Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

курю

(no subject)

(weight and snow)

- Представьте, что вам предоставлена возможность сыграть Роль - одну единственную. Это может быть роль в уже состоявшемся фильме, равно как фильм может ещё не существовать. Но роль исключительно одна. Выбирайте.

Я пил ром и разлагольствовал. Катя, Кенни и Киллер напряженно размышляли.
- Мне кажется, в кинематографе недостаточно раскрыт образ Карлсона! - выдал, наконец, Киллер. И посмотрел на нас многозначительно.
- Ко-ко-ко! - сказала Кенни и печально вздохнула.
Катя отложила книгу, посмотрела на нас испепеляюще и ушла к барной стойке.

Я подумал, что из Киллера получился бы обалденный Карлсон. Киллер Карлсон просыпается ближе к обеду, долго чухается, тупит, бреется. Затем куда-то летит. При этом он не знает, куда он летит. Он думает об этом уже в полёте. Затем, подумав, он возвращается домой.
курю

(no subject)

(insight)

Я понял, наконец, отчего я не люблю Фон Триера, Мудиссона и Сигарева - этих трёх Волшебников Боли: в их фильмах совершенно нет места Богу, нет места чуду, волшебству.

"Говно на тарелке - это всегда говно на тарелке" - так говорят они.
А я верю в Чудо.
курю

(no subject)

(неожиданное путешествие)

В ожидании начала фильма, мы сидели в баре кинотеатра. Ели роллы, пили пиво, курили.
- Мне здесь неуютно, - жаловался я Киллеру. - Здесь слишком светло, белые диваны, белые скатерти на столах. И мы с тобою, Саша, единственные, кто курит!
Киллер понимающе хмыкал. Все, кто входил в бар, прежде всего рассматривали его татуировку на черепе. Посетители бара преимущественно были красивыми и хорошо одетыми молодыми людьми. Они сидели на белоснежных диванах, кушали десерты и пили вино. Они не курили.
На мне была олимпийка LONSDALE, на Киллере - олимпийка ADIDAS. От нас пахло сигаретным дымом. Время от времени, мы сквернословили и смеялись.

Следующей ночью я, Киллер и Банан топтались у входа в ночной магазин. Мы долго не могли определиться, сколько "сникерсов" нам нужно купить - два или четыре. Втроём, мы были похожи на горных троллей из того самого фильма - трёх троллей, по глупости своей окаменевших в лучах рассвета.
курю

(no subject)

На сайте, посвященном Шаламову, сериал "Завещание Ленина" упрекают в "исторической недостоверности":

Дело в том, что в фильме изображён реальный человек – Иулиан Петрович Хренов, который по воле авторов выведен полностью опустившейся личностью, готовый ради еды на всё: отказ от своего кумира В.В. Маяковского, предательство солагерников, главной фразой которого в фильме стало «Жрать хочу!». И венец всему – насытившегося ценой предательства, его расстреливают.
И вот мы, пишущие письмо, Выгон Елена Иулиановна (дочь Хренова) и Выгон М.Е. (друг Хренова), волею судьбы ставшие мужем и женой, не знаем, к кому обратить своё негодование. У самого В. Шаламова нам не пришлось прочитать подобного, но, может, что-то пропустили.
Теперь только Бог ему судья...

Иулиана Петровича Хренова убили дважды. Сначала – сталинские палачи. Теперь – свободные художники Николай Досталь и Юрий Арабов, не думая о том, что живы ещё друзья и родственники (дети, внуки и правнуки Хренова), которые знают правду. Конечно, в своё оправдание авторы фильма могут сказать о праве на творческий вымысел – не документальный, мол, фильм снимали; о чём-то найденном у В. Шаламова, а проверять факты – не их, творцов, дело. Многое могут сказать.
Если бы спросить у первых палачей, они, наверное, тоже бы нашли много правильных слов.


А вот что на это отвечает Арабов:

Являясь одним из авторов сценария фильма, решусь на важное дополнение. Заключённый Хренов, вокруг которого строится действие одной из серий, не имеет ни малейшего отношения к реальному Ульяну Хренову. Обещанное газетой письмо его уцелевшей дочери может оказаться чрезвычайно важным свидетельством, но у нас, у создателей фильма, – это вообще другой человек, однофамилец, которого лагерная администрация выдаёт за Хренова «истинного», вдохновившего В.В. Маяковского на известное стихотворение про «город-сад».
Из чего это следует? Из контекста. Стержневой основой драматургии сериала, его сквозной темой является ложь. Ложь, которая связывает «верхи» и «низы» общества в единое целое. Администрация лагеря врёт измученным заключённым, что непосильную трудовую норму можно выполнить, что стланик – лучшее средство от цинги. Заключённые отвечают лагерной власти тем же: один выковыривает изо рта золотую коронку и выдаёт её за найденный им золотой слиток, другой использует мертвеца, выдавая его за живого, чтобы получить лишнюю пайку. Третий (Шаламов) раскручивает стукача-провокатора на банки сгущёнки, обещая, что уйдёт с ним в побег, и т.д. История с Хреновым – того же рода. По заданию администрации он выдаёт себя за Хренова «истинного» и за лишнюю пайку ведёт с зэками просветительскую работу, читая им идеологически выверенного Маяковского (которого, кстати, почти ненавидит – это сказано открытым текстом через уста персонажа: «Не люблю и не читаю»). То, что эти тонкости прошли мимо сознания рецензента, – не его вина. Художественный контекст – непосильное бремя для телепоказа, в котором, опять же из-за присутствия рекламы, пропадает не только контекст, но и сам текст.


Что-то, конечно, есть во всём этом ильфопетровское: "Требую опровержения: лёгким испугом отделался не г. Бендер, а лошадь!", но, в принципе, я с ними, с Кондрашовым и Есиповым, согласен. Если ставишь эпиграфом сериала фразу "Были ли мы? Отвечаю: “были” — со всей выразительностью протокола, ответственностью, отчетливостью документа", нужно этому соответствовать. В каждой мелочи соответствовать. Иначе, какой же это документ получается? Хренов у них, в сериале - не Хренов, "Заклинатель змей" вообще безобразно переврали.

А ещё нужно бы Дуне Смирновой за "Дневник его жены" люлей раздать.
курю

(no subject)

"Гранд Торино" - замечательный фильм. Существует множество фильмов, в которых персонажи под давлением сложившихся обстоятельств меняют свое мировоззрение и принципы (плохие становятся добрыми, яппи - дауншифтерами и т.п.), но я уже давно не видел фильма, в котором бы главный герой был абсолютным консерватором. Да здравствует консерватизм.
курю

(no subject)

Посмотрел "Рестлер". Пока смотрел, было интересно. Досмотрел до конца и подумал, что фильм - совершенно пустой, бесчувственный, банальный. Рурк, однако, прекрасен. Как и всегда.
курю

(no subject)

Пересматривал соловьёвскую "Ассу" вместе с человеком (человеку 27 лет), который видел этот фильм впервые. Человек любит русский рок, фильмы Алехандро Гонсалеса Иньяриту и крепкий алкоголь. Лояльный, в общем, человек.

Человек "Ассу" до конца досмотреть не смог. В "музыкальных паузах" делал кислую мину. "Здравствуй, мальчик Бананан!" слушал в недоумении , на "ВВС" же попросил выключить фильм. Не дожил до Цоя, в общем. Впрочем, Цоя человек тоже не жалует.

А ведь действительно, попытка Соловьёва всунуть в фильм элементы некой тогдашней "молодёжной" субкультуры совершенно провальна. Она настолько неестественна, что даже человек, с этой субкультурой не знакомый, это чувствует, чувствует неправдоподобность, неестественность. "Ты смотри этот фильм следующим образом" - предлагаю я человеку, - "Вот есть в фильме нормальный люди, среди которых и негр Витя, и менты, и Бананан, и даже Цой, а есть ИНОПЛАНЕТЯНЕ - Крымов, Баширов, крымовские чуваки, карлики, Друбич. Смотри: Крымов всё время хочет что-то посчитать, измерить пространство; возможно, для него это - поиск некого важного для него равновесия... Послушай: они, инопланетяне, даже разговаривают друг с другом и людьми по-особенному, и выглядят не как люди"... Шучу, а сам думаю: действительно, здорово было бы, если б после выстрела в Крымова Друбич скрылась бы в небе на летающей тарелке. Хотя, вполне возможно, убив "своего", она превратилась в человека и, как вендерсовские ангелы или степанцовский бухгалтер Иванов, обречена, прозябая, коротать жизнь на нашей дурацкой планете.
курю

(no subject)

Умер Олег Янковский; я помню, как в детстве, потрясённый смертью своего деда (дед умер в рождественскую ночь от астматического приступа), смотрел "Кавказскую пленницу" и думал: а ведь они тоже однажды все умрут - и Моргунов, и Вицин, и Никулин; я помню, мне было страшно осознавать неумолимую неизбежность разрушения моего мира.

Кончаловский (снова Кончаловский!) приводит такой случай: Бондарчук и Феллини катаются на машине по Риму, случайно заходят в какой-то кинотеатр и видят пустой тёмный зал; на вопрос Бондарчука, где же зрители, Феллини отвечает:
- Мои зрители все уже умерли.

Одновременно кинематографично и печально.
курю

(no subject)

Раз в десять Голливуд пробивает на фильмы вроде "Красота по-американски", "21 грамм" и, вот теперь - "Пылающая равнина".

Странно, но раньше я как-то недооценивал Шарлиз Терон.