курю

(no subject)

(weight and snow)

- Представьте, что вам предоставлена возможность сыграть Роль - одну единственную. Это может быть роль в уже состоявшемся фильме, равно как фильм может ещё не существовать. Но роль исключительно одна. Выбирайте.

Я пил ром и разлагольствовал. Катя, Кенни и Киллер напряженно размышляли.
- Мне кажется, в кинематографе недостаточно раскрыт образ Карлсона! - выдал, наконец, Киллер. И посмотрел на нас многозначительно.
- Ко-ко-ко! - сказала Кенни и печально вздохнула.
Катя отложила книгу, посмотрела на нас испепеляюще и ушла к барной стойке.

Я подумал, что из Киллера получился бы обалденный Карлсон. Киллер Карлсон просыпается ближе к обеду, долго чухается, тупит, бреется. Затем куда-то летит. При этом он не знает, куда он летит. Он думает об этом уже в полёте. Затем, подумав, он возвращается домой.
курю

(no subject)

(serpent's tongue)

- Представь себе, что сейчас ночь, глубокая ночь, а у тебя закончились сигареты. Или лучше так: сигареты закончились у меня, - фантазирует она. А я смотрю в окно. Там ночь, но не настолько глубокая, как в её фантазиях.
- Итак, глубокая ночь, а у меня закончились сигареты. Я говорю тебе: "Кошкин, сходи, купи мне сигарет, милый". Ты ворчишь, как всегда. Тебе не хочется одеваться и куда-то идти. Ты предлагаешь мне курить твой "кэмэл", но я не курю твой "кэмэл". В результате, мы идём за сигаретами вместе.
- Итак, мы купили сигареты и возвращаемся домой. И здесь происходит страшное: я замешкалась, а ты уходишь вперёд, идешь вперёд по обросшему льдом тротуару. И вдруг ты падаешь. Подскальзываешься и падаешь. И умираешь.
- Неважно, что делала я тогда. Возможно, я плакала, я кричала. А, возможно, и нет. Возможно, я просто ушла, а ты остался лежать на тротуаре - мёртвый и уже не мой. Я пришла домой и уснула. И когда я проснулась, ты был рядом. Ты был жив. Ты готовил мне завтрак, варил кофе. Курил в форточку. Помню, с кем-то говорил по телефону - кажется, по работе. Ты был жив.
- С этого момента моя реальность раздваивается, помнишь, как у Павича: "Раздваивается, как язык змеи"? С одной стороны, я знаю, что ты мёртв. С другой - я вижу, что ты жив. Ты - живой, тёплый, ты пахнешь так же, как пахнул всегда. Но я уже видела твою смерть, я видела тебя мёртвым, лежащим на тротуаре. Я не знаю, что мне делать со всем этим, как мне жить дальше.
- Ну их в баню, эти сигареты, - говорю. - Кури мой "кэмэл".
Она смеётся. Когда она смеётся, она закрывает глаза. Я хочу видеть её глаза, когда она смеётся, но она их всегда закрывает.
курю

(no subject)

Я убит людьми, туманами, морозами
Я убит проникновением в сердце
Снов, туманов, водки и берёз

Двери инфернального вторжения
Открываются от мокрой пыли
Как твои стеснённые объятия

Слушай, мы же ведь когда-то были
Слушай, мы же слышали друг друга
Слушай, это ж наши именины

Скрип смычка, сверчка, Луны, созвездия Круга
От тычка ложится набок время
Шепотом подавленным весенним
Мир стремится в горло бесконечности
Жалостью, объявленной из силы
Нежностью, опутанную светом
Жаждой, незакрытою могилой -
Ржавой, неожиданной и страшной
Страшной, непонятной и голодной
Ждёт тебя весны прикосновенье
Страшная, да, страшная, холодная
Спяшая, как дым, как тень над тенью.
курю

(no subject)

(so, was down)

Той осенью она была со Старым Городом заодно: превращалась в камень рядом с камнями, обращалась в воду, трогая руками Неву, спала в трамваях, целовала меня очень осторожно - едва касаясь губами... А я любил её, как любят в последний раз.

Всё это прошло.

Она изящно курила: брала сигарету кончиками пальцев, подносила ко рту так, как, наверное, подносят ко рту пробирку с ядом. Делала две-три глубоких затяжки, а затем роняла сигарету под ноги.
- Не люблю курить! - объясняла, - Курю лишь потому, что куришь ты.

Изчезла в ноябре, помню, в этот день выпал первый снег.
Написала мне весною: "Надеюсь, ты не обиделся".
Я не обиделся. За эти полгода я прожил новую жизнь.
курю

(no subject)

(К.О.Т)

Кажется, был октябрь.
Мы с Кокориной украли в лодочной станции два пластмассовых кресла и сидели на берегу, как короли. Сидели, курили, пили вино и пялились на девчонок-сибирячек, пытающихся купаться в свинцовом осеннем море. Время от времени, Кокорина пыталась к ним, сибирячкам, присоединиться, но я, осознавая все ужасы данной перспективы, её останавливал.
Так и сидели.

А потом пришел смс от Диса, очень короткий: "Вчера умер Олди".
- Дис пишет, что вчера умер Олди, - сказал я.
- Умер Олди... - отозвалась эхом Кокорина. Покурила, задумчиво глядя на сигарету, и спела куда-то в море:
- Сделал тебя врагом, сделал меня духовным врагом, а где-то тепло...
курю

(no subject)

(on the war)

Выше ноги от земли, мой друг!
Мы - заложники сомнительных историй
Ты пройдись, пойми, что это - круг
Нарисуй мне руну на стекле и подари мне

Нарисуй мне руну, напиши письмо
Знаю, что не честно, но вот так
Нарисуй мне руну всем назло -
Эбола, чума, сибирка, рак

Птичий грипп. А ты рисуй, пиши
Ты пиши, я буду думать о
Тебе, воюющей во тьме Ди Ши
А дальше - всё равно, да, всё равно
курю

(no subject)

(мама)

Соберём в коробочки обрывочки утраченного детства
Расфасуем "до" и "после" нахуй блядь
Это ж торжество: однажды к маме пьяным припереться
И на плач её, уход и гибель, выкрикнуть: "Стоять!".

И на крик её увидеть обращенье
Цвета осени в затейливый ковёр
Я рискую, мама. Это униженье
Всех на свете вытолкнет за двор
Я рискую, мама. Подсознание
Как луна сквозь элементы тьмы
Как ребёнок. В центре мироздания
Лишь вулканы, черти и слоны.

Я рискую. Я рискую, мама
Рассказав тебе о беспробудной тьме
Помнишь, в детстве выглядил упрямым
Сын, который умер на Войне.
курю

(no subject)

(вращается быстрей)

Вот нам и соль, и стол, и стекло. Расчитываемся наличными.
Скажи ей что ты её любишь. Нет, это - вне рамках приличий
Скажи ей, что нам нельзя умирать. Скажи ей: спокойно...

Я отрубаю голову Главного Гоблина, который тебя заставляет спать
Я пробираюсь к тебе сквозь улицы. Больно
Касаться руками теней.
курю

(no subject)

(gloomy song for familiar girl)

Ты представляешь себе, что такое комета?
Это ты: летящие в космосе обломки загустевшего газа
Осколки неожиданно прилетевшего Севера
Обретённые мною неожиданные метастазы.

Твои пальцы - мои любимые пальцы.
Твои движения - биение моего сердца
Расскажи мне, что будет дальше
Позволь мне любить тебя, позволь мне согреться

Обними меня своей снежною болью
Укрывай меня своей нежною правдой
Рассыпай меня солью
Разлучи меня с ночью
курю

(no subject)

(forgiveness Sunday)

Вот и совесть накормлена хлебушком черным -
Получили бродяги заветную медь
Пара свечек поставлена в зале соборном
У иконы Христа. И не стыдно смотреть
Тем бродягам в глаза, и в глаза на иконе
Только где-то внутри распускается цвет
Непонятного страха, что тот, кто на Троне
Всё одно не простит и не выдаст билет.