?

Log in

No account? Create an account

April 9th, 2007

Карты рая

Когда меняется погода, становится отчётливо ясно, что вся жизнь вечное возвращение, ни больше ни меньше, попадание в собственные следы; так вот встанешь на свой след многолетней давности — и холодок по плечам; тепло ли тебе, девица?
И прохожие идут как слепые под обнаженными ветвями, и на майском кустарнике зелёным дымом поселилась нетронутая ещё весна, и в лица смотришь внимательнее, за ними тот же апрель, несмиряемый, огромный, просторный, ему тесно в человеческом теле. Кладешь ключи, не включая свет в коридоре, мутная комната в зеркале, зимняя одежда на вешалке слабо пахнет снегом, пыль пора вытереть, давно пора…

Генеральная уборка, как и всякий раз, ознаменована найденными сокровищами; вот за холодильником у меня нашлись шесть жёлтых мятых листов, изрисованных стрелочками, кружочками и странными надписями, и на одном из них сбоку портрет кухонной герани в профиль, на другом чёрный человек за белой чашкой, я всё не могла подцепить на карандаш греческий профиль доктора и ограничивалась силуэтами, на третьем написано "механизм возникновения бреда" и "внимание — аффект!!! (аффект — сказуемое!!!)". Я мучительно думаю, что же это такое, откуда же это, пока не доходит сокрушительно и внезапно: это карты рая, вещь куда более редкая, чем карты сновидений; итак, карты рая, новейшая редакция, прошлый апрель, зелёный чай, безобидная на первый взгляд трещина в небе, мир еще не рухнул.

И чем больше проходит времени, тем яснее, что рай — это не место, что он не поддается картографам и исследователям, а значит, всякому придется однажды побывать Колумбом, несколько секунд после навеки закрытых глаз; я это слово — «каждому» — двадцать раз прописала несмываемыми чернилами у себя внутри, потому что от безысходности исповедую оригенову ересь. Рай это не место, место остаётся прежним, но я снимаю с плиты чайник и завариваю зелёный чай, и пахнет он как всегда, и достаю из шкафа две белых чашки; этот сервиз ещё жив, чашки иногда нарочно и обидно долговечны,
и сажусь у края стола, говорю: рассказывай, и он говорит: помнишь про обсессивную тётку? так вот чего она сегодня учудила...

И там, куда я несу майский кустарник, мутные зеркала и голубые свечи, весенние лужи и зимние звезды, и карты рая, нарисованные в две руки, мне все это не пригодится, мне оно там совсем ни к чему, всё просто: я несу это в подарок, и мне за это не надо ничего, ни вечной жизни, ни короткой памяти, ни долгого счастья.
Вот оно, видишь, Твое небо моими глазами, вот следы мои на Твоей дороге, ночи и дни, времена года, ягоды в горсти, тающий снег на теплой ладони, беспокойная радость смертного человека, неразменное солнце, я хочу успеть сделать все это бессмертным, затем и несу, и потом — неудобно без подарка…

Tags: