Екатерина (_raido) wrote,
Екатерина
_raido

Categories:
Сначала надо договориться: контекст «Дебюта» и лауреатства я хочу полностью исключить: разговор в этом случае непременно свелся бы к «а почему он?» или «почему тот, а не этот?» - ответа я не знаю и не могу знать; и даже предположений строить не могу. Сама премия важна тем, что не будь ее – я прочитала бы стихи Андрея Баумана через год или полтора. Или – всякое случается – не прочитала бы вовсе. И это было бы скорее плохо.
Будем считать, что договорились, да?



фото desig_ns



Первое: та область поэзии, которой принадлежит Андрей Бауман, мною лично ощущается как абсолютно чужеродная и как подверженная самому большому риску: это область методичной и методологической рефлексии, которая, во-первых, свойство личности (у меня нет этого свойства), во-вторых, Дух в любой момент может перестать дышать в ней, оставив мертворожденную формулу. (И я, со своей очарованной колокольни, не могу не думать, как это страшно – делать и знать, что Дух в любой момент может покинуть. И сколько мужества нужно, чтобы при этом знании – продолжать делать. Я помню это по собственному изменению восприятия бесконечно любимой Ольги Седаковой – когда один раз, читая, ты чувствуешь себя, по меньшей мере, апостолом в день Пятидесятницы, а другой раз думаешь: «какая культурная и интеллигентная дама» - и это обеднение восприятия ощущаешь как абсолютно личную потерю).

Второе: готовность читателя к усилию. Это свойство – готовность к усилию – можно интерпретировать двумя способами. Первый – легчайший, в последние годы расцветший ярко и повсеместно: можно создать собственный подземный лабиринт, пустой до времени, который читатель – зритель – слушатель – воспринимающий – готов заполнить сам, куда он готов обрушить собственную воду, собственное содержание, и в силу этого – сродниться и слиться. Второй – трудный и рискованный: тот, кто говорит свое, всегда идет вторым после говорящего мое. Требовать от читателя усилия к Другому - огромный риск. Но и – огромное доверие.

Третье: обо что споткнулась я сама. Я постоянно ищу музыку, обращенную в текст. Это сродни инстинкту самосохранения; это заранее обещает, что Дух – дышит и не покинет. И поэтому я всегда требую от автора если не первоначального человеческого слова – воспевания и оплакивания – то хотя бы поиска этого. Соблазн определить себя как не-адресата стихов Андрея Баумана – велик безмерно. С первых строк хочется думать, что они обращены к глубоко религиозному человеку, к искушенному философу, к профессиональному боголслову…
…и вдруг оказывается, что – ко мне
А я ни то, ни другое, ни третье.
А ищущий музыки – да обрящет:

и когда случится
приходит ангел
он берет стетоскоп
слушает тяжелые легкие
осталось ли место
слушает тяжелые вены
осталось ли время
слушает тяжелое сердце
осталась ли музыка
внутри клетки


и еще:

…материя, кора
Дыхания, избыток корабельный,
Земное источение нутра
Сквозь кольца годовые, колыбельный
Широкий шум, вбирающий ветра


Четвертое. Мое. Человеческая – высочайшая – трагедия сочетания и отдельности, о которой я всегда хочу знать.

птица граничит с воздухом
зверь — с камнем
ангел — с листом полыхающим по щеке ночи
человек граничит с морем
с самозабвенной раковиной моллюска
тысячелетний планктон эритроцитов
мерно стучит в висок
любовники зашитые в наготу
впервые граничат друг с другом
отслаиваясь от природы


Последнее. То, что Андрей Бауман читал на семинаре.
И на чем слова у меня кончились.

Чернели стены холодом внутри,
к вечернему прилаживаясь мраку,
когда ЗеКа В-343
услышал от соседа по бараку,

мотавшего уже бессчетный срок,
которому не виделось предела,
негромкий столбик юношеских строк
такого же ЗеКа: «Дано мне тело…»

Ходя под серым небом навесным
и доходяжий лес валя кубами,
дано мне тело что мне делать с ним
он всё твердил распухшими губами.

И по утрам, в багровый снег мочась,
уже ни слез, ни слов других не помня,
лишь повторял, как в самый страшный час,
как на духу дано мне тело что мне

Он эту пайку теплых слов живых
носил в сознанье вместо фотоснимка —
под гулкий лай смертей сторожевых
дано мне тело что мне делать с ним та…

Скелет свой выправляя как флагшток,
по ледяному общему надгробью
ходил, шепча дано мне тело что
мне делать с ним таким
и харкал кровью,

в которой свет земной давно потух,
а неземной перегорел тем паче
и в тесноте конвойной смертный дух
смешался человечий и собачий;

но даже в мерзлый снег ничком упав,
когда земля, расплывшись, опустела
под ним, твердил в немеющий рукав
дано мне тело что дано мне тело


О непосредственных адресатах текста.
Я думаю, что это нужно в первую очередь - otgovorki, yettergyart, sinichkina, shn.
shn - в силу расстояния – могу купить и отправить почтой книгу, как только она будет.
Subscribe

  • (no subject)

    лопочет: как хочешь меня назови, не надо любви, я не знаю любви, мне хочется имя, и тёплую кровь, и место с живыми —иди приготовь. неважно, сначала —…

  • (no subject)

    сквозь непрозрачную поросль ветлы, где в прошлом году, говорят, кого-то убили; сквозь щекотные камыши, похожие на пальцы русалок, сквозь лопухи,…

  • (no subject)

    ты помнишь, отменили провода: сначала здесь, потом по всей вселенной, но в непогоду долгая вода, сходя с небес, служила им заменой. ты помнишь, это…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments

  • (no subject)

    лопочет: как хочешь меня назови, не надо любви, я не знаю любви, мне хочется имя, и тёплую кровь, и место с живыми —иди приготовь. неважно, сначала —…

  • (no subject)

    сквозь непрозрачную поросль ветлы, где в прошлом году, говорят, кого-то убили; сквозь щекотные камыши, похожие на пальцы русалок, сквозь лопухи,…

  • (no subject)

    ты помнишь, отменили провода: сначала здесь, потом по всей вселенной, но в непогоду долгая вода, сходя с небес, служила им заменой. ты помнишь, это…