Катерина (_scally) wrote,
Катерина
_scally

Categories:
  • Mood:
  • Music:

Новый фанфик по "Строго на юг".

Можно сказать, совсем новый, сегодняшний. Да, и заодно сразу иллюстрация. Что-то меня со вчерашнего дня потянуло на творчество.
Немного про Рождество. А вобще, наверное, про справедливость.

Другая сторона правосудия.

Фрейзер подобрал с земли шляпу и присел на перевернутый ящик. Он сидел, запрокинув голову, и заметил, что черная полоска неба, проглядывающая между высокми стенами переулка, покрыта необычайно яркими звездами. Говорят, такие звезды невозможно увидить летом или весной, они бывают настолько яркими только тогда, когда крепкий зимний мороз прогонит все облака с ночного неба. Но, несмотря на мерцающие пронзительным ледяным светом звезды и распахнутое пальто, холода Фрейзер не ощущал.

Шляпу сбили сразу же. Бейсбольной битой.

Фрейзер сопротивлялся яростно, хотя знал, что из этой драки ему победителем не выйти – четверо сильных мужчин  и женщина... Ворфилд поручил это дело достаточному количеству актеров. Теперь оставалось сидеть, смотреть на небо и удивляться тому, как можно было угодить в столь небрежно замаскированную ловушку.

Он сидел, не двигаясь, и боль постепенно отступала, но ощущение внезапно навалившейся тяжести меньше не стало. И идти никуда не хотелось. Не хотелось, чтобы его видели таким – хромающим, с разбитым лицом, в одежде, перепачканой кровью и грязью. Но Фрейзер знал, что народ будет толпиться у дверей бара Ворфилда до утра, а подворотня не самое лучшее место для того, чтобы встретить Рождество. Впрочем, о Рождестве Фрейзер подумал мельком, как о неизбежном факте сегодняшней ночи. Он просто вернется в посольство, смоет с себя все это и ляжет спать. Главное, не забыть оставить по елокой подарок для Дифа...

... Ворфилд вышел из клуба как раз в тот момент, когда Фрейзер, опираясь рукой о стену, проходил мимо. Ворфилд встретил его взгляд, и губы, сжимающие дорогую сигару, тронула торжествующая улыбка. Даже отдав своим людям приказ избить Фрейзера, он не был уверен, что это подействует – уж слишком тот был уверен в собственной правоте, слишком стремился к справедливости. Но... во взгляде настойчивого констебля больше не было прежнего упорства. Только усталость и какое-то непонятное равнодушие...

- Вот видишь? Только одно правило, один закон – побеждает сильнейший.

«Побеждает сильнейший» - сказал Ворфилд.

«Мы не можем изменить систему», - сказал Стэн.

«Вы ничего не добьетесь, констебль!" - сказал Уэлш.

- Понял, - ответил Фрейзер.

 

Ворфилд кивнул шоферу и уселся в свой лимузин. Фрейзер стоял, глядя перед собой и уже на самом деле ощущая незнакомое равнодушие. Он тоже не заметил, молодого человека, который все это время наблюдал за ними из приоткрытого окна машины.

Человек за рулем усмехнулся, выбросил в снег окурок и пробормотал с едва заметным акцентом: «Счетоводу понравится эта история...»

Он в последний раз взглянул на неподвижную фигуру и уехал.

 

***

Просторный двухэтажный дом в районе озера Мичиган сдавался приезжим. Очень богатым приезжим. Роскошная мебель, уютные спальни, чудесный вид с веранды... Ходили слухи, что два года назад, летом, в этом доме жил Мел Гибсон с супругой.

Счетоводу было мало дела до слухов и знаменитостей. Ему просто было нужно удобное  жилье для себя и своих людей.

Раньше Счетовода звали Армандо Лангустини. Когда его отца убили люди Бернардацци, Армандо выступил из тени, переняв на себя управление кланом Игуаны, и два месяца спустя Джузеппе Бернардацци, его жену и троих сыновей расстреляли по дороге в Турин. Сын Лангустини должен был показать себя перед тем, как начать вести дела с другими кланами.

А еще раньше Армандо Лангустини звали Рэем Веккио.

Рэй не сразу понял, почему согласился на это. Ему рассказали историю Армандо и показали фотографии с места перестрелки. Этот человек, лежащий у распахнутой дверцы машины был немного похож на Рэя. Глаза, зеленоватые на свету, неподвижно смотрели в небо. Армандо погиб, но и свидетели – Бернардацци и трое людей из клана Игуаны - тоже были мертвы. Преступный мир еще не знал младшего Лангустини...

И вот он вышел на сцену – бескомпромиссный и не прощающий врагов своих. И в то же время умеющий вести дела. Он располагал информацией, необходимой другим кланам, и охотно делился ею за определенные услуги. Он заключал выгодные для себя сделки, но эти сделки всегда были выгодны и другой стороне. Он никогда не был в долгу и всегда платил по счетам...Джузеппе Бернардацци знал это лучше, чем кто-либо, только он уже не мог ни с кем этим поделиться. В общем, Армандо Лангустини был безупречным деловым партнером, и никто не догадывался о его единственном недостатке – их замечательный деловой партнер был полицейским, занявшим место настоящего Армандо, который хоть и отомстил за отца, но и сам погиб в той же бойне. И этот полицейский все время собирал информацию об их преступных делах.

Встреча с Ворфилдом была для Рэя еще одним шагом вперед. Связи этого человека тянулись ко многим преступным группам Чикаго. Чемоданчик с десятью пакетиками героина, который Армандо приобрел сегодня у Ворфилда, покоился в сейфе, осталось только узнать, откуда Ворфилд его добывает. Ворфилд проявил себя как радушный партнер, он весело расхваливал свой товар, и даже вынул один пакетик, чтобы полюбоваться. Армандо поддерживал его шутки и изъявил полную готовность к дальнейшему сотрудничеству. Ворфилд при прощании радостно тряс его руку, и Рэй возблагодарил Бога, что эта пропахшая сигарным дымом туша хотя бы не лезет обниматься, как это часто делали итальянские мафиози. Правда, Ворфилд сильно подобрел от вина и удачной сделки и доверительно стал жаловаться новому партнеру на дрянную погоду, обнаглевших полицейских и на какого-то психа, который его преследует. Мысли Рэя уже были заняты совсем другим, и он был несказанно рад, когда Ворфилд наконец отвязался.

Рэй отдал своему шоферу приказ возвращаться домой и по пути жадно вглядывался в знакомые улицы. Неделю назад он ликовал при мысли о том, что сможет вернуться в Чикаго, но теперь понял, что находиться здесь куда тяжелее, чем в Лас-Вегасе. Быть рядом со своей семьей и друзьями и не иметь возможности увидеть их. Даже позвонить нельзя! К тому же близился рождественский вечер, а Рэй еще не разу в жизни не встречал Рождество вдали от семьи.

Интересно, как там у них сейчас? Дети носятся по всему дому, шумят, всем мешают, и гадают, какие им достанутся подарки в этом году. Ма, конечно, готовит. Все эти деликатесы, которые ему сейчас подают на обед и на ужин, просто опилки по сравнению с тем, что готовит Ма! Мария и Фрэнни украшают дом. Хотя Фрэнни, вероятнее всего, забаррикадировалась в ванной и украшает себя. А Тони спит перед телевизором, что же ему еще делать?

А Фрейзер наверняка ищет подарок для Дифа. Он всегда старается приготовить для него что-то особое и не слушает простого разумного совета – нужно подарить Дифу большой пакет поничков и он будет счастлив!

 

Но все это было утром, а когда в дверь постучали, Рэй сидел в своем кабинете, просматривая последние выпуски газет.

- Входи, Неро, - пригласил Рэй, откладывая в сторону «Чикаго Дэйли». – Есть новости?

- Еще какие, сеньор Лангустини!

Армандо кивнул, и Неро уселся в кресло напротив.

- Кажется, кое-кто из его партнеров Ворфилда не хочет больше иметь с ним дела...

- Не хочет? Почему?

Неро потер замерзшие пальцы и усмехнулся.

-  Кое-что я слышал, кое-что видел... в общем, история забавная... я бы даже сказал, абсурдная...

- Ну?

- Сегодня с утра Ворфилд обедал в ресторане одного супермаркета и ударил мальчишку-официанта, который случайно облил его водой. Это заметил какой-то полицейский-канадец и потребовал, чтобы тот извинился перед мальчиком. Но Ворфилд разошелся еще пуще, снова стал распускать руки, и тогда другой полицейский его арестовал...

- А что потом? – спросил Рэй, невольно подаваясь вперед.

- Ну, мальчишка конечно, струсил, не стал писать заявление, а канадец решил заставить Ворфилда покаяться. Ну, я как понял, этот парень что-то вроде местного дурачка, потому что он не мог придумать ничего лучше, чем прийти к самому Ворфилду и начать взывать к его совести... Это не помогло, разумеется. Тогда парня осенила еще более дурацкая идея. Он, видимо, решил добиться извинений по-плохому. Додумался... Встал у дверей клуба Ворфилда и стоял там весь день, будто ему за это платят. Вот тогда-то и всполошились партнеры Ворфилда! Им ведь не нравится, что за местом их встречи следит полицейский. И прогнать они его не имели права – все по закону – каждый стоит там, где хочет...  Короче говоря, они заявили, что не будут иметь с ним дело, пока Ворфилд не решит эту проблему. Вот я и думаю – может этот парень придумал такой оригинальный способ самоубийства?

Рэй вдруг почувствовал, что у него заледенели руки. Он знал только одного канадского полицейского, который способен на такое...

- Что дальше? - спросил он, поразившись своему спокойному тону. – И, погоди, как, ты говоришь, зовут канадца?

- Имени не знаю, слышал, как люди рядом с клубом называли его Фрейзером... А дальше все просто...убить его Ворфилд явно опасался – все было бы слишком очевидно, да и убийство полиция так просто не оставит. Тогда они его заманили в подворотню и там избили... Ворфилд остался доволен, парень все понял.

- Понял? – выдавил из себя Рэй.

- Ну, он так сам сказал, я тогда был рядом, видел как он вышел из-за угла и встретился с Ворфилдом.

У Рэя немного отлегло от сердца. Все же Фрейзер сам смог после этого идти...

Но страх стал уступать место ярости.

Безудержной.

Да какого дьявола?!! Почему Фрейзеру постоянно нужно во что-нибудь вмешиваться? Ну, ладно, Фрейзер - он такой и есть – начитался в детстве книжек о благородстве и теперь воплощает их в жизнь. Но, куда, интересно, смотрели Уэлш и этот Ковальски? Почему позволили ему стоять там одному? Почему он, Рэй, не прислушался вовремя к бормотанию этого злобного крокодила Ворфилда? Армандо вздрогнул, с омерзением вспомнив, как пожимал ему руку. Ладно же... этот подонок за все ответит... За то, что наводняет Чикаго наркотками. За то что думет, что ему все позволено. И вот за это «понял» из уст Фрейзера тоже...

Рэй судорожно сдавил пальцами подлокотник кресла. «Нельзя так... нельзя сейчас. Так очень просто можно себя выдать...Даже перед Неро нужно быть осторожным.» За год работы в разведке  он научился владеть собой, зная, что эмоции иногда могут стоить жизни. И сейчас ему удалось скрутить в себе эту ярость.

Рэй довольно улыбнулся:

- Bene, Неро! Эта история нам очень даже на руку... Думаю, полиции теперь еще больше захочется прижать Ворфилда... Ты знаешь о сегодняшней сделке. У него неплохой товар, но сам он ненадежен...очень ненадежен. Нервный, вспыльчивый, высокомерный... И он был невежлив со мной, он задел меня, а я этого не люблю... Ты понимаешь? – За долгий срок, проведенный во лжи, придумать новую ложь не составило никакого труда.

Неро удивленно моргнул:

- Не совсем, сеньор Лангустини....

- Меня ведь называют Счетоводом не потому, что я увлекаюсь бухгалтерией.

- Теперь понятно! Он был невежлив и он бесполезен...Только, сеньор Лангустини, позвольте мне это сделать после Рождества. Я  - католик...

- После Рождества? Да нет же, Неро, ты не понял! Мне не нужно, чтобы ты его убивал! («Хотя мысль неплохая!» - мелькнуло в голове у Рэя).

- Тогда что?

- Я хочу, чтобы он понял, что мне нельзя грубить. Я преисполнен любви к ближнему и хочу сделать полиции Чикого подарок. А больше всего я хочу, чтобы его партнер Орсини сотрудничал со мной. Что невозможно, пока Ворфилд на свободе.

Армандо встал, открыл сейф, достал чемоданчик, натянул перчатки и быстро, чтобы не передумать, вынул из него правый крайний пакетик. Он понимал, что сейчас переступит черту закона, но выхода не было. Фрейзер ведь слишком упорен. А, значит, у Ворфилда будет причина снова до него добраться.

- На этом пакетике с героином отпечатки пальцев Ворфилда. Ты возьмешь его и отнесешь в клуб. У входа в зал стоит большая ваза. Незаметно положишь пакетик в вазу. Остальное  - моя забота. Когда сделаешь – доложишь. И тогда можешь отправляться встречать Рождество.

Неро послушно кивнул:

- Будет сделано, сеньор Лангустини!

Неро не отличался острым умом, но был черезвычайно исполнителен. Обычно это было очень удобно.

 

Странно, но угрызений совести Рэй не чувствовал. Ни одни суд не принял бы подложную улику, но Армандо прекрасно знал, что преступлений Ворфилда хватит на несколько пожизненных сроков. И Рэй не мог ждать, пока Ворфилд попадется сам, или он закончит свое расследование и сможет, наконец, сдать Ворфилда и его подельников полиции. Не мог допустить, чтобы повторилось то, что уже произошло.

Он сейчас на другой стороне правосудия. И знает теперь, почему согласился на это. Главное, не остаться там навсегда...

 

***

 

А люди на улицах Чикаго пели рождественские гимны. В окнах виднелся уютный огонек свечей.

Близилась полночь.


 


 
Tags: creative, due south, fanart, fanfiction
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments