Alexey Petuhov (_smarty) wrote,
Alexey Petuhov
_smarty

Categories:

Bill Frisell: Алхимия струн. Часть 3

Билл Фризелл. Алхимия струн.

Часть 3

Примерно с конца 80-х Билл Фризелл стал подробнейшим образом изучать практически все мало мальски интересное в культурной жизни своей родины. «За те годы я прослушал тьму различной старой блюзовой и блюграссовой музыки, со всеми этими открытыми струнами, банджо, настоящие простые песни Роско Холкомба и прочих. Раньше меня больше беспокоило, как Билл Эванс сыграл что-то на своем фортепиано, или что играет Сонни Роллинс... или какой-нибудь оркестр. Я всегда пытался представить гитару как фортепиано, саксофон или целый оркестр, но не как гитару. Теперь я слушаю гитарную музыку и мне это чертовски нравится. Мне вот нравится, как играет Док Уотсон. Я понимаю, что в этой жизни я никогда не буду играть так, как играл он, но я хотя бы попытаюсь понять, как он играл, впитать это и использовать для собственных целей. Это странное, будоражащее время. Я двигаюсь прочь от пост-модернистского джаза, но не знаю куда».
Как результат, на свет появляются два весьма знаковых альбомов для ретроспективной американской музыки 90-х – Go West, посвященный творчеству культового комика Бастера Китона и кантри-работа Nashville. Наверное, это покажется удивительным, но пластинка Nashville была признана лучшей работой года по результатам опроса критиков, проводимого журналом DownBeat. И это при том, что до этого кантри он не любил и, практически, не играл. «Когда я рос в Колорадо, я вообще ненавидел кантри! Это было для меня самым отстойным, что только можно было придумать». Впрочем, «эта музыка была повсюду, в том или ином виде, в джазе, поп музыке, во всем, что я любил. Так что назвать Nashville большим скачком я бы не решился».
Приобретя к этому времени весьма солидную репутацию, Билл Фризелл оказался в числе самых востребованных американских гитаристов современности. Предложения сыпались одно за одним. Джинджер Бейкер, Марианн Фейтфул, Элвис Костелло, все хотели с ним работать. Костелло, в то время работавший с Бертом Бахарахом, попросил Фризелла сделать джазовые аранжировки на их музыку. Так появился The Sweetest Punch. Вообще, как известно, Билл Фризелл всегда любил поиграть с самыми разными музыкантами и авторами, в какой бы области и музыкальном жанре они не творили. «Всегда интересно поиграть с теми, кто не говорит на твоем музыкальном диалекте. Мне кажется, в этом плане быть в нескольких группах одновременно – занятие весьма интересное. Это не то, чтобы я изменял жене и спал направо и налево, но играть в разных проектах – это меня заводит». Костелло и Бахарах записали кассету, где наиграли на фортепиано основные темы написанной музыки и отдали ее Фризеллу, чтобы тот сделал аранжировки. Да, в этот раз Биллу пришлось поработать. Это вам не импровизации с нуля в студии гонять.
В 1998 году Билл Фризелл записывает весьма спокойный дуэт стандартов с пианистом Фредом Хершем Songs We Know, да и альбом Have a Little Faith вообще полностью составлен из чужих композиций. Причем, в воспевании американской музыкальной традиции Фризелл пошел еще дальше, чем некоторые биг-бэндные работы Карлы Блей. Он умудрился одним взмахом, штрихом охватить весь пласт музыкальной истории страны – от Айвза до Дилана и Мадонны. Впрочем, и здесь Фризелл узнаваем до неприличия. Каждая композиция максимально переработана и переосмыслена, так что тут в пору говорить не о смене стилистики и жанровой принадлежности, а всего лишь о повороте головы гитариста. Вот он черпает вдохновение из абстрактных образов современного джаза, без географической ориентации, а теперь он просто взял за основу для своих музыкальных холстов американский материал, вот и все.
Причем, посвящал американской культуре он не только музыку. Пластинка This Land вообще оказалась непосредственной привязкой к американской глубинке. И при всем этом, при своем уникальном подходе к созданию музыки, Фризелл не только исхитряется провернуть старую музыку под собственные композиционные интересы, он может и наоборот - собственные ранние вещи исполнять в духе американского кантри, причем делает это настолько легко и уверенно, что эту пластинку признают «образцовой для современной американской национальной музыки».
Углубление в корневую музыку США год от года принимало все более серьезный характер. На свет появлялись такие пластинки, как Good Dog, Happy Man и The Willies, созданные вместе с легендами «рутовой» музыки.
Многие ломали голову, что получится, если объединятся подобные монстры? Не угадал никто. «Когда мы записывали The Sweetest Punch, то с нами работал целый оркестр и я выверял каждую ноту в аранжировках. Так что, как только пришло время записать Good Dog, Happy Man, я захотел поработать в несколько более спокойных условиях, я не говорил никому, когда и что играть, мы просто начинали играть тему и все подключались». В большей степени своей «рутовостью» пластинка обязана присутствию там стил-гитариста Грега Лиза, с которым Фризелл пересекся в Миннеаполисе. «У Грега был свободный вечер и он пришел на наш концерт. Мы с ним разговорились, но я не слышал до этого, как он играет. Точнее, я не знал тогда, как много на самом деле я его слышал, больно уж у многих он появляется. Возьми любую пластинку и там будет он!».
На следующий вечер уже Билл пошел на концерт группы Лиза и пришел в восторг от его музыкальности. «Что здорово в том, чтобы играть с Лизом, так это то, что у него богатый опыт аккомпанемента певцам, то есть, он интуитивно знает, что нужно сыграть, чтобы певец выглядел в более лучшем свете, так что когда я с ним играл, я представлял себя певцом и все было просто здорово».
Но самое нашумевшее «камео» на Good Dog, Happy Man принадлежит, конечно, настоящей гитарной легенде Раю Кудеру. Именно он вместе с Фризелом играет на перехватывающей дыхание «Shanandoah». Самый настоящий неспешный диалог двух великих гитаристов, чья стилистика узнается с первого же звука. Получилось просто феноменально. Вообще, конечно, Билл заманил Кудера небольшой хитростью. Рай до этого никогда не играл с Фризеллом и, может, и не сыграл бы никогда, но тут помогло то, что Кудер был без ума от того, как Джонни Смит играет Shanandoah и написал об этом Фризеллу, тот сказал «о, да, я отлично знаю Джонни!» (Фризелл, на самом деле, учился с ним в 1970 году), Кудер приехал и они вместе записали эту гениальную, без малейшего сомнения, песню.

В тот день, когда в продаже появился Good Dog, Happy Man, у Билла Фризелла на руках был также и готовый сольный альбом, который выйдет позже под названием Ghost Town. Пауза между релизами была выдержана по понятным причинам – законы рынка требуют того, чтобы музыкант не наводнял своими записями рынок, так как это помешает должным образом собрать деньги за предыдущий альбом, так что, хотя Биллу это и не нравилось, пришлось подождать. Этот альбом был записан Фризеллом в одиночку, при помощи наложения и монтажа. Впрочем, во время работы в студии, он испытывал определенные проблемы. К тому времени он уже обкатал весь этот материал на концертах, но когда пришел на запись (несколько месяцев спустя после сессий Good Dog, Happy Man), у него начало все валиться из рук, он никак не мог расслабиться и сыграть все подобающим образом. Груз ответственности не позволял этого сделать. Весь первый день пошел насмарку, потом, постепенно, он что-то там записал, но большая часть всего интересного была сделана в последний день, когда он решил, что записано уже достаточно материала, облегченно вздохнул и выдал кучу прекрасных импровизаций.


...окончание следует.
Tags: frisell, jazz, string alchemy, usa
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments