял, насколько я ужасающе ограничен. Да, я чувствовал себя очень ограниченным как гитарист. А на фортепиано я и вовсе не умел играть, так что, я решил взяться за себя», чем на протяжении следующих четырех лет этот «добровольный изгнанник», как он называл сам себя, и занимался. Филлипс начал брать уроки игры на фортепиано, классической гитаре и учился искусству оркестровки. «Вы можете назвать это моим периодом обучения».
Годы шли и Филлипс признавал, что иногда сожалел о своем поступке. «Было, конечно, очень жалко уходить, так как я был частью той самой чудесной музыки. Ну, то есть, в идеальном мире, было бы классно быть частью такой музыки, но в нашем случае группа не работала как единое целое, по крайней мере, когда я был еще там, так что кто-то должен был уйти и так получилось, что ушел я. Впрочем, мне нет смысла расстраиваться, так как мой уход был залогом длительной жизни группы».
Genesis ехали домой с одного концерта на задних сидениях транзитного автобуса, когда Филлипс сказал, что решил уйти. Он отыграл свой последний концерт в пабе King's Arms на Хэйворт Хэлс 18 июля 1970 года и единственным утешением для группы был тот факт, что следующий концерт будет только через 6 недель.
Джон Мэйхью и Энтони ушли практически вместе. Годы спустя, музыканты признавались, что были в тот момент близки к тому, чтобы просить все. Майк Рузерфорд был расстроен больше всех: «Продолжать без Энта (муравья – прим. пер.) было как-то даже нелепо».
Вечером, перед выпуском своего второго альбома, Genesis оказались в незавидной позиции – от группы осталась только половина. С кем заниматься поддержкой пластинки?
Впрочем, не обладая уверенностью относительно того, восстановится ли группа от двойной потери, лейбл Charisma оказал коллективу сильную поддержку. Выпуск альбома был перенесен на октябрь 1970 и было в Melody Maker дали объявление о наборе музыкантов: «Тони Стреттон Смит ищет барабанщика и гитариста (12-струнного), отлично себя чувствующих в акустической музыке». Скоро в штаб-квартиру лейбла поступили приятные новости – Genesis нашли себе нового барабанщика.

Родившийся 30 января 1951 года, Фил Коллинз должен был стань артистом, а не музыкантом. По крайней мере он обучался именно в этом направлении и, будучи мальчишкой, он был достаточно успешным в плане небольших ролей в больших передачах. Он появлялся в массовке на съемках клипов группы The Beatles, играл в ряде телевизионных и театральных постановок, в том числе и спектакля Oliver!.
Это был шестимесячный ангажемент. Рассказывает мама Фила: «Когда его позвали в Oliver!, он учился в школе. Его преподаватель, когда узнал про это, сказал – 'Если пойдешь играть, из школы придется уйти', я сыну сказала – 'решать тебе' и он ушел. Я на него не давила, не нужно было давить. Все трое моих детей (у Коллинза брат Клайв и сестра Кэрол) всегда четко знали, что они хотят делать. Я же не вмешивалась, просто позволяла им заниматься, чем они хотели. Я считаю, что принуждать детей делать что-то – это не очень-то правильно».
Однако, кроме увлечения артистической стезей, Фил грезил и другими мечтами. С пяти лет он играл на барабанной установке, которую ему подарили его дяди, а когда он стал уже тинейджером, то отлично играл в школьной группе Real Thing и, что весьма редко для барабанщиков, пел.
Группа Real Thing в скором времени развалилась, однако, Фил Коллинз по этому поводу не переживал. Он околачивался в лондонском клубе Speakeasy, где любили бывать многие столичные музыканты, и предлагал свои музыкальные услуги каждому встречному. «Да он был как проститутка!», как-то заметил менеджер группы The Move Тони Секанда, «всегда со всеми трепался о чем-то, выскакивал первый, когда вставал вопрос о том, что нужно что-то сделать, с кем-то поиграть». Когда в клубе как-то появился клавишник Брайан Четто и заявил, что собирает группу, то было заранее понятно, что барабанщиком он возьмет Коллинза.
Замысел Четто являлся одним из многих подобных проектов, появлявшихся в конце 60-х специально для различных команд авторов. Это была обычная практика, которая долгое время была на вооружении у «поп»-ориентированного крыла музыкальной индустрии. В том числе ей пользовались и вдохновители группы Четто - Кен Ховард и Алан Блейкли, которые заработали себе имя на таких проектах, как Herd (с молодым Питером Фремптоном) и Dave Dee, Dozy, Beaky, Mick and Tich. Группа Flaming Youth, как называлось их последнее детище, была попыткой этой парочки доказать, что они могут писать и для более «старшей» аудитории. Впрочем, и Herd, и DDDBM&T временами раскрывали весьма зрелые, если не сказать умные темы и все ради того, чтобы СМИ обозвали их мыльными пузырями!
Если верить фотографиям, квартет Flaming Youth не намеревался серьезно возражать этим обвинениям. В отличие от темы дебютной записи – Ark Two – была пластинкой концептуальной, основанной на фантазии о всеобъемлющем исходе человечества с Земли (из-за какой-то глобальной катастрофы).
В те годы подобная тема казалось менее наивной, чем сегодня, и группа провела две недели, отгородившись от всего мира, в студии De Lana Lea в Лондоне, записывая то, что окажется удивительно приятным альбомом. Особенно, если учесть положительные рецензии Melody Maker, назвавших работу «поп-пластинкой месяца» и приглашение на вечеринку в Лондонский Планетарий.
«Вживую мы играли еще лучше», заявляет Коллинз, «мы делали различные приджазованные аранжировки, хитро манипулируя различными нестандартными тональностями и размерами. Это была довольно-таки хорошая группа, серьезно».
Впрочем, Коллинз ходил на все прослушивания, которые только видел, пока не увидел объявление в Melody Maker. «Я был профессиональный посетитель прослушиваний на протяжении шести месяцев. Я играл ночи на пролет с блюзовой группой Клиффа Чарльза. Было довольно-таки весело. Я пришел на прослушивание в Vinegar Joe – не попал, равно как и в Chapter Three Манфреда Манна».
Когда тем же летом группу Yes покинул Билл Бруфорд, Коллинз был первый в очереди на прослушивание. Мысль о том, что он может получить работу в этой группе, усиливалась тем фактом, что Бруфорд был кумиром для Коллинза. Он считал Билла своим учителем, пытаясь идти по его стопам. Кроме того, и многие музыканты Yes в общем, и Бруфорд в частности, числились в друзьях Коллинза. Билл даже как-то нанимал Коллинза в качестве барабанного техника на гастроли. Коллинз вспоминает: «Мы, бывало, проводили вместе время, слушали музыку и все такое. Он открыл для меня таких исполнителей, как Тони Уильямс и Билли Кобэм, который, конечно же, сильно повлиял позже на мое видение игры на барабанах».
Фил Коллинз также был и на 24-часовой вечеринке, во время которой записывались сессии дебютной работы Джорджа Харрисона All Things Must Pass. «Вечером мне как-то позвонил менеджер Flaming Youth. Он спросил, чем я занимаюсь и не хочу ли я попасть на запись. Я ему ответил: 'Ну, знаешь, я сейчас только из ванны вышел, чувак, телек смотрю вот'. А он мне такой: 'Короче, это для Джорджа Харрисона. Ему нужен перкуссионист для студии на Abbey Road'. Через несколько минут я уже орал на водителя в такси, который пытался провести меня с экскурсией по всему Северному Лондону 'Отвези меня в эту гребаную студию, мужик!'. Когда я добрался, мне открыл шофер Ринго Стара. И я попал прямо в созвездие какое-то. Ринго Стар – барабаны, Джордж Харрисон – гитара, Клаус Вурман – бас-гитара, Билли Престон – фортепиано, Бэдфингер – гитара, Морис Гибб – клавишные, Фил Спектор – продюсер. Мэл Эванс, старый гастрольный менеджер The Beatles, сидел в уголке. Будто в сон, короче, попал».
Так или иначе, Фил признает, что вся магия прекратилась, как только была закрыта дверь в студию. «Фил Спектор говорил 'Сейчас только барабаны и гитара' или 'А сейчас барабаны и фортепиано'. Всякий раз, когда он говорил 'барабаны', я думал, он говорит про меня. Я вообще не играю на конга, так что руки мои быстро покраснели и покрылись пузырями, так как я все время молотил изо всех сил, когда он говорил 'барабаны'. А потом он говорит: 'Отлично, а теперь пускай играет и перкуссия'. Блин, у меня руки все в крови были, а они даже не подключали мой микрофон к записи!»
Увидев объявление в Melody Maker, Фил сразу, начал действовать. Само объявление не говорило о том, в какую группу требуется барабанщик, но Коллинз знал, кто такой Стреттон Смит и прибежал к нему в клуб Marquee в тот же вечер. После прослушиваний, Коллинз потребовал, чтобы ему объяснили, подходит он или нет. Стреттон Смит уверил того, что он подходит и в следующий же уик-энд Коллинз и гитарист Flaming Youth Ронни Кэрил уже ехали в дом родителей Питера Гэбриэла. Перечитав объявление, Коллинз увидел, что требуется также и музыкант, играющий на 12-струнной гитаре, поэтому взял с собой гитариста.
Но Кэрилу не предложили работу. Лично занимаясь прослушиваниями гитаристов, Рузерфорд позже признался, что был настолько увлечен поиском того, кто мог бы заменить Энтони Филлипса, что ему даже в голову не приходило посмотреть, что будет, если в группе будет гитарист несколько другого амплуа. Впрочем, это были проблемы уже не Коллинза.
Tags: british-prog, genesis, great britain, turn it on again
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments