Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

лёгкая лодка для тяжёлой воды

(no subject)

Шарфиками и украшениями в магазине по соседству заведует молодая леди: такая безмятежная и прямая, с удивительно чистым лицом и красивыми руками. Всегда сложная укладка, всегда эффектно расположенный на плечах палантин, иногда жемчужная нитка на шее, иногда рядом, прямо на витрине, дымящаяся чашечка на блюдце, тончайший фарфор. Будто бы упрямая наследница старинного рода решила начать независимую жизнь, рассорилась со всеми и теперь работает обыкновенной продавщицей. А по субботам к молодой леди, наверное, тайком приезжает папа в старомодном, но бесконечно дорогом костюме-тройке и обречённо идёт с ней в ближайшую забегаловку пить дешёвый кофе и есть пиццу. И, расставаясь, стыдливо подсовывает в карман её пальто сложенные купюры с портретом королевы: на хороший чай и жемчуг, и туфельки нужны, опять же.

Мы с Сашей давно её приметили, пока приглядывались ко всем этим девочковым сокровищам. А сегодня зашли — отступать некуда, у хозяйки нашего клуба акварелистов-неудачников скоро день рождения, ей жизненно необходим шёлковый платок с ласточками. И пока мы искали его среди разноцветных россыпей, в магазин величественно вплыли две очаровательные особы, несомненно, тоже леди: в чистом сиянии юности, в элегантных пальто, с великолепными осанками. Увидев их, наша беглая аристократка ослепительно улыбнулась и сказала: «Здорово, девки, чё насчёт вечера-то? Не решили? Чё вы тормозные такие, рожайте скорей!»

Мы синхронно поглядели на двери: если бы как раз сейчас её пожелал навестить папа и услышал, его сердце оказалось бы разбито. Потом вспомнили, что сегодня не суббота. Повезло.
лёгкая лодка для тяжёлой воды

(no subject)

09.07. Это время, когда меня как будто нигде нет, — единственное, которого точно потом не будет жаль. В нём не смысл, может быть, а некоторое назначение: быть существом или даже веществом, неотделимым от дождя и цветущей воды; я знаю, что избыток фитопланктона — это плохо, но ведь глаз не отвести, какой фантастический зелёный. У меня, наверное, даже нет такого в эмалевой палитре.Collapse )
лёгкая лодка для тяжёлой воды

(no subject)

*
женщина в магазине спортивной одежды — большая, яркая, в мехах и здорово поддатая. глядит вокруг себя с весёлым любопытством, как ребёнок, которого привели в цирк. увидев в моих руках ветровку относительно камуфляжной расцветки, удивлённо спрашивает: это куда же такое носят?
в лес, говорю.
— в лес? милая! да вы же в ней там проебётесь! в лес надо носить оранжевое, в интернете на каждом углу написано! наденут вот это вот, ищи их потом! — и уходит с таким видом, как будто лично возглавляет поисковый отряд МЧС.
ветровку я таки выбрала, купила, и на волне неожиданной радости от весёленького сочетания цветов сочинила к ней серьги, весёленькие тоже. Collapse )

*
избыточное всегда проще в исполнении, чем лаконичное, однако в целом всё куда сложнее. мне почему-то не хочется владеть высоким искусством короткого росчерка или правильно расположенной на листе точки. во-первых, я говорю, думаю и пишу на языке, который избыточен синтаксически и дивно украшен. во-вторых, у нас тут шесть месяцев в году сплошная гризайль, и душа просит раскрасочку.

*
мне досталась от товарища куколка монстер хай с голубовато-зелёной кожей и протезом ноги. не слишком ли безумно будет переделать её в Офелию, переодев и перерисовав лицо? — она утопленница с бирюзовыми волосами, как чудно смотрелись бы в них ясенец и маргаритки; с другой стороны, зачем Офелии протез?
лёгкая лодка для тяжёлой воды

(no subject)

А раньше, раньше-то было ради чего терпеть Москву.
Электричка, во-первых. Подростком я страдала/наслаждалась дромоманией, и электричка была её колыбелью. Жёлтый свет, запах железной дороги, ноги горячие от печки, зимние узоры во всё мутное окно.
Эскалатор, во-вторых. Мало того что лесенка-чудесенка, я ещё и не отделяла первое время метро от «Детского мира» с его фантастической каруселью. Думала, что всё метро — такое.
В-третьих, «Ундина», «Синяя птица» и «Щелкунчик». Кабы не они, наверное, не мечталось бы потом уйти в подмастерья к какому-нибудь страшному колдуну.
Музеи, в-четвёртых. Не художественные: зоологический, палеонтологический, политехнический. Помнится совсем смутно: ещё немецкие фарфоровые куклы, расписные окарины, музыкальные шкатулки, шагающие механизмы. К художественным музеям я по сей день почти равнодушна.
(хотя нет, нет: когда двадцать лет назад мы познакомились с Аней, то едва ли не первым делом поехали в Третьяковку показывать друг другу любимые картины — чтобы друг друга понимать)

А теперь-то не для чего терпеть.
Я несколько раз ночевала у подруги над большим шоссе, по которому бесконечно, непрерывно летят скорая и полиция, и поняла, что просыпаться ранним утром в совершенной глухой тишине — бесценно.
И каждый раз приезжаю домой с невнятным чувством, пытаясь разобрать, что оно — кроме неутолённой жажды. Лесенки-чудесенки-то не было. И вообще никогда больше не будет.

Если не это, то хотя бы другое, позднее: когда маленькой студенткой едешь, кое-как примостившись в набитом тамбуре, дышишь на пальцы и протираешь очки шарфом, перелистываешь чью-то затрёпанную распечатку, летишь в рай, а кругом стремится, и грохочет, и живёт, и ругается, и дышит.

В общем, была на non-fiction два раза, купила много номеров «Кота Шредингера», всех видела, всех люблю, тоска ужасная.

И там ещё картинка. Мне прошлой зимой нравилось делать такие картинки — быстро-быстро вскидывать камеру и щёлкать, когда кто-то идёт или бежит в темноте.
Collapse )
лёгкая лодка для тяжёлой воды

(no subject)

Что-то будет, думаю. Над головой сегодня весь день то, что в нашем междусобойном просторечии зовётся «холмовское небо»: открытое насквозь, с белыми кучевыми, а над ними солнечными перьями, закрученными верхним ветром; и белая дымка, ползущая с запада. Кто видел, как Пустые Холмы внезапно становятся полными до краёв, в цирке не смеётся и катаклизмов не боится.
Небо это я наблюдала миллион раз за минувшие восемь лет, но того самого смутного и восторженного чувства так и не испытала. И вот оно близко.

Было тогда забавное: мы с прекрасной О. уже вполне отчётливо понимали, что происходим из болотного народа, поэтому земноводных существ не боялись. Нужно было рано ложиться спать перед отъездом, нас поутру эвакуировали трактором, предстояли очередные приключения. Но мы нашли жабу, принесли в шатёр, взяли остатки крепкого алкоголя и пошли — по колено в грязи — созерцать почти белую ночь. Как бы мы очень боялись этой жабы, как бы случайно напрыгнувшей на наши спальники, оттого не ложились, и наш товарищ, вернувшись в сумерках, мужественно вынес её на лопате и как бы спас нас…

Как можно догадаться, у меня тут отпуск.
А ещё я очень нормальный человек. Это серьёзное открытие, между прочим. Когда долго живёшь в среде, где принято, что самое интересное в человеке — его тараканы, бывает трудно признать, что тараканы тебе не слишком любопытны — ни свои, ни чужие; да и вообще мелковаты как-то в целом. Многое в целом мелко, вот что неловко.
Можно больше вообще не смотреть по сторонам.
+ -

(no subject)

а это в кино, там идет человек – и пропал,
распался на медленный прах и стекло
(непременно покажут медленно: вот человек,
а вот он пропал, распался на прах и стекло)
как будто он зеркало был – и его только что разбили.
мне хочется быстро.
из меня получилось бы несколько маленьких птиц
и немного снега.
больше я ничего не люблю.

ничего не выйдет, смотри, ничего не выйдет, -
говорит тот, кто из черной лиственницы
вырезал мой позвоночник, -
слишком прочное было дерево.

все получится, - говорит неродная моя,
ледяная кость, голубая кровь, -
вся беда от воды, вся вода за тобою глядит,
охраняет тебя, стережет.
я воды не люблю, - говорит неродная моя, -
и тебя не люблю, говорит, и глаза у нее гжель.

и следом - молчит: я носила тебя
не под сердцем, а на руках,
под большими снегами носила тебя,
белым лесом носила тебя, и еще по ночам
приходила тебя целовать с трещинкой на губе.
не жалей человека, который стекло и прах,
темноты не пей, пустоты не трогай,
приглядись – это я стою
за большими снегами.
за белым лесом.
вниз по течению.
поперек горла.
лёгкая лодка для тяжёлой воды

(no subject)

Друзья, с превеликой радостью делюсь новостью, что у прекрасной ranrog, Анны Соколовой, художницы, психолога и просто обалденного живого человека, появился собственный сайт.
У красивых людей все должно быть красиво, и у нее получается; просто ах, как получается.
Сайт вот такой.
лёгкая лодка для тяжёлой воды

(no subject)

товарищи, мы (в смысле, severniy_gost) едем на Пустые Холмы.
если все сложится как надо, восьмого числа будем уже там.
с нами будут все наши чудесные штуки, во много раз больше, чем пока выложено в жж и контакте, в т.ч. совсем новые, в т.ч. разнообразная готика.

в прошлом году мы построили там вот такой корабль



высотой, между прочим, шесть метров. и вдруг заняли первое место среди арт-объектов.
и сейчас тоже будем строить.
вот так.
лёгкая лодка для тяжёлой воды

(no subject)


Вышел 38-й
и последний в этом году
номер
литературного альманаха "Конец Эпохи"



В номере:

Витражи Патриархов

Елена Касьян (pristalnaya),
Дана Сидерос (lllytnik),
Евгений Сусоров (Эжен) (robespierre011),
Светлана Дильдина (kolonok)

Casus Belles-lettres

Тим Скоренко (nostradamvs),

In Memory

Сергей Лещина

Сказки Миров

Феликс Максимов (felix___),
Эли Бар-Яалом (Хатуль) (imenno),
Сергей Стрелецкий (streletsky)
Художники - Екатерина Елисеева (teawind),
Юлия Меньшикова (ukiriki),
Елена Ремизова (Ильче) (ilche).
Обложка - Мария Кустовская (mahyak)