?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Прошлым летом не вышло писать каждый день; попробовать заново, может быть. В конце концов, на случай чего-нибудь совсем уж невыразимого у меня есть камера.

1.06. Ничто не избыточно: ни зрение, ни слух, ни умение мгновенно обернуться туда, откуда приближается существо, уже зная, большое оно или маленькое, тяжёлое или лёгкое. Очень большое, очень лёгкое. Поворачиваешься к нему, а оно — дождь.

Лето, и мир полон оставленных гнёзд. В маленьких тёмных ельниках, глубже и ближе к стволам; в болотном кустарнике, где нет дураков пробираться (о, сам себя не похвалишь…). Людям свойственно избегать ельников не из-за того, что в них темновато, а потому, что у ёлки на стволе чешуя: знак, что следует опасаться.

Иногда мёртвое дерево без сучьев высится над яркой молодой порослью, как несработавший громоотвод. Прошлогодних тропинок не разглядишь, только по памяти знаешь, что между вон теми деревьями, вроде бы. Так-то у этих ребят всё неплохо. В детских книжках написано, что трутовик окаймлённый — тот, странный, с капельками, — плачет по уходящему лету. Лето только началось; видимо, он в принципе плакса. Ирисы выбрались из ручьёв на сушу, папоротник зацвёл.