Tags: Заречное

.

11. Илешкино

I

В начале августа, затеяв недолгий, но бестолковый процесс перевоза вещей из городской квартиры в Заречное, инженер Русаков узнал о своих новых соседях то, что давно уже знал о человечестве в целом: они оказались ленивы и нелюбопытны. Зареченцам было известно — каждому, старому и малому, — о диковинном озере в урочище Илешкино, на дне которого притаились тёплые ключи; однако бывали там и знали дорогу лишь единицы. Всё лето толковали, что торопиться некуда: Русакову следовало сперва по-настоящему переехать, обустроиться на новом месте, а потом уже выбрать день и отправиться с кем-нибудь к озеру. Он находил это справедливым. Геотермальный источник — явление крайне необычное для равнинной местности; в сети он не нашёл ни единого упоминания о тёплых ключах поблизости от Заречного. Вероятно, это был феномен из тех, что зареченцы оберегают от чужих глаз.Collapse )
.

10. Наташкины мельницы

I

За первые три дня отпуска Филимонова-старшая узнала о себе много нового. Вернее, хорошо забытого старого, а это было ещё обиднее. Картошку никто не режет на доске, её следует держать в руке и нарезать прямо над кастрюлей; брошенная на спинку кресла футболка выдаёт в ней плохую хозяйку; полы нужно мыть хотя бы через день, да, и в деревне; Филимоновы-младшие совсем не умеют себя вести; такие штаны стыдно носить даже на даче; кинза не пахнет клопами, не надо выдумывать.Collapse )
.

9. Что мы знаем об осиновых сёстрах

I

Дни стояли дождливые. Туман продержался всю ночь и к утру не рассеялся, разлитый в лесу, словно в диковинном просторном сосуде. Время суток было непрозрачное, люди плутали и звери осторожничали, зато лесным деревьям дышалось легко. Часов в семь утра сквозь этот туман, нащупывая тропинку добротной ореховой палкой, шёл Павел Сергеевич Лемишев, в прошлой жизни инженер-прочнист авиационных конструкций, а последние двадцать лет человек без определённых занятий. Один из первых поселенцев Полошковой фазенды, мастер на все руки и орнитолог-любитель. Хотя, кто знает, может, и профессионал уже. Направлялся он в Заречное, на ремонтно-строительные работы к старому приятелю Толе Генералову.Collapse )
.

8. Ложный вереск

I

Было ещё не утро, а пробел между сном и явью: час, когда город опустошён и улицами владеют медлительные поливальные машины. От поливальных машин не было никакого проку: жара стояла давно — плохая, тяжёлая, предгрозовая, и воздух был неподвижен и почти уже непрозрачен от пыли и человеческого дыхания. Воздух ещё не пах горьким торфяным дымом, и разве что это было хорошо.

У Антипова-старшего отобрали неделю отпуска. Законную, любимую, самую последнюю в августе; ту, что с ночной рыбалкой, холодными уже закатами и крупными звёздами. Так отобрали, что и не возразить. Либо, сказали, езжай сейчас, либо в октябре, а под конец лета и тут пригодишься, на повышение ведь идёшь. Антипова-старшая, узнав эту новость, расстроилась и устроила скандал. Про октябрь не стоило даже думать, такой отпуск подразумевал тёплые края, а после рождения младенца Дарьи это стало не по карману. А сейчас нет никакой договорённости с хозяевами дачи, и Сашке пора ехать в летнюю школу, и Даша только что переболела первой в жизни простудой. Антипова-старшая так измучилась с ней, что немного озверела и теперь кидалась на людей по любому поводу.Collapse )
.

7. Комариный бог

I

Ранним воскресным утром у Филимоновой-старшей наконец-то дошли руки совместить приятное с полезным. Нужно было, во-первых, набрать сосновой коры (в городе у себя она выращивала антуриумы, и кора служила питательным субстратом), во-вторых, поснимать что-нибудь для инстаграма. Так закрутилась на праздниках, что только очнулась: вечером уже домой, а она даже на ярмарке забыла про смартфон, вчера сняла тарелку крапивных щей и Елизаветину гречневую булочку на дворовом обеденном столе, — хорошо, но мало.Collapse )
.

6. Кое-что о Кукушкиных

Утро было хорошее, тёплое. Пасмурное немного, но так даже лучше: солнечные очки Русаков забыл в городе. Жизнь в Заречном всегда происходила медленно и безмятежно. Он проснулся необыкновенно рано по собственным меркам (призрак серого утреннего света на занавесках), сварил на керогазе кофе (сколотая эмаль на ручке кружки, запах керосина, металлический привкус воды) и вышел на улицу (сад с каждым днём терял прозрачность, обрастал листьями, приближался к лету). Видимый и ощутимый мир вмещал в себя такое невероятное множество деталей, был так отчётлив и ясен, словно кто-то щёлкнул выключателем и отменил близорукость. Черёмуха у калитки как была, так и осталась расплывающимся белым облаком, и снаружи по улице проходили неузнаваемые смутные фигуры, но близорукость внутренняя, свойственная почти всем городским жителям, рассеялась бесследно.

Так бы и длиться этому утру безмятежно и ровно, но Русаков зачем-то поискал в интернете, сколько будет стоить подвести к дому электричество и газ, и впал в уныние, оценивая собственные возможности на этот счёт. Он даже не услышал скрипнувшей калитки и шагов, просто на экран упала тень; он поднял глаза и обнаружил прямо перед собой председателя правления Льва Степановича. Председатель выглядел обеспокоенным и встревоженным и даже не поздоровался, а сразу сказал: «Дело есть».Collapse )
.

5. Наказанные

Началось всё с того, что рано утром мама пошла за водой, а там Любовь Анатольевна на своих дурацких роликах. Нормальный человек разве станет кататься на роликах в половине седьмого утра? Особенно если человеку сорок восемь лет и он учительница математики?
Мама вернулась на взводе, безжалостно растолкала Ленку, наорала, перебудив весь дом, забрала ноутбук и заперла в своём столе. Потом был недолгий, но оживлённый семейный совет, на котором обсудили грядущую тройку в году по алгебре, четырежды прогулянную физику, скачанное из интернета сочинение, а заодно поведение ученицы восьмого «Б» Зайцевой Елены в целом. В результате у Ленки забрали ещё и смартфон, переставили карточку в старую папину нокию, сказали, что нужно жить реальной жизнью, и выгнали копать огород.Collapse )
.

4. Родительская

(похоже, самое время приводить в порядок кучу написанного за долгие годы, а то начинала когда-то редактировать и бросила. развлекательное чтение во время чумы, отпуск, который всегда с тобой, вот это вот всё; дальше будет быстрее. у меня тут 6 а.л. и процесс идёт. читать по тэгу, тексты пронумерованы, потом ещё что-нибудь придумаю, может быть.)

I

Вышли из автобуса и замешкались, словно забыли, куда идти. Майское Заречное было жёлтым, голым, солнечным, деревянным, и воздух в нём стоял такой чистый и звонкий, что у Антипова-старшего с непривычки закружилась голова. Зато Русаков, который всю дорогу клевал носом, сразу проснулся. Чиркнул зажигалкой, затянулся одной из своих нелепых кривых самокруток, вытащил из рюкзака небольшую фляжку, сделал глоток и предложил Антипову-старшему. Тот, понятное дело, не стал отказываться: после вчерашнего корпоратива было немного тяжеловато.
— Комсомольская, кажется, там, — Русаков неуверенно показал вниз по дороге.
— Там на повороте три тополя, один зелёный, а два лысые, — сказал Антипов.
— Тут везде тополя, и все ещё лысые.Collapse )
.

3. Нижнее

У Антипова-старшего в кармане тренькнул телефон. Он сделал безразличное лицо, которое Антипова-старшая особенно ненавидела, для виду неспешно — разве что громче обычного хрустя баранкой — допил чай и ушёл на улицу. И оттуда, прямо с крыльца, торопливо запищал кнопками. Елизавета, хозяйка дачи, сочувственно вздохнула.
— Лиз, — сказала Антипова-старшая, — давай напьёмся вечером, а? Сил моих больше нет!
— Не напьёмся, — поправила Елизавета, — а культурно употребим. У меня наливочка есть черноплодная. Лещик копчёный. Ещё чего-нибудь намутим. Посидим, вспомним молодость.
— Было бы что вспоминать!
— А может, — раздумчиво сказала Елизавета, наблюдая, как квартирантка уминает яблочный пирог вприкуску с солёной черемшой, — и не употребим…
— Лизка, ну давай! Мальчики на пруды пойдут. Игорь до ночи будет шляться, с этой своей разговоры вести… А мне что, сидеть и крестиком вышивать?
— Не нравится крестиком — спицы могу принести. У меня ниток много. Голубые есть, розовые. Пинеточки вязать умеешь? Ты что так смотришь, не чувствуешь ещё?
— Вот так и знала, — сказала Антипова-старшая. И разревелась.Collapse )
.

2. Царь-щука

I

В кустах сначала зашуршало, потом звякнуло, а потом негромко чертыхнулось. Мишка Филимонов тут же вспомнил о болотных мертвяках. Пацаны со слободки говорили, что они не воняют, а сладко пахнут ивой, осокой и плесенью. Кожа у них тёмная из-за недостатка кислорода и низкой температуры воды. Мертвяки нередко охраняют затопленные клады или древнее оружие, а вот нападают ли на людей, науке неизвестно.
Этот нападать не спешил. Всё копошился чего-то, бранился и кашлял.
Мишка ещё раз прислушался, покрепче перехватил увесистую корягу и встал навстречу врагу.
— А ну, выходи! — прикрикнул он новым суровым голосом, прорезавшимся пару недель назад. — Выходи, хуже будет! — и на «хуже» дал позорнейшего петуха.
— Помогите, пожалуйста, — вежливо попросили из зарослей.Collapse )