?

Log in

No account? Create an account

May 28th, 2007

Набирая воду из-под крана в выборгской гостинице, ловить блёклую нотку запаха водорослей и йода: вода — морская; несолёная уже, но морская; везде — море.

Сидеть на набережной, свесив к воде ноги в разбитых босоножках: свалятся — не жалко, поплывут корабликами в сказочную Финляндию, и пусть их. А там, внизу, ходят мелкие серебряные рыбки, ходят туда-сюда в холодных потоках, в чёрном водяном золоте, только что не звенят.

Годом раньше собирать ягоды — то было земляничное лето. Плести фенечку из бензиново-чёрного бисера, натыкаться на неё, недоплетённую, еще много месяцев. Ездить в Москву на автобусе и читать по дороге книжки-однодневки.

Годом раньше прогореть насквозь под убийственно синим небом, напиться ледниковой воды, с шипением накидывать ветровку на сожжённые плечи, сбить коленки и локти, узнать, что глубина Телецкого шестьсот метров, а то и больше, ночевать каждый раз у разных, всегда незнакомых и всегда слегка ненормальных людей, находить в этой ненормальности что-то безумно своё и пропитываться ей, как талой водой, как таёжным дымом. Заваривать чабрец в жестяной кружке.

Годом раньше...

По всем канонам полагалось бы поднять глаза к небу и попросить — отчаянно, истово, безнадёжно: Господи, за возвращение - что угодно.
Не надо. Руки немеют, скулы сводит, как подумаешь, что обречён на вечное возвращение. Что Уллис, сменив два десятка масок и сотню имён, уйдя и от бабушки, и от дедушки, вернётся к постаревшей Пенелопе и взрослому Телемаху, а из нового покрывала будут торчать ветхие истрёпанные нитки: шутка ли — столько раз распускать... И прошепчешь вдогонку беспомощно: что же ты, рыжий, дурак ты, рыжий, от бабушки ушёл, от дедушки ушёл, побывал Мочёным-Кручёным-Меченым, всех обманул, всех перехитрил, а вот ведь как получилось, что же ты, рыжий...

Гордо вытащить из потрёпанного кошелька последний неразменный пятак — заслуженный, зеленоватый от времени, похожий на солнце из-под воды, пришлёпнуть его ладошкой к столу и оставить, чтобы никогда не возвращаться; не возвращаться, слышишь? — сдачи не надо.